Бумажная принцесса

На следующее утро Сехун уже ждет меня у моего шкафчика. Хотя и Чонгук, и Тэхён одобрили этого парня, я всё ещё в сомнениях. Но мне нужно двигаться дальше, а не зацикливаться на Чонгуке. Это ясно. Сехун едва успевает поздороваться, как я сразу же беру быка за рога.
- Хочу тебя предупредить, что пока не могу ни на что согласиться, - неловко объясняю я. - Сейчас в моей жизни происходят большие перемены, и я не хочу добавлять к этому ещё больше стрессовых ситуаций.
- Я понимаю, - заверяет меня парень, а потом наклоняется и нежно целует в щеку. - Ты прелесть. Я могу подождать.
Я прелесть? Кроме мамы, так меня больше никто не называл. Но мне это даже нравится.
Теперь Сехун встречает меня у моего шкафчика каждый день, рассказывает что-нибудь забавное, а когда уходит, то обязательно целует в щеку. Тэхён дразнит меня этим каждый вечер, в отличие от Гука, который в этот момент надевает маску безразличия. Понятия не имею, что он думает по поводу знаков внимания, которые мне оказывает Сехун, но наше перемирие всё ещё в силе. Даже Хосок заметил перемены в особняке Чонов . Когда как-то вечером он проходил мимо моей спальни и увидел, как мы с Тэхёном вместе смотрим телевизор. Клянусь, его брови взлетели так высоко, что чуть не соскочили с лица.
В пятницу я приношу Сехуну яблочный жареный пирожок - он признался, что это его самое любимое лакомство во «Френч-Твист». В этот раз он целует меня прямо в губы - поцелуй получается нежным, сдержанным, но на удивление приятным.
Громкий удар в конце коридора пугает меня, и я отскакиваю от Сехуна, чуть не выронив из рук его подарок.
- Осторожнее. - Сехун забирает у меня свой пирожок. - Нельзя уничтожать еду. Это серьезное нарушение Женевской конвенции. Придется мне наказать тебя.
Его глаза весело поблескивают.
- Ты хочешь встречаться со мной только потому, что у меня есть доступ к сладкой выпечке? - с наигранным подозрением спрашиваю я.
- Ох, черт! - Парень прикладывает ладонь к сердцу. - Ты меня раскусила. Мне есть чего бояться? - Его кривляния вызывают у меня улыбку. - О, я заставил тебя улыбнуться, и это плохо, потому что, сладкая, твоя улыбка убивает. По-моему, мое сердце остановилось. - Он хлопает себя по груди. - Ну-ка, послушай.
Сехун такой простой, с ним настолько легко общаться, что я решаю подыграть ему. Я прислоняюсь к его груди и слушаю тихое, ровное сердцебиение.
Рядом раздаются отвратительные звуки, как будто кого-то тошнит. Выпрямившись, я вижу Чонгука и Тэхёна, который засунул палец себе в горло. Он закатывает глаза и продолжает идти, куда шёл . Чонгук же даже не поднимает глаз. Он так сексуально выглядит в своей незаправленной форменной рубашке, что мне приходится приложить все усилия, чтобы отвести взгляд.
Сехун смеется.
- Так ты придешь сегодня на игру?
- Наверное. - Я сжимаю колени, чтобы не оборачиваться на Чонгука. - Но, наверное, успею только на вторую половину. По пятницам я работаю до семи.
- А как насчет вечеринки после матча?
- Я пойду с Тэхёном, - признаюсь я.
Прошлым вечером мы договорились, что он отвезет меня. Намра остаётся дома, потому что у неё видеосвидание с Шихёком. Отстойно, потому что мне всегда веселее, когда она рядом.
Во время нашего с Тэ разговора об игре и спорах, на чьей машине мы поедем на вечеринку, Гук стоял, как каменная статуя. Он не проронил ни слова, отчего мне хотелось разбить на кусочки его кнопку выключения звука, чтобы заставить его заговорить со мной. Но это, наверное, положило бы конец нашему перемирию.
Даже не знаю, что мне нравится больше. Когда в особняке Чонов царит спокойствие и Чонгук молчит или когда он орёт на меня, чтобы я держалась от всех подальше, и угрожает своим пенисом.
