57 глава
Настя
— Насть, ты теперь звезда. — Сказал Антон, когда мы расселись за крайним столиком в столовой.
Он подвинул Амине стул, но она тут же решительно ухватилась за другой, чтобы не принимать его помощь.
— Точно. — Подхватила Олька. — Гляди, как они все смотрят на тебя, Насть.
— Завидуют. — Хмыкнула Амина
Я нехотя подняла взгляд. Да уж. В переполненной столовой, где яблоку негде было упасть, каждый студент смотрел на меня. Кто-то косился втихаря, а кто-то таращился в наглую. Некоторые умудрялись обсуждать мою персону в кругу друзей, даже не утруждая себя тем, чтобы перейти на шепот.
Одна только Лина, виновница этих пересудов, сидя возле окна, молча жевала салат и словно ничем не интересовалась. После такой проникновенной речи Ваня разом перестал быть самым завидным женихом и для нее, и для всех девиц нашего учебного заведения вместе взятых. О нем говорили, говорили, говорили, но исключительно в ключе последних сплетен вокруг всем известном видео. А вот где находился сейчас он сам, это и для меня оставалось загадкой. Никто не знал, где искать Ваню, а его телефон не отвечал.
— Так что там с черной меткой? — Спросил Антон. — Вы смотрели?
— Что? — Нахмурилась Оля.
— Что они решили? Наказывать его или нет?
— А... — Задумалась Амина— Я бы на их месте простила парня. Сказать вот так, на людях, о своих чувствах... это по-мужски.
— Да он и сам уже себя наказал. — Подхватила Олька. — Да, Насть? Ты как? Решила, прощать его или нет?
Я поправила очки.
— Прощать, конечно! — Не выдержала Мирзоева повысив голос. Затем наклонилась ко мне и сбавила тон: — А вот это вот «я влюбляюсь в тебя с каждым днем все сильнее»... Ммм.... Я поставила бы на повтор! И слушала бы, слушала, слушала! Ну, кто в наше время еще так скажет?
— По-твоему, никто? — Пытаясь сохранить невозмутимость, вступился Антон.
— Я что-то здесь настоящих мужчин не вижу. — Хмыкнула Амина
— О, а я вот вижу одного. — Прервала ее Олька.
Я оторвала взгляд от тарелки и посмотрела туда, куда уставились друзья — на вход в столовую.
— Исаев, что ли? — Улыбнулась.
Женька остановился в дверях, огляделся, увидел нас, махнул рукой и пошел навстречу. И в этот момент я чуть не закашлялась, потому что за его спиной стоял... Ваня.
Какой-то другой, непривычный, но все тот же Ваня, от которого моя душа на крыльях ветра тут же понеслась вскачь.
— Ого... — Выдохнул кто-то из наших.
По залу пошел шепоток, ложки зависли над тарелками, и все разом замолкли, словно ожидая чего-то.
— Какой красавчик, — произнесла Ольга с придыханием. — Вау, Насть, если ты его бросишь, я подберу, зуб даю! Так что не тупи!
В этот момент Бессмертных заметил нас и коротко махнул рукой.
— Это он нам? — Прошептал Антон.
Девчонки не растерялись и тоже ему помахали в ответ. Я же только сглотнула, не зная, какую эмоцию отобразить на своем лице.
Кровь забурлила во всем теле, щеки загорелись, сердце застучало аж в барабанных перепонках. «Господи, ведь вся столовая сейчас сидит и пялится, как первый парень универа здоровается с ботаниками, никого не стесняясь! С ботаниками, которые, в общем-то, еще вчера ни для кого просто не существовали. С ботаниками — самыми отстойными и занудными представителями учебной массы. Обалдеть».
А тем временем Ваня уже не просто здоровался с нами. Он шел. Шел своими ногами к нам за столик! Прямо на глазах у всех! Он приближался, а я шаг за шагом, вдох за вдохом понимала, что это не галлюцинация. Ведь нет?
— Он что, сюда идет? — Прошептала Амина— Прям сюда?
Кажется, в столовой никто не дышал.
— Не в каждой сказке Принц становится простым смертным ради своей Золушки. — Едва слышно произнесла Оля.
Я тоже больше не верила в шаблоны. В этой жизни все могло стать реальным. И Ваня уже не раз доказал мне, что любовь побеждает любые предубеждения и любые «но».
— Привет! — Весело поприветствовал нас Женька.
Но на него никто и внимания не обратил. Все молча продолжали наблюдать за тем, как движется в нашу сторону парень, который еще недавно свято верил в то, что все ботаники — занудные роботы, а лучших друзей нужно выбирать из тех, кто ближе всего тебе по социальному статусу.
— Привет. — Будто сквозь воду доносится его голос.
Он смотрит на меня. И все молчат. А я боюсь отвечать ему, но все равно отвечаю:
— Привет.
Ваня стоит прямо возле стола и не двигается. Все замерли, никто не дышит.
