Лига справедливости

Вечер обещал быть обычным, но с самого начала что-то пошло не так. Наёмники выстроились в шеренгу, готовые выслушать приказы, но Дания, как всегда, держалась особняком. Она стояла в тени, отстранённая и с вызывающим равнодушием. Её характер давно стал предметом обсуждений среди других, но никто не решался её тронуть — все привыкли к её независимости и бесстрашию.

Когда на площадку вышел Тень, среди наёмников мгновенно воцарилась напряжённая тишина. Картер выглядел как воплощение безразличия и силы. Он медленно оглядел всех присутствующих, его спокойствие было почти осязаемым. Начав свою речь, он говорил с привычной уверенностью:

— Сегодня на дело поедут пять человек. Список уже у руководителя. Я поеду с вами, чтобы всё было под контролем. Все должны быть готовы через пятнадцать минут на стоянке, — голос его был ровным, но в каждом слове ощущалась стальная воля.

С этими словами Картер развернулся и исчез в темноте ночи, оставив за собой ощущение холода и неизбежности. Наёмники переглянулись, зная, что они должны быть готовы в срок. Однако Дания осталась на месте, снова закатила глаза и расслабленно облокотилась о стену. Она не понимала, зачем вообще здесь находится, но выбора у неё не было. Когда начали зачитывать фамилии тех, кто должен был участвовать в операции, Дания уже собиралась вернуться в свою комнату. Но, услышав свою фамилию в последнюю очередь, она замерла на месте, хмурясь и резко обернувшись. Этот поворот событий её удивил.

— У вас пятнадцать минут, чтобы подготовиться, — прозвучал повторный приказ, не оставляя места для сомнений.

Дания на мгновение застыла, пытаясь осмыслить произошедшее. Её включение в группу было неожиданным, и это вызывало у неё непонимание и раздражение. Она хотела уйти, закрыться в своей комнате, но, услышав своё имя, поняла, что выхода нет. "Это испытание," - подумала она, внутренне собираясь с силами.

Скоро вся группа уже была на стоянке. Наёмники возились с экипировкой, проверяли оружие и готовились к выезду. Картер стоял поодаль, наблюдая за ними с неизменным спокойствием. Его взгляд, как обычно, был направлен вперёд, на что-то, что видимо видел только он.

Блондинка появилась последней. Она выглядела собранной, несмотря на внутренний гнев и разочарование. Её тень ложилась на землю рядом с ней, словно напоминая о том, что теперь она — лишь часть его игры. Дания не стала менять одежду перед выездом. Она была одета в ту же тренировочную форму — чёрные лосины и простую майку, которые сковывали её движения. Она выделялась на фоне других наёмников, облачённых в полное снаряжение, подготовленных к бою. Каждый из них выглядел как единое целое со своей экипировкой, но Дания, с её открытыми плечами и минимальной защитой, казалась чужой среди них. Это было своего рода вызовом: она намеренно отказалась подчиняться общим правилам, показывая свою независимость.

Её волосы, убранные в тугой хвост, развевались на ветру, когда они шли к машинам. Остальные наёмники украдкой посматривали на неё, кто-то с удивлением, кто-то с недоверием. Они привыкли к дисциплине и однообразию, а она выделялась своим упрямством и решимостью. Дания ощущала на себе эти взгляды, но не придавала им значения. Её мысли были сосредоточены на задании, и ей было всё равно, как она выглядит в глазах других.

Картер коротко взглянул на неё, но никаких слов не произнёс. Он не нуждался в словах, его решения были абсолютны. В этот момент между ними проскочило молчаливое напряжение, которое ощущали все присутствующие.

— Занимайте места, — тихо, но твёрдо произнёс Картер, указывая на машины.

Когда машины завелись, и они тронулись в путь, Дания смотрела в окно, чувствуя, как холодное стекло успокаивает её напряжение. Она знала, что её выбор одежды — это не просто бунт. Это было напоминание себе самой, что, несмотря на всё, что происходит, она остаётся собой. Это была её внутренняя броня, которую не могли пробить ни Картер, ни наёмники, ни опасности, ожидавшие их впереди. Когда машины остановились, они оказались на заброшенной территории, которая словно вымерла много лет назад. Высокие, полуразрушенные здания возвышались над ними, словно тени прошлого. Картер выдал краткие указания, распределив задачи, и каждый знал, что делать.

