Parlez-vous français?

— Хана, ты перевела те предложения? Ну, с той книжечки? — один из одногруппников ловит Хану на улице, где-то между первым и вторым корпусом. — Пожалуйста, скажи, что ты перевела.

— Конечно, — она улыбается и протягивает тетрадку.

— Ты меня спасла, — Джин кланяется, заодно пытаясь отдышаться. — Серьезно, если бы не ты, то этот долбанный профессор Пак поставил бы мне неуд, — он достает телефон и начинает фотографировать исписанные странницы, с трудом балансируя на одной ноге. — Он же не будет слушать меня, да? И это раздражает.

— Завал по работе? — интересуется Хана, вспоминая, что её прелестный одногруппник постоянно забывает о домашнем задании из-за круглосуточных заработков.

— Не представляешь. Класс, спасибо, — он отдает тетрадку и прячет телефон. — Надеюсь, успею за перемену всё переписать и сдать ему.

— О, а ты сделал д/з по истории цивилизаций?

— У нас сегодня история цивилизаций?!

— Ясно, — Хана ухмыляется и тяжело вздыхает. — Может, во время французского сделаю, все равно профессор Пак мне почти всё разрешает.

— Еще бы. У тебя очень выгодное положение, так что пользуйся им, — Джин кивает и тыкает указательным пальцем, словно он угрожает, а не дает дружеский совет. — Ладно, я побежал. Если сможешь, сфоткай мне историю и скинь, ок?

— У меня по истории баллы не такие высокие, как по французскому, так что...

— Ой, мне вообще всё равно, пусть хоть что-то будет, — Джин машет ладонью, показывая, что ему действительно плевать на качество. — Тогда до французского.

Попрощавшись с одногруппником, Хана продолжила свой путь во второй корпус, прямиком в столовую, где она могла насладиться долгожданным обедом. Она бы потратила время перекуса и на конспект по истории, но тогда чем она будет заниматься на паре по французскому?

Если бы иностранный язык не был её любимым предметом, может, она бы и была как Джин – просила у кого-то списать, устраивалась бы работать не по специальности, тратила перемены на подготовку домашнего задания и прочее. Однако, несмотря на довольно-таки пожилого и чересчур строгого профессора Пака, Хана всё равно обожала его пары.

Первое время.

Потом, когда он понял, что Хана опережает всю группу по знаниям, ибо занимается французским дома и вообще обожает такой романтичный, превосходный и столь утонченный язык, он ставил её в пример остальным, довольно часто просил ответить за кого-то в группе и, вообще, она была его любимицей. Он редко уделял время студентам по-слабее, чаще тянул вверх только сильных и способных. Если бы у Ханы была группа конченных завистников, то её бы чмырили каждый день и каждый час, но, поскольку все люди понимающие, да и к тому же сама Хана с удовольствием помогает одногруппникам с д/з, никто её даже плохим словом не наградил.

Нет, она абсолютно не против, ведь её нескромное эго ужасно тешится, но моментами ей становится невероятно скучно. Поэтому, зайдя в кабинет французского, она лениво заваливается на свое место на третьем ряду и достает книгу по истории цивилизаций вместе с тетрадкой. Рядом присаживается Лиен, чуть ли не единственная студентка в группе, что общается с Ханой на уровне родных сестер, и почти что задыхается.

Сегодня она была чересчур взбудоражена.

— Ты сейчас просто обалдеешь от того, что я тебе скажу! — её глаза сияли, она тяжело дышала, ибо торопилась на пару, а еще у неё был кошмар на голове из-за ветра на улице, но Хана решила пока что ничего ей не говорить.

— У меня два варианта: либо ты выбила в геншине своего любимого Дилюка, либо ты встретила Киану Ривза.

— Теперь мне кажется, что моя новость не такая уж и радостная, — она грустно вздыхает, пока Хана издает смешок. — К сожалению, не то и не другое, но я буду знать, как я со стороны выглядела. В общем, я только что была в деканате, брала журнал группы и, ты представляешь, профессор Пак уволился!

