43 глава
Я захожу во двор школы с мыслями, узнал ли Найл хоть что-то о брате Брук. Я всю ночь нормально не могла уснуть, надеясь, что мой план сработает. И, если он все-таки узнал хоть минимальную часть информации, мне нужно будет попросить кого-нибудь пойти со мной в тюрьму. Сама я не хочу, да и я буду чувствовать себя некомфортно, навещая брата Брук, учитывая, что ни он меня не знает, ни я понятия не имею, кто он такой. Я хочу попросить Найла пойти со мной, но лучше мне этого не делать. Он и так категорически против всего дерьма, в которое я втянула его. Достаточно будет того, что он найдет нужные для меня данные, а с остальным я справлюсь как-нибудь сама. Ну, или попрошу кого-то...
Я поднимаю взгляд и встречаюсь с глазами Гарри. Он мило улыбается мне и машет на расстоянии. Щеки вспыхивают, но я стараюсь не показывать этого и машу ему в ответ. Он кривит по-детски лицо и высовывает язык, заставляя меня рассмеяться. Рядом с ним стоит Нейтан, который усмехается от его поведения и показывает мне пальцем у виска, что с тем не все в порядке. Может, мне попросить Гарри пойти со мной? Он, единственный, кто не будет попрекать меня, к тому же с ним я буду чувствовать себя в полной безопасности. Наверное, после уроков я поговорю с ним. Надеюсь, он согласится, потому что мне больше некого просить.
– Привет, – рука Джека ложится на мои плечи и в эту же секунду с лица Гарри пропадает улыбка, и он хмурит брови.
– Хэ-э-эй, – стараюсь я улыбаться как можно правдоподобное.
– У тебя сейчас литература с мистером Харрисоном? Умоляю, скажи да. Я не вынесу второго раза сидеть с Томлинсон и выслушивать, как он трахается с Клэр, – он смотрит на меня умоляющим взглядом, при этом выглядя очень привлекательно.
– Э-э... да... у меня литература... – я незаметно смотрю в сторону Гарри, который сурово смотрит на меня и Джека.
– Здорово! – вооудушевленно говорит он.
– Да...
– Пойдем в класс? – он кусает нижнюю губу, втягивая ее в себя и вопросительно вскидывает брови.
– Идем, – говорю я, глядя в темные глаза Гарри.
Джек сильнее притягивает меня к себе и слегка подталкивает, направляясь по гравийной дорожке в сторону школы. Я знаю, что мне следовало отказать ему и подойти к Гарри, но он сам даже не попытался хотя бы просто обнять меня. Я знаю, что он понятия не имеет, как себя вести и что делать, но и я не хочу прямым текстом намекать ему на все. И, судя по тому, что он даже не подошел ко мне, когда Джек обнял меня, ему стыдно показывать людям, что я нравлюсь ему. Но я не думаю, что это правда. Скорее всего он все еще боится сделать со мной что-то не так или сказать что-то не то.
Он выглядит как потерянный маленький ребенок, когда я поворачиваю голову через плечо и смотрю на него, пока мы с Джеком идем. Надеюсь, этот несчастный инцидент никак не повлияет на наши отношения, которых по сути даже нет, но все равно.
– Не против, если я сяду с тобой? – спрашивает Джек, когда мы заходим в класс.
– Обычно я сижу с Найлом, но видимо сегодня тебе повезло, – я указываю глазами в сторону Хорана, что сидит с Зедом, оживленно о чем-то с ним болтая.
– Хах, круто, – усмехается Джек, когда я ловлю на себе взгляд Брук.
– Займи нам место, а я пойду поговорю с Найлом, – прошу его я.
– Ладно, – кивает он и убирает руку с моих плеч.
– Привет, можем поговорить? – я становлюсь перед партой ребят, посмотрев на Найла.
– Привет, хорошо, но только отойдем, – он встает и, взяв меня за локоть, тянет в сторону дальнего окна, чтобы нас никто не смог услышать.
– Тебе удалось выяснить хоть что-то о брате Брук? – шепотом спрашиваю я.