— Ты со мной, — неожиданно сказал он, повернувшись к Дании, и в его голосе прозвучало что-то странное, почти личное.

Она только кивнула, сжав зубы. Всё внутри неё кричало о том, что она должна быть осторожна. Этот человек перед ней был её врагом, а не союзником, и хоть они преследовали одну цель, доверия между ними не могло быть. Картер шел впереди, а она следовала за ним, ощущая, как тьма и холод окружали их всё сильнее.

— Какой смысл взрывать заброшенные здания? — Нахмурилась девушка, не ожидая, что темноволосый резко остановится, и практически чуть не врезалась в него.

— Увидишь, — усмехнулся, так же скрещивая руки, наблюдая за происходящим поодаль.

Дания закатила глаза, так же поравнявшись с мужчиной, наблюдая за происходящим, как наёмники расставляли взрывчатки, и подал нам подъезжающие машины, светловолосая сразу узнала их, ведь сама столько лет на них прокаталась.

— Ты привёз меня, чтобы я увидела, как твои псы борются с Лигой? — Пробормотала, и собиралась уйти уже, но Картер жестко схватил ее за руку, не позволяя ей уйти.

— В этих заброшенных зданиях в подвальных помещениях, чинят военную техникум, — коротко говорил, наблюдая, как тихо и уверенно пробираются люди Лиги, — как думаешь, как долго держатся Тони и Цири?

Эти слова пронзили девушку, тут же думала найти среди своих друзей, отчаяннее можно было прочитать в ее глазах.

— Они уйдут отсюда, если ты перестанешь мне противиться, — спокойно проговорила, опустив руку блондинки, — решение за тебя.

— Я и так не по своей воле тут, ты не оставил мне выбора, - цокнула, потирая кисть, хватка была независимой.

— Думаешь, помогу тебе найти убийцу твоих родителей, а после и со мной покончишь? — Практически засмеялся, повергнул девушку в шок, она не могла понять, откуда он это узнал, как будто он сидел в ее голове.

Дания растерянно уставилась на Картера, её сердце забилось быстрее. Она не могла понять, откуда он узнал о её намерениях, но его слова прозвучали, как холодный душ. Это было словно вторжение в её мысли, нарушение самой её сущности. Она знала, что Картер был умен, возможно, даже проницателен, но, чтобы настолько...

– Как ты... – начала она, но слова застряли в горле.

Картер усмехнулся, его глаза сверлили её, словно изучая каждый её нерв, каждую её реакцию. Он был уверен в себе, как всегда, и это раздражало Данию ещё больше.

– Ты действительно думала, что я не догадаюсь? – Продолжил он, немного наклонив голову, словно изучая редкий экспонат в музее. – Мы слишком хорошо знаем друг друга, Дания. Я всегда понимал, что у тебя есть свой план, даже если ты сама его до конца не осознавала.

Дания сжала зубы, чувствуя, как внутри поднимается волна гнева и отчаяния. Она ненавидела его за то, что он читал её как открытую книгу, за то, что он заставил её оказаться в этой ситуации, за то, что она была вынуждена выбирать между своими друзьями и собственной местью. Она перевела взгляд на здание, которое вот-вот взлетит на воздух, и её охватила паника. Тони и Цири были её друзьями, её союзниками, единственными людьми, которым она могла доверять. А теперь они были в смертельной опасности, и её решение могло стать для них фатальным.

– Ты не оставляешь мне выбора, – тихо, но твёрдо произнесла она, вновь посмотрев на Картера. Её голос дрожал, но в глазах горела решимость.

– Выбор всегда есть, – Картер наклонился ближе, почти шепча ей на ухо, – просто не всегда тот, который мы хотим.

