глава 8
Холодный ветер гнал тяжёлые серые тучи над лагерем. Ледошёрстка распушила шубку, чтобы согреться, и потянула на себя молодой побег ежевики, растущий в сторону палатки старейшин. Колючки больно кололи её лапы, и воительница наклонилась, чтобы откусить побег прямо в том месте, где он исчезал в стене лагеря. Откусив стебель, она осторожно понесла его к куче прочих, которую она уже успела собрать. Плавник с Буреломом очищали стену от побегов чуть дальше.
Ледошёрстка организовала утренние патрули, однако организацией всех остальных, не предупредив предварительно Ежевичную Звезду, снова занялась Белка. Поэтому молодая воительница вместе с соплеменниками в ожидании появления глашатая занялась расчисткой лагеря. Львиносвет и Подпалина вычищали старые подстилки и слежавшиеся листья из детской, а Ромашка вплетала свежие папоротниковые стебли в её крышу. Искра с Тростником обдирали старый папоротник со стенок воинской палатки, в то время как Терновник с Пестроцветик обследовали стены палатки оруженосцев на предмет наличия в них дыр и щелей, которые стоило залатать.
Ледошёрстка гордилась собой и своими соплеменниками. Наверняка Звёздные предки были довольны тем, как усердно они трудились. Если, конечно, тех всё ещё интересовали события в лесу…
– Эй, Ледошёрстка! – позвал её Плавник. Он кивнул на толстый ежевичный побег, змеившийся позади него. Бурелом уже вцепился в него зубами и тянул на себя. – Помоги нам с вот этим вот!
Молодая воительница поспешила к ним и осторожно взяла побег в зубы.
– Тянем! – подал команду Плавник, вцепившись в лозу чуть поодаль. Воители принялись тянуть, пока та с треском не оторвалась. В этот самый момент Ледошёрстка почувствовала резкую боль в области губы. Бурелом потащил побег к куче, а серая кошка присела и принялась слизывать кровь с проколотого шипом места. Плавник же поднял взгляд на Каменный Карниз.
– Все работаю в поте лица, кроме нашего предводителя, – буркнул он сквозь зубы.
Ледошёрстка осуждающе посмотрела на коричневого кота. Как у него поворачивается язык осуждать Ежевичную Звезду?
Неподалёку от палатки старейшин Воробей, втиравший припарку из золотарника в заднюю лапу Белохвоста, чтобы облегчить боль старейшины, навострил уши.
– Кажется, умерев, он напрочь забыл о том, что всего одной потерянной жизнью ранее он был воителем, – кисло промяукал слепой целитель.
Белохвост нервно поёжился.
– Потише, – сказал он, оглядываясь на подходящего Плавника. – А то он не в лучшем настроении с тех самых пор, как потерял жизнь.
Львиносвет саркастически фыркнул.
– Это очень мягко выражаясь. Я его в жизни таким не видел. Надеюсь, с ним всё в порядке.
– Конечно, с ним всё в порядке, – промяукал Бурелом, бросая побег в кучу. – Не забывайте о том, что он потерял жизнь. Мы с вами ведь и понятия не имеем, каково это. Наверняка, тяжело.
Ледошёрстка с благодарностью посмотрела на серого кота.
– Он просто хочет, чтобы мы прилагали все усилия и были настолько хорошими воителями, насколько это вообще возможно, – согласилась она. – И всё для того, чтобы Звёздное племя вернулось.
Плавник пожал плечами.
– Ежевичная Звезда всегда стремился сделать из нас лучших воинов. Но уж больно странно он это делает в эти дни, – промяукал воитель, после чего развернулся и начал тянуть следующий побег.
Ледошёрстка ощетинилась. Плавник не должен сомневаться в предводителе! В конце концов, Предки дали ему Девять жизней. Сомневаться в нём – это всё равно что сомневаться в Звёздном племени. И в ситуации, когда оно продолжало молчать, разве не во благо было сплотиться вокруг предводителя и сильнее прежнего прислушиваться к его словам??
Меж тем на Каменном Карнизе, у выхода из предводительской палатки, мелькнул тёмно-рыжий мех. Львиносвет поспешил вернуться к работе, пока глашатая спускалась к ним. Оказавшись на поляне, она оглядела лагерь.
– Отличная работа, соплеменники!
Затем она повернулась в сторону опустевшей кучи с дичью.
– Нужно отправить ещё два охотничьих патруля и один пограничный, к границе с Небесным племенем.
– Я пойду, – тут же откликнулся Бурелом, спеша к глашатай.
– И я тоже, – промяукала Искра, выходя из воинской палатки. Вслед за ней выскочил Тростник. – Я тоже с радостью схожу! – воодушевлённо промяукал золотистый воитель.
Тёплое чувство разлилось в груди Ледошёрстки – ей было приятно, что такое количество соплеменников были готовы поддержать Белку.
– С радостью сходишь куда? – раздался вдруг голос Ежевичной Звезды. Предводитель выскочил из палатки и, молнией спустившись с Каменного Карниза, спустя несколько мгновений уже стоял рядом с Белкой.
