ɪʀʀᴇsɪsᴛɪʙʟᴇ ᴀᴛᴛʀᴀᴄᴛɪᴏɴ

Время не кажется таким быстрым, когда ты занят не тем, чем хотел бы. Сейчас девушке приходится сидеть на заднем сиденье автомобиля такси, и знаете, пахнет не лучшим образом, каким-то приторным ароматизатором, что раздражает слизистую, в перемешку с мужским ароматом, исходящим от водителя. Отец сидел на переднем сиденье и что-то активно обсуждал с ним, он всегда ведёт себя так, будто все вокруг его друзья и они почему-то не против. Не против поболтать и обсудить какие-то проблемы, это было бы не плохо, если бы темы постепенно не смещались на Лили. Ещё пара минут - и вот они уже обсуждают куда они едут и говорят о любви подростков, что не может не заставлять девушку безудержно краснеть, ведь отец ещё специально оборачивается и глупо улыбается ей. На самом деле в такие моменты она просто ненавидит его, хоть он и кажется идеальным во всём, но вот его отдельные черты характера просто вымораживают порой. Кокраз - любовь к разговору входит в этот список.

Последние пару кварталов Лиса просто молила о том, чтобы они уже, наконец, приехали. Этот запах, постоянный шум, всё так раздражало, поэтому она отвлекла себя печатаньем сообщений Рози.

«надеюсь, что ты не опоздала. Всё хорошо? Наверное, у тебя сейчас пара, а я тебя буду только отвлекать.. Просто, я хотела сказать, что он меня забрал и мы уже почти час едем до этой клиники. Можешь не беспокоиться» - она не знала, почему это делает, но создавалось такое впечатление, что это необходимо, да и внутри было так тепло и волнительно с каждой новой написанной строчкой, это заставляло её расплываться в такой искренней улыбке, зная, что Рози это обязательно должна прочитать.

Но ответа не было ни тут же, ни когда они уже подъехали к зданию, на котором большими буквами было написано "Госпиталь Северанс". Отец поблагодарил водителя, сунул ему деньги и кивнул, чтобы Лиса вылезала. На улице сегодня странно жарко, на столько, что пальто явно лишнее, спине становится некомфортно от всей этой тёплой ткани и, Лили фыркает, снимая его с плеч. Они идут по асфальтированной дорожке к зданию, вокруг люди, те, кто так же, как и они идут на приём и те, что уже возвращаются. Лили не смотрит на них, она не любит разглядывать лица, пялится на их физиономии, потому что они бы смотрели в ответ, а это она просто ненавидит (то, когда люди смотрят, словно на экспонат, пытаются изучить тебя, словно им это жизненно необходимо. Это заставляет чувствовать себя некомфортно).

- Родная.. - наконец начал отец, он не говорил с ней с самого общежития, да и то, там было только "привет, как спалось?" на что она, разумеется соврала, но он не успел докопаться, ведь они сели в машину. А сейчас у него такой голос, словно он перед ней очень сильно виноват и даже жалеет о своих поступках. - мне пришлось позвонить твоей матери...

- Что? - срывается с губ, хоть до этого момента она и держалась нейтрально и даже не заинтересованно - зачем?

- Прости меня... Но это было нужно... Ты знаешь, это обследование требует денег...

- тогда зачем мне это? Я себя прекрасно чувствую..

- Перестань..ты знаешь, что обманываешь себя... Нам нужно пройти...

- Пап, я не собираюсь унижаться перед ней, мне не нужны её подачки, ничего ни нада от неё! - она была зла, но ещё больше давила обида за отца, ведь он чуть ли не встал на колени перед ней, забыл всё, что разделяло их и просто попросил, попросил помощи... И как же это унизительно, как же это низко и всему виной она..

- Перестань, Лили, она не была против... Наоборот, волновалась за тебя, позвонила уже несколько раз... Сама всё оплатила...

- Зачем нам её помощь... Я не хочу... Не хочу...

- Послушай, родная... Просить помощи это не низко.. Низко не оказывать эту самую помощь другим... Я ничего не потерял с этого... Просто пойми, ты мне очень дорога.. И я не могу оставить тебя, как бы ты сильно не старалась меня переубедить, всё равно... Я должен был это сделать.. Я люблю тебя, а этот договор, не переживай, я всё выплачу ей, ты не будешь должна... Моя маленькая.. - он так крепко её обнимает, когда на глазах девушки образуются слёзы, она готова всхлипнуть, но его такие крепкие руки прижимают её к себе и вся обида просто растворяются в небытие

- Хорошо... Но не смей просить у неё больше ничего...

- Конечно, никогда больше...

