Шанс, чтобы все исправить [ЗАВЕРШЕНО]

- Привет, - Гарри придвинулся ближе к Астории. Та вздрогнула и медленно обернулась на голос. В электрическом свете ламп сверкнул кроваво-красным камень на ее шее. Знакомо сверкнул.
Видно было, что она не ожидала его здесь увидеть. Или не хотела быть увиденной. На секунду паника промелькнула в ее глазах, но она тут же взяла себя в руки. Она подвинулась, давая Гарри возможность расплатиться за пиво. Астория изящно качнула бедрами, которые были обтянуты тканью ее платья, убрала вино в бумажный пакет с ручками, который выглядел с ее богатством и великолепием неуместно и по-плебейски.
- Мистер Поттер, - приветственно произнесла она голосом, сладким и текучим, словно мед.
Астория надменно взирала на Гарри, будто и впрямь имела на это право. Впрочем, Гарри ее понимал: сейчас он больше похож на бомжа, живущего в коробке из-под холодильника. Он не особо думал над тем, что надевал, выходя в магазин - вероятно, какое-то старье. Но решительным аргументом в пользу бомжа были черная щетина, красные из-за недосыпа глаза, и, разумеется, запах перегара, настолько резкого, что Гарри подумал, что он траву своим дыханием выжигать может. А тут еще четыре пива, пачка толстых - других Джинни и не курила, - сигарет и пакетик жареных орешков.
Гарри расплатился за пиво, поглядывая на камешек на тонкой шее девушки, стараясь вспомнить, где он его видел. Он висел на ее шее, как кулон в серебряной оправе, на серебряной тонкой цепочке - такому камню не нужно было золото, оно бы смотрелось с ним глупо и невежественно. Камень был глубокого красного оттенка, будто пролитая венозная кровь. Почти черная. Неуловимый оттенок. Сам камешек был большим, едва ли не три сантиметра в длину и два в ширину. Огранен был он весьма искусно, хоть и нарочито грубо.
Гарри и Астория вместе вышли из магазина - завязалась непринужденная беседа. Причем, беседу эту больше поддерживала Астория, будто ей было необходимо рассказать Гарри, зачем она здесь. Весь ее рассказ, от начала до конца, выглядел плохо сымпровизированной ложью, но Гарри не подал вида. Ему и дела не было, что делала Астория в этой части города, в самом обычном маггловском магазине. Он, конечно, недоумевал, с какой стати Астория вдруг решила с ним объяснится, но все еще пялился на ее камень, и девушка неправильно все истолковала:
- О, мистер Поттер, - вздохнула она, отчего грудь в вырезе платья поднялась. Только сейчас Гарри заметил, насколько глубоким этот вырез оказался, - это весьма невежливо с вашей стороны, так откровенно не смотреть мне в глаза, когда я говорю с вами.
- Симпатичный камешек, - рассеянно произнес брюнет, наконец, подняв глаза. В глазах Астории снова вспыхнул страх, близкий к панике, - никогда раньше не видел такого.
Астория успокоенно вздохнула и принялась вертеть в тонких пальчиках кулон.
- Да, паинит. Знаете, очень дорогой, - когда она заговорила, голос ее звучал тверже и смотрела она прямо, не пытаясь стрельнуть глазами куда-то в сторону, - о, и очень редкий, кстати. Я так полагаю, настолько редкий, что вряд ли Вы повстречаете такой у кого-нибудь еще здесь, в Британии.
Гарри удивленно взглянул на нее. Вот так, просто. Он схватил ее под локоть, так же бесцеремонно, будто снова выводил ее из своего кабинета к лифту, и развернул лицом к себе.
- Что ты себе позволяешь? - Зло прорычала она ему в лицо, оскалив ровные белоснежные зубы.
- Выполняю свои обязанности, - резко отрезал Гарри и прямо тут, с места, аппарировал к себе в кабинет. К счастью, на улице никого в этот момент не было. Хозяин магазинчика, услышав хлопок, удивленно выглянул в окно, но никого не увидел.
***
Гермиона даже не подняла голову, когда Гарри и Астория оказались в кабинете Главного Аврора. Астория испуганно оглядывалась по сторонам. Гарри отпустил ее локоть, обогнул свой стол и, упав в кожаное кресло, принялся писать записку. Пакет с бутылками, коснувшись стола, зазвенел стеклом. Он виновато, взглядом побитой собаки, посмотрел на Гермиону, но та не подняла головы.
