Невеста Дракона

Холодная ледяная вода из самого темного, глубоко колодца пробуждает. Но не отменяет того факта, что мозг царевича не может адаптироваться ко всему происходящему вокруг него, и с ним в том числе.

Тело Ивана, словно картофельный мешок, перетаскивали с одного места на другое. Глаза постепенно начали привыкать к свету, немного погодя и разум прочистился. Помотав головой в разные стороны, царевич понял, где тот находится.

Перегородка с кучей, установленными на ней, в определенном порядке, иконами, даёт ясно понять, что он находится в доме божьем. Сама по себе церковь представляет собой волшебный танец небожителей, выложенный драгоценной мозаикой. В то время, когда отец Ивана затеял строительство новой церкви, царевича удивляло то, сколько Владимир вложил в нее богатство.

Долго засматриваться не пришлось, его притянули за затылок, и окунули в золотую чашу, наполненную освещенной водой. От внезапного окунания парень начал задыхаться. Вернув в обратное положение, его горло саднило, от разрывающего легкие и глотку, кашля. Не дав полностью отдышаться, державшие его люди, погружали царевича в воду вновь и вновь. Над головой стоял седовласый, седобородый священник.

Из-за застилающей водной пелены в глазах, Иван не сразу признал в человеке напротив, доброго церкви служителя- Тихомира. Тихомира, который в тайне от всех давал Ивану всласть начитаться сказками, в запрещенном секторе библиотеки, в старом храме.

Страх стянулся в тугой узел, парализуя конечности рук и ног. В первые в жизни ему стало отвратительно место, в которое матушка его и Забавы, так часто ходила, дабы помолится за счастье и здоровье близких.
Ваня вырывался, кричал, захлебывался в воде. Жидкость попадала во все открытые участки тела: в глаза, в нос, в уши, в рот и даже за воротник. Он никак не мог высвободиться из крепких цепких рук военнослужащих. Его снова окунули в чашу.

И в какой-то момент инстинкт самосохранения подсказал ему успокоить сердце и разум, прикинуться бессознательным. В мозг, стремительно вонзился импульс.

Царевич разыграл душе раздерающую, сумасшедшую сценку, будто из него в самом деле вырываются демоны ада. Он дёргается в конвульсиях, подпрыгивает в воздух и опрокидывает пинком чашу.

- Очистите моего сына от дряни, накаченной этой тварью! Не имею никакого понятия, каким методом его приворожили, околдовали или, что еще...НО, ЧТОБЫ ЭТОЙ ЧЕРТОВЩИНЫ НЕ БЫЛО В МОЕМ ПРИЕМНИКЕ! Иначе я сожгу это место до пепла! А всех присутствующих казню, пред всем народом!

Все находящиеся в церкви испугались не на шутку. В особенности священнослужителями. Люди присутствую в данный момент, в первые увидели настолько разгневанного Царя.

- Как прикажете Царь- батюшка. Тихомир незамедлительно поклонился Владимиру и велел принести атрибуты для проведения очищения тела и святого духа. На Тихомира надели кроваво- красную мантию, сверху тяжелый крест, а в каждую из рук маленькие колокольчики и посох длиною двадцати мужских ладоней.

Приземлив Ивана коленями к полу, епископ Тихомир начал читать молитву изгнания зла, при этом делая странные вальсирующие движения рук в воздухе. Иван хотел смеяться, и он не собирался сдерживаться, а расхохотался всласть.

- Изгоняем тебя дух всякой нечистоты, всякая сила сатанинская, искоренись добродетелью господа нашего. Беги вон из дитя невинного. Искоренись зло неблагочестивое! Освободи место для души святой и сгинь в нечистоты ада во век!

Никто не знал, сколько прошло времени, но Ваня устал притворяться, поэтому сделав последний рык, он обмяк и закрыл глаза.
Все затихло, только поскрипывание огня свечей, развивало тишину в помещении. Владимир подошёл к Тихомиру, и тихо, но зло прошептал в лицо старца.

- Надеюсь этот обряд поможет. Вы меня знаете, свои обещания я всегда исполняю.

После царь подошел к своему сыну и с грустью в глазах и тяжелым сердцем похлопал Иоанна по мокрой головушке.

,, Надо будет его подстричь, не гоже пацану, как девка ходить"

- Несите Иоанна в его покои, омойте и переоденьте.

Переведя дух, царевича вытащили на свежий воздух. Он попытался вдохнуть неполной грудью кислород, дабы его не рассекретили.
Собрав всю грязь и все ступеньки по пути, его донесли до опочивальни, положив обездвиженное тело на пуховую кровать.