– Да, я узнал все, что тебе нужно. Мне осталось только каким-то способом убедить маму, организовать вам встречу, – тихо говорит он, настороженно оглядываясь по сторонам.
– О, здорово. А как тебе удалось найти нужную информацию?
– Ну, это не было так трудно, – Найл кладет руку на заднюю часть шеи и потирает ее.
– А мне казалось, что это сложно даже для тебя? – я скрещиваю руки около груди и в слабой ухмылке склоняю голову набок.
– Я ночью пробрался в спальню родителей и залез в мамину сумочку. Я нашел связку ключей от ее кабинета и от хранилища, где хранят досье преступников. Ну, я взял их и поехал в полицию.
– Найл, но там же камеры, – с тревогой в голосе шепчу я.
– О, это не проблема. Я просто удалил запись через мамин ноутбук.
– Хорошо, главное, чтобы никто этого не заметил, – выдыхаю я, опуская руки.
– Надеюсь, что нет. Думаю, маму не уволят за это. Наверное, подумают, что в системе произошел какой-то сбой или что-то в этом роде.
– Но как тебе удалось достать дело?
– Мне просто повезло, что у них одинаковые фамилии.
– За обедом расскажешь мне все, окей?
– Да, я распечатал на принтере копии и за обедом покажу их.
– Встретимся на футбольном поле за трибунами, – говорю я и направляюсь к Джеку, когда звенит звонок.
– Что вы сейчас проходите? Надеюсь, не «Войну и мир»? – спрашивает меня он, когда я подхожу к нему.
– Чем тебя не устраивает роман Толстова? – усмехаюсь я, отодвинув стул и садясь на него.
– Я ничего против этой книги, конечно, не имею, но мне кажется, что это больше политические споры, чем роман, – Логман проводит ладонью по своим черным волосам и откидывается на спинку стула.
– Может быть, но лучше не говори так при мистере Харрисоне, – улыбаюсь я, подперев кулаком щеку.
– Почему?
– Просто для него этот роман не только роль идеологического спора, но еще и история, основанная на реальных событиях.
– Спасибо, учту, – смеется он.
Я подхватываю смех Джека и в этот момент в кабинет входит Гарри. Его глаза сразу находят нас за предпоследней партой первого ряда. Он расстроено смотрит на меня, когда подходит к третьему ряду и садится с Нейтаном за четвертую парту. Я прекращаю смеяться и виновато увожу взгляд. Он смотрит на меня настолько печально, что мне хочется биться головой о стену из-за чувства вины, которого не должно быть. Я ничего такого плохо не делаю, я просто села с Джеком. Я же не могла отказать ему, только из-за принципов Гарри, который ни разу не пытался сесть со мной просто так.
– Здравствуйте, ребята, – мистер Харрисон быстро заходит в класс и кладет черный портфель на стол.
– Здравствуйте, – отвечаем мы хором.
– Обсудим ваш проект, – он бедрами упирается о стол и оглядывает класс.
– Давайте, оставим этот дешевый роман Эмили Бронте и лучше поговорим о книге «Пятьдесят оттенков серого», – в развратной ухмылке предлагает Луи.
– О, это, кстати, отличная идея, – соглашается Клэр, переглядываясь с Томлинсон.
– Тебе мало порнухи, которую ты смотришь дома? – смеется Найл, давая пять Зеду и заставляя весь класс рассмеяться.
– А ты знаешь, что есть такие сайты? – Луи в ядовитой улыбке смотрит на Найла.
– Ну, мне, по крайней мере, не нужно смотреть это дерьмо, чтобы удовлетвориться. Предпочитаю естественный способ с девушкой, а не с помощью руки, – дерзко отвечает Найл.
– О, черт, почему ты раньше не заставила меня поступить в вашу школу? – шепчет Джек мне на ухо сквозь тихий смех.
– И самое интересное, что Найл и Луи когда-то были лучшими друзьями, – издаю смешок я и вижу, как Гарри поворачивает голову в нашу сторону, сжимая кулаки.
– Найл и Луи? Лучшие друзья? – удивлено спрашивает он.
– Да, хотя, в это сложно поверить. До восьмого класса Луи всегда тусовался с нами, – я стараюсь смотреть в глаза Джека, но иногда я мельком смотрю на Гарри.
