Где же ты, моя бабочка? [ЗАВЕРШЁН]

Китай является одной из самых великих империй в мире. Испокон веков она была лидирующей страной, имея могущественную армию, богатые ресурсы и великих соратников. В Китае были налажены торговые пути, многие стремились наладить хорошие отношения с этой страной.
Империей правила династия Мин, она длилась несколько веков и была одной из самых могущественных. Каждый, кто шёл против неё, был уничтожен, стёрт с лица земли. Люди из этой династии были предельно жестокими, но мудрыми, они блестяще расправлялись с врагами и вели дела внутри страны.

В империи Мин был построен флот, и создана постоянная армия, общая численность которой достигала миллиона человек. Частный сектор земельных владений, в результате продолжительных войн, сократился до одной трети всей обрабатываемой площади, в противовес чему возрос государственный сектор. Была проведена жёсткая централизация управления, предпринимались попытки регламентировать все сферы жизни граждан.

В Китае многие законы, в том числе законодательство о праве владеть рабами, существенно отличались от систем управления других государств. Китайская система владения работорговли являлась самой цивилизованной. Ни одно из государств, независимо от того, насколько в них была развита цивилизация и система управления, не разделяло рабов на категории. В Китае же их было целых четыре: - Первая категория. Военнопленные. Отличались выносливостью и крепким здоровьем, что, естественно, делало этот товар особенно дорогостоящим. Купить бывшего воина могли позволить себе только богатые люди, включая государственных правителей. Такой товар редко использовался в качестве обычной прислуги или простых работников.
- Вторая категория. Рабы, взятые в дань из государств, непосредственно подчиняющихся политике Поднебесной. Эта категория рабов, или точнее заложников, не предназначалась для выполнения грязных работ. Обычно особи, которые находились в качестве заложников у себя на родине, сами являлись представителями знати. Заложников могли использовать в качестве прислуги для высокопоставленных особей, как женского, так и мужского пола. Они, несмотря на более высокий статус, не имели право голоса и не участвовали в решениях политических или других проблем.
- Третья категория. Проданные в рабство за долги. Здесь, в основном, попадались люди, чьи семьи, погрязая в долговых обязательствах и не сумев вовремя рассчитаться с кредиторами, продавали в рабство или отдельных членов семьи, или всю семью полностью. В рабство могли попасть как взрослые особи, так и дети. Здесь людей использовали в зависимости от того, какую именно работу мог выполнять раб и насколько он это быстро и качественно делал.
- Четвертая категория. Преступники. Этих рабов использовали на самых грязных и тяжёлых работах. За малейшую провинность рабов жесточайше наказывали, а любые попытки бунта или саботажа карались смертью.

В большинстве государств система управления торговли рабами, их использования практически веками не видоизменялась. Китай же, как сильная держава, во многом совершенствуя систему управления, не только заботился о внешней политике, но и устранял пережитки прошлого.

***

Пак Чимин относился к бедному сословию людей, как и вся его семья. Всего их было четверо, с родителями и братом. Но в один день в их деревню пришли солдаты империи Мин. Намерения их были известны каждому - пришло время отдавать плату, из-за чего многих особей, молодых альф и омег, увели в рабство. Это были бедные, те кто не смог уплатить большие налоги. За такие долги расплачивались людьми, преимущественно молодыми и сильными, способных для тяжёлых работ. Нередко солдаты, встретившись с отказом или попытками бегства, насильно уводили детей. Их проще было приучить к работе.

Чимин был старшим в семье, отроду восьмилетним ребёнком, когда в их дом нагрянули солдаты. В тот день, по велению нужды, он был с папой в лесу. МинХо был лекарем в их деревне, и поэтому хорошо разбирался в лечебных травах. Маленький Пак нередко любил ходить с ним, внимая всю информацию, которую ведал ему его родитель, рассказывая о разных свойствах того или иного растения. Омега внимательно слушал, пытаясь помогать и собирать всё, что требовалось для врачевания. Он сам с удовольствием накапливал ценный опыт, возлагая большие надежды на подобное, как и у его родителя, будущее.

