Несломленный [РЕДАКТИРУЕТСЯ]

Боль – это то, к чему я привык. Когда она растекается по моим венам я уже ничего не испытываю. Боль – это я. Я – это боль. Мы с ней идеальная пара, которая много лет ходит, держась за руки. Меня столько раз убивали и воскрешали, чтобы вновь убить, что я уже сбился со счета. Когда они меня били, мне было плевать. Когда папа резал мне пятки, мне было плевать. Когда папа ломал мне руки, мне было плевать. Когда папа приложил меня о батарею, мне было плевать. Когда мама душила меня, мне было плевать. Когда мама издевалась над мной, пытая воспоминаниями, мне была плевать. Но когда они убили мои мечты, я плакал. Когда они смеялись над мной, скорчившимся от агонии, терзавшей меня из-за их телесных и психических наказаний, я медленно и мучительно умирал – я понимал, что им на меня плевать. Я был им не нужен. Отрезав мои крылья, они оставили меня не с чем. Они убили мои надежды на лучшее будущее, мечты, что я строил, - они убили меня как личность.

Я не живу – я существую.

Замотав пятки в бинты, я положил их на пол, стараясь сильно на них не давить. Завтра игра, а я даже не представляю, как буду играть с таким дерьмом на ногах: папа порезал мне пятки лезвиям. Папа... Этому мужчине я обязан лишь тем, что его сперматозоид оплодотворил яйцеклетку моей матери и на свет получился я. Лучше бы не появлялся. Ненавижу тот день, когда я родился. Ненавижу тот день, когда Бог решил, что мне нужно родиться в этой семье.

Натянув носки, я лег на кровать и достал произведение Данте «Божественная комедия», и в этот момент в комнату вошла Лея, толкая впереди себя коляску с Айрис. Обе сестры посмотрели на меня выразительными голубыми глазами, и я улыбнулся, вспомнив, какой сегодня день.

- Ты совсем забыл о нас? – усмехнулась Лея, подкатив коляску поближе ко мне.

Я встал и, превозмогая боль, помог сестре лечь на кровать. Она постепенно училась двигать своими ногами самостоятельно, но пока ей нужна была помощь в самых элементарных вещах. Мы с сестрой надеялись, что в скором времени она совсем встанет на ноги. Сестра ласково улыбнулась мне, и я, не выдержав, поцеловал ее в щеку, а затем лег рядом с ней. Лея забралась ко мне под правую руку и прижалась к груди, Айрис положила голову мне на левое плечо и затаила дыхание, а я взял в руки «Божественную комедию», которую мы не раз перечитывали. И тут в голове всплыла картинка прошлых дней, когда Билл читала «Божественную комедию» в школе. Я довольно часто видел ее с этой книгой в руках. Отогнав воспоминания о ней, я сосредоточился на страницах, открывшийся мне.

- Я люблю вас, - прошептал я и начал читать.

***

Я стояла возле папиной могилы, на которой лежали цветы. Мы с мамой давно здесь не были, и я даже предположить не могла, кто мог положить их сюда. Я провела рукой по выгравированному на камне имени своего отца, и слезы вновь подступили к моим глазам. Отвернувшись, я вытерла их и села рядом на землю, подтянув к себе колени и обхватив их руками. Мне столько всего хотелось ему рассказать, так сильно хотелось спросить у него совета, но я не могла этого сделать. Почему именно в ту минуту папа оказался на улице? Почему именно его сбила машина? Почему именно тогда водитель выжимал сто пятьдесят километров в час? Почему?

Интересно, что бы было, если бы папа оказался жив? Как мы жили сейчас? Я столько раз представляла себе это в голове, прокручивала картинки, воображая, что вот он сидит за одним столом со мной и мамой и мы обсуждаем какой-нибудь бейсбольный матч, или мы гуляем с собакой, которую папа так хотел завести, но не мог из-за моей аллергии на нее, или вот мы покупаем какой-нибудь хот-дог, идем по улице и папа ругает меня за плохие оценки, полученные в школе и за то, как я себя вела, потому что учительница рассказала ему, что я подралась с мальчиком. А еще я представляю, как он сидит в кресле на чердаке, читает книгу, и я подхожу к нему, чтобы спросить у него, что делать, если мне понравился парень, который причиняет боль.

