Глава 13
У нас нашлось бы очень мало страстных желаний, если бы мы точно знали, чего мы хотим.
Ф. де Ларошфуко
Уже трое суток прошло с тех пор, как Таня внезапно перенеслась в Тибидохс, обнаружив себя в магпункте, под взглядом изумленной Ягге.
Бабуся Ягуна сразу бросилась к ней, причитая и ругая одновременно. Увидев, что с Таней все в порядке, она напоила девушку усыпляющими отварами, строго-настрого велев ей отдыхать.
И даже Ягун, каким-то непостижимым образом узнавший о Танином возвращении, был изгнан бабусей из магпункта, заявившей, что, пока Танька не придет в себя после такого сильного потрясения, докучать ей разговорами она не позволит никому.
Да Таня была и рада этому. В первую секунду она страшно огорчилась, что её перенесло в Тибидохс, а Глеб остался где-то далеко от неё, но она сразу подумала, что он там не один, с Алхимиком, да и видеть некромага после своего поведения, вызванного зельем, было стыдно и больно.
Уже на следующий день, обдумывая все случившееся, Таня была поражена своими ощущениями. Её твердое всего несколько дней назад решение лететь к Ваньке испарилось, опять уступив место неуверенности и сомнениям, еще хуже, чем раньше. Причем, к твердой уверенности, что в тайгу она не полетит, примешивалось какое-то смутное и тянущее чувство потери. Она думала о Глебе, вспоминала тот взрыв чувств, который испытала, будучи страстно влюбленной в некромага и не могла забыть ощущения удивительного, совершенно волшебного единения их душ, да и, (что скрывать), и тел.
Конечно, такая сильная тяга к некромагу, заставлявшая терять голову исчезла, но, к своему изумлению и даже испугу, Таня все время продолжала думать о нем, вспоминая его губы и руки, скользящие по коже, от чего бросало в жар и хотелось бежать куда-то в поиске этих прикосновений и поцелуев.
Когда на следующий день по зудильнику позвонил Ванька и недовольно спросил, почему она еще в Тибидохсе, Таня неожиданно разозлилась. Он же знает, чего стоило ей это решение бросить учебу и похоронить себя в тайге, лишь бы не ссориться с ним! И вот теперь, прекрасно зная все это, он опять давит на неё!
Не желая очередной ссоры, Таня скомкала разговор, сказав, что у неё еще остались кое-какие дела, и на днях она обязательно ему позвонит. Об истории с зельем Тристана и привороте, Валялкин, судя по всему, был не в курсе. И Таня поняла, что совершенно не желает ему ничего рассказывать. Просто потому что это – только её дело, в которое она не пустит никого, тем более, Ваньку.
И вот уже третий день заканчивается, а она до сих пор не знает, где Глеб и что с ним. Ягге, правда, сказала, что с ним все в порядке, но от дальнейших комментариев воздержалась, сказав, что, мол, «все узнаешь сама, когда время придет»! А когда оно придет, интересно?
Гроттер вздохнула, твердо решив поговорить с Ленкой Свеколт, которая сегодня должна была вернуться в Тибидохс. Некромагиня улетела по каким-то своим делам еще несколько дней назад, поэтому Таня с нетерпением ждала её возвращения, чтобы расспросить о Глебе. К Жанне она подходить не решалась, чувствуя, какие неприязненные взгляды та кидает на неё. Конечно, ей Глеб всегда нравился, так что Аббатикова была просто в ярости, когда Таня выпила зелье Тристана вместо неё.
При этой мысли Таня испытала облегчение и радость, что успела спасти Глеба сама, и уберечь его от возможности быть привязанным к Аббатиковой.
«А ведь Бейбарсов так злился, что я влезла не в свое, с его точки зрения, дело. Ну и пусть, эгоист проклятый! Жив, здоров – и пусть ко всем демонам катится! Навязываться не буду. Только вот узнаю, как он там и, вообще, где он? Я только спрошу...»
Гроттер не могла признаться себе в том, что её беспокойство о некромаге выходит за рамки обычной тревоги об обычном знакомом, в чем она уже неделю долго и безуспешно пыталась себя убедить.
