Лига справедливости

Дания стояла возле машины, переодеваясь в свежую и чистую одежду. Она чувствовала, как прохладный утренний ветерок ласкает её влажную кожу. Её движения были уверенными и быстрыми: она натягивала рубашку, застегивала пуговицы, затем перекидывала влажные волосы через плечо, аккуратно расчесывая их пальцами. Всё это происходило в полной тишине, нарушаемой лишь звуками волн, разбивающихся о берег. Картер стоял рядом, слегка повернувшись к ней спиной, но его взгляд был направлен вдаль, туда, где океан сливался с горизонтом.

В тишине, которая казалась спокойной и умиротворяющей, внезапно прозвучал голос Картера, нарушая её:

— Когда-то мы приезжали сюда чаще, — его голос был тихим, но в нём сквозило что-то неуловимое, возможно, тоска по тем временам, когда их мир был проще.

Дания, уже заканчивая переодеваться, бросила взгляд на Картера, её мокрые волосы были зачесаны назад, и на лице появилась лёгкая усмешка.

— Когда-то не сейчас, — ответила она, её голос был ровным и бесстрастным, словно эти слова не касались её вовсе. — Воспоминания делают тебя чувственным, Картер, — добавила она с лёгкой иронией, двигаясь в сторону водительского места.

Она прошла мимо него, не глядя в его сторону, но её шаги остановились, когда Картер внезапно схватил её за руку, притянув к себе. Он был облокочен о машину, и его внезапное движение застало Данию врасплох. Она не удержалась и буквально упала на него, их тела столкнулись, её лицо оказалось рядом с его, и на мгновение время словно замерло. Картер смотрел на неё сверху вниз, его лицо было серьёзным, но в глазах горел знакомый огонёк, который Дания уже не раз видела. Её дыхание стало немного учащённым, и они стояли так, близко друг к другу, пока волны продолжали свой нескончаемый танец вдалеке.

Дания смотрела на Картера с дерзким вызовом в глазах, её взгляд был полон скрытого удовольствия от его напряжения. Она медленно потянулась к его чёрному гольфу, приподнимая его ткань и чувствуя, как его тело инстинктивно напряглось под её прикосновениями. Улыбка скользнула по её губам, ведь она знала, что сумела выбить его из привычного состояния хладнокровия.

— Что-то не так? — спросила она невинным тоном, её голос был мягким, но в нём чувствовалась насмешка. Она чуть прищурилась, наблюдая за его реакцией, но в следующий момент резко отстранилась от него, её мысли уже были направлены на то, чтобы уехать и оставить его позади.

Однако Картер, не дав ей возможности уйти, быстро схватил её, притянув обратно к себе. Его рука крепко обхватила её шею, притягивая ближе, и прежде, чем Дания успела что-то сказать или сделать, он впился в её губы с неожиданной страстью. Поцелуй был грубым, безжалостным, в нём чувствовались все те эмоции, которые он так долго подавлял, и которые теперь вырвались наружу, не оставляя места для сомнений.

Дания почувствовала, как её тело напрягается от его страстного поцелуя, её сердце забилось быстрее. Её руки инстинктивно обхватили его за плечи, вцепившись в него, как в спасительное пристанище. Картер не отпускал её, его губы жгли её своими прикосновениями, а каждый его жест был полон силы и потребности, которую он долго скрывал.

Она попыталась ответить на его поцелуй, её губы сжались в его губах, а дыхание становилось всё более прерывистым. Она выгнулась, прижимающаяся к нему всем телом, чувствуя, как её мокрые волосы прилипают к его коже. Между ними царила страсть, которая пробудилась из-под многолетнего покрытия равнодушия и подавленных чувств.

Когда поцелуй, наконец, прервался, Дания посмотрела на него, её глаза были полны искрящегося огня. Она почувствовала, как его руки все ещё крепко держат её, и это придавало ей ощущение какой-то силы, которую она давно не испытывала. Его дыхание было тяжёлым и быстрым, его глаза блестели от эмоций, которые он, казалось, не мог скрыть.

— Так что же это было, Картер? — прошептала она, её голос дрожал от эмоций и усталости. — Ты решил наконец-то показать свои настоящие чувства?

Картер, всё ещё облокотившийся о машину, смотрел на неё с жестким выражением лица, хотя в его глазах все ещё горел тот же огонь, что и раньше. Он не ответил сразу, как будто стараясь собрать свои мысли, затем с тяжелым вздохом произнёс:

— Я не могу продолжать так жить, Дания. Всё это время я прятал свои чувства, но теперь... теперь они слишком сильны, чтобы их игнорировать. Когда ты рядом.