Он знал, что победил, и это знание делало его ещё более невыносимым. Но в тот момент, когда он выпрямился и отступил, Дания поняла, что у неё всё ещё есть сила. Сила бороться, даже если это будет борьба против собственных чувств, против своих желаний. Её выбор был сделан.

– Хорошо, – выдохнула она, опустив глаза. – Я сделаю, как ты хочешь. Но помни: я никогда не забуду и не прощу.

Картер ничего не ответил, лишь одобрительно кивнул. Теперь, когда решение было принято, он мог быть спокоен. Он знал, что Дания выполнит свою часть сделки, потому что у неё не было другого выхода. Но он также знал, что это всего лишь временная победа. В глубине души он ощущал, что их история ещё далеко не закончена.

Дания в ужасе смотрела на схватку, не веря своим ушам. Картер наблюдал за происходящим с ледяным спокойствием, словно это было не больше, чем игра. Наёмники и люди Лиги сражались изо всех сил, но в этом хаосе она видела, как Цири из последних сил отражала атаки, её движения становились всё более отчаянными.

— Ты просто смотришь, как они погибают? — Сдавленно прошептала Дания, её глаза полыхали яростью.

Картер лишь усмехнулся, его взгляд был твёрд и холоден, как сталь.

— Это не моя битва, Дания, — спокойно ответил он, наблюдая, как его люди, несмотря на численное превосходство противника, продолжали стойко держать оборону. — Но я всегда ценю хорошее представление.

Она сделала резкое движение, пытаясь освободиться, но его хватка была железной. Её сердце билось как безумное, каждый удар наполнял её смесью страха и ярости. Картер мог спокойно позволить своим людям погибнуть, только чтобы преподать урок Лиге, и чтобы увидеть, как далеко зайдёт Дания в своём отчаянии.

— Если ты позволишь им погибнуть, я никогда не прощу тебя, — зарычала она, с трудом удерживаясь от слёз.

— Не переживай, — произнёс Картер, и его голос прозвучал обманчиво мягко. — Я дал им шанс. А что они с ним сделают — это их дело. Но я ведь сказал тебе, что здесь всё взлетит через полминуты. Ты должна сделать выбор, Дания. Спасти своих друзей... или продолжать бороться за свою месть.

В этот момент всё произошло слишком быстро. Она увидела, как Тони и Цири, наконец, обрели преимущество, оттеснив наёмников назад. Но время истекало, и Картер знал это. Дания понимала, что нужно действовать сейчас или никогда. Её взгляд метался между друзьями и Картером, между битвой и возможностью всё закончить здесь и сейчас. Она знала, что если она ничего не сделает, её друзья погибнут, но, если она поддастся Картеру, она предаст себя и свою семью.

Стиснув зубы, она приняла решение. В последний момент, когда до взрыва оставались считанные секунды, Дания сделала шаг вперёд, и её рука легла на кнопку связного устройства, которое было у Картера.

— Останови это, — выдохнула она, сквозь слёзы глядя на него. — Сейчас.

Картер поднял бровь, будто удивлённый её смелостью, но затем мягко улыбнулся, словно предугадывая, что она сделает именно это. Не сводя с неё глаз, он нажал на кнопку, и в тот же миг наёмники отступили, покидая поле боя, словно по заранее продуманному плану.

— Мудрый выбор, — тихо произнёс он, отпуская её руку и отходя назад, словно это был знак доверия или, может быть, испытание.

Дания тяжело дышала, осознавая, что только что спасла жизни своих друзей. Но за это она заплатила дорогую цену — свою свободу и гордость. Она знала, что теперь обязана Картеру. Но она также понимала, что это всего лишь временное перемирие. Война между ними всё ещё не окончена.