- Ясно. Но мы можем потусить вместе, правда? - спрашивает Сехун.
- Правда.
Он улыбается мне своей улыбкой на миллион долларов и уходит, я же размышляю, почему просто не сказала ему «да».
Вечеринка проходит в особняке одного из игроков команды по лакроссу. Какого-то там Фэрриса. Я его не знаю. Он, как и Чонгук, учится в выпускном классе и, по слухам, просто помешан на науке. Вместе с ещё одним любителем научных экспериментов они смешивают напитки и разливают по стеклянным мензуркам. Парни со всей серьезностью отнеслись к своей миссии и даже надели белые лабораторные халаты, которые, однако, распахнуты, обнажая рельефные мускулы, разрушающие все стереотипы о школьных ботанах.
Я выбираю клубничный дайкири, хотя бармен-химик настойчиво пытается впихнуть мне какую-то странную зеленую штуку.
Тэхён отклоняет все предложения.
- Я пью пиво, - объявляет он. - Все внутри меня сразу же начнет протестовать, если я волью в себя что-нибудь фруктовое.
Я забираю свою мензурку, и Тэхён отводит меня в сторону.
- Выпивка может оказаться очень крепкой, так что будь осторожна, - предупреждает меня он.
Я делаю глоток.
- А на вкус как смузи.
- Вот именно. Эти парни мастера своего дела, народ сам не замечает, как напивается в стельку.
- Хорошо. Мне хватит и одного коктейля.
Я тронута заботой Тэхёна. Раньше никто обо мне так не заботился. Я оглядываю комнату в поисках Чонгука, но его нигде не видно. Как последнее ничтожество, решаю спросить у Тэхёна .
- Гук здесь?
- Не знаю. Наверное, но... сегодня после игры я снова видел его с Юной.
В ответ я залпом выпиваю половину своей мензурки.
Тэхён изучает мое лицо.
- С тобой всё будет в порядке?
- Всё будет замечательно, - стараюсь убедить его я.
- Если что-то понадобится, тут же звони. - Он поднимает вверх свой телефон. - Ну а пока я пойду, мне нужно срочно с кем-нибудь перепихнуться, сестрёнка .
Он быстро чмокает меня в щеку и уходит в сторону бассейна.
Как только Тэхён исчезает из поля зрения, рядом мгновенно возникает Сехун. Его глаза озорно поблескивают.
- Боже, думал, твой надзиратель никогда не уйдёт . Пойдем, я тебя со всеми познакомлю.
Парень обнимает меня за плечи и начинает водить от компании к компании. Ребята из школы, которые обычно стараются меня не замечать, вдруг кивают, улыбаются и заводят беседу. О сегодняшней выигранной игре. О следующем противнике, которого мы тоже одолеем. О похожем на хоббита учителе по химии, которого никто не любит, и о преподавателе по искусству, который нравится всем.
Это похоже на сон. Не знаю, то ли потому, что рядом Сехун, то ли потому, что новости о нашем с Чонгуком перемирии дошли и до простых смертных, но все ведут себя очень мило. Широко улыбаются, заразительно и беззаботно смеются. От постоянных улыбок у меня начинают болеть щёки.
- Тебе весело? - шепчет Сехун мне в волосы.
Я прижимаюсь к нему.
- Да. Правда, - сама себе удивляясь, отвечаю я.
Чонгука где-то носит, и, наверное, сейчас он и Юна сотрясают его «Рендж-Ровер», а не Минхёк, которого я видела в доме с какой-то девицей на коленях. Ну и что с того? Славный Сехун рядом, его крепкая рука обнимает меня за плечи, тёплое тело прижимается к моему телу. Вдруг я чувствую странную вялость. Алкоголь притупил мои защитные рефлексы, как и предупреждал Тэхён, и теперь в затылке тревожно покалывает.
- Давай я принесу тебе еще выпить, - предлагает Сехун.
- Думаю... - Я смотрю на него, забыв, что именно хотела сказать.
- Ей нужно в туалет.
Я хмуро смотрю на того, кто вмешался. Пак Чеён. Что она здесь делает? Прежде чем я успеваю возразить, она затаскивает меня в ближайшую ванную и закрывает дверь.
