Глава 56. | Скользкая дорожка.
Счастливый конец — это когда вовремя опускаешь занавес. Чтобы закончить в момент наивысшего счастья, потому что потом всё будет опять плохо.
(с) Чак Паланик.
Автор.
После воссоединения Вани с Алисой прошел целый месяц.
В их отношениях преобладала любовь и понимание. Они не ругались и не обижались друг на друга. Если и была какая-нибудь маленькая ссора, она заканчивалась в постели. Там — Кислов мог отчитывать Темникову без угрызения совести, поскольку Алиса со всем соглашалась. Хотя, возможно, она соглашалась далеко не с его упреками.
Но, помимо интимной жизни, они не забывали и об повседневной жизни. В жизни, где любовь проявляла себя совсем по другому.
Они ходили за руки, обнимались и просто любили разговаривать по душам. Они бегали за школу, чтобы Кислов выкурил сигарету. Они пропускали занятия, чтобы просто побыть
Вместе
Подальше от назойливых глаз.
Они были неразлучны. И это совсем не нравилось Марине, потому что ее чувства никуда не пропали.
Их пара не нравилась так же и Людмиле Павловне, ибо за исключением школы, Алиса продолжала сбегать из дома. Но, в какой-то момент, старушке пришлось смириться с выбором Алисы и девушка выходила теперь не через окно, а через входную дверь.
А что там с Борей?
Чувства Хенкина все еще щемили его сердце, но он молчал. Молчал, потому что уже ранее получил ответ.
И к сожалению,
невзаимный.
Что не сказать про Меленина. Он начал встречаться с Анжелой и их отношения ничем не отличались от отношения Алисы и Вани.
А Черная весна?
Клуб продолжил свою работу. В него изредка приходили подростки, что требовали справедливости. Кому-то было отказано, а кому-то — напротив.
И, казалось бы, вот он, счастливый конец!
Но мы кое о ком забыли.
Забыли про человека, что поломал ни одну жизнь, толкнув партию убийственной дозы.
Алиса.
Вечер первого мая я решила провести с Ваней.
Завтра снова начнется школа и перед повседневной рутиной нужно расслабиться.
19:21
Мы были на базе. В ее бетонных стенах играла негромкая, совместна песня «МУККИ и Три дня дождя — Не киряй»
https://youtu.be/pIKiqKIOvYA
Я сидела на диване напротив Кисы.
Он профессионально перетасовал колоду и передал мне ее. Я раскинула карты и сказала:
— Вскрываемся.
Я первая скинула руку.
— Девятнадцать.
Он цыкнул языком, скинул свою и, отвернувшись, недовольно озвучил:
— Семнадцать.
— Опа! — Я улыбнулась. — Похоже удача сегодня на моей стороне!
— Ага, конечно.
Он сгреб карты и произнес:
— Ты просто мухлюешь.
— Как?
— Ну, не знаю.
Его голос стал тише, он шмыгнул и, прощупывая карты, предположил:
— Может проколы сделала?
— Мы эту колоду час назад купили.
Он вздохнул.
— Да ладно тебе! — Я начала ерзать на диване. — Давай еще раз.
— Алис, я уже заебался. — Признался он. — Мы сыграли двадцать партий.
— Ну пожалуйста. — Я надула губы.
Он охватил меня взглядом, улыбнулся и сказал:
— Ладно. Но только в последний раз.
— Давай-давай!
Он перетасовал колоду и скинул мне карту.
Туз бубень.
— Еще.
Десятка червей. И того двадцать один.
Я улыбнулась, махнула рукой и сказала:
— Хватит.
Он передал мне колоду, и я начала раскидывать ему руку. Прежде, чем он ухмыльнулся и сказал: хватит — я скинула ему три карты.
— Кто первый вскрывается? — Спросил он.
Я пожала плечами.
— Давай вместе.
Он согласился и предложил:
— На счет три.
Я закивала.
— Раз.
— Два. — Мы переглянулись.
— Три!
Мы одновременно скинули карты:
— Двадцать один!
— Двадцать один! — Он изменился в лице. — Блять, серьезно?
Я усмехнулась.
— Я же сказала, что удача сегодня на моей стороне!