,, Неудобно, у Василия постель помягче будет, она и не такая колючая".
Вокруг царевича кудахтала прислуга, вытирая его чистой тряпкой, и приводя внешний вид в аккуратность и опрятность. Ваню бесило, что дотрагиваются до всех интимных мест, при этом вновь и вновь повторяя имя господа, и то какое несчастье с маленьким царевичем случилось.

Когда же эти курицы-наседки окончательно смотались из комнаты, Иоанн прочувствовал всю боль и истощение тела и разума. Он не думал больше не о чем, в голове витала пустота. В конце- концов, он в самом деле провалился в сон.

×××××××××××××××××××××××××××××

Сон шёл тяжело, в его сознании больше не распускались цветастые поля и луга, не жужжали стрекозы, и не порхали, словно драгоценные лепестки роз, большекрылые бабочки. Не было слышно пения птиц и шуршания в зеленных кустах зайчишек.

Рядом с царевичем находилась только она- тишина, пугающая до ужаса в сердце, пустая и темная, как дно могильной ямы. Никого не оказалось рядом. Иоанн не видел, даже собственных ладоней. Казалось, будто бы его не существует вовсе...

Секунду погодя, послышался мурлыкающий, до боли знакомый голосок. Ваня потянулся на дивный, милый звук, и увидел вспышку яркого солнечного света.

Распахну изумрудного цвета очи, царевич пробежался ими по округе. Приходя в себя, он распознал мелодию, которая привела его из пустоты. Задержав взгляд на объект своего очарования, и спасения, Ваня силился, как можно ярче и дольше уложить сие картинку в голове. На самой подкорке подсознания.

Возле окна, там где стоял стол, сидела юная дева, пышущая здоровым румянцем и легкой улыбкой на устах. Вышивая на белоснежной, словно снег ткани, желтые подсолнухи. Она мурлыкала себе под нос детскую песенку.
На столе стоял горячий самовар, а в чашечке благоухал ароматный травянистый чай. По запаху напоминал мелису, шалфей, с капелькой меда. В красивом узорчатом блюдце лежали сухарики с земляничным вареньем.
Девушка почувствовала взгляд на себе, подняла голову и чуть ли не рыдая произнесла теплые для сердца царевича слова:

- А вот и наше ясно-солнышко проснулось. Сколько можно спать?!

-Сестрица.

В глазах защипали икринки слез. Ваня рывком слез с перины, запутываясь при этом в одеяле и падая на пол. Быстро выпутавшись, он подбежал к сестре обнимая так, как- будто больше никогда не встретится ни в жизни, ни в смерти.

Царевич втянул ее прекрасный аромат волос. В груди разливалось какое то необъяснимое тепло...хотя, если подумать, то почему необъяснимое. Так пахнет семьёй, так благоухает домашний очаг и родная кровь.

- Ну всё, хватит рыдать. Кто из нас настоящий мужчина? Я или ты?

Шмыгнув, Ваня нервно хихикая ответил:

-Конечно ты! Мне не посостязаться с твоими железными яйцами.

- Ну ты, бес.

По комнате от всех углов, отразился безобидный смех, который так хорошо успокаивал уши слуг, которые стояли за дверью. Они облегченно выдохнули, ложа руку на сердце.

Взглянув в окно, царевич удивился новому неизведанному приспособлению, висящее на центральной башне дворца во внутреннем дворе.

- Что это за диковина, висящая вон там?

Забава посмотрела в сторону, куда показал ее глупенький братишка, и дала ясный ответ:

- Наш батюшка привёз эту штуковину из далёкого моря. Там даже чай всех видов и сортов продаётся, и всякая всячина. Отец, покупая часы познакомился с многими торговцами. Они называют торговую ярмарку, шёлковым путём. Здорово, да?! А диковина на стене называется часами. Я уже научилась определять время по ним.

Царевич чуть не задохнулся от безобразия.

- Это часы? Какой...удивительный...

- Прибор?

- Да! И сколько оно показывает время?

Хитро сощурившись, Забава схватила брата за рукав и потянула за собой.

- Сейчас время прогулки!

На улице грело тёплое жёлтое солнышко, снег сошёл, показывая мокрую, жухлую с прошлой осени траву. Вдыхая свежий холодный воздух, легкие расширялись и наполняли кислородом.

Прогуливаясь по знакомым тропинкам, Ваня до сих пор находился в легком шоке от мысли, что он жив, и сейчас находится дома.
Каждый из поданных окрикивал, почти Царя, даря ему низкие поклоны, счастливые улыбки и слова благодарности. Некоторые подходили и говорили ему напрямую.

Ваня чувствовал спектр эмоции: неловкость, миг счастья и чувство вины. Крестьяне благодарили его за спасение, целовали руки и молились об его здравии и долголетии на троне.

- Видишь, как по тебе все скучали?

- А-ага...- невольно у царевича повисла голова.

Заметив оное действие брата, сестрица предложила сбежать от этой шумихи подальше. Чтобы ему и дальше не притворятся статной особой, героем- спасителем.