Когда двое солдат пришли в дом Паков, то там был лишь брат и отец Чимина. СэХун, супруг МинХо, не смог осилить те большие налоги, но и сына отдавать был не намерен, сопротивляясь воле приспешников империи. Альфа до последнего пытался защитить своё маленькое дитя, но солдаты были беспощадны, поэтому без колебаний лишили СэХуна жизни, а плачущего Техёна забрали с собой.
Когда Чимин с МинХо вернулись домой, то было уже поздно. Брата похитили, а на полу, рядом с входной, скрипучей дверью, лежало бездыханное тело альфы. Маленький омега замер, роняя на тонкую подножную ткань корзинку с цветами и листьями, что россыпью легли в лужу крови. Сам МинХо беспросветно горевал после смерти любимого истинного и своему похищенному ребёнку. Он был безутешен, как и сам Чимин, который несколько дней ничего не ел и не пил, не смыкая карих глаз, боясь увидеть во сне мёртвое тело родителя. Краски окружающего мира потухли под натиском боли и страха, а радостный смех в деревне утих. Весь мир погрузился во мрак, а людей, что утратили близких, пленили горечь и сожаление.

Чимин жутко скучал по своему младшему брату. Ещё вчера он был самым счастливым омегой на всём белом свете, а уже сегодня Пак, прижимая ладонь ко рту, задыхался в горьких рыданиях. У него было всё, о чём можно было только мечтать: любящий папа, сильный отец и озорной, непослушный брат, он очень сильно любил свою семью, невзирая на бедность, которую затмевало беспредельное счастье. Тот день стал переломным в жизни ещё неокрепшего омеги. Весь его радужный и безоблачный мир рухнул в одно мгновение по одному щелчку. Всё, что у него было, варварски отняли, оставляя лишь бесценные воспоминания и разбитые мечты. Вся его жизнь, словно чистое зеркало, разбилась на маленькие кусочки, оставляя в сердце глубокие раны, которые со временем превратились в уродливые шрамы. Утрата семейного счастья была велика, а боль от смирения с этим ещё больше.

***

Со дня убийства отца и похищения брата прошло уже больше десяти лет. Десять долгих мучительных лет, за которые боль и ненависть к этой династии стали непредельно огромными. И только месть в Чимине разжигала желание жить существовать в этом прогнившем насилием мире.

*

Пак даже не думал об отношениях, которые считал пустой тратой времени, нервов и сил. У каждого альфы и омеги была своя особенная и уникальная метка на левом запястье, по ней можно было определить своего предназначенного, человека с похожим отличительным знаком. Завести потомство возможным было только со своей единственной парой, чьи метки совпадали. Ни с кем другим создать семью не было возможным. Таковыми были жёсткие условия природы.

У Чимина же была метка в виде небольшого чёрного крылышка бабочки, которая всегда была скрыта от постороннего взора полоской перевязочной ткани. Таким, казалось бы, невинным жестом, омега отказался от начертаний судьбы, от своей предназначенной пары, скрывая чёрное вольное крылышко тонкими перевязками. Вся эта скрытность была предельно ясна: Чимин не желал всего этого: ни своей семьи, ни пары, ни детей. Единственное, что вызывало у озлобленного на всю жизнь омеги интерес, так это месть.

*

После смерти последнего оставшегося у него родителя Чимин покинул свою деревню. Дом, воспоминания, маленькая, потрёпанная рубашка шестилетнего Тэхёна - всё это не давало покоя, истязая сердце и отягощая душу. На тот момент ему было всего лишь двенадцать, в которые он начал пытаться найти своего родного брата. Пак молился каждый божий день, чтобы Тэхён был живым и здоровым, чтобы он нашёлся и вернулся обратно к нему. Вот только с каждым годом надежда в его возвращение угасала, молитвы давно оказались забытыми, а Всевышний, к которому обращался Пак, был проклят им же. Всё стало чуждым, всё обрело новые краски, вот только светлый образ родного и такого дорогого человека был неизменным. Тэхён был до боли резвым и неспокойным ребёнком, который не уставая вскидывал руки к солнцу и восхвалял его за свет и тепло. Он был тем самым омегой, который рвался в бой с собственным братом, чтобы показать всю свою силу и бойкость, будто бы он был самым настоящим альфой. У него была удивительная прямоугольная улыбка, маленькая родинка на кончике носа, алые, как кровь, волосы и нежный вишнёвый запах. Эта вишня навсегда осталась с Чимином, который свято берег память о единственном брате. За все свои восемнадцать лет Пак видел много омег с похожим запахом вишни, но такого, как у его Тэхёна, не было ни у кого. Тягостно сладкого и терпкого, такого, что от одного вдоха можно было впасть в зависимость. Он был в сотню раз лучше, ярче и насыщеннее никчёмных других. Пак был уверен, что только по одному запаху он смог бы узнать своего Тэ. И лишь одна мысль о том, что брат возможно жив, приятно грела.