Но почему же она снова сомневается в себе? Почему снова не желает лететь к милому Ваньке в лес? Ведь они уже все решили, и многоглазка подсказала ей верное решение! Почему же у неё в мыслях так и стоит насмешливое красивое лицо некромага, а по ночам снятся такие будоражащие и неприличные сны, в которых Бейбарсов снова целует её и... всякое такое?
Нет, ей срочно надо с кем-то поговорить, только вот с кем? Ванька и Ягун отпадают, Ленки нет в школе, Гробыня где-то путешествует с Гломовым...
К тому же, это должен быть кто-то старше её, чтобы просто выслушать спокойно, без воплей, криков и обвинений, что она предает Ваньку такими мыслями о Глебе.
Но к кому же ей обратиться? Таня задумалась, чувствуя, что ей просто необходимо поговорить о Глебе и своем к нему отношении. Кто в Тибидохсе обладает достаточно лояльным отношением к некромагу, чтобы помочь ей? Ну, конечно же!..
И обрадованная Таня поспешно вышла из своей комнаты, устремившись на поиски нужного человека в запутанную сеть Тибидохских коридоров.
***
- Ягге! К тебе можно? – голос Тани звучал неуверенно, когда она заглянула в магпункт.
- А если скажу, что нельзя – можно подумать это тебя остановит, - пробурчала старушка, занятая заготовкой трав к сезону простуд у учеников. – Заходи уж, раз пришла.
Несмотря на тон, Таня интуитивно поняла, что Ягге ждала её прихода. Гроттер решительно уселась на стул в углу и открыла рот, чтобы начать серьезный разговор.
- Ягге, я... - тут она поняла, что она совершенно не знает, что говорить и что она хочет спросить у богини. Нет, в общих чертах девушка знала, что именно её интересует, но не скажешь же: «Я опять не знаю, кого выбрать, и, вообще, где Глеб, я хочу его увидеть?»
Да и звучать это будет не сильно умно.
Ягге, тем временем, посмотрела на растерянную девушку и, вздохнув, села напротив, вытащив из кармана свою вишневую трубочку.
- Что, Танька, опять мечешься, как Милюля в пруду? – усмехнулась Ягге, однако глаза богини смотрели сочувственно.
- Откуда ты... почему ты так говоришь? – спросила Таня, чувствуя, что щеки заливает румянец.
- Ой, Танька, только не надо мне голову морочить, я тебе не Ягунчик или Ванька, - отмахнулась Ягге. – Говори уже конкретно, что ты спросить хочешь?
- Ягге, мне нужно узнать... про Глеба, - тихо произнесла Таня, покраснев еще больше.
- Ну, а я тут причем? – картинно удивилась хозяйка магпункта. – Ты ж с ним по Подземью бродила и нервы мотала, неужели не спросила, куда он податься собирался после того, как вы приворот сняли?
- Не успела, - грустно сказала девушка. – Меня сразу сюда телепортом затянуло, да и общение у нас было такое, - Таня помолчала, подбирая слова, - препоганейшее.
- Рассказывай! - велела Ягге. - Ты ж молчала, ничего не говорила, откуда ж мне знать, что там между вами с некромагом произошло?
И тут Таня, собравшись с духом, принялась рассказывать все, что они испытали в Подземье, исключая некоторые подробности, вроде поцелуев в пещере. Ягге внимательно слушала, но, если бы девушка была чуть внимательнее, то заметила бы озорные искорки в глубине мудрых глаз богини.
Волнуясь, она рассказала об испытании, о своем, конечно. То, что видел Глеб в Зеркальном Лабиринте, она его не успела расспросить. Рассказала и о странных словах Алхимика по поводу того, что зелье Тристана – это не обычное приворотное зелье, и о том, как груб и жесток был с нею Бейбарсов. Здесь она пыталась сделать вид, что ей это было все равно, но блеснувшие в глазах слезы показали, насколько ей больно.
- Так, Танька, прежде всего – успокойся, - Ягге протянула девушке пузырек с валерьянкой. – А теперь – четко и внятно скажи, чего ты, на самом деле хочешь.
- Не знаю, - растерянно произнесла Таня минут через пять, когда молчание стало совсем уж неудобным. – Ягге, я, и вправду, не знаю, не могу решить. Понимаешь, еще до этого зелья я была уверена, что мне надо к Валялкину в лес. Я помню свои ощущения – это казалось самым правильным и верным решением, я даже изумлялась, как могла сомневаться в том, чтобы не быть рядом с Ванькой. А сейчас... - Таня замолкла и, неожиданно расплакавшись, спрятала лицо в ладонях.
