Роня
Агнию и ее отчима я заметила издалека. Вышла из продуктового магазина как раз в тот момент, когда Леманн выскочила как ошпаренная из машины. За ней вылетел отчим. Что-то не понравилось мне в этом, поэтому я затормозила. Пакет в моей руке был большим и тяжелым, ручки жгли пальцы. Но я не торопилась домой. Я встала как вкопанная и не сводила глаз с разволновавшейся Агнии.
Разговор между этими двумя явно был не из приятных. Вот отчим схватил Агнию за руки, а та, поморщившись от боли и вскрикнув, слушала его быструю рассерженную речь.
Я отмерла и посмотрела по сторонам. Как назло – в эту минуту ни души. Тогда я прибавила шаг и с нескрываемым волнением окликнула Леманн. Полный пакет с продуктами тянул к земле, бил по ногам, но я не сбавляла шага. Отчим вздрогнул, тут же отпустил руки Агнии и отступил.
– Привет! – натянуто улыбнулась Агния, быстро взглянув на смутившегося отчима.
– Привет! – почему-то слишком громко выкрикнула я. А затем тоже перевела испуганный взгляд на рассерженного мужчину. – Здравствуйте!
Я впервые видела отчима Агнии вживую. До этого – только новости на местных сайтах читала и сюжеты по областному каналу с ним видела. Помню, как он вместе с каким-то депутатом привез новые компьютеры в нашу школу. Я тогда училась в десятом классе. Наша директриса после этого души в Олеге Борисовиче не чаяла, называя спонсором и «чудом свыше». И вообще в прессе я встречала исключительно положительные новости про него самого и его семью. Оттого удивилась, когда я узнала от Агнии, что она отчима терпеть не может и мечтает ему насолить.
– Здравствуйте, здравствуйте, – буркнул мужчина. Потом, словно стряхнув оцепенение, резко оттаял. Улыбнулся мне ровными и неестественно белыми зубами. – Вы дружите с Агнией?
– Вероника – мой репетитор, – быстро сказала Агния. – Мы давно не виделись. Я даже не рассказала ей, как последний экзамен на четверку сдала, благодаря нашим занятиям…
– Что ж, – кивнул отчим, – общайтесь, девочки, общайтесь. У меня дела. – Затем он обратился к Агнии: – Ты хотела, чтобы я подбросил тебя до центра? Вот, пожалуйста. До свидания. Хорошего вам дня.
Это он уже мне.
– До свидания, – закивала я. – И вам тоже хорошего дня.
Отчим Агнии обошел машину, сел за руль. Машина была заведена, видимо, он выскочил вслед за падчерицей, не заглушив мотора. Тут же дал по газам и уехал, едва не обрызгав нас с Агнией слякотной жижей из-под колес.
Мы продолжили стоять на месте и молчать. Я зашелестела тяжелым пакетом, перекладывая его в другую руку. Агния повернулась ко мне и спросила:
– Ты домой?
– Ну да, – тут же отозвалась я, снова подтянув пакет. Сил нет, какая тяжесть! В этот раз бабушка дала слишком длинный список продуктов.
Агния молчала. Смотрела на меня, не моргая. Я тоже на нее смотрела, пытаясь разгадать по лицу ее эмоции. Она рассержена? Напугана? Обычны ли для них такие семейные стычки или это произошло впервые? Растрепанная, без шапки, Агния ежилась от пронизывающего ветра. На улице сегодня подтаивало, с утра светило солнце, но при этом было холодно. Февральская погода – самая обманчивая.
– Ладно, бабушке привет передавай, – сказала Агния. Она даже не спросила у меня о свидании с Денисом. А ведь я так боялась этого вопроса… Накануне Агния не звонила, не писала мне. Видимо, ей было не до того.
Я испугалась, что Леманн вот-вот развернется и уйдет в неизвестном направлении. Но куда? В таком состоянии! И хотя Агния стояла с выражением лица, будто ничего не случилось, я сама все видела собственными глазами.
– Агния, все в порядке? – спросила я.
Вместо ответа Леманн неожиданно разрыдалась. Громко, не обращая внимания на откуда-то взявшихся прохожих. Она плакала навзрыд и не могла остановиться. Я растерянно поставила тяжелый пакет на подтаявший снег и крепко обняла ее. Ничего себе! Наша Снежная королева и такое умеет? Агния, продолжая рыдать, обняла меня в ответ. Так мы простояли несколько минут. Все это время Агния плакала, уткнувшись в мое плечо. Наконец оторвалась от меня и, по-детски шмыгнув носом и вытерев слезы кулаками, отчего на них появились черные разводы от туши, произнесла:
– Извини. Нахлынуло что-то. Давно не плакала.