Раздался звонок телефона, и я, вытерев слезы, подняла трубку.

- Здравствуй, милая, - раздался в трубке голос того человека, чей звонок я никак не ожидала.

- Джейми? – удивленно спросила я. – Откуда у тебя мой номер?

- Спасибо, что спросила меня, как я себя чувствую, - усмехнулся в трубку он. – какая разница? Главное, что я тебе позвонил.

- Как ты? – спросила я, невольно вспоминая все, что случилось вчерашней ночью.

- Чувствую себя дохлым стариком, который одной ногой стоит в могиле, а другой еще пытается зацепиться за жизнь.

- Очень смешно, - ухмыльнулась я. – А если серьезно?

- Что? – я услышала, как он плюхнулся на кровать. – Серьезнее некуда, Билл! Я реально умираю!

- Пора писать завещание.

- Спасибо за сочувствие.

Я улыбнулась, чувствуя, как медленно, но верно у меня поднимается настроение.

- Ладно, прости. Может быть, тебе принести какие-нибудь лекарства?

- Ох, было бы хорошо, - Джейми крякнул, и я напряглась. – Черт бы побрал Темпла! Удар у него что надо. Козел. Ты знаешь, где я живу?

- Нет, - ответила я, затаив дыхание при одном упоминании имени этого урода.

- Третий по счету, если считать от дома Темпла. Справа. Так что учитывай, что ты можешь его встретить.

- Хорошо, - выдохнула я, - так что тебе принести?

- Себя, - усмехнулся он.

- Я кладу трубку.

- Ладно! – вскричал он в трубку. – Где ты была, когда Бог одаривал людей чувством юмора? Принеси аспирин.

- Пожалуйста?

- Пожалуйста, - парадируя меня, произнес он.

-Аспирин вреден для организма.

- Мне плевать! Лишь бы только эта головная боль прекратилась. Не знаю, что хуже: хук от Темпла или голова, которая трещит по швам.

- Я думаю, что хук Темпла.

- Почему это?

- Потому что этот хук, скорее всего, и спровоцировал твои головную боль.

Дальше Джейми начал покрывать Темпла матом, я же сидела с благоговейной улыбкой на лице, слушая, как поливают человека, которого я ненавидела всем сердцем.

- Прости, я не должен был так говорить в твоем присутствии, - успокоившись, произнес он.

- Ничего страшного, - хихикнула я. – Можешь продолжать.

Он усмехнулся.

- Я жду тебя.

- Скоро буду.

Положив трубку, я еще раз провела рукой по имени моего папы, попрощалась с ним и направилась в сторону, где территориально находились дома Темпла и Джейми. Мне крайне не хотелось встречаться с Темплом... Хотя кого я обманываю – мне жутко хотелось встретиться с ним, чтобы надрать ему его паршивый зад и заставить почувствовать то, что я испытала прошлой ночью, когда услышала те слова. А еще я просто хотела встретить его, чтобы увидеть. Отдернув себя, я села в автобус, заплатив за проезд, и уставилась в окно, наблюдая, как друг за другом сменяются живописные пейзажи Хейтфорда.

И тут на меня напала ностальгия. Я вспомнила свою школу в Сиэтле, Карэн, которая вечно смеялась и корчила рожицы, когда мы сидели в столовой, мистера Рауэлла, который вечно нагеливал свои волосы и мазался омолаживающим кремом, а затем подкатывал к нашей учительнице по физике, не терпевшей даже упоминания его имени в классе, Марка, который безрезультатно ухаживал за мной на протяжении двух лет, Джерарда, капитана нашей школьной футбольной команды, с которым мы достаточно тесно общались еще с того момента, как познакомились на поле в возрасте пятнадцати лет. Ощущение, будто сто лет прошло с того времени. А самое ужасное, что все они ждут меня в Сиэтле, пишут, чтобы я возвращалась, но это не в моих силах, пока мама будет здесь. А мама здесь, потому что мой папа умер не случайно, а кто-то специально сбил его, и я в этом уверена на тысячу процентов.