***

Уже завтра свершится то, ради чего Чимин прожил эти мучительные десять лет. С двенадцати, после смерти своего папы, он отправился в путь, чтобы найти людей, которые смогли бы поддержать его в поднятии бунта и совершении революции. Омега из отчаяния решился на этот серьёзный шаг, понимая, что обратного пути из этой пучины уже не будет. Ценою такого запроса была его жизнь. Смертник тот, кто вздумал идти против действующей династии, Чимин хорошо понимал это, вот только другого пути у него не было.

Чимин нашёл большую поддержку в Северных провинциях страны, куда он отправился после оставления родного дома. Омеге чудом удалось уговорить старейшину одной из немногих деревень последовать за ним и повести за собой ещё несколько десятков людей, что совсем отчаялись найти покой в этой беспросветной тьме. Они были готовы положить на это дело голову, сделать шаг к светлому будущему.

Уже с немногими, кто отважился идти в путь, омега призывал немногочисленные народы к восстанию, подбирая такие провинции, где население сильнее всего пострадало от правления императора, чтобы было легче всего перевести их на свою сторону. Люди, которые совсем отчаялись найти приют в этом жестоком мире, нашли в совсем юном мальце луч надежды на лучшую жизнь. Отчаявшиеся народы следовали за Чимином, совсем не жалея об этом, так как терять им было нечего, всё равно, рано или поздно этот мир уничтожит и сравняет их с землёй. Многие люди хотели восстания, но не было человека, который смог бы пробудить в них желание сражаться за своё жалкое существование и встать во главе их первым. Пак даже не мог подозревать, как много людей жаждут справедливости, но продолжают подчиняться правителю из-за страха смерти.

***

Сейчас, несмотря на бунтарство и веру в невозможное, Чимину восемнадцать. Он вырос прекрасным омегой, что мог покорить каждого одним только взглядом. У него были огненно-рыжие волосы, нежная, как лепестки роз, светлая кожа, омега был среднего телосложения, с хорошо вырисовывающимся контуром накаченных мышц, что придавали стройному телу более изысканный вид. Носил Пак исключительно мешковатую, большую по размерам одежду, скрывая под ней свою идеальную фигуру, что за ненадобностью привлекла бы большое внимание. Красивое лицо скрывала же чёрная маска из редкого эбенового дерева. За этой скрытностью, из-за того, что никто не видел настоящего лица своего предводителя, омегу прозвали Безликим, без настоящего лица. Некоторые пускали слухи, что под маской он скрывает страшные шрамы, чтобы хоть как-то ответить на вопрос почему именно он это делает. Но никто не знал, что настоящие шрамы были только в душе Пака. Омеге не требовалась природная красота, она только мешала ему, почему он и стал скрывать её от всех, утаивая не только внешность, но и половую принадлежность. У него был редкий запах мелиссы, лимонной мяты, но благодаря отвару, который он изготавливал собственноручно из лечебных трав, запаха никто не чувствовал. Ему было важно скрыть факт того, что он омега. Для всех окружающих Безликий был бетой, не больше. Ведь народ вряд ли бы смог доверить свою жизнь в руки одного омеги, коих считали слабыми, способных нести лишь бремя семьи.

*

Ровно десять лет назад закончилась его жизнь. Ровно десять лет назад он поклялся, что отомстит империи Мин, лишив жизни правителя страны, как когда-то лишили его семьи. Время пришло. За спиной омеги бесчисленное количество обездоленных, униженных и оскорблённых людей, тех, кто, как и он, надеялся уничтожить жёсткий строй и создать новый мир.

За эти года долгих странствий, он призвал многих. Сторонники восстания также пытались укрепить свою силу и призвать новых людей, чтобы присоединиться, и единой силой свергнуть действующее правительство. Важно было начать с обычных селений, заканчивая центральным городом, где как раз и находился дворец династии. Вербовали многих, даже некоторые солдаты из войска Мин были на стороне Безликого. Многие года он собирал вместе всех, кто готов был совершить бунт и пойти против правительства.

