44
Почти подпрыгивая, Гермиона спешила на завтрак. Они договорились с Драко встретиться прямо у дверей Большого зала и зайти туда вместе.
Забегая по дороге в туалет для девочек, Гермиона подбежала к раковине, чтобы еще раз посмотреть на свое отражение и убедиться, что она выглядит хорошо. Она наконец-то снова улыбалась, предвкушая встречу с Драко вне стен больничного крыла. Предвкушая их открытое заявление о себе, как о паре, на весь Хогвартс. Наконец-то.
Разворачиваясь к кабинкам, Гермиона вдруг отскочила назад, испугавшись. Перед ней откуда ни возьмись появилась Пэнси Паркинсон.
— Грязнокровка, — выплюнула слизеринка, делая шаг вперед.
Гермиона нахмурилась, отступная. Внутри все задрожало от неприятного, волнующего чувства. Обзывательство резануло по ушам и отпечаталось в сознании.
— Уйди с дороги, — сказала Гермиона и сделала шаг в сторону, но Пэнси перегородила ей путь, — Паркинсон, отойди, пожалуйста.
Она пыталась сохранять спокойствие, хотя это было очень тяжело. Ее всю трясло от злости, от страха и от... непонимания.
— Наверное, Драко тоже просил твоих дружков отойти, — Пэнси выставила палочку, направляя прямо в грудь Гермионы. Она провела языком по верхнему ряду зубов, будто собирая всю злость, — думаешь, они послушали его?
Гермиона пятилась назад, пока не уперлась в мраморную колонну спиной. Она пыталась нащупать палочку в кармане, но вспомнила, что та осталась в комнате. Хогвартс — это не то место, где тебе всегда нужна палочка. Только на занятиях ведь.
— Прекрати, тебя отчислят за использование магии вне занятий, — продолжала удерживать себя в равновесии Гермионы и пытаться вразумить Пэнси: она чувствовала, что грядет что-то не очень хорошее.
— Да мне плевать! — рявкнула Паркинсон и устремила палочку вперед, вытягивая руку так, что кончик древка был прямо в груди Гермионы, — твои друзья заставили пострадать дорого мне человека, а я заставлю страдать их.
Гермиона открыла рот и стала хватать воздух ртом, чувствую волну паники. Она до последнего верила, что Пэнси ничего не сделает.
— Как там было? — притворно улыбнулась Паркинсон, а в следующую секунду ее лицо стало яростным и полыхающим ненавистью, — Сектумсемпра!
Волшебный луч ударил Гермиону волной, вжимая сильнее в столб за ее спиной. Она тут же обмякла и рухнула на пол. Вокруг стала растекаться лужа крови, окрашивая мокрый пол в красный.
Пэнси лишь хмыкнула, а затем пошла на выход, даже не обращая внимания на глухие хрипы Гермионы. Она увидела, как потекла тонкая струйка крови из ее рта, и надеялась, что видела ее последний раз.