Кислов недовольно прильнул к спинке дивана. Я начала сгребать карты, но была им остановлена. Он схватил меня за запястье и заставил сесть сверху. Он коснулся моей талии и сказал:
— Вообще-то это была ничья.
— Но ты же не выиграл.
Он приподнялся и, оказавшись в небольшом расстояние от моих губ, тихо ответил:
— Но и не проиграл.
Я улыбнулась, нежно охватила руками его шею и уже вознамерилась слиться с ним в мягком поцелуе, но была остановлена голосом Гены:
— Чё, есть тут кто?
Я вздохнула и перекочевала на диван. На пороге показался облик спрашивающего.
— О! Молодожены. — Он зашел в помещение. — Чем занимаетесь?
— В карты играли. — Я встряхнула бумажными мастями.
— О! Я раньше тоже играл. На стаффчик.
— Да ... я ей рассказывал.
Кислов шмыгнул носом и спросил:
— Чё пришел?
— А я что, не могу просто так прийти?
— Гендос, — Со вздохом начал Ваня. — Ты приходишь сюда, чтобы набухаться и ширнуться. Или просто ширнуться.
— Я вообще-то в завязке! Понял, нет?
— Два дня? — С иронией спросил Киса.
— Три! Ну какая разница-то? А?
— Ну да,
Я переглянулась с Ваней и он тихо добавил:
— За три дня не сдох, и ладно.
— Хорош!
Геныч сел в кресло, что стояло напротив дивана. Он шмыгнув носом и сказал:
— Раскусил ты меня, Кислый, ну ладно. Так вот, че я пришел ...
Он протянул гласную букву и почесал затылок.
— У меня, короче, ваш физрук стаффчик купить хочет.
— Да ладно! — Оживился Кислов.
— Да.
— А я так и знал, сука, что Антон Палыч на героине сидит! По нему это ... видно!
— Короче, хочет взять три дозы — а это, Кис, понимаешь ...
На моем лице отразилась озадаченность, что не осталось без внимания Вани.
— Это тридцать кусков. — Объяснил он.
Я закивала.
— Бабки понимаете, лютые. Договорились на завтра, а мне, короче, звякнули, нужно уехать. Можете это ... выручить по-братски? А?
— Не, Гендос — не варик.
Кудрявый прислонил правую лодыжку к левому колену.
— Меня Анатольевич в конце месяца ловил. Да и если бы я захотел, не получилось бы. Мне завтра к этим, ведьмам ехать.
— К кому? — Не поняла я.
— Ну ... к теть Шуре. Они же решили отречься от мира. — Он шмыгнул носом. — Живут себе, на отшибе. А мать им продукты решила передать. Там херис, халва, сигареты и прочая дрочь.
Киса взглянул на друга.
— Так что, прости Гендос, — Он щелкнул языком. — Не варик.
— Может Лисичка тогда выручит?
— Я ...
— Не, чувак, куда? — Ответил за меня парень. — Ладно, блин, я толкаю. Но ей-то куда?
— Кислый, ну это реально срочно!
Ваня с безнадегой вздохнул, и мы переглянулись.
— Че думаешь?
Я пожала плечами.
— Я ... не знаю.
— Да че там знать, лисенок?
Геныч пододвинулся и начал жестикулировать.
— Я тебе отдам стафф, ты завтра прийдешь, физра, не физра. У вас завтра есть физра?
— Да, последним.
— Ну вот! — Воодушевился Гендос. — Ты завтра подойдешь к нему, втихушку передашь зиплоки. Он тебе бабла отвалит и все. Вернешься сюда — отдашь. Ну?
Ваня положил руку мне на плечо.
— Если не хочешь, можешь не соглашаться.
— Кислый, не подбивай! А?
Я слонила голову и задумалась.
— Лисенок, ну реально! — Начал настаивать Зуев. — Надежда только на тебя! Я же тебя когда-то спас? Ну?
— Слышь, спаситель! — Ваня повысил голос. — То, что ты нас на своем ведре в больницу отвез, не значит, что она тебе что-то должна! Понял?
— Слышь, я понял! Не накаляйся. Мне просто нужно разрулить проблему! Понял, нет?
— Ага.
— Все! Не ругайтесь.
Я охватила взглядом сначала раздраженного Ваню, а после Геныча, что смотрел на меня с надеждой. Я вздохнула и произнесла:
— Ладно, передам.