35 Дом
Я вышла из дома Рината и побрела через парк на остановку. Плакать очень хотелось, но я не могу. Ребёнок не причём, он не заслуживает этого. Я беру свой телефон, нахожу его номер в исходящих, звоню. После первого гудка трубку взял он.
- Да! Что хотела? - начал Маска.
- Меня Ринат выгнал из дома. К родителям пойти я не могу с ребёнком. Они меня будут попрекать им. Может, примешь меня к себе с ребёнком временно?
- Хорошо. Ты где?
- Я на остановке возле парка.
- Жди там, я скоро приеду и заберу тебя.
- Хорошо.
Где-то минут через двадцать подъезжает чёрный тонированный внедорожник со знакомыми номерами. Маска вышел из машины и первое, что он сделал, - обнял меня и поцеловал в макушку. Накинул на плечи плед, посадил в машину. Приехали мы поздно. У ворот встречала нас охрана. Я вышла из машины, направилась домой. Как странно... Меня тогда привезли в этот дом не по своей воле, а сейчас я приехала по своей воле как спасение. Я пошла в свою комнату, где меня держали. Какого было моё удивление, когда я услышала голос Маски позади себя:
- Я распорядился, чтоб тебе приготовли комнату в правом крыле. Ты тут не будешь спать. Тут в основном комнаты персонала и охраны. Иди за мной.
Я шла за ним до тех, пор пока он не оставился у чёрной дубовой двери. Открывает её.
- Это твоя комната. Если нет ночной рубашки, попроси её у Вероники, - смотрит на меня. - Надеюсь, она что-нибудь подберёт тебе.
- А поесть можно что-нибудь? А то я ничего не ела с обеда ресторана.
- Да, хорошо, спускайся в низ в столовую. Я спустилась в низ по лестнице к столовой. Стол был сервирован на две персоны. Моя персона была по правую руку от Маски. Не как тогда, когда я сидела далеко от него. Мы сели есть. Маска все ел и как-то мне странно стало... при мне он тогда ничего не ел а сейчас спокойно сидит со мной и ест.
- О чем задумалась?
- Что ты сказал?
Маска берет салфетку, вытерает рот и кидает её в тарелку.
- Если ты мне что-то недоговариваешь, я это все равно узнаю. Говори!
- Просто ты раньше тогда не ел со мной, а сейчас ешь.
- Ясно! Я жить не хотел, поэтому не ел, но в меня вкололи инъекции, чтоб с голода не помер. А сейчас у меня есть для кого жить. Ладно, пошли спать. Я встала, начала убирать посуду.
- М-м-м... Маска, а где тут кухня у тебя?
- Я не Маска! У меня есть имя - Андрей! И тише, Анна. Куда ты столько посуды набрала? Не трогай, за нас все уберут.
- Извини Мас...Андрей. Но в доме у Рината я привыкла все сама убирать.
- А тут есть люди, которые за это деньги получают, - он просто выдернул все эти тарелки из моих рук и положил на стол. - Пошли.
Мы поднялись на второй этаж и зашли в свои комнаты. Проснулась я оттого, что кто-то поправлял на мне одеяло. Маска заботливо накрывал меня, видимо, я ночью раскрылась. Я села на кровать.
- О, проснулась! Давай завтракай. Потом ко мне в кабинет зайдёшь. Я киваю, он уходит. Выхожу я все в том же и завтракаю. Иду в кабинет к Маске. Стучусь.
- Заходи.
Я захожу. Взглядом показывает мне на стул.
- Садись.
- Мы временно поживём у тебя. Ребёнок родиться, я сразу пойду искать работу, ну а потом квартиру где-то на окраине сниму.
- Так не пойдёт. Ты остаёшься здесь, рожаешь ребёнка и мы расписываемся, либо ты рожаешь ребёнка и уходишь на все четыре стороны. Решай!
- Можно подумать?
- Нет, ты сейчас решай!
- Хорошо, я рожаю ребёнка и мы расписываемся.
Я думала, что после родов распишемся, но нет. Маска вызвал сотрудников ЗАГса к обеду и нас расписали. Теперь я стала Войцеховская Анна Александровна. По требованию Маски я взяла его фамилию. На среднем пальце правой руки появилось обручальное кольцо. Всё кольцо полностью золотое, только спереди кайма из двух рядов маленьких фианитов.
- Муж, поцелуйте вашу жену.
Маска меня поцеловал. Я вспомнила, как он тогда меня целовал, когда я боялась его как огня. Он увлёкся, я его отталкиваю от себя. Он закрывает глаза, дабы отдышаться.
Сотрудники Загса уезжают. Наступает ночь. Берет меня за руку и ведёт к себе в комнату. Я вижу свои вещи в комнате.
- Я распорядился, чтоб твои все вещи перенесли ко мне в комнату.
Мне не очень-то удобно, я не знаю, как вести себя с ним.
Он непредсказуем, не знаешь, что он может выкинуть.
- Я тогда спать пойду.
И иду в ванную, чтоб переодеться. Меня оставливают на полпути. За шею хватает рукой и поварачивает к себе. Не сильно, но мне страшно, что он со мной сделает.
- Ты что-то хотел?
- Брачная ночь, Анна. Брачная ночь.
- Но как? - и показываю на живот.
- Я узнавал, на таком сроке можно заниматься сексом. Ребёнку это не навредит. Кое-какие инструкции по безопасности плода дал мне твой врач. Хорошо, Анна?
Я согласилась, ведь он не терпит отказов или может взять все сам силой.
- Мне раздеваться?
- Нет, я сам. Он подошёл ко мне, начал снимать с меня джинсовый комбинезон, потом в след пошла бесформенная рубашка.
- А где бюзгалтер? Ты у врача на приёме была в нем!
- Извини, пожалуйста, он мне стал мал. Я не могу в нем ходить, он давит.
- Я завтра распоряжусь, чтоб тебе купили новую одежду. Не волнуйся, все подберёт Вероника.
- Хорошо.
- Ложись на кровать.
Я послушно легла на кровать. Маска начал раздеваться сам. Снял темно-синий полувер, затем пошли джинсы, мокасины и носки. Лёг рядом со мной, начал целовать мой живот.
- Перестань, пожалуйста, мне щекотно.
- Что?
- Твоя щетина... мне щекотно.
Маска потянулся и поцеловал меня в губы. Грубо, жёстко, требуя новых завладенных территорий. Мне пришлось отвечать и уступать против своей воли. Оторвался.
- Если тебе будет больно, скажи. Поняла?
Мне ничего не остаётся делать кроме как кивать. Так как я сама в данный момент давлюсь слезами, как мне неохота заниматься любовью с ним. Ему все нравится, а мне нет. Я не привыкла к таким ласкам. Он вроде бережно, нежно относится ко мне, а мне от этого всего выть хочется. Господи, какая пытка жить с нелюбимым человеком.