Выйдя на остановке, я вошла в аптеку, взяла безопасные таблетки от головы и пошла пешком до дома Джейми, попутно встретив богатеньких одноклассников, живших в районе Темпла. Косо глядя на меня, они обходили меня стороной, что-то выкрикивая в след, но я не обращала внимания, не в состоянии сейчас думать о лающих собаках. Против воли, я повернулась в сторону дома Темпла, когда проходила мимо Да блин, а вдруг моя мама сейчас на улице, и я смогу с ней обменяться парочкой слов? Не заметив как, но я уже шла к дому, мысленно торопясь к запасному выходу, что находился со стороны кухни, и делала это весьма решительно, учитывая события вчерашней ночи, которые никак не могу выкинуть из головы. Пройдя мимом охранника, явно запомнившего меня еще в тот день, когда девушке в моем лице учинила здесь нешуточный скандал, я буквально побежала к дому, видя, как он стремительно идет следом, выкрикивая мое имя. Обогнув дом, я уже собиралась окликнуть маму, когда столкнулась с какой-то невероятно красивой девушкой в инвалидной коляске, которую уже где-то видела.

- Спрячься за беседкой, - шепнула она, подъезжая к углу дома, и я последовала ее совету.

- Мисс Эйбрамсон, вы случайно не видели здесь девушку?

- Кого? – театрально изображая непонимание, спросила, видимо, сестра Темпла. – Девушку? Нет. К нам разве кто-то должен был прийти?

- Нет, это одна сумасшедшая, - я ахнула, готовая вырваться из своего укрытия и поставить этого мерзкого мужика с пивных брюхом на место, но что-то остановило меня.

Точнее, не что-то, а кто-то. Повернувшись, я увидела еще одну девушку, которая была жутко похожа на ту, что сидела в кресле и сейчас разговаривала с охранником.

- Молчи, если не хочешь встретиться с моей шизанутой мамой, к которой этот хрен тебя поведет при первом же удобном случае.

Я закрыла рот, уставившись на девушку, глаза которой были точно такими же, как у Темпла.

- Я помню тебя, - усмехнулась она. – Наша чокнутая мамаша не могла найти себе места после встречи с тобой и постоянно запирала дверь в своей комнате и окна на ночь, боясь, что ты реально выбьешь ей зубы.

- Да я бы не сделала этого, - улыбнулась я. – Хотя она меня тогда жутко выбесила.

- А жаль. Мы бы были благодарны.

- Почему? – удивленно спросила я.

- Непривычно, когда дочь так отзывается о своей матери? – криво улыбнулась девушка. – Я Лея, а там моя сестра Айрис. Просто этой безумной женщине нужно показать, что кто-то может надрать ей зад.

- Но зачем? Она же ваша...

- Мама и все дела... Да нет. Спасибо ей за то, что родила. И все пожалуй, на этом можно остановиться.

- Ты всегда так открыто проявляешь к ней свою неприязнь?

- В смысле? – она нахмурилась. – Я не понимаю, к чему ты клонишь.

- Ну это странно, когда человек незнакомой девушке так открыто рассказывает о своей неприязни к матери. Обычно такое происходит после трех бокалов вина и одного «Контрольного выстрела».

- А что это? - любопытно спросила она.

- Коктейль, после которого ты даже свое имя не вспомнишь.

Она захлопала в ладоши, но тут через секунду остановилась и приблизилась ко мне.

- А где его можно достать?