– На охоту, – повторил Тростник.
– И в пограничный патруль, – добавила Искра. – Белка как раз собиралась отправить ещё три патруля.
Глаза предводителя округлились. Он перевёл взгляд на Белку.
– Ты что, опять организуешь патрули? – спросил он подругу и, не дожидаясь ответа, продолжил. – Мы же, кажется, договорились, что отныне этим занимается Ледошёрстка?
Серая воительница удивлённо вскинула голову. Неужели отныне Ежевичная Звезда хочет, чтобы она организовывала все патрули? Впрочем, если на то воля предводителя, она готова. Ледошёрстка вышла вперёд, но Белка остановила её взмахом хвоста.
– У Ледошёрстки и без того хватает работы, – ответила глашатая другу.
– Тогда поручи это ещё кому-нибудь, – промяукал Ежевичная Звезда.
– Но ведь это моя обязанность, – стояла на своём Белка.
– Племени не требуется, чтобы ты суетилась над ним, как наседка, – ответил предводитель. – Хорошее племя не нужно постоянно контролировать. А ты должна поддерживать меня – твоего предводителя. И твоего друга, – добавил он, вкрадчиво глядя глашатай в прямо в глаза.
Белка ощетинилась.
– Но не могу же я постоянно сидеть в твоей палатке, словно старейшина!
– Но какой смысл нам быть предводителем и глашатаем, если каждое мгновение своего времени мы будем тратить на организацию патрулей? – спросил Ежевичная Звезда, дёрнув ухом.
Взгляд Белки потемнел.
– Наше племя – неотъемлемая часть нас. А мы – его часть. И организация патрулей – это самое меньшее, что мы можем и должны делать.
Грудь Ледошёрстки сдавило, когда она заметила в предводительских глазах блеск неистового гнева. Не так давно у них уже были серьёзные разногласия по вопросу, как стоит поступить с Сёстрами – группой кошек, обосновавшихся на ничейной территории в предгорьях, которую глашатая присмотрела в качестве нового дома для Небесного племени. Тогда всё племя волновалось по поводу того, что отношения предводителя и глашатай уже никогда не станут прежними.
Однако ярость во взгляде Ежевичной Звезды погасла так же быстро, как и зародилась. Предводитель вежливо кивнул.
– Я понимаю, как сильно ты беспокоишься о наших соплеменниках, – мягко промяукал он. – Но тебе нужно чуть больше верить в них и перестать беспокоиться по пустякам. Вчера ты ходила в целых два патруля, и ещё в один – позавчера. Отныне я хочу, чтобы ты оставалась в лагере со мной. А патрулирование оставь нашим соплеменникам.
Белка снова ощетинилась.
– Но мне нравится ходить в патрули! Быть воителем – это честь, а не постылая повинность. Мне нравится это. И всегда нравилось, – она непонимающе уставилась на друга, словно видела его впервые. – И ты когда-то чувствовал то же самое.
– И я вовсе не изменился, – ответил предводитель. – Просто понял, что в этой жизни есть вещи поважнее патрулей.
– Но чем меньше делаем мы, – заметила Белка, – тем больше придётся делать нашим соплеменникам.
– И что с того? – удивлённо промяукал предводитель. – Ты же сама говорила, что быть воителем – удовольствие и великая честь, так к чему лишать этого удовольствия наших соплеменников? Да, с этого момента тебе определённо стоит проводить больше времени в лагере со мной.
Белка молча смотрела на него, подёргивая кончиком хвоста.
– Ничего, со временем ты обязательно привыкнешь, – пожал плечами Ежевичная Звезда.
В этот момент по стенам лагеря пробежала лёгкая дрожь, и из горловины входа один за другим появились Ягодник, Маковка, Пеплогривка, Зяблинка и Шиповница. У каждого в зубах была добыча, которую они поочерёдно сложили на место опустевшей кучи с дичью.
Глаза Белохвоста загорелись.
– Наконец-то! – промяукал он. – Я так проголодался!
Старейшина, поднявшись, направился было к куче с добычей, но его остановил голос Ежевичной Звезды.
– Подожди.
Ледошёрстка навострила уши, оглядываясь на предводителя, задумчиво смотревшего в никуда. О чём же он думал?
– Старейшины должны ждать своей очереди, – наконец, произнёс предводитель, оглядывая собравшихся.
Львиносвет нахмурился, явно сбитый с толку происходящим. Терновник, только что опустивший жирного дрозда в кучу, резко поднял голову, ощетинившись. По всей поляне Грозовые воители обменивались недоумёнными взглядами.
– А почему это старейшины должны ждать? – спросила Пестроцветик, выходя вперёд и переводя взгляд с Белохвоста на предводителя и обратно. – Воинский Закон чётко говорит о том, что старейшины и королевы должны есть перед воинами.
– Перед воинами – возможно, – согласился Ежевичная Звезда. – Но в Законе ничего не сказано о предводителях.
Ледошёрстка заметила, как Львиносвет выпустил когти.
– Так, значит, ты хочешь есть перед старейшинами и королевами? – с вызовом спросил он, неотрывно глядя в глаза своему приёмному отцу.