Оружие люди изготавливали сами, но часть их они получили благодаря поддержке некоторых солдат. Большая часть силы была направлена на центральный город, но для неожиданного удара нужно было отвлечь внимание правительства на запад, для того чтобы ослабить бдительность императора и напасть на дворец, что будет более уязвим. Третья часть небольшого войска была направлена на запад на поднятие бунта среди мирного народа. Туда шли люди, которые знали, что армия императора быстро подавит их, но этого времени хватит, чтобы другая часть смогла двинуться в центр города. Так как войска Мина будут сосредоточены в западной части на подавлении народного восстания - дворец будет уязвим. И в этот промежуток остальное войско незамедлительно совершит нападение. Их главной целью был действующий правитель Китая, который взошёл на престол после смерти прошлого императора, своего отца, - Мин Юнги. Он являлся единственным сыном умершего правителя, так как других кровных наследников альф не было, а омег на эту роль даже не рассматривали. Супруг прошлого императора не смог дать ему больше одного ребёнка, так как омега скончался при родах своего первенца. Династия Мин была под угрозой исчезновения, поэтому все надежды на продолжение великого рода возлагали на Юнги и на его истинного, которого альфа ещё не нашёл. Ему было уже двадцать пять, но он так и не обрёл свою пару, которая смогла бы выносить для него наследника. Поэтому за смертью императора будет уничтожена вся династия, а на смену ему придёт другой, народный правитель.

*

С наступлением нового дня, малые войска перейдут в нападение. Под командованием Безликого одна часть людей была направлена на центр города. Другая часть, под руководством альфы Чон Хосока, поднимет бунт на западе. Чимин готов был умереть ради своего плана, ради мести. Он заберёт императора с собой на тот свет и избавит этот мир от этого тирана. Его жизнь - ключ к светлому будущему других.

***

За горизонтом виднелись первые лучи восходящего солнца. Небо озарилось ярко-розовыми с золотыми разводами, что казалось знаком предстоящего кровопролития. Небесное светило отгоняло мрак ночи, освещая бескрайние территории. Народ олицетворял Безликого с этим солнцем.

*

Войско, под командованием Чона, уже через несколько часов начнёт поднимать бунт в западной части страны. Люди были готовы к сражению, так как такие небольшие войны были не редкостью, многие восставали против правительства, но армия Мина быстро расправлялась с протестующими, тем самым подавляя желание противиться закрепившимся устоям. Уже через пару часов на западе поднимут большую шумиху, которая поможет достигнуть желаемого. Безликий знал точное время, он рассчитал самый подходящий промежуток, когда дворец будет более уязвим. У его войска был чётко продуманный план наступления, благодаря которому небольшой отряд, включая самого Безликого, сможет добраться до тронного зала и уничтожить единственного законного представителя власти Мин.

Этот день войдёт в историю, как день завершения жестокого правления многовековой династии.

*

Вскинув голову вверх, под едва тёплые лучики небесного светила, Чон блаженно прикрыл глаза, отдаваясь далёким воспоминаниям, что привели его на эту скользкую тропу борьбы. Лёгкий ветер трепал его каштановые волосы, скользил по вспотевшей, натертой до мозолей ладони, которая позже обхватит рукоять меча, проливая кровь врага. Альфа не помнил ни одного момента подобного удовлетворения и спокойствия как этот.

Хосок встретил Чимина четыре года назад, тогда ему было двадцать, а этому мальцу четырнадцать. Но несмотря на свой, казалось бы, юный возраст, он уже вёл за собой несколько сотен людей. Чон, так же как и Пак, утратил свою семью, когда ему было всего-навсего десять лет. С тех пор прошло много времени, но ненависть к правящей династии никуда не ушла. Наоборот, она достигла своего пика.

В то время альфа находился в восточной части страны. В своё время Чимин смог убедить Хосока совершить восстание, укрепив число восставших, и найти ещё больше сторонников среди других народов. Чону нечего было терять, поэтому он быстро согласился. За распределением власти главенствующих частей бунта, альфа стал предводителем небольшого войска, которой выпала задача отвлечь внимание на себя, пока Пак нанесёт удар по дворцу.
Альфа, прощаясь со своей недлинной жизнью, наслаждался последними уходящими моментами, понимая насколько чудесна окружающая его природа. Он прекрасно осознавал, что его ждёт: как если бы он погиб при подавлении бунта или же его казнили бы после. Хосок не думал отступать, он сделал свой выбор давно, ещё четыре года назад, когда согласился идти с Чимином. За эти годы омега, прячущийся за маской и принадлежностью к бете, стал ему дороже всего. Единственное, о чём сильно жалел шатен, так это то, что он не успел признаться своему предводителю в более тёплых чувствах, которые альфа испытывал к Паку уже давно. Лишь осознание о невзаимности не давало сделать этого раньше. Открыв глаза и отогнав мысли о когда-то любимом человеке, Хосок сжал рукоять своего оружия, готовый хоть сейчас идти в бой с противником. Но вместо кровопролитий, шатен взглянул на поднимающееся в небе солнце, обращаясь к нему, как к живому существу, которое будто способно было помочь положить конец с правящим в этом мире злом.