На секунду Астория победно улыбнулась, зажмурившись, но ничего не произошло.
- А ты как думала? Если бы это мог проделать каждый, тут был бы не кабинет, а проходной двор, - все так же, не отрывая головы от бумаг, бесцветным тоном ответила Гермиона на неудавшуюся попытку аппарации.
- Вы не имеете права, - Астория выглядела беззащитной ланью, загнанной в угол вооруженными до зубов охотниками. Она часто дышала, глаза бегали по сторонам, ища пути к отступлению. - Клянусь, мой отец узнает об этом.
Гарри поднял голову, встретившись глазами со взглядом Гермионы, полным насмешки. Ее губы криво дернулись, будто она хотела улыбнуться, но потом она снова склонилась над бумагами. Значит, все еще злится. Записка, которую написал Гарри, улетела самолетиком в приоткрывшуюся дверь.
Гарри встал, подошел к Астории почти вплотную, но она отшатнулась в отвращении. Гарри протянул руку и сдернул с ее шеи цепочку с камнем.
- Ты украла его. В лучшем случае, - зло процедил он.
- О, я на это даже не надеюсь, - произнесла Гермиона, но тут же, поймав удивленный взгляд Астории, она быстро пояснила: - За кражу срок довольно малый. Гарри, будь другом, отойди от Астории. От твоего дыхания ей грозит, как минимум, алкогольное опьянение.
На этот раз Гермиона по-настоящему улыбнулась. Значит, приняла состояние Гарри на свой счет - повздорил с подругой и напился с горя. Пусть так, хоть злиться перестала. Гарри не упустил момент и извиняюще ей улыбнулся в ответ. Гермиона шутливо нахмурилась. В этот момент дверь распахнулась, и в кабинет втиснулась та самая девушка Аврор, которая сопровождала Асторию в прошлый ее «визит». Она широко улыбнулась Астории, по хищному, почти кровожадно. Аврор попробовала взять Асторию под локоть, но та отдернула руку.
- Да что вы все меня хватаете! - Она гордо и с ненавистью, граничащей с холодной яростью, взглянула на Гарри:- Ты еще пожалеешь, поганый полукровка. Я - Астория Гринграсс, и мой отец не оставит этого... - зло шипела она, как змея.
От испуганной лани не осталось и следа. Теперь перед ними стояла настоящая гремучая змея, яд которой был страшнее даже яда Василиска. Астория резко вздернула подбородок и вышла из кабинета с достоинством, которое только могла позволить себе в такой ситуации.
- Отчет лично мне, - кивнул Гарри Аврору, и та вышла вслед за Асторией.
Гарри сел в кресло, лихо закинув ноги на свой стол. Он потянулся, убрав руки за голову.
- Беспокойная ночка? - Спросила Гермиона с долей иронии в голосе, Гарри кивнул.
Он коротко пояснил, чем занимался всю ночь, забыв рассказать о поцелуе с Джинни и разговоре о Малфое. Под конец разговора Гарри, хоть в нем все еще и жила злость, принял скорбное выражение лица и сказал, что ему жаль, что он повел себя, как козел, тогда, в больнице. Гермиона только отмахнулась. Гарри знал, что Гермиона просто злится, ведь выбор пал на Малфоя - на человека, которого ненавидел весь Гриффиндор, а теперь и весь мир. Гермиона, в свою очередь, тоже принесла извинения. Но он знал, что этой нелепой сказкой о проклятии она лишь старалась отдалить Малфоя от Гарри, отдалить настолько, насколько это было в ее силах.
«И ведь у нее почти получилось», - подумал Гарри, скрипнув стиснутыми зубами.
Глухая злость вновь гневно заворчала в его груди, рискуя вылиться через рот потоком грязи и обвинений. Гермиона внезапно заявила, что ему, Гарри, необходимо будет прийти на суд - простая формальность, дело убийства Денниса. Гарри удивленно поднял голову и взглянул на девушку таким взглядом, что та невольно осеклась.
- Простая формальность, - прошептала она, слегка осунувшись.