Тот выдержал взгляд.
– И не только я, – спокойно промяукал он в ответ. – Глашатая – тоже.
Он сделал шаг к подруге, которая тотчас вздрогнула.
– Ежевичная Звезда, я не хочу…
Но он не дал ей закончить.
– Сама подумай – какой смысл отдавать лучшие куски слабейшим соплеменникам? – сказал предводитель, по-прежнему не сводя глаз с Львиносвета. – Разве старейшины будут в первых рядах защищать лагерь, если на нас нападут?
Терновник молча уставился на Ежевичную Звезду, словно не мог поверить своим ушам. Львиносвет недобро прищурился.
– Нет, они, наоборот, будут теми, кто в первую очередь будет нуждаться в помощи, – продолжал предводитель. – А кто будет им помогать? Воины. А кто будет вести их в бой, невзирая на то, насколько силён и яростен будет наш враг? – спросил он, с вызовом оглядывая собравшихся.
Но никто не ответил. Ледошёрстка растерянно переступила с одной лапы на другую. Предводитель ждал беды? Неужели ему открылось что-то, неведомое им? Одно очевидно – он делает всё, чтобы племя подошло к грядущим испытаниям во всеоружии. Она вскинула голову.
– С тобой мы пройдём любые трудности, Ежевичная Звезда! – громко промяукала она, стараясь скрыть дрожь в своём голосе.
– Я в этом не сомневаюсь, – одобрительно кивнул ей предводитель. – Но для этого я и Белка должны быть сильными, как никто, ведь именно мы, лапа об лапу, поведём вас сквозь все тяготы и невзгоды. И именно поэтому мы должны есть первыми.
– Но, предоставляя старейшинам и королевам право есть первыми, мы всегда выказывали своё к ним уважение, – возразил Львиносвет.
– Есть немало других способов показать своё к ним уважение, – ответил Ежевичная Звезда. – А вот оспаривать предводительское слово – прямое нарушение Воинского Закона. Ты готов нарушить Воинский Закон, Львиносвет?
– А тебе, значит, позволено его нарушать. Да? – прорычал золотистый воин, не дрогнув.
– Я – твой предводитель, – тихо настолько, что Ледошёрстка едва услышала его слова, прорычал Ежевичная Звезда. И именно я решаю, что есть Закон.
Её соплеменники молча смотрели, как Ежевичная Звезда первым подошёл к куче с добычей и взял себе жирного дрозда с самого верха кучи. Львиносвет яростно замахал хвостом, но не проронил ни слова. Подойдя к Белке, предводитель легонько подтолкнул подругу носом в сторону Каменного Карниза. Она последовала следом за ним, извиняющимся взглядом окинув через плечо соплеменников перед тем, как скрыться в палатке.
Львиносвет подошёл к куче и, взяв двух землероек, понёс их к палатке старейшин. Белохвост благодарно кивнул золотистому воителю, когда тот опустил добычу к его лапам. Оба кота подняли глаза к Каменному Карнизу. Они молчали, но для того, чтобы даже на расстоянии почувствовать весь океан их эмоций, бивший через край, не нужно было иметь сверхспособностей.
Бурелом с Тростником переглянулись друг с другом.
– Так нам нужно идти на охоту или нет? – спросил золотистый воитель, на что его товарищ лишь пожал плечами.
Ледошёрстка вдруг поняла, что Белка не закончила формирование полуденного охотничьего патруля. «Теперь ведь это моя работа?» – подумала она, глядя на Тростника.
– Я спрошу у Белки, – сказала она отцу, направляясь в сторону Каменного Карниза. Может, теперь ей стоит организовывать по три охотничьих патруля? В конце концов, если в лагере всегда будет в достатке дичи, соплеменники не будут так сильно переживать из-за нового правила. Да, решение есть перед старейшинами и королевами было странным, но Ежевичная Звезда наверняка знает, что он делает. В конце концов, он предводитель! Может, таким образом он просто хотел испытать преданность своих соплеменников.
Подойдя ко входу в предводительскую палатку, Ледошёрстка остановилась – изнутри послышалось шипение.
– Ты что, и вправду думаешь, что это именно то, что сейчас нужно нашему племени? – разъярённо выпалила Белка. – Думаешь, что улучшишь моральное состояние племени, пережившего тяжёлые Голые Деревья, отталкивая старейшин с королевами и забирая себе лучшее?
Предводитель вкрадчивым голосом что-то ответил подруге, но Ледошёрстка не разобрала его слов. Воительница поспешила отойти, чтобы не подслушивать то, что не предназначалось для её ушей. В конце концов, ей было совершенно необязательно говорить с Белкой прямо сейчас – она могла самостоятельно назначить патрули, а уже потом прийти и отчитаться. Белка наверняка одобрит её инициативность.
Молодая воительница уже спустилась со склона, как её настигла, вызвав неприятный холодок, очевидная догадка. Если даже Белка не соглашается с новым правилом, то как его примут остальные? Она встряхнулась, пытаясь избавиться от неприятной мысли, словно от назойливой блохи.