– Это даже звучит странно.
– О, да пошел ты. Я хотя бы могу свободно заниматься сексом, а не по воли божьей, – ехидно ухмыляется Томлинсон.
– Прекратите. Мы собирались обсудить роман «Гордость и предубеждение», а не разврат «Пятидесяти оттенков серого», – ударяет мистер Харрисон кулаком по столу, заставляя всех в классе замолчать.
– О, значит, вы считаете, что «Пятьдесят оттенков серого» не является романом только из-за того, что в нем присутствует секс? Между прочим, эта книга мировой бестселлер и, очевидно, она является лучшим выпуском за десятилетие раз по нему сняли три фильма из трилогии серии книг Эрики Леонард, – говорит уверенно Джек, заставляя весь класс перевести взгляды на него.
– Ты же, ведь Джек Логман? Наш новый ученик, – мистер Харрисон с интересом смотрит на него.
– Да, именно, – кивает он. – И я полностью не согласен с вашей точкой зрения.
– Я ни в коем случае не хочу оскорбить писательницу, включая ее книгу. Но по-моему мнению такого рода романы не должны обсуждаться в пределах школы, тем более на уроке, – объясняет мистер Харрисон.
– Ладно, если бы нам было по четырнадцать лет, но нам всем есть восемнадцать, а некоторым даже по девятнадцать, и вы все еще считаете, что это книга не должна обсуждаться? – удивлено спрашивает Джек.
– Я бы предпочел обсудить более приемлемую книгу, где не присутствует такое количество разврата. Против секса я ничего не имею. Иногда в книгах он может быть, но не настолько много и не в таких описаниях, которые есть в «Пятидесяти оттенков серого».
– Почему же? Описания вполне нормальные и там нет ничего сверхъестественного, – говорит Клэр.
– Считаете нормальным подписывать контракты, связанные с сексом, где может присутствовать любая аморальная вещь, которую можно использовать в процессе?
– Мистер Харрисон, кажется, мы хотели обсудить «Грозовой перевал»? – прочищаю я горло, покраснев.
– Робертс, если боишься признаться, что сама читала этот роман, представляя себя на месте той девицы, то лучше вообще молчи, – огрызается Луи.
– Я не...
– Даже не пытайся говорить, что не читала его. Здесь все читали, все испытали искушение перед этой книгой и даже ты, – лучше бы тебе заткнуться Клэр.
– Я не отрицаю, что читала его. Просто в этом классе есть люди, которые не помешаны на сексе, – тонко намекаю я.
– Хочешь сказать, что ты у нас невинная, Робертс? – Луи поворачивается ко мне, в ехидной ухмылке покосившись на Гарри.
– О чем ты говоришь? – я растерянно смотрю на Стайлса, который заметно напрягается и отказывается смотреть на меня.
– Поверь, дорогуша, все здесь прекрасно знают, что ты...
– Заткнись, – рычит Найл сквозь оскаленные зубы, перебив Луи.
– Ладно, но она все равно скоро узнает правду, – Луи суживает глаза и в ядовитой улыбке переглядывается с Брук и Клэр.
Луи снова это делает. Он опять дает мне какие-то намеки, но я не понимаю, о чем он говорит. О какой правде идет речь? Что вообще, черт возьми, происходит? Что может знать такого Луи обо мне, отчего Гарри и Найл постоянно напрягаются? Боже, я просто понятия не имею, о чем мне думать и что все это может значить. Надеюсь, что Луи просто пытается играться со мной и ничего серьезного в его словах нет. Я не хочу получить новую порцию боли. Если я узнаю, что Найл замещен в чем-то, что связано со мной, я никогда не прощу его.
Сколько еще раз Луи будет заставлять меня нервничать? Я уже даже не могу думать об этом, потому что мысли с каждым разом все ужаснее и ужаснее. И я более, чем уверена, что больнее всего мне сделает Гарри. Он и так это делает, когда стесняется просто подойти и обнять меня при всех. Но я не хочу, чтобы здесь было что-то более серьезное, то, о чем я даже подозревать не могу.