Хорошо, Хана в шоке, и она действительно "обалдела" от такой новости. Чисто на автомате посмотрела на пустой преподавательский стол и окинула взглядом аудиторию, которая заполнилась лишь наполовину. Проверила дату, чтобы узнать, не первое ли апреля, а после попыталась всмотреться в зрачки Лиен, чтобы удостовериться, что они не расширены.

— Ты не прикалываешься?

— Ну нет же! Ты меня обижаешь сейчас, Хана, — Лиен мило насупилась и скрестила руки на груди. Хане захотелось потрогать её за щечки, но, кажется, сейчас был не самый подходящий момент. — С чего ты взяла, что я тебе буду врать?

— Потому что если преподаватель увольняется, то ему ставят замену или же находят нового. Это забирает время. А еще, нас должны были оповестить и...

— Не душни, — Лиен закатывает глаза, и теперь пришел черед Ханы надувать щеки. — Не оповестили, так как, наверное, не успели. К тому же, мы учимся в лингвистическом университете, где найти замену очень легко.

— Если нам поставят профессора Чхве, то мы умрем. Она же куда страшнее нашего старичка, — Хана наслышана о других преподах французского, и ей не хочется, чтобы кто-то отбил у неё желание учить язык. — Я слышала, многие на магистратуре пропускают её пары, ибо не выдерживают.

— Нет-нет, она точно не будет. Ты правильно упомянула – она преподает только у магистров. Я не слышала, кого хотят поставить нам вместо Пака, но, надеюсь, он или она не будет хуже и еще строже, — Лиен открыла тетрадку и взяла у Ханы д/з, чтобы проверить свой перевод с её. — Блин, почему у тебя тут... а-а-а, поняла. Нет, не поняла. Объясни, почему ты тут использовала такую форму глагола?

Пока Хана помечала ошибки у Лиен и помогала с усвоением темы, аудитория потихоньку забилась студентами. Джин проскочил мимо и сказал, что всё успел переписать и специально сделал несколько ошибок, чтобы не было подозрительным, а затем отправился на своё место. Многие тоже списывали друг у друга, повторяли материал и, судя по всему, лишь Лиен и Хана знали об увольнении профессора Пака.

На самом деле, очень любопытно, каким будет новый преподаватель. Хана привыкла к пожилому Паку, как и все. Можно было с легкостью угадать в каком он сегодня настроении, а еще он часто рассказывал про свои поездки во Францию. Хоть он и ставил низкие баллы, хоть у него и были завышенные требования, но он был интересным человеком с интересными историями из жизни.

Да, Хана так думает, потому что она была чуть ли не любимой внучкой для профессора Пака. Остальным в группе он совершенно не нравился.

В целом, Хане плевать, ибо у неё всё равно высокий уровень знаний. В позапрошлом году она сдала С1, а в этом нацелена на С2, так что ей вообще ничего и никто не страшен, ведь...

— Добрый день, — в аудиторию заходит незнакомый мужчина, чем привлекает внимание абсолютно всех студентов. — Скорее всего, Вам не говорили, но... я ваш новый преподаватель французского языка до конца этого года. Меня зовут Чон Чонгук, — он берет мел и пишет на доске имя, а затем поворачивается к застывшей группе. — Можете обращаться ко мне профессор Чон, — он кланяется, выравнивается и приветливо улыбается.

Кажется, Хана только что почувствовала, как в её голове завыла громкая сирена.

Новый профессор Чон был до одури горячим, и Хана готова поклясться своим сертификатом С1, что она не единственная, кто уже представил, как он может прижать к столу или доске. Лиен точно так же сидела с открытым ртом, напрочь забыв о своем домашнем задании и французском языке вообще.

Высокий, где-то метр восемьдесят, длинные ноги и тело самой настоящей модели. Профессор Чон был в черном костюме, с бежевой рубашкой в клеточку и галстуком под цвет его черных, лакированных туфель. Хана заметила на тыльной стороне правой ладони мелкие татуировки, след которых исчезал под рукавом, и, кажется, её воображение сейчас словило трип. На той же руке были черные часы, и если это ролексы, то Хана не прочь заново рассмотреть предложение остаться в универе и работать преподом. На стол он положил свой серый кейс, который был почти такой же, как у профессора Пака, но намного новее и больше.

