37 глава
Но не успел я поднять руку, чтобы подозвать официанта, как желудок перехватило от неприятного предчувствия. Колокольчик над дверью тревожно зазвенел. Нужно было полагать, что однажды он доберется до меня, но не так же быстро: я обернулся и увидел врывающегося в кафе Сашу.
Он выглядел взбешенным не на шутку. На его месте меня бы тоже охватила ярость, но врываться в общественное место, где я проводил время с девушкой, было не самым умным из его решений.
— Вот ты где, ничтожество, — двигаясь с грацией пантеры Саша подлетел ко мне.
Я ожидал всего, что угодно — что он схватит меня за грудки, толкнет или начнет орать, но, похоже, мой поступок лишил его остатка мозгов. Саша решил устроить драку на глазах у всех посетителей кафе.
— Сань.. — Только успел сказать я, когда огромный кулак обрушился мне на лицо и заставил мое тело, перевернув стул, рухнуть на холодный и твердый пол.
Щека онемела, в глазах заискрило.
— Ваня! — Голоса Карины и Насти, звеня, слились в один.
Перед лицом успела мелькнуть самодовольная ухмылка Саши, и кровь гулко зашумела в ушах. Голову пронзило новой болью.
— Вставай, придурок. — Раздалось сверху. — Я знаю, что это ты сделал.
Попытался приподняться. Кто-то истошно завопил, и следующий удар заставил меня встретиться с полом еще раз. Звуки слились в грохот и гулкий скрежет. По губе потекло что-то теплое. «Нельзя пропустить еще один удар. Нельзя».
— Вставай, урод!
Собрался, открыл веки и выбросил сжатый кулак в ту сторону, откуда донесся его голос. «Кхрр»... Рука ударилась о что-то твердое. Послышался глухой стон.
— А это тебе за сестру. — Прохрипел я, пытаясь встать на ноги.
Саша, шатаясь, держался за челюсть.
— Еще раз скажешь про нее кому-нибудь хоть слово, закопаю! — Облизнув губы, я поморщился от боли и соленого привкуса крови на языке.
— Пошел ты.
Выпрямился и через силу заставил себя удержаться в вертикальном положении. За спиной Саши мелькали чьи-то фигуры, слышались крики и скрип отодвигаемых стульев. Я приготовился защищаться, когда сквозь пелену сознания до меня донесся Настин визг:
— Ваня! Нет!
И передо мной взлетела ножка стула. Чирк! Я пошатнулся, пытаясь сфокусировать размытый взгляд на происходящем: жалкий очкастый ботаник, позабыв о страхе, набросился на моего обидчика. Вовремя перехватил его руку и сумел выбить палку, которая чуть не раскроила надвое мой череп.
— Женя! — Женский крик.
И ботаник, получив в подбородок, отлетел к противоположной стене. Послышался звон разбитой посуды.
Не дожидаясь, пока Саша опять подберет деревяшку, я налетел на него и с грохотом повалил на стол. Завязалась беспощадная борьба. Мне удалось врезать Саше в челюсть, он с силой пнул меня в живот. Стиснув зубы и согнувшись пополам, я блокировал его следующий удар, но ему все равно удалось задеть меня по лицу.
— Он его убьет!
Раскачиваясь из стороны в сторону, я повалился на стол. Этот козел подошел ближе, занес кулак над моей головой, но кто-то потащил его назад. Это был второй ботаник, рыхлый и весь в веснушках. Уверенно отмахнувшись локтем, Саша сбросил с себя неуклюжего храбреца, а затем сбил его с ног четко поставленным ударом справа. Мне хватило этой пары секунд, чтобы подняться и снова броситься на врага.
— Никогда. Больше. Не говори. Про мою сестру. — С каждым ударом, опускающимся на его лицо, я чувствовал, как боль ответных ударов ослепляла меня.
Рухнув на пол и больно ударившись затылком, захрипел. Попытался втянуть в себя воздух и подняться. Не вышло. На секунду крики стихли. «Кажется, мне конец». Но в этот миг противник покосился и упал прямо рядом со мной.
— Только попробуй встать. — Донеслось сверху.
Это был Леша. Он вытер кулак салфеткой, брезгливо поморщился, глядя на Сашу, а затем протянул мне руку.
— Немного опоздал. Извини. Не знал, что вы решите устроить шоу.
— Ммм... — Замычал Саша, так и не обретя ориентацию в пространстве.
— Тебе лучше валить отсюда, Саша — Леша указал на дверь. — Ты и так на условно-досрочном. Как бы тебя снова не закрыли, а то тут столько свидетелей.
