Глава 8
Назло народным приметам безобидный снегопад превратился в злющую, колючую метель, а это означало, что время тихой золотой осени подошло к концу. Ветер выл и стонал. С каждым днём температура падала всё сильнее. По утрам лужи покрывались тонкой корочкой льда, а море штормило. Тай сидела у окна, обхватив колени руками, и тоскливо смотрела на бурлящие волны. Кэйя выпросила у неё Ю понянчиться на часок. Такая любовь к чужому ребёнку весьма удивляла Тай, у неё самой чужие дети не вызывали подобного восторга, точнее сказать, она старалась держаться от них на расстоянии. Но Ю Тай безусловно обожала и уже через каких-то пятнадцать минут свободы начала тосковать по сынишке. Она хотела было дойти до Кэйи, посмотреть, как там у них дела, но сдавленный стон из соседней комнаты заставил её поменять решение.
– Что за звуки? Ты подавился чем-то, что ли, или просто помираешь? – Тай просунула голову в дверь комнаты Энтэна.
Энтэн стоял у открытого окна, сжимая в руках небольшой листок, беззвучно шевеля губами, снова и снова перечитывая написанное. Рядом на подоконнике, нахохлившись, сидел ястреб, казалось, он был жутко недоволен тем, что ветер беззастенчиво осыпает пол и его хозяина снегом, поэтому время от времени открывал клюв и издавал пронзительный крик.
– Гин?! – Тай опрометью бросилась к Энтэну, по пути уронив со стола какие-то книги и тетради. – Что с ним?
– Да какой, Гин! Лиу! – он сунул ей листок и принялся поднимать с пола упавшие вещи. – И что я должен теперь делать? Раздвоиться, что ли?
Он горестно покачал головой. Тай быстро пробежала глазами строчки.
– Пишет, что ждёт ребёнка, плохо себя чувствует, поэтому останется с сыном у мамы Веса, извиняется... Постой, а кто теперь будет командовать кораблями?
– Я, очевидно.
– А на суше?
Энтэн поднял упавшую тетрадь и в отчаянье отбросил в сторону.
– Не знаю, Гин, Вес, Дарк. Кто там ещё?
– А я?
– А ты с сыном дома сиди! Вдруг тоже снова беременная, у вас же с Лиу это синхронно!
– Совершенно точно, что нет! И почему это ты не хочешь брать меня в бой? Я думала, что оставлю Ю на попечение Ивен и Кэйи.
– Надо подумать, – Энтэн снова протяжно вздохнул. – Может, и возьму, тем более что в Золотой Долине жестоко подавляют любые народные волнения. Гину туда лучше вообще не соваться. А это значит, что с нашей стороны будет не так много воинов.
– А Азэр не сможет сама справиться с флотом?
– Потопит ещё к чертям, она потоки прошла только потому, что я ей всё рассчитал, – он поднял брошенную ранее тетрадь и принялся листать страницы. – Хотя, может, и справится. Эх, если бы я умел летать, то, возможно, везде бы успел!
Тай насмешливо сморщила нос:
– Только не говори мне, что тайно мастеришь себе гигантские крылья! Какие глупости!
– И это надо мной смеётся девочка, у которой отрастает хвост!
– Тебе, я смотрю, мой хвост прямо покоя не даёт, завидуешь что ли? Я ведь легко могу тебя уделать, когда перекинусь! – Тай продемонстрировала клыки, продолжая улыбаться.
– Вот как? Завидую? Можешь уделать, говоришь? – Энтэн в очередной раз отбросил невезучую тетрадь и сделал два шага в её сторону. – Может, и завидую.
Он подошёл совсем близко, так, что Тай почувствовала исходящую от него опасность, и инстинктивно отшатнулась, прижавшись спиной к стене.
– Может, и завидую, – задумчиво продолжил Энтэн, снова сокращая между ними расстояние. – Только не тебе, а Гину. Давай договоримся так, если научусь летать, как птица, ты тоже родишь мне ребёнка!