Не удержавшись, я хихикнула. Не знаю, что именно, но что-то в этой девушке очаровывало до безумия. Если бы мне нравились девушки, то я бы определенно на нее запала.

- Подрастешь, и я тебя лично напою им в лучшем клубе Сиэтла, - ответила я.

- Оу, - она сморщила личико и надула пухлые губы, отчего они покраснели, - скорее, этот город вымрет, нежели я попаду в Сиэтл.

- Почему ты так говоришь?

- Потому что наши родители с нас глаз не спускают и никогда в этой жизни не дадут нам сделать что-то без их ведома, раздался голос сзади, и я повернулась.

Девушка в кресле подъехала так тихо, что я даже не услышала ее.

- Привет, - она протянула руку и дружелюбно улыбнулась. – Я Айрис.

- Она такая прикольная! – восторженно отозвалась Лея, тряся головой и копной шелковистых медовых волос, каскадом спадающих на ее плечи.

- Ну потому она и нравится Темплу, - криво улыбнулась Айрис, и в этот момент она так сильно была похожа на своего брата, что на миг я даже испугалась, а я не опозналась ли я и не стоит ли перед мной сейчас сам Темпл с осветленными волосами.

- Ч-чего? – осеклась я.

Девушки захихикали.

- Ты думаешь, Темпл поехал бы за тобой, если бы ты ему не нравилась? – просто спросила Айрис.

- Ни за что в жизни, - ответила Лея вместо меня.

- Он всего лишь хотел переспать со мной, - отведя в сторону глаза, произнесла я, сжимая в руках пачку таблеток.

- С чего ты взяла? – нахмурилась Лея.

- Он сам так сказал вчера.

- Что?! – округлила глаза Айрис.

- Он даже подрался с Джейми, разозлившись, что я приехала на вечеринку и что Джейми начал защищать меня, стал орать, что я чужеродка и мне здесь не место. Короче – ничего нового.

- Да та что? – ахнула Айрис.

- Вот гнида, - процедила Лея. – Я ему лично голову оторву.

- Предлагаю, написать от его имени Деборе любовное письмо. Вот он дерьма не оберется потом! – живо предложила Айрис.

- Нет, давай лучше добавим в его пудинг ослиную мочу! – закричала Лея.

- Фу, ну это уже совсем перебор, -сморщилась сестра.

- Ты что? По мне ослиная моча хуже письма Деборе.

Я смотрела на них так, будто наблюдаю за теннисной игрой: поворачивала голову из стороны в сторону и каждый раз еще больше удивляясь их словам, пока они вовсе не добили меня.

- А давай вообще сделаем и то, и другое? – спросила Лея.

- Нее-е-е-ет! – вдруг ударила по колесу Айрис. – А давай устроим им свидание у нас в доме и подадим этот пудинг?! Темпл бросится из окна в то время, когда Дебора будет стараться снять с него штаны и обмазать этим пудингом его...

- Девочки! - одернула их я, не сдерживая рвущийся из меня хохот.

Загоготав во все горло, я не могла остановится, представляя себе эту картину. Вот умора!

- Он не имел права называть тебя так и обижать, - вздохнула Ле\. – Это неправильно. Никогда бы не подумала, что Темпл может так разговаривать с девушками.

Я уткнулась в носки своих кроссовок, не зная, что сказать. Мне жаль. Жаль, что все так получилось, но он сам выбрал этот путь.

- Вообще-то я собиралась зайти к маме и повидать ее, но... - прервала я молчание, - сейчас у меня уже нет времени. Простите, что потревыожила ваш покой.

- Даже не вздумай так говорить больше, - улыбнулась Айрис.

- Хорошо, - улыбнулась я в ответ. – Спасибо, что прикрыли. И спасибо за хорошее настроение.

- Тебе уже пора? – расстроенно спросила Лея.

- К сожалению.

- Мы будем рады увидеть тебя еще, - прошептала она и крепко обняла меня, чему я ужасно удивилась.