– Ну и что она сказала? – с нетерпением спросил Тростник.
– Она была занята, – ответила Ледошёрстка. – Но, я думаю, вам стоит идти, как вы и планировали. Думаю, она это одобрит.
– Не хочешь пойти с нами? – предложил ей Бурелом.
– Нет, я, наверное, займусь организацией патрулей здесь, – ответила молодая воительница. Как бы она ни относилась к предводителю, в его поведении определённо было что-то странное, и Ледошёрстке хотелось быть поближе к нему, чтобы точно узнать, что именно. Как ни крути, потеря жизни сильно его изменила.
Усилием воли она прогнала эти мысли прочь. «Ну что за чепуха!» Ежевичная Звезда по-прежнему был их предводителем. Пусть он стал жёстче, что с того? Наверняка он просто хочет, чтобы его воители беспрекословно соблюдали Воинский Закон. И тогда Звёздное племя вернётся. Он желал своему племени лишь добра, и этого было вполне достаточно. Взмахнув хвостом, Ледошёрстка направилась к стене лагеря и принялась вытягивать очередной ежевичный побег из стены. Она была уверена – всё будет хорошо.
Ледошёрстка поёжилась – её шерсть вся промокла. Дождь, начавшийся вчера вечером, по-прежнему накрапывал, когда они с Львиносветом и Подпалиной направлялись в лес.
– Давайте сначала сходим к границе Небесного племени, – предложила она, глядя на золотистого воина, высматривающего добычу. – По крайней мере, она защищена деревьями.
– Имеет смысл, – согласилась Подпалина, с надеждой глядя на Львиносвета. – А к тому времени дождь, возможно, прекратится, и мы сможем спокойно обойти границу с племенем Ветра, не промокнув при этом, как мыши.
Львиносвет поднял голову кверху, откуда, из просветов между деревьями, продолжало капать.
– Мы всё равно вымокнем до последней шерстинки, – ответил он. – Лучше нам проверить метки, пока их запах окончательно не смыло дождём.
С этими словами воитель развернулся и, петляя между деревьев, направился в сторону границы племени Ветра. Ледошёрстка, прижав уши и мысленно ругая дождь, направилась вслед за ним. Подпалина, встряхнувшись, подошла ближе к отцу, и Ледошёрстка тут же навострила уши. В течение всего их патруля она постоянно думала о том, станут ли они обсуждать новое правило, введённое Ежевичной Звездой. Прошлым вечером в лагере она наслушалась достаточно обсуждений произошедшего. Впрочем, в открытую предводительское решение никто не критиковал. И, вообще, большая часть соплеменников выглядела скорее растерянными, нежели сердитыми. Воители то и дело поглядывали в сторону Каменного Карниза, словно бы задаваясь вопросом, зачем вдруг их предводителю понадобилось менять давно устоявшееся правило.
– По крайней мере, дождь лучше снега, – с напускным оптимизмом промяукала Подпалина.
– А я бы предпочёл снег, – проворчал Львиносвет, встряхивая промокшей головой.
– Сейчас, хотя бы, тепло, – возразила Подпалина.
– Не сказал бы, – ответил Львиносвет, ступая по длинной густой траве, предвещавшей близость пустоши. – Но, по крайней мере, дичи действительно стало больше. И ради этого стоит помокнуть.
– Хвала Звёздному племени! – прошептала Подпалина, подняв глаза к небу.
– Не трать понапрасну слова, – мрачно буркнул Львиносвет. – Мы ведь даже не знаем, слышат ли они нас.
Подпалина непонимающе посмотрела на отца.
– Конечно, слышат! Ведь холода закончились, и лёд растаял. С чего бы им нас не слышать?
– Может понадобиться какое-то время для того, чтобы всё вернулось на круги своя.
– А, может, они ждут, пока мы начнём с должным усердием соблюдать Воинский Закон, – срывающимся от волнения голосом предположила Ледошёрстка.
Львиносвет резко повернул к ней голову.
– Мы и так всегда соблюдали Воинский Закон, – твёрдо сказал он. – По крайней мере, большая часть из нас, – добавил он, чуть замявшись.
Ледошёрстка нахмурилась. О ком это он говорил?
– Я чувствую запах кролика, – сказала Подпалина, остановившись и задрав нос кверху.
Львиносвет принюхался, и его глаза загорелись охотничьим азартом.
– Я тоже!
Навострив уши, воитель повернулся к вересковым зарослям, что вели к границе с племенем Ветра. Вдруг в отдалении, меж двух кустов, мелькнула серая шёрстка.
Сердце молодой воительницы забилось быстрее. «Это кролик!» Облизнувшись, она тут же опустилась в охотничью стойку, в то время как Львиносвет с Подпалиной начали красться к своей добыче. Низко пригнувшись, она направилась вслед за ними. Внезапно кролик одним прыжком выскочил из зарослей, и Львиносвет бросился за ним. Заметив охотника, зверёк испуганно взвизгнул и, резко развернувшись, бросился обратно в заросли. Золотистый воитель и Подпалина, петляя между кустами, бросились за ним.
