агония[V.Tsygankov]

Я просыпаюсь от того, что теплое, твердое тело Вити обхватывает мое, заставляя меняулыбаться. 

Мое тело восхитительно болит так, как это бывает только от секса. 

Особенно потрясающего секса. Некоторые вещи, которые Витя проделывал со мнойпрошлой ночью... позы... мои щеки краснеют от воспоминаний.

 Он действительно знает, что он делает в постели. К тому времени, как он закончил сомной, я достигла пяти оргазмов. 

Пять! 

Я даже не знала, что такое возможно. 

Очевидно, с ним возможно ВСЕ!На улице еще темно, поэтому я проверяю время на своем мобильном. Четырешестнадцать. 

Я осторожно отстраняюсь от Вити, стараясь не разбудить его. Беру из ящика ночнуюрубашку, натягиваю ее и быстро иду в ванную. Затем иду на кухню и набираю себе стаканводы, опираясь бедром о стойку, пока делаю глоток. 

У меня непреходящая улыбка на лице и тепло в груди, и все это благодаря томумужчине, который спит в моей постели. 

Прохожу через гостиную и подхожу к окну, смотрю на улицу. На улице тихо. Вокруг нидуши.

 Тогда я делаю то, чего не делала уже давно. 

Я сажусь на табурет перед мольбертом. Ставлю стакан с водой на стол и беру кисть.

 Чистую и неиспользованную. 

Я провожу кистью по чистому холсту, проводя невидимые линии и думая об Вити. 

О нем и обо мне, вместе.

 Не задумываясь, я достаю черную масляную краску. Я выдавливаю немного на палитруи провожу кистью по ней. 

А потом начинаю рисовать. 

*** 

В комнате светло от утреннего солнца. Я слышу птиц за окном. Гул машин,проезжающих по улице. А я все еще рисую. 

Я занимаюсь этим уже несколько часов, и картина уже начинает обретать форму. Эточто-то новое для меня. Это стоп-кадр, но вместо одинокого человека — два человека. Это Витя и я, переплетенные, занимающиеся любовью. 

Я никогда раньше не делала ничего подобного, но я не хочу останавливаться, боясь, чтоникогда больше не смогу начать.

 Я рисую впервые за семь месяцев, и это приятно.

 Я слышу движение позади себя, останавливаюсь и поворачиваюсь. Витя стоит в дверном проеме, прислонившись плечом к раме, одетый в боксеры, волосывзъерошены. 

Он выглядит великолепно.

 — Доброе утро. — Я сдерживаю улыбку. 

— Ты рисуешь.

 — Да.

 Он проходит расстояние между нами, наклоняется и прижимается сладким поцелуем кмоим губам. 

— Видимо, секс с тобой был тем, что мне нужно, чтобы снова начать.

 Он ухмыляется. 

— Мой член довольно вдохновляющий.

 Я смотрю вниз на выпуклость в его боксерах. 

— Не могу с этим не согласиться.

 Я пожимаю плечами, а он посмеивается. Затем он встает на колени позади меня,обхватывает руками мою талию и упирается подбородком в мое плечо.

 Я снова смотрю на свою работу.

 Я снова рисую, и рядом со мной самый красивый мужчина в мире. 

Жизнь сейчас чертовски прекрасна. 

— Я рад за тебя, детка. — Он прижимается поцелуем к моей шее. — И не хочупоказаться высокомерным... но это меня ты рисуешь? 

— Это мы... занимающиеся сексом. — Прикусив губу, я перевожу взгляд на него. —Наверное, меня вдохновила прошлая ночь.

 Он широко улыбается.

 — Могу я получить ее, когда она будет закончена? 

— Картину? 

Он кивает.

 — Ну... конечно, если ты действительно этого хочешь. Но она может выглядетьдерьмово, когда будет закончена. Я так давно не рисовала. 

Он смотрит на меня. 

— Детка, мы оба знаем, что она не будет дерьмовой. И, конечно, я хочу этого. Это мы.Это наш первый раз вместе. Я хочу, чтобы этот акт любви висел в моей спальне. 

— Тогда она твоя. — Я прижимаюсь поцелуем к его носу. — Когда она будет закончена,конечно. 

— Сколько времени тебе понадобится, чтобы закончить ее?Я пожимаю плечами. 

— Зависит от времени. Вообще-то... сколько сейчас времени? — я оглядываюсь посторонам в поисках часов. 

— Семь тридцать, — говорит он мне.

 — Мне нужно собираться на работу.

 — Может, ты не пойдешь сегодня? 

Его рука скользит ниже и касается моей киски, и он стонет. 

На мне нет трусиков. Зубывпиваются в мою шею. 

— Я должна.

 — Не собираюсь доставлять отцу удовольствие тем, что я не пришла,особенно после нашей ссоры.

 — А у тебя тренировка. 

Он вводит в меня палец, и я стону. 

— Я пропущу ее.

 Он начинает осыпать поцелуями мою шею. Я наклоняю голову, чтобы предоставить емулучший доступ.

 — Твоя первая игра через неделю. 

— Я в лучшей форме в своей жизни. 

— Если мы оба не явимся, это будет очевидно для моего отца. 

Он вздыхает, побежденный.Я смотрю через плечо и нежно целую его губы.

 — Быстро? — шепчу я ему в губы, и он ухмыляется. 

Затем я поворачиваюсь к нему лицом. Он стягивает с меня ночную рубашку. Секундойпозже его рот оказывается на моем, горячий и требовательный. 

Я отвечаю на его поцелуй стой же силой. Мы впиваемся друг в друга, как будто у нас не было секса несколько недель, ане часов.

 Я никогда не была в таком отчаянии от мужчины, как с ним. Тем более сейчас, когда яполностью осознала, на что он способен в постели... 

Пять оргазмов. 

И как я выжила? 

Я просовываю руки за резинку его боксеров и стягиваю их вниз по бедрам. Его членвскакивает мне навстречу. Я обхватываю его рукой, и он стонет, впиваясь зубами в моюнижнюю губу. 

Я обхватываю его ногами за талию. Затем провожу головкой его члена вверх и вниз помоему центру. 

— Ты готова ко мне, детка?

 — Всегда. — Мои ноги крепче сжимают его талию. 

Затем он погружается в меня. 

Мы оба стонем от удовольствия.

 Мы соединены настолько, насколько могут быть соединены два человека. Наши рты всееще слиты воедино. Его бедра прижимаются к моим, член глубоко вошел в меня. Наши грудиприжаты друг к другу. 

Я моргаю, открывая глаза, а его уже на моих. 

— Я сейчас принесу презерватив, — говорит он. — Я просто хочу почувствовать тебя.

 Я провожу рукой по его шее, сжимая волосы.

 — Все в порядке. Я принимаю таблетки... и я чиста. 

— Я тоже чист. 

Мои губы искривляются в улыбке.

 — Тогда трахни меня, защитник. 

И он трахает. 

Он берет меня прямо там, трахая меня жестко и быстро, на моем табурете длярисования, перед незавершенной работой Вити и Ари.