Часть 54.
Вечер в районе выдался тихим. Уже стемнело, но небо ещё тлело остатками заката, такой тускло-фиолетовый оттенок, когда фонари только начинают зажигаться и вытягивать длинные тени по асфальту. Магазин Альбина закрывала сама: ключ повернула дважды, замок щелкнул, железная решетка скрипнула. Она привычно оглянулась по сторонам, обычно в этот час у ворот уже стоял Валера, но сейчас его не было.
Зато, был Илья.
Илья: Привет, — раздался его голос, что Альбина дернулась.
— Ты? — тихо сказала она, делая шаг назад. — Ты чего тут?
Илья: Провожу, — просто ответил тот. — Чё, страшно одной-то?
— Спасибо, не нужно, — сдержанно сказала она, стараясь улыбнуться вежливо. — Я сама дойду.
Илья: Э, да ладно тебе, — он подался ближе, шаг за шагом. — Я ж не кусаюсь. Да и вообще...район темный. Ну, мало ли..
Она сжала пальцы на ремешке сумки. Сердце билось тревожно, но она постаралась ответить спокойнее.
— Правда, не надо. Лучше иди своей дорогой.
Но он будто не слышал. Шел рядом, глядя на неё и вдруг лениво спросил:
Илья: Слушай, а это правда? — начал он. — Валера че-то там на сборах ляпнул...
Альбина замялась, уставилась в асфальт. Потом все таки выдавила:
— Да, правда.
Илья нахмурился, но в мгновение потерял улыбку. Потом его рука внезапно скользнула к её локтю, сжала крепко.
Илья: Слушай, Альбин... Да не для тебя он, понимаешь? Он...он же не потянет такую, как ты, — голос его стал тише, но резче.
Она дернула рукой, но несмело, почти робко.
— Отпусти..
Илья: Ты ж сама знаешь, что я прав, — он подался ближе, глаза сверкнули. — Тебе нужен нормальный мужик, а не...
— Илья, отпусти, не надо, — ее голос дрогнул, но она пыталась не язвить. — Пусти, прошу тебя.
Он наклонился ближе, резкий запах табака и спирта ударил в нос. Его взгляд стал жестким, а губы слишком близко.
Илья: Я тебе покажу, что такое по-настоящему..
Он резко потянулся к её лицу. Альбина замерла, дыхание сбилось, но в последний миг ладонь сама взлетела, и звонкая пощечина разнеслась по пустой улице.
Илья отшатнулся, потрогал щеку. Лицо его исказилось от злости.
Но прежде чем он успел что-то ответить, из темноты словно вихрь сорвался Валера. Он налетел на Илью так, что тот не успел даже опомниться. Удар в челюсть сухой, глухой звук костей. Илья отлетел к забору, но Валера уже был там.
Валера: Тварь, — рыкнул он, и кулаки снова пошли в ход. Один, второй, третий.
Илья попробовал поднять руки, ответил ударами в нос, глаз, челюсть. Но Валера будто не чувствовал боли, ярость застлала глаза. Он валил его на землю и бил снова и снова.
Валера: Сука, тронул её?! Тронул, блядь?! — рычал он, и каждый удар сопровождался словами.
Альбина в ужасе металась рядом. Сердце стучало в горле. Илья уже хрипел, но Валера не останавливался. Лицо его было искажено злобой, глаза горели как у зверя.
— Хватит! Валера! Хватит, пожалуйста, — крикнула она, схватив его за плечо. Но он словно не слышал.
Тогда она сделала то, что подсказал страх: резко обхватила его со спины, прижалась всем телом, вцепилась руками в грудь.
— Прошу тебя...всё, хватит... — ее голос дрожал, дыхание сбивалось. — Остановись, Валера...
Он резко дернулся, будто хотел сбросить её, но потом замер. Грудь ходила часто, кулаки все ещё сжаты, кровь на костяшках. Но взгляд медленно потухал.
Альбина вся дрожала, прижимаясь к нему, будто только её руки могли его удержать. Он стоял, тяжело дыша, глядя вниз на избитого Илью, и медленно опустил руки.
Валера: Пошёл нахуй отсюда, — прохрипел он Илье. — Ещё раз увижу рядом с ней, закопаю.
Илья поднялся с земли, сплюнул кровь, глянул на них с ненавистью, но ничего не сказал. Пошатываясь, ушел в темноту.