- Пусть Всевышний дарует нам светлое будущее! - воскликнул альфа, прежде чем отдать приказ о начале осуществления плана.

***

Безликий ликовал от одной мысли, что всё шло строго по его плану. Через несколько часов с начала бунта под предводительством Чона, император, как и ожидалось, определил часть своей армии для подавления бушующего народа. В центральном городе быстро расползлись слухи, и многие были наслышаны о шуме на западе, где ранее не было ничего подобного уже больше двух лет. Все знали, что это ненадолго, так как армия быстро подавит бунтующих. Все давно смирились с одним простым фактом: восставший против династии Мин = покойник.

*

Все войска правительства были сосредоточены на западе - восток и центр уязвимие. Безликий подобрал лучший момент для нападения. Узнав о выигрышном, в пользу Чимина, расположении императорских войск, отряды начали наступление на город. По сведениям разведчиков, в центре должна была оставаться лишь малая охраняемая часть, а численность войска Безликого превышала бы Мина в два раза. У него были завербованы люди, которые должны были помочь попасть в город и открыть доступ ко дворцу. Нужно было лишь расправиться с оставшимся войском, после чего Безликому был открыт путь к правителю, вернее, к его обнажённой шее, на которую уже был заточен меч.

***

Как и рассчитывал Безликий, его войско смогло быстро войти в центр, благодаря разведчикам, которые направляли его. Но, к большому разочарованию, численность армии Мина составляла немалую часть от всего, как он предполагал ранее с полученных сведений, а гораздо больше половины. Этот один неправильный пункт очень сильно сказался на людях Безликого. От завербованных разведчиков он был осведомлен о другой информации, но вместо этого оказалось всё совсем наоборот. Армия Мина уже поджидала их, готовая принять вызов и начать сражение. Омега не мог понять, где именно он допустил просчёт, но только потом осознал, что предали его свои же сообщники.

***

Юнги узнал о предстоящем восстании от доносчиков, что, под прикрытием союзников некого Безликого, узнавали о всех предстоящих шагах. Лишь одна мысль, что на протяжении нескольких лет против императора разворачивался настоящий заговор, повергала в немой шок. Для альфы это было непростительным поступком. Для каждого, кто пойдёт против него, уже была уготовлена веревка, а для их предводителя - жестокая публичная казнь.

От своих людей, ещё несколько недель назад, Юнги узнал, что некий человек собрал из народа немногочисленное войско, которое хотело свергнуть его с трона. Уже за несколько дней до начала восстания, император отдал приказ об укреплении войск в центре города, а с помощью псевдосторонников передал ложную информацию об ослаблении. Он знал об отвлекающем манёвре своего противника и «для вида» определил несколько отрядов для подавления бунта, чтобы восставшие думали об успешном начале битвы.

Юнги не знал настоящей личности, кто именно являлся этим предводителем. Ни имени, ни внешности, ни возраста - ничего не было известно. От разведчиков он знал только то, что тот являлся бетой, а в народе его прозвали Безликим, за устрашающую чёрную маску, что скрывала его лицо. Мина мало интересовала эта информация, его больше привлекала возможность взглянуть на того смертника, что провозгласил себя народным карателем. Ещё ничто не разжигало такого интереса в душе, как предстоящая встреча со своим несостоявшимся убийцей. Император отдал приказ привести к нему лишь одного живого человека, что называл себя Безликим.

***

Войско Чимина сразу потерпело поражение. На каждого обычного, вооруженного одним мечом, человека, приходилось двое хорошо обученных и сильных солдат. Безликий слишком поздно отдал приказ об отступлении, чтобы из последних сил спасти тех немногих, кто остался жив, но даже эту идею терпел крах. Мин расположил свои отряды так, что всех его соратников окольцевал противник, и выхода оттуда живым не было. Безликий был вместе со своими людьми, поэтому понимал, что у него осталось не так много времени на этом свете. Но даже мысль о предстоящей смерти не пугала так сильно, как ныло сердце за людей, что он привёл сюда. Привёл на верную смерть.