Я наблюдаю, как Чеён открывает кран и подносит под струю полотенце для рук.
- Что, чёр возьми, происходит? - сердито спрашиваю я.
Она поворачивается, её лицо мрачнее тучи.
- Слушай, - без предисловий начинает она, - ты мне не особо нравишься...
- Бог ты мой, как мило!
- Но я даже худшему врагу не пожелаю связаться с Сехуном .
Теперь я окончательно ничего не понимаю.
- А что не так с Сехуном ? Чонгук и Тэхён поручились за него. Сказали, что он хороший...
- Хочешь совет? - обрывает она меня. - Не верь ни единому слову Чонов.
Теперь понятно, о какой злобе говорил Тэхён. Ее настрой читается в сжатой челюсти, резких словах.
- Я понимаю, почему ты их недолюбливаешь, - мягко говорю я. - Я слышала про вас с Чимином...
Девушка снова обрывает меня на полуслове, в её зеленых глазах полыхает раздражение.
- А знаешь что? Я передумала. Вы с Сехуном отлично подходите друг другу. Приятной ночи, Лалиса.
И тут Чеён кидает в меня мокрое полотенце, которое ударяется мне в лицо, замочив весь перед футболки. Я в недоумении вешаю полотенце на место и отлепляю мокрую ткань от груди. Что, чёрт возьми, это было?
Сехун ждёт снаружи с обеспокоенным видом.
- Что случилось? Вы с Чеён сцепились?
- Не совсем. Ничего не поняла, но она сильно разозлилась и намочила мою майку. - Я показываю на промокшую футболку с логотипом «Астор-Парка», которую позаимствовала у одного из близнецов и завязала сзади, чтобы она была мне как раз.
- Тебе нужна новая футболка? Могу что-нибудь найти в комнате Фэрриса. - Парень показывает на второй этаж.
- Нет, всё нормально. Скоро она высохнет. - Я несколько раз дергаю ткань. Она достаточно тонкая, и пятно скоро исчезнет.
Сехун кивает.
- Не хочу говорить ничего плохого о Чеён, но в последнее время она не самая счастливая девчонка на свете. Не позволяй ей вымещать свое недовольство на себе.
- Да, я уже поняла.
- В другой комнате играют в дартс. Не хочешь посмотреть?
- А что, почему бы и нет.
Он протягивает мне бутылку с водой.
- Не уверен, что сейчас она тебе понадобится, потому что ты насквозь промокла, но подумал, вдруг захочешь попить. Фэррис мешает очень крепкие коктейли.
- Спасибо.
Я откручиваю крышку, заметив, что её ещё не открывали. Сехун определенно попадает в категорию «хороших парней», и будет очень глупо не дать ему шанс.
Его рука задевает мое плечо, когда мы идем по коридору.
- Знаешь, Сехун... - Я делаю глубокий вдох. - Думаю, мы можем пойти на свидание.
- Да? - Он радостно улыбается.
- Конечно!
- Круто. - Он притягивает меня к себе и целует в висок - это так мило, что добавляет еще одно очко в его пользу. - Но сначала давай надерем кому-нибудь задницу в дартс.
Мишень размером с барную стойку установлена в доме у бассейна в дальней части заднего двора особняка Фэрриса. На кожаном раздвижном диване уже сидят две девушки, и это успокаивает мою тревогу - значит, Сехун не решил, что раз я согласилась на свидание, то готова и к сексу.
- Это Зои и Надин. Они из города.
Зои вяло машет рукой.
- Мы учимся в Саут-Ист-Хай.
- Разве не вашу команду мы сегодня обыграли?
- Ага, - соглашается она. - А сейчас мы празднуем.
Я не могу сдержать смех.
- Но вы же проиграли.
- Значит, мы заливаем горе. - Они с Надин хихикают. - Хорошо, что с нами Хью.
Хью оказывается худощавым парнем, чуть выше меня ростом, который затягивается своей сигаретой и едва заметно кивает.
Сехун подмигивает девчонкам.
- У нас с Лисой свидание с мишенью для дартса. Вы трое с нами?
- Нет. Мы будем наблюдать. Хью нравится наблюдать, да, Хью?