– Что за нелепую сделку ты пытаешься со мной заключить? Если бы Гин тебя только сейчас слышал! Он бы...
– А меня мнение Гина на этот счёт волнует в последнюю очередь, – перебил её Энтэн, – я же не его прошу, а тебя. По человеческим законам Гин тебе даже не муж, а просто любовник, отец твоего сына.
– А мнение Сирин тебя тоже не волнует? Поэтому ты отослал её куда подальше? – гневно выкрикнула Тай.
– Опять Сирин! – Энтэн закатил глаза. – Ты всегда ей прикрываешься! Даже когда была моей невестой, вечно таскала её за собой, как будто боялась, что я тебя съем, останься мы только вдвоём!
Энтэн убрал с глаз упавшую прядь волос, перевёл дыхание и вполголоса пробормотал:
– Родители Сирин просили, чтобы я уговорил её приехать, они соскучились. Отец Сирин имеет очень большую поддержку в Белой Долине, он помог мне склонить нового Главу к сотрудничеству. И там сейчас безопаснее всего.
– Ну, я пойду, – Тай решила воспользоваться моментом и выскользнуть из комнаты, пока разговор окончательно не набрал устрашающие обороты.
– Стоять! Мы не закончили!
Не теряя бдительности, Энтэн схватил её за плечо и преградил путь. Другой рукой он взял Тай за подбородок и, приблизившись почти вплотную, пристально посмотрел ей в глаза.
– Пусти! – яростно зашипела она.
– Если ты думаешь, что перекинуться и искусать меня – сейчас хорошая идея, вспомни о том, что Ю и Кэйя в данный момент гуляют где-то по дворцу. Успокойся, я просто пытаюсь с тобой поговорить.
Энтэн продолжил сверлить её своим странным немигающим взглядом. Ноги Тай налились свинцом, она могла бы дать ему хорошего пинка или хотя бы попытаться вырваться, но почему-то стояла как истукан, слушая бешеный стук собственного сердца и ощущая ледяные пальцы Энтэна на своей коже.
– Между нами точно что-то есть, ты ведь тоже это чувствуешь, да? Ещё с той самой минуты, как первый раз меня увидела? – он склонил голову на бок и сузил глаза. – Но почему же ты так старательно это отрицаешь или просто боишься? Я тебя пугаю?
– Не знаю!
– Знаешь!
Он осторожно убрал свои руки и медленно отступил назад.
– Прости. Я не хочу навязываться, но я ведь чувствую, что не безразличен тебе. – Энтэн передёрнул плечами и подошёл к окну. – Интересно, а Гин-то тебя чем так привлёк, что ты выбрала быть с ним?
– Запах, мне понравился его запах.
– А мой? – спросил Энтэн, задумчиво поглаживая пальцем перья ястреба.
– Слишком сложный и непонятный. Не знаю, он какой-то противоречивый.
– И чего же ты хочешь, когда я рядом? – улыбнулся Энтэн. – Убить меня? Любить? Сбежать?
Тай молча отвернулась.
– Кажется, я наконец-то начинаю понимать, что происходит в твоей маленькой головке! – он щёлкнул пальцами. – Видимо, человеческая часть твоей многогранной личности любит и хочет меня, а звериная – боится. А Гин, наверное, обеим приглянулся. Но только он сам принимает лишь человеческую часть тебя, отсюда и все ваши конфликты.
Произнесённые им слова словно выбили почву у Тай из-под ног, она хотела хоть что-то возразить, поспорить, но почему-то только судорожно глотала воздух, не в силах на него взглянуть.
Энтэн продолжил:
– Я уезжаю завтра утром.
– Куда? – Тай попыталась изобразить безразличие в голосе, но не вышло.
– Пока не решил, – он издал свист, и ястреб стремительно бросился в окно. – Хочешь скоротать сегодняшнюю ночь со мной?
– Энтэн, прекрати! – Тай злобно топнула ногой.