Оторопело встав, я не сразу обняла ее в ответ. Попрощавшись с ними, \вышла через черный вход, который был недоступен для всевидящего ока – матери семейства. Зацепившись за сук, я распласталась на земле, придавив заодно упаковку от таблеток для Джейми. Чертыхнувшись, я встала и отряхнула свои штаны от грязи, когда почувствовала на себе чей-то взгляд. Подняв голову, я застыла на месте, испытывая смешанные чувства при виде человека, которого мне одновременно хотелось поцеловать и убить. Ничего не говоря, он сократил расстояние между нами, схватил меня за руку и швырнул к ближайшему дереву, приблизившись ко мне настолько близко, что все мои мыслимые и немыслимые личные границы были вдребезги разрушены.

Не могу сказать, что мне это не нравилось, но врезать ему я хотела очень.

- Что ты здесь делаешь? – спросил он и, когда я попыталась отойти от него, заключил меня в ловушку, расставив руки по обеим сторонам от меня.

- Отпусти меня, - прошипела я, ударив его по руке.

- Что ты здесь делаешь?! – рявкнул он, и его губы оказались в опасном расстоянии от моих.

И это на миг подкосило мои ноги.

- Какая тебе разница?

- Не люблю, когда всякий сброд рыщет возле моего дома.

Возмущенно открыв рот, я зарычала:

- И это сказал мне человек, который проникал в мой дом, надевая жуткую маску на свою и без того стремную рожу...

Я осеклась, когда он улыбнулся и положил палец мне на губы.

- Только не говори, что я тебе не нравится моя стремная рожа.

- Да пошел ты! Ты вызываешь у меня только отвращение и жалость!

Я попыталась пнуть его ногой, но он схватил ее за бедро, отчего по коже пробежались мурашки.

- Что ты здесь делала? – шепотом спросил он, смотря мне в глаза.

- Ничего, -соврала я, злясь на себя из-за того, что мой голос в этот момент предательски задрожал.

- Врешь.

Темпл легонько провел пальцами по моей шее, и я онемела от изумления и удовольствия, захлестнувшего меня. Все вокруг остановилось. Время словно перестало идти, исчезло все, кроме него в этот момент. И меня. Открыв глаза, я посмотрела на него, на то, как его взгляд блуждает по моему лицу, на то, как его руки двигаются вдоль моего тела, и мне захотелось, чтобы эти секунды длились вечно, но этому не суждено было сбыться, потому что я собралась нарушить эту минуту единения.

- Я несу таблетки для Джейми

Как только я сказала это, лицо Темпла изменилось, став жестким.

- Ты специально это сказала, да?! – вдруг выкрикнул он, со всей дури ударив рукой по стволу дерева. – Только не говори, что он тебе нравится!

- А что, ты думал, что мне нравишься ты? – ядовито усмехнулась я. испытывая не удовольствие, а грусть. – Ты думал, что я по тебе сохну, как все остальные в школе? Прости, Темпл, но ты мне безразличен.

- И именно поэтому ты млеешь от любого моего прикосновения? – прошептал он. – Поэтому твои ноги дрожат каждый раз, когда я подхожу к тебе? Поэтому ты так судорожно дышишь при виде меня? Потому что я тебе не нравлюсь?

- Ох, Темпл, неужели тебя так задевает, что при виде тебя мое сердце не стучит быстрее? Не спорю, меня к тебе тянет, но это физиология. Понимаешь? Больше ничего. Тянуть может и к дереву после долгого перерыва. Еще раз ты тронешь меня, проберешься в мой дом или сделаешь что-то в это духе, я пойду в полицию. Я устала оттого, что ты меня преследуешь. Клянусь Богом, я расскажу все, что было в заброшке, школе и кафе. Ты меня понял?

Сказав это, я вырвалась из цепких рук Темпла и побежала в сторону дома Джейми, искренне надеясь не упасть на землю и не расплакаться прямо сейчас.