Послышался шепот, по большей части женский, и неудивительно. Кроме восхитительной одежды, прекрасного тела и заманчивых татуировок у профессора Чона было поразительно милое, но в то же время мужественное лицо: ровные, черные брови, выразительный нос, аккуратные губы и темные глаза, в которые Хане хотелось бы всмотреться поближе. Круглые очки подсказывали, что у него проблемы со зрением, и ужасно интересно, как же его лицо выглядит без каких-либо аксессуаров. Темные волосы стильно уложены, в ушах пару серьг и, возможно, Хане кажется, но у него под рубашкой есть еще татуировки.

— Староста, могу ли я одолжить журнал? — его голос был буквально создан для французского языка, и Хане не терпелось приступить к занятию.

Лиен подскочила, схватила журнал и направилась вниз, к преподавательскому столу, сияя ярче клубного неона. Еще чуть-чуть, и она превратится в диско-шар из-за собственной радости, что она первая, кто подойдет к профессору Чону и познакомится с ним.

— Тебе не стыдно? — шепчет Хана, когда её заколдованная подруга возвращается на место. — У тебя же есть Чангминг!

— Думаю, если бы он увидел профессора Чона, то сам бы влюбился.

Хана закатывает глаза, но не перечит, ибо, да, в такого препода очень сложно не влюбиться, и очень сложно не стать геем.

Как только он начал перекличку, Хана немного напряглась, ибо она не была еще морально готова к тому, чтобы услышать своё имя и фамилию с уст профессора Чона. Зато, её чересчур богатая фантазия уже была на старте и ждала лишь выстрела.

— Чонг Хана, — он поднимает взгляд и замечает слишком резко поднятую руку. Студентка улыбается и готова к тому, что сейчас он скажет о том, как профессор Пак её расхваливал, и какие же у неё хорошие оценки. — Хорошо, дальше... Ким СокДжин.

Рука Ханы опускается, и она не расстраивается, ведь, вполне возможно, профессор Чон просто не общался с профессором Пак. Да и, вообще, может, он новенький в университете и еще не знает известных студентов.

Ничего-ничего, начнется пара, и Хана покажет, на что она способна, и тогда профессор Чон уж точно сделает её своей любимицей.

•••

— Он спросил меня всего лишь один раз! — Хана хватается руками за голову и глубоко вдыхает осенний, прохладный воздух. — Он, что, глухой? Да одно моё произношение должно было показать ему, кто здесь Мамочка!

— Не завидуй, Хана, — Лиен ухмыляется и понимающе хлопает подругу по плечу. — Сегодня была только первая пара, он, наверное, пытался сначала оценить наши знания.

— Так Джина он раз пять спросил, и всех двоечников пытался вытянуть, — она злилась, а это очень редкое явление. — Я не говорю, что он должен всю пару спрашивать одну лишь меня, но мог бы и похвалить, а то я слышала только "молодец" и "хорошая работа" лишь в сторону долбанных двоечников!

— Тише-тише, — Лиен обняла свою подругу, мягко улыбаясь. Она знает, что такое "злая Хана", поэтому и держала в рукаве несколько хитрых фокусов по успокоению одногруппницы. — Может, он просто понял, что ты очень хорошо знаешь предмет, и тебе помощь не нужна.

— Ты так говоришь, потому что тебя он назвал "ответственной старостой", — Лиен тут же захихикала и мечтательно вздохнула, что заставило Хану раздраженно зашипеть. — Я всё расскажу Чангмингу.

— Не нервничай ты так, Хана. Я же говорю, сегодня только первое занятие – дальше он обратит на тебя внимание, — Лиен достает конфетку из сумки и протягивает Хане, которая не сразу, но берет и закидывает в рот. — Ты слишком привыкла к вечному одобрению со стороны профессора Пака.

— Нет... Ну, может, немного, — Хана перекатывает языком вишневый леденец, наслаждаясь сладостью во рту, которая чуть-чуть умиротворяет.