Они заходят в дверь клиники, направляясь дальше по коридору, отец словно знает куда им нужно идти, поэтому так уверенно ведёт её, куда-то вглубь. А она молча следует за ним, даже не поднимая глаза, лишь иногда обращая внимание на докторов и пациентов. Больница это то самое место, которое она боится больше всего. Всё связанно опять таки с детством, когда она совсем малюткой лежала одна в палате, а мать всегда возвращалась под вечер, ей не было дела до простуды дочери, хоть там и правда было типичное заболевание, кашель, температура, жар и тут же озноб. Она тогда выздоровела очень быстро, но даже за это короткое время успела настолько сильно обидеться на маму, что это постепенно стало первым шагом к уничтожающей ненависти. Нет, Лили любила её, она ждала её каждый вечер и искренне радовалась, вот только не получала ничего в замен. Постоянно являться в больницу, чтобы провести ночь со своей больной дочерью было для неё обязательством и даже балластом. Но об этом не стоит много рассказывать...

- Итак, мисс Манобан - протягивает доктор, что сидит за большим столом, прямо напротив Лили и рассматривает её так, словно подозревает - рассказывайте...

Она бы конечно рассказала, вот только не помнит ничего... Вместо этого, она начинает говорить про то утро, когда проснулась у Тэ, доложила ему абсолютно всё о своих чувствах и эмоциях, не упустила и своего состояния, а когда он задал вопрос про сон, то резко замолчала. Ей казалось, это не имеет никакого отношения к потери памяти, ведь это просто сон, что он может значить? Она всего лишь умерла там... Совсем не важно

- Я беспокойно сплю..

- Снятся кошмары? - снова холодный вопрос, он же профессионал и свойственные человеку эмоции ему положено сдерживать

- Не думаю, что это кошмары, скорее... Просто обычные сны...

- Что в них происходит? - он снова поднимает глаза, отрываясь от записывания, и ждёт продолжения, играя пальцами с ручкой. А девушка нервно сглатывает, потому что не совсем хочет рассказать и вспоминать об этом, не проще было бы просто забыть, зачем ему знать о каком-то сне? - не волнуйся, всё в порядке - доктор видит как она напрягается только от одного напоминания о ночи, но всячески старается её успокоить

- Я не волнуюсь... Просто... Зачем вам это?

- Лиса. Если ты не расскажешь мне, я не смогу тебе помочь.. Знаешь, потеря память это же не просто так.. Люди страдают амнезией, когда попадают в автокатастрофу, испытывают колоссальное эмоционально напряжение, например потерю близкого человека... Такое случается и эти случаи уже далеко не редкость...

- А зачем вам мой сон?

- Послушай, если там происходило что-то плохое, то можешь и не рассказывать, там было что-то за что тебе стыдно? - он тяжело вздыхает и облокачивается на стол, в то время как Лили ищет спасение в его взгляде и отодвигается на спинку стула. Его глаза такие холодные, в них абсолютно нет сострадания или сожаления, он просто робот, хоть и старается показаться очень заботливым, будто бы ему есть дело до её проблем. Оно и понятно у него таких процентов, как она, целая армия и каждый требует к себе внимания, не разорваться же ему. Если сопереживать абсолютно каждому, душа не выдержит такого напряжения и потом уже ему нужна будет помощь. - ну так что?

- Я... умерла там... - с таким огромным трудом ей удаётся выдавить из себя эти несчастные слова - там было так темно, холодно.. Меня постоянно что-то держало, а потом... Я сама себя убила... Изнутри... А когда проснулась... То задыхалась - ей тяжело, снова так больно об этом вспоминать, но уже как-то без эмоционально. Доктор хмурит брови и откидывается на спинку кресла, смотря прямо ей в глаза, будто убеждаясь, что она не врёт и говорит только правду, хотя по её лицу это стало заметно ещё с первой фразы

- Нам нужно восстановить события, что были до потери памяти, тогда удастся начать лечение. Амнезия эта такая болезнь... Которую можно вылечить, нужно только разобраться в себе - его явно потряс её рассказ, но показывать этого он разумеется не стал. - я выпишу тебе препараты, успокоительные и для нормализации активности головного мозга, а ещё составим расписание твоих посещений

- Да, хорошо...

он протягивает ей листок, где поставлена печать и его подпись после нескольких строчек диагноза и перечня препаратов - Заглянешь ко мне через три дня, а сейчас можешь идти

- Спасибо.. - она медленно поднимается со стула, кивает ему и направляется к выходу, но он останавливает

- Лиса..

- Что?

- Тебе не стоит бояться своих снов, постарайся разобраться в них, возможно они дадут тебе куда больше... Мысли не могут пропасть бесследно их отголоски ты всё ещё помнишь, а по этим ниточкам ты сможешь добрать до истины...