Гарри ничего не ответил. Беседа оборвалась, в воздухе повисло напряженное молчание. Гермиона несколько раз поднимала голову, видимо, хотела спросить про камень, про Асторию и, разумеется, отобрать камень. Не из вредности, конечно, а из-за того, что камень был уликой, доказательством вины юной Гринграсс. Но Гарри только надеялся, что в качестве доказательства вины хватит и слов Астории, камень он не собирался отдавать. Поэтому каждый раз Гермиона натыкалась на такой холодный, властный взгляд, что ей оставалось только подчиниться.
Гарри поигрывал с камнем, то приспуская цепочку, то снова подбирая ее в ладонь. Его пальцы вертели камень и так, и эдак. В конце концов, Гарри просто достал из ящика стола небольшой нож и попытался вынуть камень из серебряного плена. Металл неохотно поддался. Так он и думал - на задней стороне камня имелась выемка, как у пуговиц с «ушком», но вовнутрь. Гарри отбросил цепь и покореженную оправу в сторону - это его больше не занимало, все его внимание захватил красно-черный камешек. Редкий, грубой огранки и исключительный. Как и его настоящий хозяин. Камень с сильным характером, но доступный лишь одному человеку. Цвет камня говорил о трагедии, о чем-то невыносимо печальном, от чего у впечатлительных барышень разрывались от рыданий сердца. Кровь из синей вены на белоснежном полу ванной.
- Ты собираешься вернуть его, не так ли? - Голос Гермионы вернул его из раздумий. Гарри кивнул, - камин закрыт, Гарри.
Заметив каким взглядом ее одарил Гарри, девушка поспешила объясниться. Этот взгляд пронизывал насквозь и был преисполнен уничтожающей ярости.
- Это прерогатива Малфоя, - процедила она сквозь зубы. - Я ни причем. Но это, на самом деле, справедливо.
Гарри снова опустил голову. Справедливо! Малфой имеет право на это, конечно! Он имеет право отобрать у Гарри последнюю возможность с ним увидеться. В дверь кабинета постучали.
- Можно? - Аврор вошла, торжествующе улыбаясь, и положила Гарри на стол пергамент, - суд состоится послезавтра.
Она так же вышла, не получив ответа. Видимо, Астория была ей немного противна. Гарри принялся читать пергамент. Несколько раз он издавал удивленное «Ого», вызывая любопытные взгляды Гермионы.
Наконец, он черкнул себе короткую записку, сунул ее в карман брюк, подхватил пакет с пивом. Подойдя к Гермионе, он вдруг весело подмигнул ей, растворяя царившее напряжение в улыбке.
- Прочти это, тебя повеселит, - он положил пергамент на стол. Гермиона тут же вцепилась в него цепкими пальцами, - и извести, пожалуйста, мистера Малфоя, что он должен присутствовать на суде, хорошо? Сам, а не многочисленная армия его адвокатов.
Гермиона, погрузившись в чтение, рассеяно кивнула. Гарри, оставив подругу с показаниями Астории, аппарировал домой, к похмелью Джинни.
Скоро он увидит Малфоя!
Он аппарировал на крыльцо своего дома и едва не наступил на Джинни - та лениво разлеглась на крыльце золотой львицей, упершись спиной на перила.
- Тебя только за смертью посылать. Если бы такое было бы возможно, я бы умерла, - лениво протянула она. Вечернее солнце ее изрядно разморило.
- Но для тебя ведь нет ничего невозможного? - Спросил Гарри, присаживаясь рядом, и протягивая ей сигареты и пиво. Она закурила.
- Как раз вовремя, - произнесла она, затягиваясь, - мои кончились. Где ты так долго был? Я хотела выпить антипохмельное, но оно пахнет так, будто это моча тролля, а не качественное зелье. Я чуть не умерла.
- Долго рассказывать, - Гарри открыл пиво и сделал глоток. Оно до сих пор было прохладным и отлично утоляло жажду.
- Так я и не тороплюсь, - ответила Джинни, закидывая свои ноги на его ноги. Гарри зажмурил глаза, как кот. Уходящее солнце не слепило, только лишь приятно грело, показываясь отсветом из-за крыш домов. Его оранжевые лучи путались в листве деревьев.
- Ну, хорошо, - Гарри снова сделал глоток. - Я говорил тебе вчера, что мы едва спасли Малфоя?
- Конечно! Я весь вечер слушала об этом.