Ледошёрстка выпрямилась, с тревогой глядя на качающийся вереск. Львиносвет с Подпалиной направлялись прямиком к границе.
– Осторожнее! – заорала она. Они не должны и не имеют права преследовать дичь по ту сторону границы! Она застыла, с ужасом наблюдая, как её соплеменники вынырнули из верещатника и, гоня кролика, миновали дроковые заросли, служившие границей между племенами. Ещё несколько прыжков – и Львиносвет догнал зверька и стремительным, выверенным укусом в шею прикончил его. Воитель поднял голову к небу и вознёс благодарность Звёздному племени, прежде чем поднять добычу и вместе с ней вернуться на Грозовую территорию.
Ледошёрстка понеслась к ним навстречу, чувствуя, как внутри у неё всё сжимается от недоброго предчувствия.
– Вы поймали его на территории племени Ветра! – воскликнула она. Охотиться на чужой территории было серьёзным нарушением Воинского Закона. Воительница неотрывно смотрела в лицо Львиносвету, ожидая увидеть там тревогу или раскаяние. Что, если Звёздное племя всё видело?
Львиносвет уронил кролика на траву и огляделся. Судя по его расширившимся глазам, он, кажется, только сейчас понял, что натворил.
– Так получилось, – тихо проговорил он в никуда, словно бы разговаривая с самим собой.
«Пытается убедить себя!»
Подпалина остановилась рядом с отцом и обнюхала кролика. Она согласно кивнула.
– В конце концов, он прибежал с нашей территории.
– Но вы оба только что нарушили Воинский Закон! – охнула Ледошёрстка, не веря своим ушам. Они что, думали, что Звёздное племя больше никогда не вернётся, не увидит и не услышит их деяний?
– Никому от этого хуже не станет, – ответил Львиносвет. – А в такой дождь Ветряные наверняка даже не заметят, что мы переходили их границу.
– Зато Звёздное племя заметит! – в отчаянии промяукала Ледошёрстка.
– Предки никогда не прогневаются на воителей, стремящихся накормить своё племя, – ответил Львиносвет, опустив лапу на кролика. – А этот послужит славным обедом для Яролики, Белохвоста и Крутобока.
Золотистый воитель поднял добычу и направился вдоль линии пограничных меток.
– Мы что, ещё и границу метить будем? – спросила Ледошёрстка, удивлённо глядя на Подпалину.
– Конечно, – ответила Подпалина, потираясь щекой о дроковый куст. – Хотя, мне кажется, напрасная трата времени – всё равно в такой дождь они недолго продержатся.
Тяжело вздохнув, Ледошёрстка пометила следующий куст. Кажется, её соплеменникам было совершенно наплевать на факт нарушения Воинского Закона. А ещё её не покидало чувство, что метка границ сразу же после их нарушения ещё сильнее разозлит Звёздное племя.
К тому времени, как они вернулись в лагерь, дождь поутих. Лапы воительницы отчаянно болели от долгой ходьбы.
– Эй, Ледошёрстка! – донёсся до неё с Каменного Карниза голос Ежевичной Звезды. Взмахом хвоста предводитель позвал её к себе. Буквально чувствуя своей шкурой пристальные взгляды соплеменников, она забралась наверх и вслед за Ежевичной Звездой зашла в его палатку. Белки здесь не было, хотя её запах продолжал витать в тёплом влажном воздухе палатки. Неужели она снова ушла в патруль, невзирая на запрет друга?
Ежевичная Звезда сел, кивком головы призывая гостью последовать его примеру.
– Ну как, проверили границы?
– Да, – ответила Ледошёрстка, чувствуя, как её голос подрагивает от волнения – это был первый раз, когда она оставалась с предводителем наедине. Она смущённо сдвинула лапы, надеясь, что её намокший мех не торчит во все стороны иголками. Ей очень хотелось встряхнуться, но воительница боялась забрызгать Ежевичную Звезду. Пока она сидела, на каменном полу под ней успела натечь лужица. – Небесное племя недавно обновило свои пограничные метки – из-за дождя сложно сказать, когда конкретно, но, думаю…
– Уверен, что остальные племена как следует заботятся о своих границах, – перебил кошку предводитель, глядя ей прямо в глаза. – А как там Львиносвет с Подпалиной?
Ледошёрстка застыла. Он что, уже узнал о нарушении границы?
– Нормально, – ответила она, опустив глаза.
– А они говорили что-нибудь насчёт нового правила о дичи? – вкрадчиво, но с ощутимой жёсткостью в голосе спросил Ежевичная Звезда.
– Нет, ничего, – ответила Ледошёрстка, на этот раз смело глядя предводителю в глаза – ведь она говорила чистую правду.
– А как насчёт остальных соплеменников?
Ухо молодой воительницы дрогнуло.
– Лично я ничего не слышала, – ответила она. – Но, кажется, они в некотором замешательстве.
– В замешательстве? – Ежевичная Звезда склонил голову набок. – А почему? Мне кажется, я был предельно конкретен.
– Да, верно, – поспешно согласилась она. – Просто они, кажется, не совсем понимают, зачем было изменено прежнее правило.