— Я вас... — Прокряхтел Саша
— Попробуешь отомстить, и наш следующий шаг не будет таким мягким, как предыдущий.
— Ваня... — Отвлекла меня Настя.
Она выплыла из темного тумана, стелящегося перед моим взором, светлым и очень нежным облачком. Пшеничного цвета кудряшки, как обычно, скрывали добрую половину ее лица, большие синие глаза глядели из-под них испуганно и взволнованно, а руки, гладящие мое разбитое лицо, дрожали.
— Как ты?
И сердце дрогнуло от звука ее голоса, такого переливистого и уже родного.
— Привет... — Хрипло проговорил я.
И плюхнулся на ближайший стул.
Она склонилась надо мной. Ее глаза тревожно обследовали мое лицо, пальцы были перемазаны моей кровью.
— Тебе очень больно? Я так испугалась.
— Ерунда. — Сглотнув горечь, отмахнулся я. — До свадьбы заживет.
— Что-то не похоже на ерунду. — Мягко улыбнулась девушка.
И от ее улыбки у меня защекотало в животе.
— Мне не больно. Честно.
— Нужно обработать.
— Не нужно. Заживет, как на собаке. — Взял со стола салфетку и приложил к губе.
Для верности нужно было приложить ко всему разбитому лицу.
— Ты бы все равно лучше показался врачу... — Ее рука вспорхнула и осторожно коснулась моей брови.
— Тссс... — Скривился от боли.
Надо же, до чего было хорошо находиться рядом с ней. Тонуть в этом запахе спелых слив и садовой клубники, подставлять лицо щекочущим кожу светлым волосам, чувствовать исходящее от девушки тепло, глядеть в ее глаза.
— Ему бы обработать раны. — Сказала Настя кому-то, обернувшись через плечо.
Опьяненный ее близостью, я не сразу понял, кому именно. Меня захлестнула волна, бурлящих внутри эмоций, каждая из которых током отдавалась сейчас в кончиках моих пальцев.
— Хорошо, я прослежу. — Ответил ей голос Карины.
— Настя... — Я даже осип от волнения. — Настя!
Растерялся. Нужно было сказать ей что-то. Признаться, как изменилась моя жизнь с тех пор, как она в ней появилась. Как изменился я. Как она стала важна для меня. Как нужна...
— Что? — Она посмотрела на меня внимательно.
— Не уходи. Подожди...
Ёжик наклонилась к моему уху, нежно скользнула пальцами по волосам и прошептала:
— Ты пришел сюда с другой девушкой, Вань. Она о тебе и позаботится. Хорошо? — Опалила кожу на моей шее своим горячим дыханием. — А я позабочусь о своих друзьях, которые пострадали в вашей драке.
Вот дерьмо. Внутри меня все оборвалось.
— Береги себя. — Печально улыбнулась она и отошла.
«Нет. Не уходи. Не надо. Не-ет...»
— Какого черта? — Громыхнул голос появившегося в дверях хозяина кафе. — Это что здесь такое было?
— Дмитрий Юрьич, драка, мы уже вызвали Полицию. — Пропищала одна из официанток.
Он почесал голову и крепко матюкнулся. Переступая через битое стекло, подошел к нам. Пожал руку Леше затем мне.
— Кто тебя так, Вань?— Спросил.
Я указал кивком на сидящего на полу Сашу
— Этот? — Дима присел на корточки перед поверженным Сашей и покачал головой. — Узнаю удар Леши. Крепко же тебе досталось. — Он опустил тяжелую руку, увитую разноцветными татуировками на плечо горе-бойца. — Ну, что, упырь? Ментов вызываем или сам со мной будешь рассчитываться?
Тот что-то бессвязно промычал в ответ.
— Короче, это тело отсюда не выпускать, пока не возместит ущерб. — Скомандовал он притихшим от ужаса работникам кафе. — Девочки, принесите аптечку, пожалуйста. И быстрее. — Затем вздохнул, мрачно оглядывая зал, и обратился к оставшимся посетителям: — К сожалению, на сегодня кафе закрывается. Прошу у всех прощения за инцидент. Завтра работаем в прежнем режиме.
— Выглядишь неважно, — сказала Карина, садясь на стул рядом со мной.
— Да плевать. — Выдавил я.
Она невольно перехватила мой взгляд.
Я смотрел, как Настя порхает вокруг своего очкастого Джеки Чана и касается его лица точно так же, как касалась только что моего — аккуратно и нежно. И каждая клеточка моего тела завопила в знак протеста против этого. Боль от полученных ударов накатила с новой силой и пробежала холодным потом по спине.
Она была права. Я сам сделал свой выбор.
Вопрос состоял в другом: что делать, если этим выбором я не был доволен?