– Если плачется, плачь, – сказала я. – Не держи… Так легче… Я часто… Это очень помогает…
Я так смутилась и разволновалась, что не могла закончить ни одно из предложений. Агния закивала и снова смахнула навернувшиеся слезы.
Я подняла с земли пакет, крякнув от тяжести, и твердо сказала:
– Идем к нам. Там бабушка свои фирменные голубцы делает. Только у нас сметана закончилась, поэтому она меня в магазин отправила. Ну и так чего докупить, по мелочи.
Агния уставилась на мой тяжеленный пакет, и рассмеялась сквозь слезы:
– По мелочи, значит? Давай я тебе помогу! – И чуть тише добавила: – Спасибо за приглашение.
Вдвоем держа один пакет, мы поплелись к моему дому. Бабушка, открыв нам, кажется, ничуть не удивилась Агнии, хотя наши занятия давно закончились. Видимо, тот факт, что я беру чужие вещи, повлиял. Ба наверняка решила, что мы с Агнией так сдружились, что теперь меняемся шмотками.
– Как вы вовремя! – довольно проговорила бабушка. – А у меня уже почти все готово. Сметанки только не хватает. Проходите, мойте руки.
Мы поставили пакет на пол. Малыш тут же уткнулся в него рыжей мордой, изучая содержимое.
Агния, опустив голову, первой прошла в ванную. Я, отогнав кота, помогла бабушке донести пакет до кухни и тоже отправилась мыть руки.
Леманн к этому времени уже смывала с лица растекшуюся тушь. Быстро взглянула на свое отражение, шмыгнула распухшим от слез носом, внимательно осмотрела скулу. А меня вдруг как ледяной водой окатило. А что, если отчим поднимает на Агнию руку? Какой кошмар!
– Выгляжу ужасно, – вздохнула Агния. – Это я так по улице шла? Как енот.
Я в ответ лишь растерянно пожала плечами. Мне хотелось перевести тему.
– Ты любишь голубцы? – спросила я.
И тут же вспомнила, что про бабушкины голубцы вела беседу и на первом свидании с Денисом. Вот уж универсальная тема для разговора.
– Давно не ела, если честно, – сказала Агния. – Только в детстве. Бабушка по папиной линии готовила.
– А сейчас вы не общаетесь с бабушкой? – осторожно спросила я.
– Она живет в Питере. Мой папа оттуда. Они с мамой познакомились, когда его по работе сюда перевели, – внезапно разоткровенничалась Агния. Возможно, это слезы выбили ее из колеи. – Мои родители развелись, когда мне было пять лет. С тех пор я бабушку не видела, хотя до этого мы к ней на каждые праздники ездили. Странно, но я все это так хорошо запомнила… И бабушку тоже. Но она до сих пор присылает мне открытки на Новый год. По почте. Писем не пишет, но один раз связала носки.
– Понятно, – вздохнула я.
Когда мы вытирали руки полотенцем, в ванную заглянула бабушка:
– Ну где вы? Болтушки. Я уже на стол накрыла.
Помимо голубцов бабушка, как обычно, заставила весь стол:
– Вот еще грибочки, огурчики и квашеная капустка…
В последнее время бабушка больше не играла в покер. Прошла ее любовь к карточной игре. Она даже с какой-то старой подругой рассорилась, потому что та жульничает. «Лучше к пасьянсам вернусь, спокойнее», – сказала бабушка.
Агния ела плохо, и бабуля только удрученно качала головой.
– Что ж ты совсем без аппетита? Худенькая такая. Может, невкусно? Соли добавить?
– Ба, – сказала я, – у Агнии стресс.
Леманн слабо улыбнулась и все-таки принялась за голубец.
– Сметанки добавь, – посоветовала бабушка. А затем вздохнула: – Агния – какое же красивое имя! А как тебя дома называют?
Агния растерянно пожала плечами.
– Так и называют.
– Ну… а ласково?
Агния совсем смутилась.
– Бабушка обожает всем ласковые прозвища раздавать, – поспешила объяснить я. – Думаешь, откуда «Роня» взялась? А Адамову бабушка Юсей иногда называет.
– А ты у нас будешь Агушей, – сказала бабушка, улыбнувшись. – Агуша – это же так трогательно. И очень тебе подходит.
– У вас очень вкусные голубцы, – сказала Агния. В ее голосе снова задрожали слезы.
Тогда мы с бабушкой озабоченно переглянулись, одновременно вскочили со своих мест и, подойдя к Леманн, обняли ее с двух сторон.
* * *
После обеда мы с Агнией отправились в мою комнату.