Лиен ей нравится еще и потому, что она всегда говорит правду в лицо. Хана не хотела думать о том, что профессор Пак приучил её к сладкой жизни, а еще раздул её чсв до неимоверных высот, зато Лиен намекнула на неподобающее поведение своей подруги без зазрения совести.

— Согласись, он очень хороший преподаватель. Прекрасное произношение, доступное объяснение, не валит, а помогает, — Лиен подняла указательный палец, что немного позабавило Хану. — Он ни разу не унизил, не накричал, никому не поставил ниже тройки, а еще не задерживал на перемене. В совокупности с его внешностью и возрастом, профессор Чон получает награду "Лучший преподаватель 2021 года", — Лиен руками имитирует кубок, словно она его протягивает Чон Чонгуку и смотрит ему в глаза так, как обычно она смотрит на Чангминга. — Да-да, профессор, это Вам. Что-что, профессор Чон? Вы хотите со мной переспать? Ой, ну что Вы, но я же встречаюсь... Да, давайте.

Хана рассмеялась и толкнула в плечо подругу. Всё же, она могла её развеселить очень быстро.

Лиен полностью права – профессор Чон очень хороший преподаватель, и если многие влюбились в него из-за внешности, то большинство также впечатлилась его знаниями и толерантным отношением к студентам. К такому преподавателю хочется ходить на пары, не хочется даже пропускать из-за болезни или вообще прогуливать.

Может, Хана слишком торопится с выводами, и на последующих занятиях он точно её заметит. Вряд ли его отпугивает внешность – она вполне себе симпатичная, умная девушка. Несколько старшекурсников предлагали ей встречаться, а еще у неё были отношения, дважды, которые продлились, конечно, не больше года, но, всё равно, были же! Она не толстая, не худая, у неё чудесная фигура и личико, длинные, светлые волосы и карие глаза. Хоть от неё и не исходит вайб сексуальной Госпожи, но она бы выполнила свою роль невинной студентки под горячим преподавателем исключительно хорошо.

— Ой, смотри, профессор Чон! Кажется, с профессором Чхве, — Лиен тянет за рукав, и Хана тут же вылавливает нового преподавателя рядом с женщиной, которая старше его лет на пять минимум.

Они о чем-то беседуют и, скорее всего, профессор Чхве подкатывает к молоденькому, но очень симпатичному мужчине. Они коллеги, и у них куда больше шансов сблизиться, чем у Ханы, и это бесит!

Осмотревшись, Хана стала замечать, что многие студентки останавливались, чтобы оценить неизвестного преподавателя, который шел по тротуару почти как по красной дорожке. Профессор Чхве служила неплохим таким оберегом от смелых девушек, которые готовы были подойти и познакомиться с Чон Чонгуком, поэтому им оставалось лишь шептаться в стороне и восхищенно вздыхать.

— Стоит запретить на законодательном уровне таких горячих преподавателей, — голос Джина немного испугал, но чуть позже удивил.

— Ты же натурал, — Хана окинула одногруппника оценивающим взглядом, и тот активно закивал.

— Конечно! Но, ты видела его? И я говорю не только про его внешность, но и про его божеское отношение к нам, бедным студентам, — он поправляет воротник куртки и хмыкает, как будто его только что оскорбили. — Ладно, я вообще не из-за этого подошел. Ты сделала историю цивилизаций?

— Твою мать, — Хана тяжело вздыхает и прикрывает глаза ладонью, понимая, как она обложалась. — Нет, сорри. Я всю пару наслаждалась нашим новым профессором.

— Не удивительно, — Джин ухмыльнулся. — А ты, Лиен, сделала?

— Да. Я не понимаю, почему ты раньше у меня не попросил, — она достает тетрадку и протягивает Джину, который лишь виновато улыбается.

— Я привык катать у Ханы, а у тебя как-то неудобно просить.

— Та ладно, — Лиен жмет плечами и дает возможность одногруппникам сфоткать её конспекты. — Вы успеете переписать? Пара через пятнадцать минут.

— Я за это время могу еще двадцать конспектов накатать, — Джин подмигивает и садится на ближайшую лавочку, чтобы достать свою тетрадку и ручку.

— Я попробую успеть, — Хана садится рядом и уже собирается достать свои принадлежности, как оборачивается на голос.