*

Безликий в совершенстве овладел умением сражаться на мечах ещё пару лет назад. Он также учил своих последователей, помогал им справляться с трудностями, а самого омегу всегда выручал Хосок, единственный, кто знал о его омежьей принадлежности. В сражениях у него была плавная лёгкость, чёткая техника и быстрая реакция, такая, что никакой меч не мог нагнать его. Рыжая бестия была изворотливой, подстраивалась под противника, изматывая его и выжидая более удачный момент для удара. Хоть омега и был обделён большой физической силой от слабой половой принадлежности, но он был достойным противником.

*

Солдаты императора были одними из лучших обученных военному делу, из-за чего Безликий с трудом отбивался, пытаясь собственной кровью прорубить путь к отступлению. Приходилось защищать более слабых соратников и брать на себя весь удар, именно поэтому омега терял силы. Сам он был в чёрной маске, и по этому признаку его быстро вычислили люди Мина, безошибочно определяя главаря восстания. Император отдал приказ привести этого человека живым, но не невредимым, поэтому солдаты, не церемонясь, пошли напролом, чтобы любой ценой достать его из окружения других восставших.

*

Войско Чимина быстро пало под натиском армии императора, окрашивая своей кровью землю врага и выстилая ковёр из мёртвых тел. Сам он, изрядно помявшийся, весь в ссадинах и ушибах от жёстких схваток, был взят в плен вместе с теми немногими выжившими, что так же были сильно ранены. От поймавших его солдат, которые едва не пронзили омегу мечом, Чимин узнал, что его ждёт публичная казнь на площади города, но это заявление не вызвало ничего, кроме равнодушия. Он знал, что его ждёт, поэтому не боялся смерти. Единственное, что огорчало омегу - он поверил тем лжецам, из-за которых погибли его люди. Он сам, Пак Чимин, повёл на верную смерть тех, кто доверился ему и доверил свою жизнь. Он не оправдал тех надежд, которые возлагал на него народ, он не смог сделать этого, не исполнил обещанного, уничтожил последнюю надежду, оставшись ни с чем. Безликий, как и другие пленные, будет убит, а император останется на престоле. Все эти годы он жил с мыслью, что всё же сможет создать светлый мир, но оказался тем, кто пал в жертву величия нынешнего правителя. Десять лет прожитых в пустую. Десять лет ложных обещаний, итог, который оказался гибелью почти всего войска и жалкой сотней, чудом выживших людей. Все другие пали от меча врага. Пленённых ждала неминуемая смерть. По приказу императора всех пойманных до утра было приказано держать в тюрьме, а самого предводителя восстания привести к правителю.

***

Безликого силой оторвали от других людей, пару раз ударив в живот, чтобы тот яро не сопротивлялся, позже заломали руки за спину и связали, заставляя идти за собой. По обеим от пленного сторонам шли высокие альфы в тёмном одеянии, они вели его прямо в тронный зал. Омега понимал, что жить осталось считанные часы, но это его не особо волновало, так как встретиться со своими родителями он готов был ещё в недавнем бою. Единственное, что было сейчас важно для Безликого так это то, что он в скором времени увидит его, сущего дьявола, обрубившего жизни тысяч людей. Пак хотел увидеть того, кого ненавидел всем своим сердцем на протяжении нескольких лет, того кто разрушил всю его жизнь. Чимин хоть и знал свою дальнейшую судьбу, но он решил, что попытается вновь напасть на него. Пусть низко, исподтишка, как дворовая крыса, но он любой ценой утащит императора за собой в могилу. Стража, отобрав клинок, больше не обыскивала, поэтому никто не обнаружил ножа, спрятанного в рукаве Безликого.

*

Дворец был роскошным большим, пусть и мрачным. Вокруг были: золото, драгоценные камни, вазы и прочие дорогие безделушки, длинные тёмные коридоры, которые отдавали эхом при каждом шаге пленного и стражи. От всего богатства голова шла кругом, так как Безликий никогда не видел ничего столь богатого за все свои прожитые годы, довольствуясь малым. Они быстро миновали весь путь и оказались в тронном зале. По бокам омеги стояло двое стражников, слева и справа от трона по двое слуг, а впереди сам правитель, чьи губы расплылись в довольной ухмылке.

Безликого ещё перед входом хорошенько огрели по шее, чтобы тот склонил голову, не смея поднимать её без разрешения самого императора. На нём до сих пор была чёрная маска, которую стражники не посмели снять, боясь увидеть то, что скрывалось за ней, яркие же волосы покрывал капюшон.