– Кто-то что-то говорил по этому поводу?
– Нет, это лишь мои ощущения, – сказала Ледошёрстка.
Глаза предводителя просветлели.
– Хорошо, – удовлетворённо промурлыкал он. – Значит, всё в порядке, и мы ничем не оскорбляем Звёздных предков, – заключил кот, но фраза удивительным образом звучала как вопрос.
– Нет, думаю, ничем, – замялась Ледошёрстка. – Кроме, разве что…
Ежевичная Звезда прищурился.
– Кроме чего? – спросил он, подавшись вперёд.
Молодая воительница неуверенно посмотрела на предводителя. Ей не хотелось никого выдавать, но ведь Львиносвет с Подпалиной действительно нарушили границу! Звёздное племя наверняка разгневается, если она утаит это от своего предводителя.
– Ты можешь открыть мне всё, что у тебя на сердце, – мягко промяукал он, будто бы читая её мысли. – Помни, что ты помогаешь мне поддерживать порядок в племени. И если что-то происходит, я обязан знать. Ради племени.
Ледошёрстка сделала глубокий вдох.
– Львиносвет с Подпалиной нечаянно нарушили границу племени Ветра, когда охотились, – на одном дыхании выпалила она.
Ежевичная Звезда не двинулся с места, продолжая буравить молодую воительницу взглядом до тех пор, пока ей не начало казаться, что её шкура пылает огнём.
– Совсем немножко, – уточнила она, отводя взгляд. – Они даже сами не поняли, пока я им не сказала.
Ежевичная Звезда откинулся назад, распушив загривок. Кажется, он был доволен честностью Ледошёрстки. Молодая воительница чувствовала себя так, словно у неё с души упал камень. Она поступила правильно. Ежевичная Звезда всё исправит, и Звёздное племя не будет гневаться на них. Она, правда, не до конца понимала, как именно он это сделает, но предводитель обязательно что-нибудь придумает, на то он и предводитель!
Внезапно лицо Ежевичной Звезды будто бы омрачилось тенью. Его взгляд потемнел, а зубы на мгновение оскалились. Затем предводитель вскочил и, проскользнув мимо Ледошёрстки, молнией вылетел из палатки.
Встревоженная воительница поспешила за ним. Что он собирался делать?
– Львиносвет! Подпалина! – проорал предводитель с Каменного Карниза.
Отец с дочерью подняли головы, в то время как предводитель скачками летел к ним вниз по каменным уступам. Они без страха, а, скорее, с любопытством в глазах смотрели на приближающегося предводителя. Ледошёрстка остановилась в хвосте позади Ежевичной Звезды, чувствуя, как сжимается её сердце. Не навлекла ли она беду на своих соплеменников?
– Так это правда? – безо всякого вступления спросил предводитель у Львиносвета.
– Правда? – непонимающе переспросил золотистый воитель.
Взгляд Ежевичной Звезды метнулся к Подпалине.
– Вы и вправду нарушили границу племени Ветра?
Оба воителя повернули головы, и Ледошёрстка почувствовала, как их полные презрения взгляды, подобно шипам, вонзились в неё. Было очевидно, что это именно она их выдала. Серая воительница вся сжалась – она надеялась, что предводитель будет более деликатен.
Вокруг начали собираться другие воители, нервно поглядывая на происходящее. Стебель с тревогой неотрывно смотрел на Подпалину, а Пеплогривка с Тростником обменялись встревоженными взглядами.
Ежевичная Звезда вонзил в землю когти.
– Так что, это правда? – едва сдерживая рычание, переспросил он.
Львиносвет вскинул голову.
– Да, это правда. Но это вышло случайно, и никто не видел нас. Племя Ветра никогда не узнает об этом происшествии.
– Да что ты говоришь! – изогнул предводитель губы в презрительной усмешке. – Ты так уверен в этом? Или, может, вы языками слизали свой запах с травы?
Львиносвет уставился на него.
– Всё это время шёл ливень!
Подпалина кивнула.
– Если бы не дождь, мы бы почувствовали Ветряные пограничные метки и не нарушили бы границу.
– Да неужели? – прорычал предводитель, и его глаза полыхнули дикой яростью. – Так, значит, это всё племя Ветра виновато, что недостаточно качественно помечает свои границы?!..
Львиносвет раздражённо фыркнул.
– Я вовсе не это…
– А если Звёздный Кролик сейчас заявится сюда и справедливо обвинит нас во вторжении на его территорию, именно это мы ему и скажем, да? – разъярённо перебил его Ежевичная Звезда. – Что вы бы не нарушили его границы, если бы Ветряные лучше их метили??
Львиносвет ощетинился.
– Он не придёт и не будет нас обвинять, – огрызнулся золотистый воитель. – Это не в первый раз, когда воители по ошибке нарушают границы друг друга. Такое случается. И мы все знаем это, – закончил он и оглядел ряды собравшихся, словно бы ища у них поддержки. Но никто, казалось, не хотел вмешиваться в происходящее.
Предводитель зловеще прищурился.