— Я надеюсь, что Вы не списываете мой предмет точно так же, — профессор Чон смотрит на Джина, почти не замечая Хану, которая повременила с тем, чтобы продемонстрировать и свою безответственность к истории цивилизаций.

— Я... эм... я просто много работаю и ничего не успеваю, — Джин виновато улыбается и жмет плечами. Готовое оправдание, которое, наверное, известно всем преподам, но вполне себе весомое.

— Да, что-то такое мне профессор Пак говорил, — профессор Чон слабо улыбается, пока Хана чуть ли не давится воздухом. — "Есть у меня студент в группе, который почти ничего не делает по французскому и постоянно работает". Скорее всего, это Вы.

Джин не знал, что ответить, поэтому просто утвердительно кивнул. Он был удивлен, что преподаватель вообще интересуется студентом не только из-за своего предмета, но и задает вопросы касательно других занятий.

— Как-то неловко..., — Джин был немного зажат, да и с преподавателями он особо хорошо не ладил, так что и такой интерес со стороны профессора Чона его немного смутил. — Странно, что профессор Пак меня вообще помнит.

— Когда он передавал мне в руки вашу группу, то он рассказал о каждом студенте, — профессор Чон украдкой посмотрел на Хану, которая выпрямила спину и готова была к долгожданной похвале, но его взгляд тут же упал на Лиен. — Про Вас, Со Лиен, профессор Пак сказал много хорошего, в особенности про Вашу ответственность и отсутствие пропусков.

— Ой, спасибо, — она не стеснялась краснеть и смущенно накрыла ладонями свои щечки. — Так странно слышать, что профессор Пак помнит каждого.

— Да, а еще он сказал, что Вы часто списываете, — профессор Чон улыбнулся, когда Лиен отвернула взгляд, словно она отвлеклась на что-то и не понимает, о чем вообще говорит преподаватель. — И списываете Вы у Чонг Ханы, Вашей подружки, — наконец-то он посмотрел на Хану, которая подарила профессору Чону обворожительную улыбку.

Впервые за сегодняшний день он смотрит на неё дольше пяти секунд, и это несказанно радует! Видеть его с такого близкого расстояния позволяет воображению Ханы разыграть еще несколько неприличных сцен у себя в голове.

От профессора Чона приятно пахнет цитрусовой свежестью апельсина, смешанным с чайным бергамотом и жасмином, что манит, прямо как тонкий пар, исходящий из мультяшного пирога. Хана сразу же понимает, что он не курит, а еще засматривается на его родинку под нижней губой.

— И я тоже у неё списываю, — Джин, как истинный джентельмен и благородный рыцарь, решил превознести одногруппницу в глазах у профессора Чона как можно выше, и Хана ему очень благодарна.

— Не могу отказать в помощи своим одногруппникам, — поправляет волосы и старается вести себя как можно более естественнее, что в целом плохо выходит, ибо аура горячего профессора Чона мешает адекватно соображать.

— Да, про Вас профессор Пак очень много говорил, — ей показалось, или он сказал это с насмешкой? — Вы лучшая студентка в этой группе по моему предмету, верно?

— Если бы Вы меня больше спрашивали, то могли бы оценить мои познания, — она гордо поднимает носик и не замечает, как Лиен закатывает глаза, а Джин подтверждает её слова кивком. — Я сдала С1 в позапрошлом году, и скоро сдам С2, — она безучастно рассматривала свои ногти, словно её сертификат не был чуть ли не главным достижением в её жизни. — Поскольку, я набрала 100 баллов из 100, то и С2 будет мне не сложен, — она жмет плечами и вновь смотрит на профессора Чона с милейшей улыбкой.

— О, Вы так уверены в своих знаниях? — нет, ей не показалось, он действительно ухмыляется и почти что смеется над услышанным.

— Простите?

— Не понимаю, как Вы могли сдать С1 с таким акцентом, да и, если Вы даете списывать, то позаботьтесь о том, чтобы у Вас самой не было ошибок, — приторная улыбка, от которой Хане впервые становится не по себе.