Юнги, наслаждаясь повисшим напряжением в воздухе, медленно поднялся со своего трона, традиционно украшенного драконами из золота. Альфа, сполна чувствуя свою власть над пленным и людьми, что находились в зале, направился к человеку напротив, останавливаясь на расстоянии трёх шагов и кивая страже. Не церемонясь с Безликим, как с самым страшным преступником, омегу резко толкнули в плечо, принуждая встать на колени перед правителем. Не сказав ни слова и не издав ни одного звука, Безликий стерпел эту грубость, совсем не обращая внимания на содранную кожу, что начала кровоточить, обагривая тёмную ткань его потрёпанных штанов. Один из стражников скинул капюшон с головы пленного и, взяв того за рыжие волосы на затылке, поднял голову омеги, показывая императору его чёрную маску.

С открытыми неприязнью и брезгливостью Юнги смотрел на Безликого, представляя, каким бы он мог быть. В его мыслях уже стоял образ обезображенного человека, что не имел никакого запаха. За всё время пребывания пленного в зале, никто не обмолвился словом. Маска скрывала всё лицо, кроме карих прищуренных глаз. Стражник уже хотел протянуть к лицу Безликого руку, дабы сорвать маску, но Юнги поднял раскрытую ладонь, останавливая его.

Незаметно для всех присутствующих омега аккуратно вынул нож из длинного рукава, начиная медленно резать путы на своих руках за спиной. Расширенная к запястьям ткань его одежды позволяли делать всё незаметно для окружающих. Стража была напряжена тем, что рядом был император, и их расположение относительно пленного не позволяло видеть его заведённых назад рук. Он действовал как можно быстрее, чтобы не упустить момент, когда Мин будет слишком близко к нему. Один точный удар и многовековая династия падёт.

Сделав ещё два шага и пойдя в плотную, Мин протянул руку к маске, но Безликий дёрнул головой, лишая альфу возможности прикоснуться к себе и выигрывая дополнительное время. Путы нехотя поддавались, из-за чего омега сильно нервничал, переживая, что не успеет. Стражник, когда пленник оказал сопротивление, сжал ярко-огненные волосы намного сильнее, крепко фиксируя голову Безликого, без возможности увильнуть в сторону. Юнги усмехнулся такой непокорности. Будучи на грани жизни и смерти, этот бета пытался сопротивляться ему, сопротивляться своей смерти. Его очень позабавила эта ситуация, поэтому спустя пару секунд он вновь потянулся к лицу своего «убийцы», срывая с него маску и открывая вид на прекрасное юное лицо. Альфа замер, любуясь розоватыми пухлыми губами, что были слегка приоткрыты, светлая кожа, как лепестки роз, казалась необычайно гладкой и нежной, идеальная форма бровей, нос с небольшой горбинкой, мягкие розовые щёки и высокий лоб - всё в нём казалось идеальным. Огненные рыжие волосы, что были грубо обрублены ножом, нежно обрамляли лицо парня, на вид который был ещё совсем юным подростком. Но больше всего Юнги поразили эти карие глаза, в которых читалась одна жуткая ненависть, она затмевала всё вокруг, из-за чего радужка казалась ещё темнее. От этих, казалось бы, прекрасных глаз шёл вечный холод. Император долго смотрел на парня и не мог поверить, что именно он поднял то восстание, что это он призывал народы свергнуть правительство и что этот юный бета, хотел убить его.

***

Когда император сорвал с Чимина маску, то омега увидел его. Нежно-молочная кожа, прямые тонкие губы, белые, как свежевыпавший снег, волосы, затянутые в тугой узел и закреплённые длинной острой шпилькой. Чёрные бездонные глаза, которые были слегка сощурены, смотрели прямо на него, в саму душу, пронизывая бренное тело насквозь. Но несмотря на прямой зрительный контакт с самим дьяволом, омега упорно продолжал резать путы, которые наконец-то начали поддаваться быстрее.

- Твоё настоящее имя? - пленный хмыкнул, растягиваясь в наглой усмешке, - Ты не понял заданного тебе вопроса? - Юнги поднял бровь, поглащая взглядом чёрных глаз бету, что даже не думал отвечать ему. Чимин не спешил открывать рот, продолжая упорно налегать на верёвки. Уже через несколько секунд путы совсем ослабли, поэтому, аккуратно разведя руки, он сбросил верёвку, продолжая настороженно держать руки за спиной.

Юнги, не вытянув из пленного даже слова, проигнорировал это, продолжая.