– Ты прекрасно знаешь, что Звёздное племя уже много лун молчит. Мы должны неукоснительно блюсти Воинский Закон, чтобы убедить их вернуться. Как, ты думаешь, они отнесутся к воителям, нарушающим чужие границы? И вернутся ли, если мы не можем соблюдать даже такие элементарные правила?
– Звёздное племя не отвернётся от нас лишь из-за того, что я нечаянно пересёк границу! – прорычал Львиносвет.
— Это они тебе сами сказали? – издевательски протянул Ежевичная Звезда. – Теперь и у нас в племени появился свой собственный контактёр с замолчавшими Предками?
– Издеваешься? – раздражённо бросил золотистый воитель.
– А если нет, то не смей мне говорить о том, что думает Звёздное племя! – прорычал Ежевичная Звезда. – Ты только что нарушил Воинский Закон. Причём, сделал это после того, как я неоднократно напоминал вам о важности его соблюдения.
Подпалина ощетинилась.
– Покажи хоть одного из здесь собравшихся, кто ни разу не нарушал бы Воинский Закон! – прошипела она. – А не покажешь – здесь таких нет. Все хоть раз в жизни нарушали его. А некоторые – серьёзнее остальных! – сердито бросила она в лицо предводителю.
– Что это значит? – спросил Ежевичная Звезда, глубже вонзив когти в землю.
– Я про то, что твоя подруга, Белка, когда-то лгала всему племени, выдавая котят её сестры – её сестры-целительницы – за своих. Причём, лгала намеренно, лунами. И если ты сумел проглотить это, то уж наверняка как-нибудь стерпишь наше случайное нарушение границы.
Ежевичная Звезда уставился на крапчатую воительницу, угрожающе ощетинившись. Ледошёрстка испуганно сжалась. Неужели предводитель готов напасть на свою собственную воительницу? Однако спустя несколько мгновений шерсть Ежевичной Звезды легла ровно – кажется, он сумел взять себя в лапы.
– Ошибки Белки тебя не касаются, – холодно промяукал он. – А в качестве глашатая она самоотверженно служит своему племени и, тем самым, полностью меня устраивает. И вообще, именно я тут предводитель, и я решаю, кого нужно наказывать, а кого – нет. Если, конечно, ты не думаешь, что Дар Девяти жизней – это ничего не значащая чепуха.
Подпалина опустила взгляд, словно признавая своё поражение. Львиносвет подошёл поближе к дочери, словно стремясь заслонить её собой от предводительского гнева. Ледошёрстка оглядела собравшихся соплеменников. Крутобок, подошедший от палатки старейшин, во все глаза смотрел на Ежевичную Звезду, словно видел его впервые. Взгляд Терновника потемнел. Лагерь погрузился в оглушительную тишину – казалось, даже птицы перестали насвистывать свои трели. В ушах Ледошёрстки лишь гулко раздавались удары сердца, причём, настолько громко, что она едва слышала происходящее вокруг.
– В течение следующей четверти луны ни один Грозовой воитель не должен разговаривать с Подпалиной, – изрёк свой вердикт Ежевичная Звезда.
Крапчатая воительница вскинула голову и пристально посмотрела в глаза предводителя. По телу Ледошёрстки пробежал холодок. Не слишком ли суров был Ежевичная Звезда со своими соплеменниками?
Предводитель перевёл взгляд на Львиносвета.
– Что же до тебя – я изгоняю тебя из лагеря на тот же самый срок.
– Ты не можешь так с ним поступить! – сказала Пеплогривка, выходя вперёд. – Он – Грозовой воитель. И мы должны стоять горой друг за друга. Нельзя так поступать со своими соплеменниками!
Ежевичная Звезда холодно посмотрел на подругу Львиносвета.
– Он нарушил Воинский Закон и оспаривал мои попытки восстановить справедливость. Я никому не позволю подрывать таким образом мой авторитет, равно как и авторитет моего племени.
Предводитель вновь перевёл взгляд на потрясённого Львиносвета.
– Ты опытный воин, и должен был прекрасно осознавать последствия своих поступков. А теперь, ничего не поделать, придётся тебе четверть луны пожить бродягой, – протянул Ежевичная Звезда, издевательски выгнув губы.
Львиносвет не сказал ни слова в ответ. Ледошёрстке казалось, что земля уходит у неё из-под лап. Это всё происходило из-за неё. Сможет ли Львиносвет когда-нибудь простить ей такое?
Тем временем, Ежевичная Звезда продолжал.
– Если твой запах будет замечен на территории племени, не важно, где – с тобой обойдутся, как с любым нарушителем границы. И дорога назад в племя навсегда будет для тебя закрыта.
Львиносвет расправил плечи и, оглянувшись, окинул соплеменников гневным взглядом. Затем, не говоря ни слова, он быстрым шагом вышел из лагеря.
Лапы Ледошёрстки задрожали. «Я же просто хотела сделать, как лучше! Великое Звёздное племя, что же я натворила!»