Хью выдыхает дым им в лицо, отчего они начинают смеяться еще сильнее. Девицы либо напились в стельку, либо накурились.
- Какими будешь играть, желтыми или красными? - Сехун протягивает мне два дротика.
- Красными.
Он отдает мне красные дротики и подталкивает к мишени. Но я не успеваю сделать бросок, почувствовав, как что-то укололо меня в руку.
- Ой! - Я хлопаю ладонью по плечу. - Что это было?
Сехун со смущенным видом поднимает вверх свой желтый дротик.
- Я нечаянно уколол тебя.
- Боже, Сехун, мне больно! И это совсем не смешно. - Я потираю больное место.
Он с хмурым видом разглядывает кончик своего дротика.
- Прости. Наверное, и правда сильно уколол.
Я заставляю себя расслабиться.
- Просто... больше так не делай, ладно?
Он притягивает меня к себе.
- Больше не буду.
Я позволяю ему обнимать меня еще какое-то время, потому что мне это действительно приятно. Когда парень отпускает меня, мне приходится ухватиться за ближайший столик, чтобы не упасть. Я потеряла равновесие. Наверное, остаточный эффект выпитого коктейля. Мы играем один раунд, потом второй. Целюсь я ужасно и чаще попадаю в стену, чем в мишень. Сехун шутит, что дай бог, мне никогда не придется участвовать в «Голодных играх».
В разгар третьего раунда я чувствую странную сухость во рту. Я тянусь за своей бутылкой, но промахиваюсь и сбиваю ее со стола.
- Ой, черт. Простите.
За моей спиной раздается хихиканье девчонок. Я падаю на колени и начинаю искать, чем можно вытереть пол. Футболкой! Моя футболка хорошо впитывает жидкость и она уже все равно мокрая. И вообще, этот кусок ткани мне надоел. Вдруг меня начинает раздражать вся моя одежда. Лифчик кажется слишком тесным, резинка трусиков впивается в кожу. Стежки на подоле юбки царапают бедра при малейшем движении. Мне нужно срочно раздеться.
- Отличная идея, - соглашается Сехун.
Наверное, я сказала это вслух.
- Моя одежда мне мешает, - признаюсь я.
- Да, давайте раздеваться! - кричит одна из девчонок с дивана.
Я слышу шуршание ткани и новый прилив хохота.
- Моя голова застряла, - пищит кто-то из них.
- Так помогите друг другу, - предлагает Хью.
Я поднимаюсь на ноги и опираюсь на плечо Сехуна. Зои стаскивает с Надин майку и бросает ее в Хью. Он скидывает майку на пол и медленно идет в сторону дивана.
- Мне пора, - говорю я Сехуну.
Я прекрасно представляю, что задумала та троица, но не хочу смотреть на это.
Сехун снова притягивает меня к себе, обняв рукой за талию. Я сразу же ощущаю его физическую реакцию на разворачивающуюся перед нами сцену.
- Где Чонгук? - Я резко разворачиваюсь. Ощущение покалывания между ног заставляет меня думать о нем. - Он мне нужен.
- Нет, не нужен. У тебя есть я. - Сехун медленно трется об меня.
- Нет. - Я вырываюсь из его объятий. - Прости, Сехун. Я не думаю... Я не... - Я поднимаю руку к голове и дрожащей ладонью провожу по волосам. В крови пульсирует желание. В ушах с бешеной скоростью грохочет сердце. Я заставляю себя сосредоточиться. - Мне нужен Чонгук.
- Господи, вот тупая сучка. Просто закрой глаза и наслаждайся.
В голосе Сехуна вдруг не осталось ничего приятного. Он звучит холодно и раздраженно. Сехун хватает меня за одежду. Я хочу ударить его по рукам, но оказываюсь беззащитной перед ним - мои собственные руки меня не слушаются, и ему ничто не мешает стянуть с меня футболку.
- Ну как тут у нас дела? - доносится до меня голос Хью.
Близко. Он очень близко.
- Она под наркотой. Она подумала, я уколол ее дротиком. - Похоже, Сехун доволен тем, как ловко всё провернул.
Я пытаюсь занести кулак для удара, но рука вдруг оказывается очень тяжелой.
Хью начинает сомневаться.