- Спасибо... До свидания - она выходит из кабинета в такой просторный коридор и отец летит к ней на встречу. Он так сильно взволнован всеми этими обстоятельствами, что моментально начинает задавать вопросы, на которые Манобан не успевает отвечать и просто кивает, сама не зная зачем.

- Что он сказал? Всё будет в порядке? Тебе прописали лекарства? А в больницу не ложат? - и ещё куча вопросов, которые вылетали из его уст, словно с пулемёта, пока девушка сама его не оставила

- Папп... Всё хорошо... Что с тобой?

- Я просто... Так переживаю, ведь это серьёзно... Какой ужас

Девушка смеётся и закрывается руками, ей безумно приятно это слышать, хоть он всегда проявлял свою заботу, но вот такие эмоциональные всплески согревали душу, поэтому она ещё долго улыбается ему, в то время как он смотрит на неё очень серьёзно и тихо возмущается о том, что это не смешно.

***

Ещё пара кварталов и машина делает остановку около госпиталя. С водительского сиденья выходит человек в чёрном смокинге, он обходит машину и открывает дверцу пассажирского. Оттуда появляется силуэт женщины с такой статной фигурой, с первого взгляда она ужасна смахивает на тех дам из фильмов, что то и дело пышет своим пафосом, спускают его с небес на простых смертных, выдавая это за великий дар. Да, она богата и может позволить себе так выглядеть, может надеть всё самое дорогое и потом смотреть на остальных, словно на рабов. Вот только такие люди никогда не бывают счастливы, знаете, богатство это не плохо, пока ты не начинаешь возвышаться на всеми остальными. Это черта последнего эгоизма, наглости и алчности, словно вы бог, но это далеко ни так. Люди улыбаются, потому что бояться, кланяются вам, потому что хотят казаться в ваших глазах услужливыми рабами, а потом за спиной обсуждают и ненавидят вас... Это то самое богатство, склонное к вечному одиночеству и оскорблениям за спиной.

Вторая дверь распахивается самостоятельно, девушке, что вышла оттуда не нужна такая милость, ведь открытие двери это самый низший труд, за который можно заплатить человеку, поэтому она и сама прекрасно справляется. Если бы можно было сравнивать людей, то она наверняка бы проиграла в своей королевской позиции, вот только у неё и нет её вовсе. Но при неотрывном взгляде можно легко заметить как она скована в своих действиях при надменном взгляде той первой, какую же власть она имеет над собой, поэтому хоть и держит голову достаточно высоко и горделиво, взгляд всё равно отпущен вниз, потому что ей этого ни надо, наверное, если бы ей дали выбор, то она не выбрала бы такой жизни по стандартам какого-то светского общества.

Их провожают внутрь здания и люди правда предпочитаю лишний раз поклониться, чем просто пройти мимо, хотя таким особам сложно не поклонится при одном только их виде, но как же это унизительно, вот так просто кланяться незнакомому человеку, который просто выглядит лучше тебя. Это позиция всегда была главной в сознании Манобан

«Не смей унижаться перед людьми, даже если они требуют этого в обмен на твою свободу»

***

Ещё пара мгновений и сердце у Лили останавливается, ведь она замечает ту самую женщину, которую ненавидит больше всего, которую прямо сейчас готова окунуть в грязь, а этот элегантный костюм белого цвета, что сидит на ней так идеально, буквально утопить в слезах, ведь это то единственное, чего она так желает.. Ей не нужно, чтобы она извинялась, ей нужно, чтобы она страдала так же как это пришлось ей. Чтобы она почувствовала насколько это тяжело лишиться того, кого когда-то считал мамой. Но вместо всех этих фантазий ей удаётся только тяжело вздохнуть и остаться на месте. Она не улыбнулась, не кивнула в знак приветствия, не сделала ничего... Потому что никогда не опустится до уровня этого топкого болота.

Это вызывает на на лице дамы лёгкую усмешку, она словно издевается над ней только одним взглядом , но тут же делает крайне невинное лицо и улыбается

- Лиса, дорогая, я так рада тебя видеть снова.. - эти слова режет слух, они настолько противны, настолько ужасны, что куда лучше было бы, если она просто промолчала

- А я нет...

- Боже, Манобан.. перестань быть такой ужасной эгоисткой, я ещё ничего плохого тебе не сказала... - кто бы говорил про эгоизм..

Какое-то время они  играют в игру, уничтожая друг друга взглядом, пока это царство Аида не нарушает голос отца. А что на счёт Дженни, что прямо сейчас готова раствориться в пространстве, провалиться сквозь этот пол, но только бы не смотреть на эту светловолосую девушку, у которой совершенно нет реакции как ни на её саму, так и на тот факт, что она падчерица её собственной матери...