Ледошёрстка открыла глаза. Земля под ней была влажной, зато дождь, наконец, закончился, и мириады Звёздных воителей смотрели с ясного ночного неба на лес. Значит, пока она спала, успел наступить вечер. После изгнания Львиносвета она чувствовала себя просто ужасно и пыталась избавиться от своей тоски, уснув. Она с содроганием вспомнила события прошедшего дня, и вина жгучей волной вновь окатила её с лап до головы. Приподняв голову, кошка оглядела лагерь. Её соплеменники сидели на поляне, поедая свой ужин и о чём-то негромко переговариваясь. Ежевичной Звезды нигде не было видно – наверное, он был в своей палатке вместе с Белкой.
Вдруг две тени стремительно проскользнули в сторону детской. Ледошёрстка навострила уши. Их шкуры блеснули в лунном свете, и молодая воительница, наконец, смогла опознать неизвестных. Стебель с Подпалиной. Ледошёрстка медленно села, пригнув голову – она не хотела быть замеченной. Воители совершенно очевидно прятались от своих соплеменников. Их губы шевелились. Они что, разговаривали? Неужели Стебель забыл о том, что ему, как и всем остальным, было запрещено говорить с Подпалиной в течение четверти луны? Её сердце забилось быстрее. А что, если Ежевичная Звезда заметит их? Что, если он изгонит Подпалину точно так же, как до этого изгнал её отца? Молодая воительница ещё сильнее навострила уши и отчётливо услышала тихий шёпот. Поднявшись, она, оставаясь в тени, бесшумно направилась к прячущейся парочке.
– Вам нельзя этого делать! – одними губами прошептала она, подойдя к их укрытию.
Стебель резко повернул голову.
– Что, недостаточно ты сегодня принесла соплеменникам горя? – с горечью бросил он ей.
– Побежишь докладывать о нас Ежевичной Звезде, да? – недобро блеснула глазами Подпалина.
– Нет, конечно! – потрясённо прошептала она. Неужели они думали, что она всерьёз желала им зла? – Но что, если кто-то увидит или услышит вас вдвоём? – Живот молодой воительницы скрутило от волнения. Неужели они считали, что никакие правила к ним не относятся? Неудивительно, что с таким отношение Звёздное племя повернулось хвостами к живым. – Разве вы забыли, что вам нельзя разговаривать?
– А ты считаешь это справедливым, да? – спросил Стебель, осуждающе глядя на неё.
– Неважно, что я считаю, – нетерпеливо прошептала Ледошёрстка. – Это приказ Ежевичной Звезды. И, ослушиваясь его, вы опять нарушаете Воинский Закон.
– Но его приказы в последнее время откровенно идиотские! – прошипела Подпалина, прижав уши к голове.
– Не смей так говорить! – ощетинилась Ледошёрстка. – Он – наш предводитель, несмотря ни на что!
– Но с тех пор, как он потерял жизнь, он перестал вести себя, как подобает предводителю, – ответил Стебель.
– Не забывай о том, что это его первая потерянная жизнь, – напомнила ему Ледошёрстка. – Ему нужно немного времени, чтобы привыкнуть. А нам пока просто нужно выполнять его приказы.
– Даже если они неправильные и несправедливые? – спросил Стебель, выпуская когти.
– Звёздные предки не вернутся, если мы продолжим нарушать Воинский Закон! – отчаянно прошептала Ледошёрстка. Неужели он совсем ничего не понимает?
Подпалина фыркнула.
– Ага, а если со мной никто не будет разговаривать в течение четверти луны, они, конечно, тотчас же вернутся.
– Дело не только в этом, – промяукала Ледошёрстка. – Здесь всё вместе. Раньше я даже не задумывалась о том, как часто мы нарушаем Воинский Закон, даже не замечая этого. Каждый должен подчиняться предводительским приказам.
Стебель прищурился.
– И ты, конечно, приложишь все усилия к тому, чтобы заставить нас подчиняться ему? – с невыразимой горечью бросил он.
– Я просто пытаюсь уберечь тебя от той же ошибки, которую совершила Подпалина, – одними губами прошептала ему Ледошёрстка. – Потому что я не хочу, чтобы и тебе всё племя вынуждено было объявлять бойкот.
Стебель пристально посмотрел на серую воительницу, и его глаза отразили звёздный свет.
– Кажется, ты совсем не понимаешь, о чём идёт речь. Не о том, кому можно или нельзя разговаривать с Подпалиной. Происходит что-то страшное. – Он нагнулся к самому её уху. – Я всегда считал тебя хорошей кошкой, Ледошёрстка. Но очень скоро нам всем придётся делать выбор. И, я надеюсь, ты будешь мудра в своём, – с этими словами воитель развернулся и пошёл прочь.
Подпалина бросила на неё недобрый взгляд и, молча развернувшись, направилась в сторону поляны.
Оставшись в одиночестве, Ледошёрстка внимательно огляделась. Подпалина улеглась около воинской палатки, и никто из окружающих не удостоил её даже толикой внимания. Стебель сел между Капелью и Шмелём. Недоброе предчувствие охватило молодую воительницу, когда она вспомнила слова бело-рыжего кота. «Очень скоро нам всем придётся делать выбор…»
Она вздрогнула. Что он имел в виду?