– Имей в виду, я буду надеяться и ждать! Возможно, плакать, вспоминая былые деньки и наше мимолётное счастье в этих стенах, и как ты потом удрала, сверкая пятками. А теперь прочь отсюда, а то поцелую, – шутливо-угрожающим тоном произнёс он, не двигаясь с места.
Тай заколебалась лишь на мгновение, она хотела сказать ему, что давно заметила, как он начинает шутить и смеяться, когда сильно волнуется или не уверен в себе, но предпочла прикусить язык и молча вышла из комнаты, тихонько прикрыв за собой дверь.
Тонкий месяц красиво посеребрил море. Тай устроилась на своём излюбленном месте на подоконнике, укутавшись в плед. Тёмная осенняя ночь окружила её со всех сторон. Хотелось выть и бежать, не разбирая дороги, куда глаза глядят. Но рядом в кроватке сладко спал малыш, он трогательно обнимал пухлыми ручками игрушечного волка, заботливо сшитого Сирин. Страх. С самого детства это чувство преследовало Тай, влияло на все её решения. Она боялась всегда – Нуска и его учёных, потерять близких, утратить свободу, умереть... Но больше всего она боялась за сына. Теперь самым главным правилом, которому она подчинялась, стала случайно обронённая как-то фраза Ивен: «Если не знаешь, как поступить, поступай так, как будет лучше для твоих детей». Тай беззвучно рассмеялась, увидев тёмный силуэт на берегу, мужчина торопливо отвязывал лодку. «Не я одна боюсь, Энтэн, – горько подумала она. – Ты ведь тоже испугался. Но чего именно? Что я решусь прийти сегодня ночью в твою комнату или, наоборот, того, что тебе придётся встретить рассвет в одиночестве? Поэтому ты тоже решил сбежать, не дожидаясь утра». Тай тихо спрыгнула на пол и залезла под одеяло. Она не видела, как Энтэн ещё некоторое время стоял, тоскливо вглядываясь в темноту окон дворца. Её мысли уже поглотил Гин, засыпая, она мечтала поскорее уткнуться носом в его грудь и изо всех сил сжать в объятиях.
«Гин, как ты там, один?» – прошептала Тай, проваливаясь в сон.
***
– Гин!
Голос Веса противно звенел у него в ушах. Гин пытался открыть глаза, но всё, что он видел – кровавый снег, неприятно облепляющий лицо.
– Да вставай, наконец! – Вес с силой дёрнул друга за шиворот. – Ты что, собрался умереть вот так, уткнувшись рожей в снег?
Тупая боль пульсировала в голове, размытые картинки без конца сменяли друг друга, мельтеша и не давая сфокусироваться. Кругом царил хаос. Вес орал на Гина, тряс за плечо, но продолжал ожесточённо махать мечом, прикрывая друга. «Точно, нас пытаются не пустить в Зелёную Долину люди нынешнего Главы, напали внезапно, второй отряд воинов, обещанный Энтэном, пока так и не присоединился». Гин попробовал подняться на ноги, но снова потерял равновесие. Ощущение было, будто он без конца крутится на карусели, с которой никак не слезть.
– Откуда их вообще столько взялось? – Вес огляделся, переводя дух. – Хотели, называется, обойтись малой кровью, а тут вон какая резня началась! И это мы ещё даже не добрались до территории зелёных! Если дела и дальше так пойдут, то с кесинами воевать будет некому! Без них друг друга перегрызём!
– Чего ты там вякаешь? – один из нападавших ткнул мечом в сторону Веса. – Кесины? Глава говорит, что это всё сказки, чтобы наши земли к рукам прибрать.
– И ты ему веришь? – прохрипел Гин, размазывая кровь по лицу и слегка пошатываясь.
Он, наконец, не без помощи Веса, разумеется, смог подняться на ноги, и теперь всеми силами пытался устоять, а не повалиться обратно на землю.
– Да мне вообще плевать, лишь бы деньги платили, – воин Зелёной Долины многозначительно покрутил мечом. – А за ваши головы как раз выставлена достойная награда. Вот когда приплывут эти страшные кесины, тогда и разберёмся. Наша Долина достаточно далеко от моря, будет время понять, что да как!