Она взглянула на него, чувствуя, как её собственное сердце отзывается на его слова. В его глазах она увидела ту же боль и потребность, которые испытывала сама, и это породило в ней противоречивые чувства. Она не знала, что будет дальше, но знала одно: их отношения уже не будут прежними. Всё, что осталось, это принять и понять, что теперь они должны будут разобраться в своих чувствах и решениях.

Дания была ошеломлённой. Его слова, которые, казалось, разорвали тишину, звучали настолько неожиданно, что ей было трудно поверить, что они исходят от Картера, мужчины, которого она так долго любила, но от которого страдала. Слова, которые она так жаждала услышать, казались невыносимо сложными, учитывая все раны, которые она несла на душе.

Сердце её колотилось в груди, и чувство растерянности, смешанное с искренним волнением, сжало её внутренности. В голове всё перемешалось — страх, желание, надежда и боль. Шрамы от предыдущих разочарований не позволяли ей безоговорочно довериться тому, что она услышала, но в глубине души она знала, что не может оставить эти чувства без ответа. Медленно, почти не осознавая своих действий, она потянулась к нему. Руки дрожали, когда она обняла его за шею, её пальцы скользнули по его коже, чувствуя её тепло и силу. В её движениях была смесь решимости и уязвимости. Её губы коснулись его губ в нежном поцелуе, который начинался осторожно, как бы спрашивая разрешения, но вскоре приобрёл больше страсти. Поцелуй был полон всех тех эмоций, которые она так долго прятала. Он был мягким, но глубоким, как её внутренние переживания, которые она так долго держала в себе. Она закрыла глаза, позволяя себе раствориться в этом моменте, не думая о том, что будет дальше, но наслаждаясь тем, что наконец-то может быть рядом с ним, несмотря на все трудности и страхи.

Картер ответил на её поцелуй, его руки скользнули по её спине, притягивая её ещё ближе. В его поцелуе она почувствовала ту же глубину и силу, которую ощущала от него всё это время, и это наполнило её сердце сложным сочетанием облегчения и волнения. Они оба были погружены в этот момент, который был полон невысказанных слов и чувств, которые требовали быть услышанными и понятыми.

Дания и Картер всё ещё были поглощены своим моментом, когда шум машины напомнил им о реальности. Ветер холодно прошёлся по их телам, и они, наконец, отстранились друг от друга, осознавая, что их интимный момент был нарушен. Глаза девушки расширились от шока, когда она заметила своих друзей, выходящих из машины и направляющихся к ним.

— Какого чёрта? — Прошипела она, её голос был полон раздражения и недовольства. Она быстро отстранилась от Картера, пытаясь скрыть свою неловкость и недовольство.

Картер, несмотря на всё происходящее, сохранял спокойствие. Он наблюдал, как Герман, его лицо выражало твёрдую решимость, не сбавлял шаг, приближаясь к ним. Герман был настроен решительно, и в его поведении чувствовалась угроза.

— Пора поговорить, не находишь, Дания? — Произнёс Герман, его тон был холодным и требовательным.

Картер встал прямо перед Германом, его рост и сила явно выделялись, и это только подчеркивало напряжённость ситуации. Его лицо скривилось в недовольной гримасе.

— Сбавь обороты, — прорычал он, его голос был наполнен угрожающим оттенком. Картер медленно заводил руку за спину, накрывая рукоять оружия, готовый к любой необходимости защиты.

Дания, заметив его намерения, мгновенно среагировала. Она положила свою руку на его, сжимая её, пытаясь остановить его движение. Её пальцы были тёплыми, но решительными, передавая Картеру сигнал о том, что насилие здесь не поможет. Орнела подошла к Герману, её присутствие также добавило напряжённости. Её глаза мелькали от страха и беспокойства, когда она встала рядом с Германом. Она и Герман явно боялись Картера, их глаза метались между ним и Данией, отмечая всю сложность ситуации. Атмосфера была насыщена напряжением и эмоциями. Каждое движение и слово, казалось, было пропитано недоверием и страхом, создавая картину, полную напряжённой динамики и неопределённости.

