Глава 32
Глава 32
Красивая история
Ну и пускай, пускай все знают,Что мы целовались с тобой у реки.Это любовь, любовь без правил,Это поля, где цветут васильки.Гости Гаррисона. Васильки
Раздался звон будильника. Ева поморщилась, каждый звук гвоздём вбивался в слуховую зону коры больших полушарий. Мелодия отличалась от установленной «по умолчанию» на её телефоне. Наверное, это Ира решила опять встать в шесть утра, чтобы успеть накраситься перед конкурсом капитанов. Ну конечно, надо же предстать перед Мирославом и другими участниками во всей красе. Будильник не утихал. «Сколько можно дрыхнуть… В твоих же интересах, Ира, встать пораньше, чтобы всё успеть», – подумала Ева. Она приоткрыла один глаз, солнечный луч падал всё это время ей на лицо, а теперь смог попасть прямо на сетчатку. Казалось, что он хотел прожечь её насквозь. Ева зажмурилась и накрылась одеялом с головой, чтобы заглушить звуки. Отвернулась в сторону, где должен был быть проход между кроватями, и ударилась. Одеяло немного смягчило столкновение между лбом и стеной. Ева поняла, что лежит не в своей кровати. И в одежде, хотя бы этот факт радовал. Где она? Сколько вчера выпила? И самое главное, что произошло?
Ева откинула одеяло и села на кровати. Осмотрелась и решила мыслить логически. Номер был точно такой же, как её. Значит, она в том же отеле, где остановилась с командой. Ева взглянула на соседнюю кровать: аккуратно застелена, плюшевого аксолотля на ней не было. На тумбочке всё ещё дребезжал телефон, и ей казалось, что её барабанные перепонки сейчас разорвутся от этого звука. Она взяла его и выключила будильник. С экрана блокировки на неё смотрела… она сама. В окружении енотов. Это фото было только у четверых людей: у неё, её родителей и Мирослава. Ева видела этот телефон слишком часто, но никогда не замечала, что за картинка стоит на обоях. Она услышала, как в ванной льётся вода, и обрадовалась, что сможет сейчас незаметно ускользнуть. С подоконника взяла сумочку, у двери быстро обулась. Потянулась к ручке и на секунду замешкалась. Она сейчас уйдёт, но что дальше? Что она натворила? Что вчера наговорила ему? Сможет ли теперь смотреть Мирославу в глаза? И сможет ли Мира простить её, если она вчера… Ева даже не могла представить, что могла наделать в состоянии без пары бокалов алкогольной комы. Почему она такая тупица?
– Ты куда? – Мирослав застал её врасплох.
– К себе, – Ева замерла, она была не в силах развернуться и посмотреть на него. Щёки горели от стыда за что-то, чего не помнила.
– У тебя же нет ключа от номера.
– Ну, вообще-то есть, – она медленно достала карточку из сумочки и, не поворачиваясь, подняла её так, чтобы Мирослав её увидел.
«Руки вверх, вы арестованы, вы имеете право хранить молчание», – подумала Ева.
– То есть историю с одним ключом на двоих ты вчера выдумала? – И тут он осознал, что падает в глазах Алины Олеговны и Иры всё ниже и ниже. Сейчас, когда Ева была трезвая и её не нужно было защищать от тех парней в клубе, он смог мыслить более рационально. Своей маленькой ложью она вырыла Мире глубокую яму, из которой он не знал, как выбраться. Если он утащил пьяную девушку к себе в номер, то точно не из благородных намерений. Совсем скоро Алина Олеговна и Ира поедут на конкурс капитанов, и третьекурсница наверняка расскажет, что Ева не ночевала у себя в номере. Какой же позор для него. То, что он смог уберечь её от неприятностей в лице тех мужчин в баре, по-прежнему не особо радовало.
– Что?.. – Ева нашла в себе силы, чтобы повернуться и посмотреть Мире в глаза, прежде чем задать главный мучивший её вопрос. – Что вчера произошло? – тот промолчал, Ева по взгляду поняла, что ничего хорошего. Она прислонилась спиной к двери, сползла на пол и закрыла лицо руками. – Надеюсь… это было худшим… из того… что я вчера натворила… – добавила она, всхлипывая.