- Ладно, Танька, перестань, - старушка сочувственно обняла Таню за плечи, попутно шепча Успокаивающее заклинание. - Тебе сначала надо разобраться, что дальше делать, так?
Таня молча кивнула.
- Эх, что со мной Сарданапал сделает! – пробормотала Ягге. – Ладно, раз такое дело, Танька, то пусть ругает, справлюсь. Тем более, еще неизвестно, кто кого ругать должен.
- Ты о чем, Ягге? – с подозрением спросила Таня, не понимая, о чем разговор.
- О чем, о чем, - проворчала Ягге, будучи в затруднении с чего начать щекотливый разговор. – О многоглазке, Чумиха её побери!
- Многоглазка? – Таня ничего не понимала. – А в чем дело? Причем тут она?
- Притом, Танька, - вздохнула Ягге. – Ты думаешь, почему после неё сразу в лес захотела к Ваньке? Тебе странным не показалось, что не было у тебя такого желания, а потом – раз!- и ты совершенно уверена в том, что только там тебя счастье ждет?
- Но ведь многоглазка просто помогает принять верное решение? – Таня была абсолютно растеряна. – Я просто поняла, что так правильно и нужно!
- Вопрос только в том, кому нужно! – покачала головой богиня. – Понимаешь, если б ты изначально склонялась к этому решению, чтоб бросить все и улететь в тайгу, я б, наверное, тебе ничего бы не сказала. Травка эта, конечно, помогает принять решение верное, но только на фоне изначальной склонности к тому, что человек решает, да, к тому же, рядом с личностью, которая многоглазкой пользуется, никого не должно быть! Как сказал бы один твой знакомый из Среднего Подземья, «для чистоты эксперимента», - Ягге с беспокойством смотрела на потрясенную девушку, которая медленно осознавала, что стала жертвой приворота еще и до зелья Тристана.
- Но... Ягге... как же так? Почему Сарданапал ничего не сказал? А Ванька?.. Он же не знал, правда? – лепетала Таня, чувствуя себя ужасно униженной и несчастной.
- Танька, ты не переживай так, - Ягге снова накапала валерьянку девушке, видя, что Успокаивающее заклинание не действует – слишком большой был шок. – Понимаешь, про Ваньку... знал он все, прости, конечно, что так говорю, но сразу никто про то, что его поиски многоглазки увенчались успехом, не знал. А когда мы с директором узнали – поздно было. Да ты и не стала бы никого слушать тогда. А Сарданапал, вообще, говорить не хотел...
- Но почему? – Таня ощущала себя преданной и грязной. – Почему он не сказал? Он же знал? Мы с ним говорили о моем отлете в лес и о ... Глебе...
Гроттер требовательно смотрела на Ягге, чувствуя, как на неё накатывает ярость.
- А все в нем и дело, в некромаге твоем, - вздохнула бабуся Ягуна. – Сарданапал посчитал, что, если дать тебе возможность выбирать, ты сделаешь неправильный выбор. Боялся, что некромаг сам во тьму пойдет и тебя утащит. Вот скажи, положа руку на сердце, до многоглазки ты к какому варианту склонялась – улететь с Ванькой в тайгу или остаться с некромагом, пусть даже без магии?
- Ты же сама знаешь, Ягге, - глухим голосом произнесла Таня, вцепившись в рыжие кудри обеими руками. Боль помогала не провалится в черную пропасть отчаяния.- Сама знаешь, к кому меня тянуло больше.
- Вот и директор знал, - сокрушенно развела руками старушка. – Поэтому и промолчал, когда узнал, что Ванька к тебе с многоглазкой пошел.
- Ладно Сарданапал, он ничего не понял... хотя, понял он все! Но Ванька! Как он мог! – прошептала Гроттер. – Он же мой друг, я же ему доверяла всегда, в отличие от... - Таня замолчала, закусив губу.
- От некромага, - понимающе кивнула Ягге. – Но, видишь, Танька, как оно все обернулось? Я так поняла, что, когда вы с ним пошли приворот снимать, он ни разу не попытался воспользоваться тем, что ты готова на все, лишь бы с ним быть?