Теперь Леманн вела себя так же неуверенно, как когда-то я в ее доме. Будто впервые побывала у нас в гостях. Осторожно присела на край кровати и смущенно опустила голову.
– Я ведь тебя не поблагодарила, – произнесла Агния.
– Почему нет? – удивилась я. – Ты сказала: спасибо за приглашение.
– Нет, – покачала головой Агния. – Спасибо тебе за то, что спасла меня.
– А-а, ты про это. Да не за что, – почему-то страшно смутилась я.
– Нет, правда. Он был не в себе. Впервые так сильно психанул, я даже от него не ожидала, – продолжила Агния. – Не думала, что он способен на такое.
– Кажется, тебе не очень приятно об этом говорить.
– Если честно, мне впервые в жизни, наоборот, хочется выговориться, – призналась Агния, подняв голову и посмотрев мне прямо в глаза. – Но я не знаю, имею ли право грузить тебя всем этим.
Тогда я уселась рядом с Агнией и обняла декоративную подушку.
– Я готова тебя выслушать.
Агния на мгновение замялась, но все же начала:
– Я ведь даже будучи ребенком понимала, что отчим маме изменяет. Мы не очень много с ним времени вместе проводили, но несколько раз я замечала, что от него пахнет чужими духами. Не мамиными. Моя мама всю жизнь пользуется одним парфюмом, в отличие от меня. Ты же помнишь, сколько флаконов на моем столике?
Я, вспомнив запах смородиновых леденцов, кивнула.
– Помню.
– Мне нравится ароматы коллекционировать и быть непостоянной. А мама не такая. Она если что-то выберет сама, то это на всю жизнь. Думала, так будет с папой, но он влюбился в другую женщину. Мама так болезненно переживала все это. Для нее развод равен концу света. Но я не понимаю, как она все эти годы живет вот так. С чужим запахом женских духов в своей постели.
– Действительно. Для чего же твоя мама все это столько терпит? – удивилась я. Возможно, если она однолюб, то полюбила отчима Агнии с первого дня и готова терпеть все эти душевные муки до конца жизни… А если бы я так же сильно полюбила Григоренко? Пришлось бы и мне день и ночь выслушивать, какая я «сегодня бледная», «скучная», «неуверенная»…
– Из-за денег, – ответила Агния. – Не для себя. Вернее, не только для себя. Знаю, звучит ужасно. Но мама всегда говорила, что хочет, чтобы у меня было все лучшее. И еще мне кажется, она была счастлива, лишь когда жила спортом. А потом эта травма, которая ее сломила. Еще и развод. У мамы все деньги ушли на лечение. Она хотела, чтобы я исполнила ее мечту. Чтобы в фигурном катании достигла бóльших успехов, чем она… Но я травмировалась еще раньше.
Прошло несколько лет, но эта тема для Агнии явно оставалась болезненной.
– Но не в этом суть, – вздохнула она. – Ненавижу отчима. И сделаю все, чтобы подпортить ему жизнь.
Я тут же подумала о наших свиданиях с Денисом. Ведь и это все Агния затеяла лишь для того, чтобы отчиму насолить. И в этот момент, как назло, пришло сообщение от Дениса:
«Ты еще у своей Рони? Я здесь недалеко от вас. Хочу увидеть тебя снова. Как можно скорее».
Я тут же почувствовала, как на щеках вспыхнул румянец. Но не стала отвечать Денису и быстро убрала телефон в карман. Мы с Агнией встретились глазами и молчали. Только настенные часы в моей комнате громко тикали. Конечно, Леманн сразу догадалась, от кого я получила сообщение.
– Это он? – спросила Агния.
Думаю, и ответа не требовалось. Мое смущенное выражение лица говорило само за себя. Я промолчала.
– Ты все-таки на него запала, верно? – продолжила допрос Агния.
Запала. Еще в восьмом классе запала. Но как рассказать об этом Агнии? Она ведь решит, что я ею воспользовалась… А ведь я просто хотела выручить свою знакомую!
Да-да, Роня. Утешай себя этим. Именно это ты и сделала: воспользовалась ситуацией себе во благо. Захотелось единственного в жизни идеального свидания, видите ли. Агния сама не подозревает, что она, подобно змею-искусителю, поднесла мне запретный плод. И я, наплевав на все свои принципы, приняла его и откусила. Теперь же сама не рада. Заснуть не могу от раскаяния и угрызений совести.
– Хочешь, я ему сегодня же все расскажу? – так и не дождавшись от меня ответа, предложила Агния.
– Ты расскажешь? – перепугалась я. Боже, как это, наверное, ужасно прозвучит из чужих уст. Что она ему скажет? «Мы с подругой тебя разыграли»? А ведь Агния мне за это еще и денег предлагала…
– Ну да, – пожала плечами Агния. – Я ведь все это заварила, мне и отвечать. По-другому, похоже, из этого все равно не выкрутиться. Ты ведь вчера его не бросила, верно?