Гарри не говорил ей только одного: он убил Денниса. Эта информация точно не для Джинни. Он просто забыл рассказать ту часть, в которой Деннис прекратил дышать и существовать как человек. Теперь от него осталось лишь имя в архиве.
- По правде говоря, спасение Малфоя - это уже титры этой истории, - продолжил Гарри. - Гринграсс - род древний и чистокровный. Дафна уже давно дама замужняя, а Астория постоянно отваживает своих женихов. Последним женихом, от которого нужно было избавиться, был Малфой. По понятным причинам он был последний кандидат на это место.
- А все потому, что она любила маггла, - хрипло протянула Джинни. - Ой, представь, могла бы стать еще одна история, похожая на историю Волан-де-Морта, гореть ему синим пламенем миллиарды лет. Итак, Астория влюбилась в маггла, который нисколько ее не любит, она от него беременеет, и...
- Джинни! - Ошеломленно оборвал оживившуюся подругу Гарри, - ты можешь дослушать? Если бы все было так просто, я бы не стал начинать так театрально.
Джинни закатила глаза и глотнула пива.
- Это был не маггл, но в целом все правильно. Это была маггла.
- Да ладно! - Джинни даже открыла рот от удивления. В ее ярко-карих глазах читался неподдельный интерес. - Астория? Лесбиянка?
- А я чертов педик. В однополой любви нет ничего такого, Джин. Чего ты оживилась?
Та смутилась бы даже, если бы умела. Но она прямо взглянула на Гарри:
- Это возбуждает.
Теперь закатывать глаза настала очередь Гарри.
- Представляешь, что было бы с ее семьей узнай они, что их дочь предпочитает девочек. В день ужина она увела Малфоя подальше от всех глаз, Криви подсунул мне бесполезные показания о «Девонширском дьяволе», надеясь, что я вовсе не явлюсь на ужин к Гринграсс. Проворачивать такое дело под носом у Аврора - дело рискованное, сама понимаешь. Но, спасибо Гермионе, освободился я раньше.
- Криви? И Астория? Как они спелись?
- Еще в школе Криви узнал, что она лесбиянка. Я понятия не имею как, но...
- Я еще в школе узнала, что Малфой - гей.
- ЧТО? - Гарри обернулся к Джинни так резко, что заболела шея.
- Ну да, гей. Ты не знал? Так что у тебя есть шансы. - Она весело подмигнула Гарри.
- Как ты узнала?
- Еще на четвертом курсе, - спокойно пожала плечами Джинни, - Я шла с тренировки по квиддичу, когда у меня носом пошла кровь. В этом были замешаны, конечно же, кровопролитные конфеты и Дин Томас. Малфой в это время зажимался с Ноттом. Сказать, что я охуела, значит, ничего не сказать...
- Теодор Нотт? - Прервал ее Гарри. Он сжал горлышко бутылки до побелевших костяшек пальцев, стекло едва не треснуло. Что, если у Малфоя до сих пор чувства к Нотту? Первая любовь и все такое...
- О, да ты ревнуешь?
Гарри вздохнул. К бывшим ревновать глупо. Решив вернуть разговор в прежнее русло, он продолжил:
- Он хотел ее шантажировать, но та согласилась на сделку даже охотнее, чем он ожидал.
- А она знала... что...
- В отчете написано, что она «догадывалась».
- Понятно, - как-то неопределенно отозвалась Джинни, открывая вторую бутылку. - Легче стало, наконец-то. Голова хоть прошла.
Гарри рассеяно кивнул. Астория догадывалась. Догадывалась на что шла, на какие муки она отправляла Драко. Рука в кармане сжала листок: Астория написала адрес своей любовницы, прося навестить ее и все объяснить. Объяснить, что она не бросила ее.
- Что ж, - Джинни поставила недопитую бутылку на крыльцо, встала, - пожалуй, мне пора.
Она наклонилась, мазнула губами по щеке Гарри и аппарировала.
Гарри еще долго сидел на крыльце, задумавшись. Оранжевое небо, согретое лучами солнца, превратилось в золотое, потом - в лиловое, вечернее небо, но по-прежнему теплое и близкое. Вечер был тих; на улице не было никого, кроме ветра, играющего с листьями деревьев, по-хулигански нарушавшего тишину.