Я знаю, что у Гарри есть ко мне чувства, но мне этого недостаточно. Я хочу быть его девушкой. Мне нужно убедиться, что для него это не просто новый эксперимент, а настоящие чувства и серьезные намерения. Я хочу значить для него все. Я хочу, чтобы он полюбил меня, так же сильно, как любит самого себя. Но я боюсь, что этого никогда не будет.
– Гарри не в восторге, что я сижу с тобой, – шепчет Джек, указывая глазами в сторону парня.
– Тебе, наверное, кажется, – я поворачиваю голову и встречаюсь с гневным взглядом Гарри.
– Нет, он пялится почти весь урок и утром, когда я подошел, он тоже смотрел на нас, – усмехается Джек, переглядываясь с ним.
– Ох, я не знаю, – выдыхаю опечалено я.
– Очевидно, ты нравишься ему, просто этот трусливый придурок, боится показать это на публике, – дергает он мой кончик носа, заставляя меня хихикнуть.
– Почему ты так уверен в этом?
– В последнее время всякий раз, когда мы зависаем где-то вместе, он только о тебе и говорит. А это самая странная вещь, ведь Гарри всегда было плевать на всех.
– Гарри говорит обо мне? – мое сердце трепещет, а дыхание учащается.
– Его невозможно заткнуть. Если раньше он говорил только о тачках или сексе, то сейчас о тебе.
Может я ошибаюсь, и Луи врет? Какая я наивная. Стоило Джеку сказать, что Гарри думает обо мне, все сомнения испарились.
– Только будь осторожнее. Я более, чем уверен, что Гарри имеет с тобой связь. Я знаю, что тебе может казаться, что у него серьезные намерения насчет тебя, но ты не первая, с кем он... – Джек смотрит в мои глаза, которые в страхе дрожат и замолкает.
– С кем он что? – сиплым голосом спрашиваю я.
– С кем он так...
– Джек, я совсем забыл, что должен, найти тебе пару для проекта, – говорит мистер Харрисон.
– Оу, а что за проект? – хмурится с улыбкой Логман.
– Я задал его полтора месяца назад, но впереди есть еще два. Проект касается романа «Гордости и предубеждения». Надеюсь, ты читал его? Этот проект повлияет на твою семестровую оценку.
– Конечно читал. Это один из самых лучших классических романов эпохи восемнадцатого века. Его невозможно не читать.
– Ну, конечно, лучший классический роман восемнадцатого века, – передразнивает его Гарри, закатывая глаза.
– Что-то не так, Стайлс? – спрашивает мистер Харрисон.
– Нет, все в порядке, сэр, – издает смешок он, очередной раз взглянув на меня.
– Проект рассчитан на двоих, но у меня нет для тебя пары, поэтому будет одна группа из трех человек. Может, есть люди, с которыми ты бы хотел поработать?
– Я хочу поработать с Эшли, если она не против, – Джек закидывает руку на спинку моего стула, соблазнительно улыбаясь.
– Да, хор...
– Нет, – грубым тоном перебивает меня Гарри.
– А ты какое отношение имеешь к этому? – смеется Джек, повернув голову в его сторону.
– Я с ней в паре и не хочу, чтобы к нам приписывали кого-то еще. Мы сами прекрасно справляемся и нам не нужен тот, кто будет тупить и тянуть нас на дно, – быстро говорит Гарри.
– Да ладно тебе, чувак, будет весело.
– Нет, ищи себе другую пару.
– Ла-а-адно, – протягивает Джек, медленно пробегаясь глазами по классу. – Что насчет тебя, Найл? Не против, если я буду с тобой и с...
– И со мной, – заканчивает Луи за него.
– Да, окей, – кивает Найл.
– А теперь, как думаете, почему мистер Дарси был настолько груб по отношению к Элизабет Беннет? – спрашивает мистер Харрисон.
– Можно я? – Джек поднимает большой и средний палец.
– Пожалуйста.
– Скорее всего мистер Дарси был груб с Элизабет, потому что боялся показать ей свои настоящие чувства, ну и потому что ему было стыдно показывать в обществе, что он полюбил такую обычную, ничем не примечательную девушку, – отвечает Джек, и я улыбаюсь от его ответа.