После поцелуя, от которого у меня крышу снесло? Я только головой покачала.
– Так и думала, – вздохнула Агния. – Ну а что ты тогда предлагаешь?
– Сама расскажу ему обо всем, – ответила я, несмотря на то что боялась гнева Агнии. – Сегодня же.
– Валяй, – пожала плечами Агния. – Сомневаюсь, что у тебя хватит смелости, но раз уж ты отказываешься от моих услуг…
Нет уж, с глазу на глаз мне будет легче открыться. И признаться в своей любви. А из уст Агнии вся правда сможет прозвучать как издевка. Попользовались, посмеялись за глаза… Денис ведь даже не знает, как сильно важен для меня. А я раскрою ему все свои чувства.
– И ты не сердишься? – все-таки удивилась я. – Чего это ты вдруг такая добренькая? А как же отчим и ваше сватовство?
– Пошел он! На отчима и его бизнес мне вообще плевать, – отрезала Агния. – Пусть провалится со всем этим сквозь землю. Я и так уже испортила с ним отношения. Осторожничать больше не имеет смысла.
– Ты сможешь разозлить его еще сильнее, – испугалась я. Мало ли на что он способен.
Агния лишь дернула плечом. Храбрится.
Телефон в кармане снова завибрировал. Денис. Сердце каждый раз взволнованно трепыхалось, когда я получала новые сообщения от Мороза. Я все-таки достала телефон и быстро напечатала ответ: «Да, я здесь». Не стала приписывать «У Рони». Честно говоря, понятия не имела, как все рассказать и с чего начать…
Агния все это время внимательно смотрела на меня и о чем-то думала.
– Не бойся, он нас поймет, – внезапно произнесла она. – И судя по тому, как активно он тебе написывает, сам влип по самые уши.
– Ты так думаешь? – вспыхнула я. – Вообще-то мы вчера три часа перед сном разговаривали по телефону.
– Как все серьезно, – хмыкнула Агния.
– Он заедет через полчаса.
– Давай помогу тебе собраться? – предложила Агния. – Показывай, где тут у тебя и что.
Я обрадовалась. У Агнии был отличный вкус, и она здорово подбирала вещи. Пока делала мне укладку, позвонила Юлька. Мне было неудобно разговаривать с Адамовой при Агнии, но Юля не отставала, пытаясь выведать подробности моей предстоящей встречи с Денисом. Как и Леманн, подруга не верила, что я решусь покончить с обманом. Но я была настроена решительно.
Пока Агния расчесывала мне волосы перед зеркалом, я смеялась над Юлькиной болтовней, и то и дело ловила на себе в отражении тоскливый взгляд Леманн.
Уже в коридоре, когда мы обувались, Агния вдруг негромко сказала:
– Извини, что тебя в это втянула.
– Извинить? – удивилась я.
Нет, Агния не понимала. Она предоставила мне шанс на миллион, я бы ни за что не смогла познакомиться с Денисом при других обстоятельствах. Конечно, вранье пока все омрачало. Но теперь, когда Леманн была за меня, мне казалось, что я все смогу.
– Ой, перестань, – улыбнулась я.
– Понимаешь, – разгоряченным шепотом продолжила Агния, боясь, что бабушка сможет нас услышать, – мой отчим всю жизнь играет не по правилам. Мне кажется, это у меня от него. Я просто не знаю, как это – по-честному. Наверное, это так классно, когда ты можешь сразу поступать правильно. Я так не умею.
Улыбка тут же исчезла с моего лица. А ведь Агния не знает самого главного. В первую встречу Денис предложил прекратить общение сразу, а я все равно пошла с ним на свидание. И если это когда-нибудь станет известно Леманн, то она сразу меня убьет. Я сама действовала нечестно в своих интересах. Мамочки!
В кармане шубы в третий раз завибрировал телефон. Агния великодушно разрешила носить ее вещи, пока я не скажу правду.
– Денис приехал, спускаемся, – поторопила я Агнию, пытаясь скрыть волнение.
Выкрикнула бабушке, что мы пошли гулять, и первой выбежала на площадку.
– Ладно, ты иди, – замялась Агния, когда я захлопнула дверь. – Ни к чему, чтобы он нас снова вместе видел. Возможно, ты права и без меня тебе будет проще.
– Уверена?
– Да.
В порыве чувств я крепко обняла Агнию.
– Спасибо, – теперь шепнула я.
– Удачи.
Я побежала вниз по лестнице, а Агния так и осталась стоять у двери моей квартиры.