Лиен и Джин чуть ли не с открытыми ртами смотрят на Хану, прекрасно зная, как она может отреагировать на услышанное. Её восхитительное произношение, которое она годами тренировала, занималась им на дополнительных курсах, а также искала коренных французов для лучшего усвоения, только что конкретно обосрали.

— Не спорю, у Вас действительно знаний куда больше, чем у всей Вашей группы, но не стоит зазнаваться, когда Вы всего лишь студентка третьего курса, — он жмет плечами, словно он только что не оскорбил Хану и не опустил её ниже плинтуса прямо на глазах у её же одногруппников. — Вы знали, что сертификаты нужно подтверждать время от времени? И, к тому же, Вам нужно целых два года на то, чтобы сдать С2? Довольно медленный прогресс, как для лучшей студентки по французскому языку.

Хана всё еще не может прогрузить слова профессора Чона, так как её познания в иностранном языке чуть ли не впервые унижают, добровольно, упрямо и так нагло. У неё просто в голове не укладывается, что профессор Чон, такой весь из себя идеальный, прекрасный и замечательный, толерантный и внимательный профессор Чон, может говорить такое в лицо своей же студентке.

— Интересно подойти в деканат и узнать, имеются ли у Вас сертификаты, — она не собирается просто так выслушивать от какого-то зазнавшегося красавчика, ну уж нет, она не для этого так долго трудилась. — Вы когда-нибудь бывали во Франции? Жили там хотя бы месяц, чтобы услышать и понять их диалекты?

— Я работал в Париже преподавателем корейского языка два года, — он абсолютно спокоен и проверяет свои часы с тем же намерением, с каким Хана проверяла свой маникюр. — Копии моих сертификатов можете посмотреть в деканате, чтобы удостовериться в моих знаниях. Вам должны предоставить, — он щелкает пальцами, словно он действительно не может вспомнить, — то ли два, то ли три сертификата С2. С1, В2 и В1, помню, сдавал в один год, их Вы тоже сможете найти.

Хана чувствует, как ладошка Лиен приземляется ей на плечо, так как она прекрасно чувствует, насколько её подруга сейчас готова рвать и метать. Джин хоть и сидит тише воды и ниже травы, но Хана может ощутить его страх не в сторону профессора Чона, а в сторону его одногруппницы.

— Не сомневайтесь, я обязательно узнаю. Было бы очень странно, если бы студентка имела больше знаний и сертификатов, чем у взрослого, состоявшегося мужчины, у которого было больше времени на обучение, больше средств, а также больше желания доказать всем вокруг, что у него невероятно огромное достоинство, — Хана не стесняется наглеть, не боится ухмыляться и смотреть на профессора Чона не как на образованного, умного человека, а как на ребенка, который со всех сил пытается выиграть.

Улыбка на лице у профессора Чона медленно исчезла, и он явно не ожидал, что студентка позволит себе выражаться столь неподобающе в его сторону. Он ведь преподаватель и, видимо, ожидал, что ничего не услышит в ответ от, судя по словам профессора Пака, "прекрасной студентки".

— Вы переходите границы, Чонг Хана, — его скулы немного напряглись, а голос стал заметно ниже, что, внезапно, понравилось Хане. — Если Вы были любимицей у профессора Пака, то это не означает, что моё одобрение Вы можете заслужить лишь хорошим личиком.

— Повторюсь, профессор Чон, Вы не позволяете мне продемонстрировать мои знания, но, спасибо за "хорошее личико", — она вновь поправила волосы и захлопала ресницами, замечая у профессора Чона нечто необъяснимое в глазах. — Вы можете устроить лишь для меня экзамен на уровне С1, чтобы я могла доказать, на что способна, и чтобы Вы поняли, насколько Вы ошибаетесь.

Хана не знала, как описать то, что она чувствует. Она злилась на профессора Чона, даже, можно сказать, разочаровалась в нём. Ей было не по себе из-за того, что её унизили, что её старания превратили в быстро исчезающую пыль. Однако взгляд профессора Чона, его голос и энергетика человека, который привык видеть девушек лишь под собой, а не над; который готов испортить отношения со студенткой, но скажет ей правду; который не будет скрывать и лицемерить – что-то в этом было восхитительное. Словно он бросал Хане вызов, а Хана была довольно-таки азартным человеком.