Мирослав подошёл к ней и опустился на корточки.
– Конечно, я мог бы пересказать тебе всё произошедшее, но я этого делать не буду.
Ева убрала руки от лица, тушь растеклась и размазалась по щекам. Их взгляды пересеклись, и она начала смутно припоминать события вчерашнего вечера. Они вспышками пронеслись перед глазами. Бар. Коктейли. Куртка. Такси. Признание. Поцелуй. Не состоявшийся…
– О нет… – она хотела от стыда снова закрыть лицо руками, но её запястья перехватили. Не задавай вопросов, ответы на которые знать не хочешь.
– Ева, посмотри на меня, – Мирослав попытался понять, были ли её вчерашние слова правдой, после чего отпустил её руки и сел рядом с ней, прислонившись к стене. – Вижу, ты всё же что-то смогла вспомнить. Но повторю ещё раз. У нас с Ирой ничего нет. Никогда не было. И не будет. Я не знаю, что на тебя нашло и когда я успел дать тебе повод для ревности. Но если вчерашнее произошло только из-за меня, я сожалею.
– Но ты… но она… но вы… а на занятиях? – Ева слепо уставилась перед собой, с каждой минутой осознание своей глупости и чувство стыда давили на неё с новой силой.
– Глупышка, я ей абсолютно не интересен, как и любой другой человек, пока он не лежит перед ней на секционном столе и не воняет формалином на всю комнату. Ты вообще хоть иногда слушала, что она рассказывает?
– Нет…
– Ева… – Мирослав постарался собраться с силами, он очень давно никому не признавался в своих чувствах, – я понимаю, что сейчас, возможно, не самый подходящий момент… – подбирать слова оказалось ещё труднее, чем он ожидал. Мозг и артикуляционный аппарат как будто отключились друг от друга.
Сердце Евы бешено забилось, лишь бы это было тем, о чём она думает…
– Но в случае с тобой его было невозможно подгадать, как будто ты всегда так занята учёбой, что отвлечь тебя от неё – преступление. Возможно, я просто трус и тянул до последнего, и теперь расплачиваюсь за это. Если бы вчера не успел и какой-нибудь парень из бара добрался бы до тебя раньше, чем я… Я бы не пережил этого… Ты мне очень дорога…
«Ну же! Не томи!» – Ева тряслась от волнения. Места перед дверью было мало, а они сидели, соприкоснувшись телами, так что Мира смог почувствовать её нервную дрожь. Она молча положила голову ему на плечо, пытаясь без слов сказать: «Сожалею, что так вышло, что я такая тупица и всё испортила, но я понимаю, к чему ты ведёшь».
– Ты самая прекрасная девушка из всех, кого я встречал, – «в те моменты, когда не пьёшь с десяток коктейлей за один вечер и не ревнуешь меня к сокомандницам», мысленно добавил он, но момент портить не стал. – Искренняя, умная, с отличным чувством юмора. Если вчера ты сказала мне правду, то я тоже. Я тоже тебя люблю.
Ева лишь сильнее прижалась к Мире, понимая, что достаточно наговорила ещё вчера. Без алкоголя она не была такой храброй, даже теперь, когда знала, что её чувства взаимны. Мирослав одной рукой приобнял Еву. Она в ответ заплакала.
– Ну чего ты раскисла? – Он погладил её по плечу. – Я тут в любви признаюсь, а ты плачешь, и как это понимать? Ты представляешь, как сейчас ударила по моим самооценке и хрупкому мужскому эго?
Ева захихикала, он знал, что это её рассмешит.
– Да нет, просто… Я такая глупая… Придумать всякого и напиться смелости хватило, а просто поговорить, чтобы не доводить до такого, как вчера, – нет. И вчерашнее… Мне кажется, не этого я заслужила. Ты должен злиться на меня, а не…
– Помнишь, ты меня спрашивала, глупая ли ты? – перебил Мира.
– Да.