– Когда они высадятся, уже нигде не будет далеко! – сплюнул Гин.
В этот момент раздался щелчок, и стоявший перед ними воин рухнул как подкошенный. Гин посмотрел на друга – в руках у Веса дымился револьвер. Он аккуратно перезарядил оружие и снова пальнул в ближайшего противника, попав прямо в затылок. Вес успел сделать ещё несколько выстрелов, прежде чем увлечённые схваткой зелёные поняли, что происходит что-то странное. В замешательстве они оглядывались по сторонам и перекрикивали друг друга.
– Новое оружие из-за моря, подаренное нам союзниками из Синей Долины! – выкрикнул Вес, раня очередную жертву. – Кто ещё не верит? Могу лично угостить доказательствами! Мы, честное слово, не хотели применять его на своих же соседях по острову, но вы просто не оставили нам выбора!
Зелёные не рискнули продолжать бой, револьвер Веса и его возможность убивать, спокойно стоя на месте, повергли их в лёгкий шок. Поэтому они предпочли молниеносно ретироваться, чтобы поскорее донести о произошедшем Главе Долины. Гин отдал приказ не преследовать их, а оказать помощь раненым и похоронить убитых.
– Вот у тебя будет шрам! – присвистнул Вес, вытирая кровь со щеки друга. – Лоб и скулу рассекли! Надо срочно шить!
– Какого чёрта ты вытащил эту штуку только в последний момент? – Гин ткнул пальцем в небрежно заткнутый за пояс Веса револьвер.
– Прости, виноват, – Вес помрачнел. – Привычка воина во всём полагаться на меч. Я бы и не вспомнил про револьвер, если бы этот урод не начал трепаться со мной про кесинов.
– Я не знал, что у тебя с собой такое оружие.
– Азэр подарила в конце путешествия, – Вес закончил обрабатывать рану и достал набор для наложения швов. – Она же постоянно таскалась за мной, пока Энтэн и Лиу высчитывали маршрут, улыбалась ещё так странно. Я даже попросил Энтэна написать мне пару фраз на ригийском, что-то вроде – я женат, есть уже любимая женщина. Но не уверен, что он всё правильно написал, потому как они с Азэр начинали дико смеяться, как только я пытался произнести написанное.
Гин хотел улыбнуться, но дикая боль сковала лицо. Вес сунул ему в руку обломок зеркала и виновато потупился. Не сказать, что рана на лице сильно портила Гина, но вид у него, конечно, был ещё тот.
– Зато теперь точно говорить ничего не придётся, – Вес покачал головой. – Раненый молчаливый герой. Сейчас ещё бинтом замотаю, подожди.
– Не надо повязок, пластырей достаточно, – отмахнулся Гин. – И говорить я могу, хотя это и больно. Хватит сидеть, пора двигаться дальше, по пути предлагаю пересмотреть наш план.
Вес молча стал убирать инструменты обратно в сумку, с тревогой поглядывая на пошатывающегося Гина. Но воинам к ранам не привыкать, а оставаться на месте было довольно опасно. Кто знает, что ещё могут выкинуть эти зелёные. Необходимо было поскорей встретиться с подкреплением. Вес поднял глаза – щурясь, на ветке сидел ястреб Энтэна. Гин тоже его заметил, он осторожно протянул руку и отвязал послание.
– Не я один хочу пересмотреть наши планы, – морщась от боли, произнёс Гин. – Но к зелёным всё же придётся наведаться. Немного только изменим маршрут. Лиу почему-то он освободил от обязанностей.
– Чего? – Вес заглянул Гину через плечо, читая письмо. – Причину не написал... Надеюсь, она здорова, наверное, с сыном не захотела расставаться.
Гин пожал плечами и на всякий случай сжёг послание. Их маленький отряд продолжил свой путь, следуя новым указаниям Энтэна.