Валера все ещё не мог успокоиться, дыхание рваное, тело напряжено как струна. Альбина повернула его к себе, пальцами осторожно коснулась его лица, где уже проступали ссадины.
— Ты меня напугал... — выдохнула она тихо, но твердо.
Он смотрел на неё молча. Злость постепенно уходила, сменяясь чем-то другим - тяжелым, необъяснимым.
Она все ещё держала его, будто боялась отпустить.
***
Они шли молча. Ночь уже накрыла двор, ветер шуршал мусором у обочин. Валера не отставал от Альбины ни на шаг, хотя плечо его все ещё вздрагивало от драки, а губа распухла. Он не жаловался, только шел, сжав кулаки в карманах.
— Тебе надо к врачу, — выдохнула она тихо, пока поднималась по лестнице.
Валера: Да ну, — отмахнулся он. — Че я, баба, чтоб по врачам бегать?
— Это не шутки. У тебя кровь из под брови идет, — мягко сказала Альбина, хотя у самой голос дрожал.
Валера: Заживет, — грубо буркнул он. Но не ушел. Пошёл за ней.
В квартире было тихо. Запах её дома теплый, родной, но с примесью пустоты после отсутствия. Альбина сразу зажгла свет, скинула верхнюю, показала ему рукой куда-то в комнату.
— Садись.
Валера скривился.
Валера: Да нормально всё.
— Валера, — она впервые за вечер сказала жестко. — Садись.
Он взглянул на нее, губы чуть дернулись в ухмылке, и все таки сел. На её кровать, сгорбившись, локти на коленях, взгляд в пол.
Альбина быстро нашла аптечку и села рядом.
— Повернись.
Он повиновался нехотя. Она открыла пузырек с перекисью, запах ударил в нос. Намочила ватку. Осторожно коснулась его брови.
Она аккуратно обрабатывала каждую царапину, её пальцы скользили по её лицу, касались кожи. Валера сидел напряженный, но не двигался и не издавал звука, только тяжело дышал.
— Зачем ты всегда так? — тихо спросила она.— Всегда лезешь в драку.
Валера: А чё, мне смотреть как этот ублюдок лапает тебя? — он резко поднял взгляд. — Ты думаешь, я стерплю такое?
Она на секунду замерла, потом снова отпустила взгляд к его ране.
— Но ты мог бы...не так.
Валера: По другому, не умею, — рыкнул он, но уже тише.
Тишина повисла. Только ее дыхание и легкое шипение перекиси. Валера смотрел на неё в упор, следя за каждым движением, его взгляд был не грубым, а взволнованным.
Валера: Знаешь, — вдруг заговорил он хрипло, — когда твой батя к тебе ворвался...я чуть с ума не сошел, — он сжал кулаки на коленях. — Думал, больше не увижу тебя. Думал, он всё угробил. Сижу здесь, и вспоминаю тот день...
Альбина вздрогнула. Сердце болезненно сжалось.
— Мне страшно было, — выдохнула она. — Я думала, он меня убьет.
Валера не отрывал взгляда, но брови нахмурились.
Валера: Я бы ему глотку перегрыз, — он сказал это спокойно, почти буднично, но в голосе дрожала сталь.
Она замолчала, потом осторожно промокнула кровавую царапину у его губы. И вдруг спросила:
— Валер, а...твои родители?
Валера усмехнулся. Коротко, горько.
Валера: Чё мои? Отец на заводе вкалывал. Пил каждый вечер. А потом мать слягла. Умерла быстро, не выдержала. А он... — Валера отвернулся, губы сжались. — Спился. Скатился. Исчез. И я его больше не видел. Да и нахер он мне?
Альбина замерла. В её сердце что-то сжалось.
— Прости...
Валера: За что? — он резко посмотрел на неё. — Ты тут причем?
Она не выдержала, коснулась его щеки пальцами.
— Просто...больно это слышать. Потому что...я тоже мать потеряла. Только... — голос её дрогнул. — Только от рук отца.
Тишина повисла тяжелее прежнего. Он смотрел на неё, дыхание замедлилось.
Валера: Значит, мы оба без матерей, — тихо сказал он. — Оба отцами покалеченные.
Она кивнула. Слезы блеснули, но она сдержалась.
Он вдруг накрыл её руку своей, грубо, но крепко.
Валера: Но теперь у тебя есть я. И я не дам больше никому тебя тронуть. Ни бате твоему, ни этим шавкам вроде Сутулина. Никому.
***