– Во всём, что касается учёбы, формул, учебников и всякой такой чепухи, ты просто гений. Но если шагнуть чуть в сторону, например, в сторону чувств, ты прекращаешь понимать, что происходит, и начинаешь тупить. Я не злюсь на тебя за вчерашнее, это последнее, что мне сейчас хочется, глупышка. Просто постарайся больше не попадать в такие ситуации. Я люблю тебя, слышишь? Я всегда рядом, ты можешь всегда ко мне обратиться. По любому поводу.
– И я тебя люблю… – Ева обняла Мирослава в ответ и уткнулась ему в плечо.
Не так она себе представляла этот момент. Она вообще никак не представляла это, потому что старалась задвинуть чувства в самый дальний угол сознания. Куда-то, где лежали тригонометрические формулы и измерение поверхностного натяжения жидкости методом отрыва капель. Но даже подумать не могла, что разревётся так, что не сможет ни слова сказать и перепачкает белую футболку Мирослава смесью туши и слёз. И как могла придумать такую чепуху про него и Иру? Мира всё время, пока она плакала, сидел около неё. Его объятия были для Евы самым тёплым и уютным местом на свете, но всё хорошее имеет свойство очень быстро заканчиваться. Если они хотели не опоздать с выселением и успеть на награждение, Еве нужно скорее бежать к себе и собирать вещи. Она была единственной, кто не смог сделать это с вечера.
Ира уже давно уехала. На прикроватной тумбочке лежали ключ-карта и записка:
Как будешь выселяться, сдай и мой ключ тоже. АО думает, что ты всё ещё дрыхнешь в нашем номере после вчерашнего. Надеюсь, теперь ты меня прекратишь ненавидеть. Вы с Мирославом теперь у меня в долгу. Шоколадки с фундуком будет достаточно.
Ева выпила таблетку от головной боли и постаралась как можно быстрее привести себя в порядок. Вещи она просто побросала в чемодан, аккуратно складывать их времени уже не было. С Мирославом они снова встретились на этаже. Еве было всё ещё немного неловко после вчерашнего. Она была очень рада, но не могла понять одного. Почему он ни слова не сказал про то, что хочет, чтобы она стала его девушкой? Или он не хочет? Наученная горьким опытом, на этот раз Ева решила не делать поспешных выводов. Мирослав же ждал подходящего момента. Хотел, чтобы у Евы была красивая история, которую можно будет рассказать своим подружкам. Сцена в прихожей гостиничного номера едва ли подходила под это описание. Ребята выселились из отеля, сдали вещи в камеру хранения и вышли на улицу.
– Мы успеем зайти в магазин? – спросила Ева.
Мирослав посмотрел на время.
– Да, а что такое?
Она протянула записку. Мира пробежался по аккуратному почерку Иры. Интересно, а почему не сообщением в соцсетях? Он не понимал, почему всё ещё так переживал по поводу своей репутации, но был безумно благодарен Ире за этот поступок.
– Пойдём, закажем такси от магазина.
– Мира? – Ева немного замялась.
– Что?
– Это ты вчера заплатил за меня в баре?.. – В номере она посмотрела баланс на карте и увидела на пару тысяч больше, чем ожидала.
– Да.
– Я всё верну!
– Прекрати, лучше пойдём скорее, если не хотим опоздать на награждение.
В лекционке Ева подсела к Ире и незаметно сунула ей шоколадку.
– Спасибо. И прости… за всё… ну, знаешь… – запинаясь, шепнула она, чтобы Алина Олеговна их не услышала.
– Надеюсь, у вас всё хорошо, – улыбнулась Ира. Её по-прежнему тошнило от одного только вида влюблённых парочек, но эти двое пока не позволяли себе ничего из ряда вон выходящего на людях, так что пусть живут.
Награждение было очень долгим и утомило Еву даже сильнее, чем лекции по философии или истории. Почти сразу же она положила голову Мире на плечо. Отчасти потому, что теперь хотела быть как можно ближе к нему с двойной силой. Ева особо ни на что не надеялась, но каждый раз вздрагивала, когда раздавался голос организатора: а вдруг сейчас назовут её имя? Но этого так и не случилось. Из их команды что-то заняла только Ира, два третьих места – в личном зачёте по теории и в конкурсе капитанов. В командном зачёте ребята тоже оказались в пролёте. Ева на этот раз не испытала никакой зависти и злобы по отношению к третьекурснице. Только не понимала, почему у Иры нет третьего диплома – за практику, она же смогла найти все структуры. В остальном же… Ну и что с того, что Ира что-то заняла. Еве казалось, что она вот-вот обретёт что-то более важное и ценное, чем пару бумажек и небольшую прибавку к стипендии. Любовь, как ей казалось, всей своей жизни. Ира хотела диплом, а лучше и не один. Еве было достаточно победить в гонке за сердце Мирослава, в которой, как оказалось, участвовала только она одна.