- Молчишь? Несмотря на это, ты всё равно понесёшь нак... - не успел договорить Мин, как Безликий резко дёрнулся из рук стражи, оставляя в кулаке одного из них приличный клок рыжих волос. Достав, казалось бы, из ниоткуда, направил в его сторону нож, замахиваясь и целясь прямо в сердце. Стража не успела среагировать на столь неожиданный выпад со стороны пленного, поэтому ошарашенно наблюдала за тем, как Юнги едва успел увернуться от смертельного удара, перехватывая руку нападающего. Омега без запаха попытался ударить левой рукой, в мгновение ока перекладывая острое лезвие в другую ладонь, но император опередил его и нанёс один точный и сильный удар, целясь под рёбра, чтобы у нападающего спёрло дыхание. Пака подкосило, а Юнги, воспользовавшись ситуацией, выхватил острую вещицу из его рук, откидывая куда-то в сторону. Самого бету толкнул назад, из-за чего Чимин приземлился на копчик, тихо скуля от резкой и сильной боли. Омега едва заглатывал воздух ртом, не имея возможности вздохнуть всеми лёгкими. Стража быстро подхватила парня и, грубо завернув ему руки за спину, вновь поставила на колени без единой возможности сдвинуться. Голову придавили пяткой сапога, чтобы тот больше не шелохнулся с места. Безликий тяжело и сорвано дышал, боль сковывала его, не давая нормально продохнуть, перед глазами маячили яркие звёздочки. Он безвольно обмяк, пытаясь отдышаться. Юнги же стоял, как ни в чем не бывало, по нему даже нельзя было сказать, что ещё несколько секунд назад на его жизнь совершили повторное покушение. С опасным блеском в глазах, альфа взглянул на жалкого бету в руках своей стражи. Никто до этого даже не смел взглянуть на него без разрешения, а здесь этот бета...

Взглянув на стражника, что давил на Безликого сапогом, белобрысый опустился на одно колено рядом с Безликим, мёртвой хваткой цепляясь в горло парня, чью голову отпустили. Юнги несколько секунд наблюдал за тем, как бета задыхался, ловя воздух ртом, словно рыба на суше. На нежных щеках начали проявляться пунцовые пятна, из-за чего рыжеволосый бета стал судорожно вырываться из крепкой хватки, неосознанно цепляясь за крупицы ускользающей жизни. Юнги, приблизившись к его уху, тихо прошипел.

- Ты сам подписал себе приговор. По моей воле ты умрёшь последним и собственными глазами увидишь смерть каждого пленённого мной человека, - он смотрел в выкатывающиеся от давления пальцев на шее карие глаза. Рука непроизвольно сжалась ещё крепче.

Мин с полминуты наслаждался завораживающей картиной, а после отпустил горло своей жертвы, поднимаясь на ноги. Чимин стал рывками судорожно вдыхать столь ценный воздух, который из-за сжавшихся от удара рёбер, обжигал глотку. В горле сильно першило, от чего ужасно хотелось воды. Умирать от жажды не входило в планы омеги. Пак стал сухо откашливаться, от боли на глазах непроизвольно навернулись маленькие слезинки, а всё тело била сильная дрожь. Тупая боль по рёбрами не проходила, она ядовитым змеем сковывала всё ослабевшее тело Чимина, обездвиживая на месте.

Не дожидаясь, пока Пак отойдёт от удара и попытки удушья, император отдал приказ, чтобы Безликого отвели в отдельную от других пленных темницу и посадили его, как какого-то дикого животного, на цепь. Стража незамедлительно подняла пленного на ноги и под обе руки повела его прочь из тронного зала. Чимин еле разогнулся на ватных ногах, едва ли в сознании медленно плетясь в неизвестном ему направлении. В ушах звенело, а под грудиной болело так, будто его раздавили.

Мин, вернувшись на своё место, безмятежно смотрел на удаляющуюся фигуру своего несостоявшегося убийцы. Он впервые встретил такого строптивого, но безумно красивого бету. В нём кипела страшная ненависть, как только он начинал думать об этом парне. Какой-то мальчишка возомнил себя тем, кто сможет его свергнуть? Юнги ждало веселое представление, которое не терпелось увидеть. Больше всего нравилась мысль об искажённом от страха прекрасном лице этого беты, когда его же людей будут казнить на площади. Хотелось крови. Крови этого удивительного создания. Уничтожить. Растоптать. Убить. Возможно, если бы они встретились в других условиях, то император был более снисходительнее к этому бете.