- О чем ты, Ягге! – Таня скривила губы в горькой усмешке. – Да ему противно было ко мне прикасаться, он только и делал, что бегал от меня, отталкивая и говоря гадости! Он сказал, что никогда меня не любил, а просто хотел заполучить. Как вещь.
- Молодец, - одобрительно кивнула Ягге. – Я в нем не ошиблась.
- Что? – Таня не верила своим ушам.
- Эх, Танька, ну какая же ты, все же, глупенькая, - улыбнулась Ягге. – А вот теперь подумай, если он хотел просто получить тебя, разве он стал бы отказываться, когда ты сама себя ему предлагала?
Таня молчала, недоумевая, как подобная простая мысль не пришла ей в голову. И, одновременно с горечью предательства Ваньки, пытавшегося приворожить её многоглазкой и разочарованием в Сарданапале, пришла вдруг тихая и осторожная радость от того, что Глеб все же, не оказался подлецом, принудившим её жить с ним под влиянием магического приворота.
- Но, Ягге, почему тогда действие многоглазки прошло? – задала Таня вопрос. – Я же снова понимаю, что в тайгу не хочу и, вообще, мне там нечего делать, особенно с тем, кто так поступил со мной! – она опять почувствовала слезы на глазах.
- А вот это, как раз, действие зелья Тристана – оно перебило магию многоглазки по тому же принципу, когда у Бейбарсова прошел приворот, вызванный Локоном Афродиты после проклятья Зербагана, - объяснила Ягге, пытаясь отвлечь Таню от шока после предательства Ваньки.
- Понятно, - кивнула Таня, поежившись при воспоминании об этой истории, где она повела себя, мягко говоря, не очень порядочно. – Только вот, Ягге, что мне делать... теперь?
Вопрос был задан очень тихо, но богиня прекрасно расслышала отчаяние в голосе девушки.
- Знаешь, Танька, ты вопрос-то нормально задай, - после недолгого молчания проговорила Ягге. – Ты, вообще, о чем сейчас говоришь-то? Или о ком?
- Ягге, я хочу повидаться с ним, - фраза, казалось, сама слетела с губ. – Я просто хочу узнать, как он живет и... не злится ли он на меня.
- Ох, Таня, ну что ты, как маленькая, - укоризненно вздохнула богиня. – Ну, себе-то хоть не ври, если мне не стесняешься! Говори уже прямо – хочешь выяснить, любит ли он тебя, и вообще, как он к тебе относится, так?
- Ну... да! – выкрикнула Гроттер, пряча глаза. – Мне нужно это узнать, понимаешь, Ягге! Там, в Зеркальном Лабиринте, когда была та ситуация, - помнишь, я рассказывала? – я тогда сказала... то, что сказала. И, знаешь, я в тот момент почувствовала, что это на самом деле так! Если он умрет – я не смогу жить без него! Тьма, да что же это!
Таня уже плакала, не стесняясь богини, понимая, что её интерес к некромагу простирается гораздо дальше обмена открытками от купидонов по праздникам и вежливых вопросов: «Как дела? Как здоровье?»
- Послушай меня, девочка, - голос Ягге внезапно стал очень серьезным. – Ты долго сомневалась, не зная, кого выбрать. Затем, тебя заставили сделать выбор – он оказался просто навязанным, а не твоим. Теперь же, когда мысли и сердце очищены от всего наносного и нечестного, когда ты сама видишь, кто есть кто – ты просто можешь выбрать сама, без подсказок и приворотов. Выбрать того, к кому тебя, действительно, тянет, с кем ты хотела бы провести жизнь бок о бок, кто не предал тебя и не воспользовался тобой, хотя у него была прекрасная возможность сделать тебя своей игрушкой.
Ягге замолчала, давая Тане время осмыслить её слова.
- Но, Ягге, а вдруг он просто не любит меня, поэтому и не хотел... - Гроттер слегка покраснела, с надеждой глядя на богиню заплаканными глазами.
- А вот это, Танька, - хитро улыбнулась Ягге, - ты можешь узнать очень просто.
- Как? – девушка впилась глазами в мудрое лицо богини.
- Спросить его самого! – и Ягге победно усмехнулась, доставая из кармана клочок пергамента с какой-то надписью.
Таня выхватила листок из рук бабуси Ягуна. Там была всего одна строчка: Нижний Новгород, ул. Белинского, 12, кв. 81. Г.Б.