- Чувак... Тебе обязательно делать это с Лалисой Чон? Я думал, что после той заварушки с сестрой Розэ, мы не будем зависать с местными. Не гадь там, где ешь.
Сехун фыркает.
- Чоны терпеть её не могут. Она ничего не расскажет. Она мусор. Я обрабатывал эту дешевку почти неделю.
Он обхватывает ладонями моё лицо, и мне становится так хорошо! Как бы мне хотелось, чтобы здесь был Чонгук и чтобы это были его руки.
Я со стоном произношу его имя.
- Что она сказала?
Сехун смеется.
- По-моему, эта девица трахается и с Тэхёном, и с Чонгуком. - Он начинает грубо лапать мою грудь, и его прикосновения вновь заставляют меня стонать.
- Черт, смотри, как она возбудилась, - с восхищением произносит Хью. - Круто! Можно я займусь ею, когда ты закончишь?
- Конечно. Дай я оторвусь как следует, а потом она вся твоя.
- Как думаешь, она не сильно тугая? Слышал, у нее был богатый опыт.
- Пока не знаю. Никак не могу раздвинуть её чертовы ноги. - Он толкает меня на кресло и впихивает колено между моих ног.
- Давай дадим ей немного кокса? Он приведёт её в чувство.
- Точно, отличная идея.
Давление исчезает вместе с Сехуном, который поднимается и отходит к шкафчику. Я с тревогой наблюдаю, как он роется в ящиках.
- Где же Фэррис держит это дерьмо... Думал, оно тут... О, наверное, в холодильнике.
С улицы доносятся приглушенные голоса.
- Лиса... видел её...Сехун... бассейн...
- Чонгук. - Я заставляю себя подняться. -Чонгук.
Пошатываясь, я прохожу мимо двух девчонок, которые целуются, не замечая ничего вокруг.
- Эй, подожди-ка. -Сехун с грохотом закрывает ящик, подбегает ко мне и хлопает ладонью по двери, прежде чем я успеваю открыть её. - Куда это ты собралась?
- Мне пора уходить, - настойчиво говорю я и хватаюсь за дверную ручку.
- Никуда ты не пойдешь. Возвращайся на место.
Мы начинаем бороться за дверь. В руке Сехуна появляется что-то острое и блестящее.
- Хью, помоги, - зовет он.
Я принимаюсь молотить руками в дверь.
- Чонгук! Чонгук!
Сехун разражается ругательствами, а Хью оттаскивает меня в комнату, но уже слишком поздно. Дверь распахивается, и появляется Чонгук. Увидев нас, он приходит в ярость.
Я рвусь к нему. Изумленный Сехун отпускает меня, и я падаю на пол.
- Что, мать вашу тут происходит?! - рычит Чонгук.
- Черт, мужик, да она просто в хлам, - торопливо рассмеявшись, отвечает Сехун. - Мне пришлось привести её сюда, чтобы она не опозорилась при всех.
- Нет, нет, - возражаю я, пытаясь объяснить, но в голове ужасная каша.
Я не могу найти нужных слов и в отчаянии смотрю на Чонгука. Теперь он меня возненавидит. Он поверит, что я на самом деле шлюха. Желание бороться угасает. У меня больше нет сил.
В дом входят ещё люди, и перед моими глазами появляются пять пар огромных ног. Число свидетелей моего позора растет. Я опускаю голову на плиточный пол в надежде, что он разверзнется подо мной и поглотит меня целиком.
- У тебя два варианта, - медленно начинает Чонгук. Его голос звучит четко и спокойно, как будто он выступает с речью перед целой школой. - Либо ты извиняешься и говоришь правду, и тогда получишь по морде только от одного из нас. Либо ты лжешь, и тогда мы по очереди превращаем твое тело в научный проект. Советую тебе быть осторожным, выбирая слова.
Он говорит со мной? Наверное, да. Я поднимаю голову, чтобы возразить, чтобы сказать, что я не сделала ничего плохого, но тут вижу стену из Чонов . Все братья здесь. Все до единого, включая Чимина. Руки сложены на груди, глаза мечут громы и молнии. Но ни один не смотрит на меня.
Я оборачиваюсь через плечо на Сехуна, который стоит, опустив руки, между пальцев болтается шприц.