— Тебе идут новые очки. — Улыбка прорывается на его лицо.
Ему плохо? Хорошо? Грустно? Он нервничает? Эмоции на лице Вани меняются с такой скоростью, словно он сам не знает, что чувствует, разговаривая со мной вот так — у всех на виду.
— Госпрограмма. — Смущенно говорю я. — Для лучших студентов.
И больше не могу не улыбаться. Мы улыбаемся друг другу, как двое сумасшедших. Я думала, что будет странно, непривычно, страшно говорить перед толпой людей, но теперь понимаю — нас двое. Есть мы, и больше никого. И так будет всегда.
— Можно я присяду? — Ваня кусает губы.
Я смотрю в его глаза и вижу, как небо сине-зелеными клочками валится к моим ногам и вспыхивает радугой.
— Нужно. — Отвечаю я.
И моя рука сама указывает на стоящий рядом стул.
Ваня садится и смотрит на меня.
Слышали, с каким звуком схлопываются два магнита, оказавшиеся рядом? Вот сейчас происходит то же самое. Нас тянет друг к другу. Невозможно находиться рядом и не касаться. Видеть, ощущать, слышать друг друга и не слиться в объятиях. Нас тянет почти непреодолимо, а в воздухе гулко трещит электричество.
— Ты смотрела мое видео? — Ваня делает глубокий вдох и замирает в ожидании ответа.
Слышатся странные звуки.
Кто-то прокашливается, кто-то ерзает на стуле. Все присутствующие нервничают и ждут. А я пытаюсь отделить стук своего сердца от этих шорохов и вздохов, но вместо этого слышу, как бьется его сердце. Оно толкается в его груди все громче и громче. Слушаю его, и постепенно приходит понимание: мое сердце тоже бьется только для него.
— Эй, чувак, ну, правда! — Не выдерживает кто-то за моей спиной. — Все уже видели твое видео, что за глупый вопрос!
— Поцелуй ее! — Подначивает еще один.
— Ты что-нибудь решила? — Словно не слыша их, спрашивает Ваня меня.
Я смотрю в его глаза и вижу себя. Там я еще красивее, чем на самом деле. В них я всегда могу быть самой собой. Потому что меня любят. И это потрясающе...
— Да. — Вижу в его лице едва уловимое сомнение, и вся моя безумная радость вываливается наружу: — Да, я тоже люблю тебя. И хочу попробовать еще раз.
— Слав те хосподи! — Восклицает кто-то с соседнего столика.
И вся столовая взрывается нетерпеливыми голосами. Люди снова ходят туда-сюда, снова свободно переговариваются, очередь у раздаточного стола тоже вдруг оживает. Кто-то аплодирует, кто-то свистит, другие снова берутся за ложки и вилки.
А мы по-прежнему вдвоем. Друг напротив друга. Одни.
— Спасибо тебе за всё. — Говорю я. — За маму. За видео. За те слова. — Дотрагиваюсь до его руки, и он улыбается. — Как ты решился?
Никому до нас и дела нет. Кажется. Но друзья все еще слушают. И очень внимательно.
— Поставил ультиматум черной метке. — Наши колени соприкасаются, и по коже тут же пробегаются мурашки. — У них не было выбора. Либо разместить мое видео, либо полностью рассекретиться.
Ваня смотрит на меня так пристально и так пронзительно, что я начинаю дрожать всем телом.
— Так ты знаешь, кто они?
Он берет меня за руку, переплетает наши пальцы и придвигается ближе:
— Да. Вывести их организатора на чистую воду было не так уж сложно.
— Все совсем не так было. — Вступает Женя. Он переходит на шепот: — Я первый тебе рассказал!
— Ты ему что? — Шипит Амина
Антон почти ложится на стол:
— Можно потише? — В звоне посуды и общем шуме его голос похож на писк придушенной птицы. — Давайте вообще всем расскажем, тогда нас точно заметут!
— А я давно говорила, что пора прикрывать лавочку. — Выдыхает Оля. — Слишком опасно. Но вы ведь не слушали.
— А когда это стало опасно? — Надувается Амина— Когда ты решила накапать на физрука!
— Я реально думала, что он того... — Взмахивает руками Оля. — Пристает ко мне!
— Вот и надо было сначала убедиться, а потом жаловаться!
Их шепот взрывается дружным возмущенным шипением, от которого у меня кругом идет голова.
— Ребят, что происходит? — Теряюсь я, оглядывая каждого по очереди.
Друзья склоняются над столом и начинают, перебивая друг друга, снова что-то мне объяснять.
— Все просто. — Тихо говорит Ваня, наклонившись к моему уху. — Твои друзья — организаторы черной метки. Прежде, чем ты обидишься на них за то, что они не посвятили тебя в секту мстителей, я скажу одну вещь в их оправдание: ребята просто берегли твои нервы. У тебя и так было достаточно испытаний в жизни, чтобы еще переживать из-за их безумных проделок.