Цири, подняв взгляд, увидела Данию, стоявшую неподалёку. Их взгляды встретились, и в глазах подруги она прочитала растерянность и боль. Цири заметила, как за спиной Дании удаляется силуэт Картера, и всё внутри неё напряглось. Она хотела крикнуть, спросить, что происходит, но Дания лишь покачала головой, отводя взгляд и, не сказав ни слова, последовала за Картером, скрываясь в тени ночи. Цири осталась в замешательстве, не понимая, что только что произошло и почему её подруга ушла с врагом. Тем временем Дания шла за Картером, её мысли были полны вопросов и гнева. Всё, что произошло, казалось ей бессмысленным и жестоким. Она чувствовала, как эмоции закипают внутри, заставляя её ускорять шаг, чтобы догнать мужчину. Его спокойствие и уверенность только разжигали её гнев.

— Зачем всё это? Что ты хочешь доказать? — Пробормотала Дания, почти теряя терпение. Она ускорилась, пытаясь нагнать Картера, но он, казалось, намеренно двигался чуть быстрее, чтобы сохранить дистанцию.

Картер лишь хмыкнул, не оглядываясь, и с едва заметной усмешкой на губах произнёс:

— Думай, Дания, думай. У тебя всегда это хорошо получалось.

Его слова только подлили масла в огонь. Дания больше не могла сдерживаться. Она схватила его за кофту и с силой толкнула к стене. Картер даже не сопротивлялся, его лицо оставалось спокойным, будто вся эта ситуация только раззадоривала его ещё больше.

— Что ты пытаешься сделать? — Её голос сорвался на шёпот, и глаза полыхали яростью. Она видела, как в его глазах мелькнуло что-то, что она не могла прочитать. Интерес? Забава? Или что-то более тёмное, скрытое глубоко внутри?

Картер приблизил лицо к её уху, его голос прозвучал почти нежно, но за этим тоном скрывалось что-то гораздо более глубокое:

— Я хочу увидеть, насколько далеко ты готова зайти, Дания. Ты ведь тоже это чувствуешь, не так ли?

Она затаила дыхание, чувствуя, как его слова пробивают ей до костей. Она знала, что Картер играет с ней, что это всё — часть его плана. Но в этот момент, оказавшись так близко к нему, она поняла, что и сама оказалась в ловушке своих эмоций. Борясь между желанием оттолкнуть его и стремлением узнать правду, она стояла на грани, готовая сделать шаг в любую сторону.

Но этот шаг зависел только от неё.

Картер, видя замешательство на лице Дании, резко развернул их, прижимая её к холодной стене. Холод проник в её кожу, заставляя мурашки пробежать по телу, и она вдруг оказалась на грани — между страхом и желанием. Его уверенные движения, близость, от которой её дыхание сбилось, заставляли сердце колотиться с бешеной скоростью.

Дания пыталась понять, что происходит, но все её мысли рассеялись в тот момент, когда он внезапно наклонился к ней и властно накрыл её губы своим поцелуем. Это было настолько неожиданно, что она сначала дернулась, глаза широко раскрылись от шока. Но, чувствуя его прикосновения, его тепло, она постепенно закрыла глаза, отдавшись этому моменту. Поцелуй Картера был полон страсти и грубой силы, но в то же время в нём было что-то первобытное, что-то, что напоминало ей о том, что она всё ещё живая, что она женщина, которая долгие годы была лишена таких эмоций. Электрический разряд прошёлся по её телу, как молния, заставляя её забыть обо всём. В этом коротком мгновении все её обиды и ненависть к нему отступили на задний план, уступив место чувствам, которые она давно прятала глубоко внутри.

Дания почувствовала, как его пальцы медленно сжимаются на её талии, крепко удерживая её на месте, и её тело само подалось навстречу ему. Руки, едва осознавая, что делают, обвились вокруг его шеи, притягивая его ближе. Она ощущала тепло его тела, его силу, которая одновременно пугала и притягивала её. Все её чувства смешались в один огненный шар, который разгорался внутри, поглощая её разум. Она не могла думать, не могла остановиться — она просто следовала за своими эмоциями, поступая так, как вело её сердце, забывая на мгновение о том, кто они такие, и что их разделяет.

В этот момент все границы были стерты, и Дания не думала о последствиях. Это был момент, когда разум отступил, уступив место инстинктам и чувствам, которые невозможно было контролировать.

— Дания?