– Есть еще предположения? – с интересом спрашивает его мистер Харрисон.
– Все знают, что мистер Дарси гордый персонаж, в котором отражаются качества большинство мужчин. Наверное, Джейн Остин хотела показать в этом персонаже, что многие из парней настоящие козлы, которым стыдно признаться, что они влюблены в простых девушек. Да и мистеру Дарси казалось, что своей грубостью, он больше привлекает Элизабет, хотя на самом деле отталкивает.
– Отлично, Джек. Увлекаешься литературой?
– Есть немного. Просто Джейн Остин входит в список моих любимых авторов.
– А кого еще предпочитаешь читать?
– Колин Маккалоу, Джона Грина, Николаса Спаркса, Достоевского, ну, и Эмили Бронте, – немного подумав, отвечает Джек.
– Хороший вкус. Удивлен, что ты успел прочитать еще и «Гордость и предубеждение», – мистер Харрисон явно восхищен так же, как и я.
– Мне повезло, что я поступил сюда в начале года.
– Серьезно? – спрашивает Гарри Джека с легкой укоризной. – Мистер Дарси боялся показать свои чувства и поэтому грубил ей? Это же полная бессмыслица.
– Гарри, а ты что скажешь по этому поводу? – спрашивает мистер Харрисон с явным увлечением.
– Мистер Дарси был груб с Элизабет, потому она заслужила это из-за своего примитивного поведения, – говорит Гарри с полной уверенностью.
– Мистер Дарси своей грубостью пытался скрыть настоящие чувства к Элизабет. Он боялся признаться в этом не только ей, но и самому себе, – говорю я с явной очевидностью и поворачиваюсь к Гарри.
– Если бы она с самого начала была нормальной и не вела себя как стерва, не было бы никакой грубости, – говорит Гарри, повернувшись в ответ ко мне.
– Значит, в начале его не устраивало ее поведение и поэтому он был груб? – возмущено спрашиваю я.
– Именно, – ухмыляется он.
– Стоило ей только раскрепоститься перед ним, как его отношение сразу поменялось к ней. Он действительно перестал быть грубым, когда она показала себя настоящую и в буквальном смысле отдалась ему, – я прекрасно понимаю, что говорю совершенно не о романе, а о нас с Гарри.
– Его отношение не поменялось из-за этого. Оно всегда было нормальным. Просто ей стоило бы унять свой пыл и не вешаться на каждого после его признания.
– Вешаться на каждого? – на повышенном тоне спрашиваю я. – Ей вообще никто не нужен, кроме него. Она постоянно отказывала мужчинам только ради него, но, видимо, ему на это наплевать.
– Ему не наплевать. Она очень важна для него, и он думал, что все взаимно, но глаза никогда не обманывают, – прямым текстом намекает Гарри.
– А ты не думал, что она ведет себя так, только потому что он стесняется ее, боится подойти? Другим мужчинам не стыдно это делать в отличие от него. Только непонятно почему он так себя ведет.
– Да потому что он боится ляпнуть что-то не то или сделать идиотский поступок. Она думает, что ему просто меняться, но это сложно, учитывая его прошлое, – не выдерживает он.
– Ладно, но это не значит, что она будет ждать его вечность. Пусть избавится от трусости и покажет ей, что ему наплевать, что скажут другие, – на эмоциях говорю я.
– Тогда пусть она признается, что с ним становится настоящей, а не той, которую строит из себя в обществе.
– Хорошо, – коротко отвечаю я, откинувшись на спинку стула и скрестив руки на груди.
– Отлично, – усмехается Гарри, направив взгляд вперед.
– Здорово, – язвлю я, даже не взглянув на него.
– Замечательно, – прочищает он горло, в улыбке переглядываясь с Нейтаном, когда звенит звонок.
– Ребят, урок окончен, можете быть свободны. А вы, Гарри, Джек и Эшли, молодцы. Ставлю вам за урок «A» с плюсом, – говорит мистер Харрисон, когда я встаю, переглядываясь с Гарри.