36
— Что это? — Рон плюхнулся на диван в гостиной рядом с Гарри и кивнул на книжицу в руках друга.
Гарри лишь пожал плечами и закрыл блокнот.
— Сам не знаю, — ответил Поттер и дал свою находу в руки Рону, — не помню, где взял это. Там какие-то записи по Зельеварению, очень похоже на чей-то учебник. Но я не понимаю чей.
Рон стал вертеть потрепанную книжку в руках, рассматривая. Никаких опознавательных знаков снаружи. Пролистав быстро страницы, не нашел их и внутри. Хмыкнув, Уизли вернул блокнот Гарри и съехал внизу по дивану, разваливаясь еще больше.
— Гермиона опять с хорьком? — вдруг спросил Рон, переводя взгляд на Гарри и кривя губы.
Их обоих не обижал факт ее отсутствия за столом в Большом зале, даже не заботила ее отстраненность в целом. Бесил только Малфой. В голове обоих не укладывалось, как этот белобрысый урод мог быть интересней, лучше, чем Гарри и Рон. Они ведь дружили с первого курса, а тут из-за какого мудака все разрушилось.
— Я не видел, — ответил Гарри и снова открыл блокнот в руках, листая до нужной страницы, на которой остановился, — я вообще ее сегодня не видел.
Поттер пожал плечами и увлекся чтением строк перед собой. Записи на полях, какие-то руны и рисунки — все это было очень интересно. Это было странно и неизвестно, оттого он не спешил искать владельца своей находки.
— Надо сказать Макгонагалл, — продолжал рассуждать Рон, — или лучше Дамблдору. Слизеринцы никогда не славились честью и достоинством. Я думаю, что хорек все-таки наложил какое-то заклятье. Наша Гермиона не может таскаться так с ним.
— Ваша Гермиона может делать, что хочет, — голос Джинни заставил обоих дернуться.
Девушка вошла в гостиную почти бесшумно, тут же цепляясь взглядом за Гарри и Рона.
Дети двое точно поехали со своей ненавистью и предвзятостью. И если сначала Джинни разделяла из негодование, то сейчас ей казалось, будто... что-то не очень хорошее может вылиться из этого всего.
— Займитесь учебой, поиграйте в квиддич, — фыркнула Джинни, — заведите себе девчонок. Смотреть тошно на вас.
Она договорила и быстро скрылась на лестнице, ведущей в спальни. Гарри и Рон только переглянулись, пожимая плечами.
Теперь еще и Джинни вела себя странно.
Что ж, слизеринцы имели свое влияние не только на Гермиону. Только Гарри и Рон пока не знали об этом.