Герман, наблюдая за происходящим, ощущал нарастающее раздражение. Его взгляд был пронизан гневом, и это чувство только усиливалось, когда он заметил, что Дания полностью игнорировала его присутствие. В её поведении, казалось, не было и намёка на то, что он имеет какое-либо значение в её жизни. Она не обращала на него внимания, не замечала, как он расстраивается и разочаровывается из-за её равнодушия.

Его раздражение было подкреплено тем фактом, что она, не колеблясь, обнималась и целовалась с другим мужчиной — с Картером, который, по его мнению, не заслуживал её внимания. Герман был бесконечно зол, что, несмотря на все усилия, он так и не смог занять место, которое, как он считал, должно было быть его. Всё, что он строил и создавал, теперь выглядело тщетным и бесполезным, когда он увидел, как легко и естественно Дания переходила от него к другому. Каждый взгляд на Картера, каждая эмоция, отражённая в её поведении, только усугубляла его чувства. Он ощущал, как его гнев накрывает его целиком, как он проникает в каждую клеточку его тела. Это было не просто раздражение — это было глубочайшее разочарование и предательство. Дания, с которой он хотел быть, которую он пытался понять и заслужить, вдруг оказалась в объятиях другого мужчины, и это было слишком тяжело для него.

Сейчас Герман не мог отвести взгляд от Картера и Дании. Его разочарование заставляло его действовать агрессивно, но он понимал, что действовать сейчас нужно осторожно. Каждый его шаг, каждый взгляд был пронизан недовольством и тем гневом, который только подчеркивал, как сильно его бесило то, что происходило перед ним.

Герман и Орнела внимательно слушали Данию, стоя перед ней с выражением недоверия и растерянности. Герман был особенно настойчивым, он скрещивал руки на груди, выражая свое раздражение и недовольство.

— Оказывается, многое, как и я, до встречи с ним, — шептала Дания, глядя на Картера, который, облокотившись о свою машину, наблюдал за происходящим с настороженным интересом. Она старалась говорить тихо, чтобы не привлекать лишнего внимания, — Кларк не тот, кого мы знаем, — продолжала она, опуская голос до почти неслышного шёпота. — Все эти теракты – это его работа, чтобы настроить всех против Тени. Это всё, что могу сказать.

Орнела, наблюдая за Данией, чуть приподняла бровь, её лицо выражало смесь удивления и сомнения.

— Да ладно, бедолага Тень настолько чист? - Вскрикнула она, не веря в слова Дании. Её злой взгляд, направленный на Картера, был полон презрения и сомнения.

— Он опасность для Лиги Справедливости, и они хотят его убрать, - Дания медленно провела рукой по волосам, её голос был полон тяжёлой усталости. - Кларк убил моих родителей и сделает всё, чтобы устранить нас, потому что мы его дети и знаем слишком много, что может навредить его репутации. Это всё, что я могу вам сейчас сказать.

Герман и Орнела обменялись взглядами. В их глазах читалась борьба между сомнением и попыткой осознать масштаб того, что они только что услышали. Неверие перемешивалось с настойчивым стремлением узнать больше.

— И что теперь? — Спросил Герман, всё ещё не отпуская гнев, — что нам делать с этой информацией?

— Мы должны действовать осторожно, — произнесла Дания, её голос был пронизан напряжением. — Держите Картера под контролем, но не спешите делать выводы. Мы должны быть уверены, что эта информация достоверна, прежде чем принимать какие-либо меры.

Герман и Орнела кивнули, их лица выражали решимость. Они знали, что предстоит непростая задача, но Дания дала им важное понимание ситуации. Тем временем, Картер, по-прежнему наблюдая за ними, оставался спокойным и сосредоточенным, понимая, что это только начало большой игры.

Герман, не удержавшись, бросил в лицо Дании недоумённый вопрос:

- А секс тоже твой план, Дания?

Её глаза расширились от неожиданности, но она быстро вернулась в себя и покачала головой, явно устала от ситуации. Картер, отойдя от машины, привлёк внимание всех присутствующих. Он посмотрел на Герману с раздражением и немного усталостью.

- Дания, время, - произнёс он, привлекая её внимание и намекая на необходимость завершить разговор.

Герман попытался продолжить:

- Мы не закончили...

Но Картер только закатил глаза и ответил с оттенком окончательности:

- Закончили.

Тон темноволосого был решительным, и в его голосе не было места для возражений. Этот момент подчеркивал завершение спора, и Дания, покачав головой, поняла, что дальнейшие обсуждения не имеют смысла.