Ей хотелось усмирить его, хотелось вступить с ним в игру, которая хоть и будет длиться лишь до конца года, но которая принесет ей кучу удовольствия. Он, в отличие от профессора Пака, разбудил в ней мотивацию учиться и идти по головам, а не сидеть на паре и заниматься чем угодно, но не французским языком.

— Уж слишком много чести для Вас одной, Хана. Кроме Вас есть и другие студенты, которым нужно учиться, и у которых способностей не меньше, чем у Вас. Пожалуй, повторюсь: не зазнавайтесь, — он слабо нагнулся вперед, чтобы быть еще ближе к лицу Ханы, на что та инстинктивно отшатнулась назад, чуть ли не вжимаясь в лавочку. — Ладно, не буду вам мешать. Джин, удачи, и я, конечно же, ничего не расскажу преподавателям, — он, словно по щелчку пальца меняется в прежнего милого и приветливого профессора Чона, дарит Джину лучшую улыбку на свете, а затем кивает Лиен. — Всего хорошего и не забывайте отмечать отсутствующих. До встречи, — холодный взгляд в сторону Ханы прежде, чем он удалится с территории, оставляя за собой шлейф апельсина с бергамотом.

Джин с Лиен облегченно выдохнули, как будто они ожидали ядерного взрыва и вели отчет. Хана же лишь хмыкнула и провела развивающийся черный плащ взглядом, почти смакуя на кончике своего языка бестактность и уверенность профессора Чона.

— Ты че тут устроила?! — Лиен толкнула Хану в плечо, из-за чего та ойкнула, не ожидая такой силы со стороны подруги. — Клянусь, Хана, я думала, ты ему плюнешь в лицо или влепишь между ног.

— У-у-у, — Джин скривился, почти моментально представляя боль.

— Я не за рукоприкладство, ты же знаешь, — Хана махнула рукой. — Но, ты права. За такие слова ему стоило вломить прямо по его члену.

— Мне кажется, ты ему вообще не нравишься, — Лиен сделала вполне логичный вывод. — Возможно, он думает, что ты лентяйка, которая пользовалась репутацией у профессора Пака?

— А я думаю, что он просто хочет тебя трахнуть, — как ни в чем не бывало, прокомментировал Джин, приступая к конспекту, на что Хана и Лиен поперхнулись воздухом.

— Объясни!

— Ну, смотрите, — он поднимает глаза на Лиен, которой, казалось, было куда интереснее, чем Хане, — профессор Чон сейчас вел невероятно углубленную, назовем это так, беседу лишь с тобой, а не со мной и Лиен. Он сказал нам пару слов, а затем переключился на тебя и, судя по всему, он такой же любитель быть лучшим, как и ты.

Хана анализирует слова Джина со всей серьезностью, ведь он пользуется популярностью у девушек, а еще он парень, и может адекватно объяснить поведение других парней. Она учитывает его мнение, но и не упускает предположение Лиен, которое звучит более реалистично, чем предположение Джина.

— Не вижу логики, — Лиен хмурится, на что одногруппник закатывает глаза.

— Да нет здесь логики. Ты когда влюбилась в Чангминга и захотела его трахнуть – была какая-то логика?

— Не выражайся, Божечки, — Лиен вновь прикрыла лицо руками и отвернулась.

— Вот и всё. Тебе, Хана, я советую не сдаваться и доказать, что ты у нас девочка умная. Ты лучшая в группе, и ты единственная, кто сдала С1, так что, пожалуйста, бери быка за рога и...

— Ты просто не хочешь, чтобы он тебя трогал на парах? — Хана ухмыляется и выгибает бровь, на что Джин сокрушительно вздыхает.

— Я не так уж и многого прошу.

— Хана, ты вообще в порядке? — Лиен ловит взгляд подруги, но затем немного пугается опасной ухмылке на её лице. — О, нет...

— Если он хочет поиграть, я с ним поиграю, и я клянусь, что он запомнит меня до конца своих дней.