Он прочищает горло.
- Чонгук, я не сделал ничего...
- Похоже, ты сделал свой выбор.
- Да, и очень глупый, - слышу я тихий голос Тэхёна.
Оставив Сехуна в покое, Чонгук наклоняется и поднимает меня на руки. Он прижимает меня к своей груди, одной рукой поддерживая под попу, второй обняв за плечи. Этот парень был моим врагом, источником душевных мук. Но сейчас я цепляюсь за него так, как будто во всем мире только он может даровать мне утешение и покой.
Оказавшись внутри «Рендж-Ровера», я начинаю плакать.
- Гук, со мной что-то не так.
- Я знаю, детка. Но все будет хорошо. - Его холодная ладонь опускается на мою ногу, и от ощущения его прикосновения я на грани эйфории.
- Мне нужно почувствовать тебя. - Я пытаюсь подтянуть его ладонь выше.
Чонгук с тяжелым стоном вздыхает. Он крепче хватает меня за ногу, всего лишь на секунду, и тут же отпускает.
- Нет, - протестую я. - Мне очень хорошо.
- Сехун накачал тебя экстази, Лиса. Твоё возбуждение вызвано наркотиками, и я ни за что не воспользуюсь твоим состоянием.
- Но... - начинаю спорить я, протягивая к нему руку.
- Нет, - рявкает он. - А теперь, пожалуйста. Ради бога, пожалуйста, сиди тихо и позволь мне отвезти тебя домой.
Я отодвигаюсь, но легкое ощущение покалывания на коже не проходит. Я тру ногу о ногу, чтобы хоть как-то облегчить свою агонию, и это немного помогает. Я бы предпочла, чтобы меня касался Чонгук, но мои собственные руки тоже могут даровать облегчение, от которого не хочется отказываться. Я провожу руками по бедрам, по икрам. Моё тело словно горит огнем, и я засовываю руки под позаимствованную у Чонгука футболку, чтобы растереть чувствительную кожу.
- Господи, Лиса, пожалуйста. Ты убиваешь меня.
Смутившись, я пытаюсь перестать.
- Прости, - тихо извиняюсь я. - Я не понимаю, что происходит.
- Давай просто отвезем тебя домой. - В голосе Чонгука слышится усталость.
Оставшаяся часть пути проходит в ужасных муках. Я всеми силами стараюсь не прикасаться к себе.
Чонгук останавливает машину на подъездной дорожке и выпрыгивает из «Ровера», не дождавшись, пока заглохнет мотор. Он рывком распахивает дверь, и я вываливаюсь прямо в его объятия. Мы оба стонем - я от облегчения, он от отчаяния.
Слышится, как хлопают автомобильные дверцы, и остальные братья идут к дому вместе с нами. Минхо впереди всех, чтобы открыть дверь.
- Её ждет длинная ночь. Кто-то из вас должен помочь ей, - говорит Чимин.
- Каким образом? - выдавливает из себя Чонгук.
- Ты сам знаешь, - тихо отвечает Чимин.
- Блин.
- Хочешь, я это сделаю? - спрашивает Тэхён.
Я еще сильнее прижимаюсь к Чонгуку, а он ещё крепче сжимает меня.
- Нет. Это буду я.
Моя голова как в тумане. Чонгук относит меня наверх и кладет на кровать. Когда он отодвигается, я испуганно тянусь к нему.
- Не уходи.
- Не уйду, - обещает он. - Только возьму полотенце.
Когда он исчезает в ванной, я снова начинаю плакать.
- Не понимаю, почему я такая плаксивая.
- Тебя по уши накачали наркотой. Черт его знает, что он еще тебе дал. - Голос Чонгука полон отвращения.
- Прости, - шепчу я.
- Я злюсь не на тебя. - Он прижимает холодную ткань к моему лбу. - Я злюсь на себя. Я сделал это. Ну, мы с Тэхёном. Это все из-за меня. Я Чонгук-Разрушитель. - Он кажется печальным. - Ты знала?
- Мне не нравится это имя.
Он усаживается рядом со мной и начинает водить полотенцем по лицу, по шее, по плечам. Я в раю.
- Да? И как бы ты тогда меня назвала?
- Мой Чонгук, - отвечаю я.