Их поезд был только вечером, и им предстояло провести ещё несколько часов в Питере. Пока они обедали в одном из ресторанчиков, Ира ни на секунду не умолкала. Дипломы призёра не смогли заставить её побороть своё возмущение по поводу некорректной организации олимпиады. Ева с Мирославом её почти не слушали и украдкой переглядывались. До них доносились обрывки её фраз.
– Видели победителя в общем личном зачёте? Он практику проходил параллельно со мной. Всё куплено, ему баллы просто так рисовали…
Ева снова утонула в глазах Миры.
– …По-хорошему всех, кто открыл комплекты заданий раньше времени, нужно было удалять, а команды дисквалифицировать…
Звуки прекратили доноситься, никого больше не существовало.
– …И у команды вуза, проводившего олимпиаду, было больше шансов, все препараты были у них в открытом доступе.
Но лучше Еве с Мирославом вернуться в реальность.
– Надо было сделать так, чтобы каждый вуз вёз свой препарат, – подхватила Ева.
– Ага, и мы бы везли нашу «бабку» с собой в купе, – добавил Мира.
– Фу! – вскрикнули Ева и Ира хором, хоть в чём-то они имели схожее мнение.
– Ты с ней в лифте не был, там за пару минут уже умереть можно, – сказала Ира.
– Вообще-то я её из саркофага доста…
– Это неважно, – прервала его Ева.
Алина Олеговна смотрела на своих ребят и умилялась. Наконец-то напряжение, царившее в команде, исчезло. Она уже отписалась Игорю Павловичу о дипломах. В следующем году они поедут в том же составе. Возможно, Ира откажется и начнёт покорять новые высоты, но у Евы и Мирослава будет больше шансов на победу. Она не сомневалась, что у них всё получится. А вместо Иры они смогут взять какого-нибудь второкурсника, который сможет отличиться на вузовской олимпиаде. Да и она сама за следующие месяцы подучит анатомию и наберётся опыта. Она не безнадёжна. Алина Олеговна гордилась своей командой и, самую чуточку, собой.
Поездку решили закончить подъёмом на колоннаду Исаакиевского собора. Желающих увидеть Петербург с высоты полусотни метров в вечернее время было достаточно, но это их не остановило. После бессчётного количества ступеней им наконец-то открылся вид на город. Они медленно шли по кругу вместе с остальными туристами. Вдруг Ева замерла и облокотилась на перила. Мирослав остановился рядом с ней. Их взору открылись аккуратные лужайки, деревья, тёмно-синяя лента Невы и позеленевшие от времени фигуры на крыше собора. Солнце уже заходило за горизонт и освещало всё мягкими золотисто-розовыми лучами, прямо как когда-то во сне Евы.
– Как же красиво… – прошептала она.
– Ну, знаешь, – Мирослав повернул голову в сторону Евы. – Всё это всё равно не сравнится с моей будущей девушкой.
– И кто же эта счастливица? – Она вспыхнула и не смогла удержать улыбку, пока поворачивалась в сторону Миры.
– Надеюсь, ты, – он приобнял Еву за талию и притянул к себе. Их губы встретились. Наконец-то настал подходящий момент. Каждая девушка заслуживает романтики и впечатлений. Раздался щелчок камеры.
– Не благодарите, – улыбнулась Алина Олеговна, когда ребята прервали поцелуй. Она давно догадывалась, что просто дружбой происходящее между ними не ограничится. Так кстати туристы ненадолго расступились, а эти двое так отлично смотрелись вместе. Конечно, в отчёт о поездке это фото не войдёт, но пусть останется у влюблённых на память.