В сердце, что- то ёкнуло, как же давно он не разговаривал с человеком, который видел его насквозь. Интересно, а Василий видит его так же, внутреннюю душу, а не внешнюю оболочку.

Они прибежали на их семейное традиционное место- Лебединое озеро.

- Ах, какой блаженный уголок! Я так его люблю!- кружась в танце с ветром, залепетала царская дочь.

Ване нравилось, что его сестра осталась такой, как есть...кроме конечно внешних изменений, которые увеличились ещё на один размер. Он прыснул со смеху.

Гуляя вокруг озера, Забава запыхалась и брат предложил сесть на пенечек. Он усадил свою кровинушку, а сам сел на холодную землю.

- Эй, куда сел?! Простудишься!

- Смеёшься надо мной? Я здоров как бык!- постучал по груди, как дикая обезьяна, царевич.

Забава усмехнулась.

Они болтали обо всём и ни о чём, однако больше говорила Забава: о подругах, об отце, о праздниках различных, о том, о сём. Ваня любовался сестрицей, ему приятно, что она рассказывала всякую чепуху, при этом активно жестикулируя руками, как и раньше.

Внезапно замолчав, она жалобно посмотрела на брата.

- Как ты себя чувствуешь?

- Что? Прекрасно, я же говорил, что здоров. К чему такой грустный взгляд?

- Просто... Я так сильно волновалась за тебя. Каждый день ходила в храм и молилась, молилась и ещё раз молилась о том, чтобы ты вернулся домой живой... Я, я!

Иван подскочил к сестре, обнимая её и утишая. Он поглаживал по голове и спине, говоря о том, что он полностью жив и здоров. Отмалчиваясь о времени, проведённое с драконами.

Внутри всё щемило от тревоги. Душа болела. Иван страстно желал увидеть Василия и убедится, что с ним все в порядке, ещё и объяснить ему... А что он должен ему объяснить? Ваня знал, что предал Дракона, послав птицу с координатами домой. Чёрт! Что же ему теперь делать? Если он признается о чувствах семье, они посчитают его умалишённым, запрут в темнице или вовсе казнят.

- Фух, кажется успокоилась. Что-то я стала в последнее время слишком чувствительной.

- Ну конечно, ты же женщина. Вам свойственно много болтать, жаловаться, плакать и делать ерунду.- Попытался отшутится царевич.
После Забава вновь сделалась серьёзной. Она собрала всё мужество в кулак и рассказала брату о том, как Волк боролся с батюшкой, за её руку и сердце. Он вошёл в тронный зал в не самый подходящий момент, заорал во всю глотку признания в любви, к царской дочери.

На тот момент Владимир принимал заграничных гостей, и чуть не убил Волка за то, что он вторгнулся в этап подписания бумаги об союзе. Однако иностранные гости не выказывали негодования, а наоборот попросили показать им, как молодые юноши просят благословения у родителей юных дев. Мол ,,Показите васи лусские тладиции".

Делать было нечего, Царь позвал дочь и сказал, что её гриди будет биться за нее. Забава пала в ноги к отцу и умоляла о том, чтобы тот смиловался над ним. Ведь и она любит лучшего друга детства.

Отец повёл бровью и сказал:

- Ты что думаешь, такой здоровяк не сможет победить твоего отца? Похвально, похвально. Я хотел выдать тебя замуж за достойного человека. Пускай посмеет выйти против Царя, если он в самом деле любит тебя. При условии, если старший гриди победит Царя. В таком случае так уж и быть, я дам вам благословение на дальнейшее совместное будущее.

Ваня присвистнул:

-И что было потом?

- Что было, что было... Одолел батюшку, предложил руку и сердце! Хи-хи.

Царевич выдохнул:

- Слава богу. Ну наконец- то это свершилось! Господи я думал, что вы вдвоём никогда не решитесь на признания чувств друг другу! Чур я свидетель!

Поднял руку в верх Иван.

- Дурак- легонько стукнуло по голове сестрица. Она повалила брата и напрыгнув сверху, начала щекотать по самым больнючим местам, то есть ребрам.

- Эй, эй хватит! Я сейчас в штаны наделаю.

- Ладно, ладно...Мне не нужно, чтобы Царь, выходил в люди в неподобающем виде.

- Да, конечно- притих немного злотокурый парень.

Спустя добрых полчаса Забава спросила у брата в чём дело. Иван отнекивался, мол всё хорошо, всё в порядке и вообще жизнь прекрасна. Но при всей жизнерадостности, он смахивал с рукавов невидимые пылинки.
Забава до боли в косточках знала такого Ивана. Нервного с запуганным взглядом в никуда. Мальчишка, который готов защищаться, если на него нападёт отец, со старскими нравоучениями. Ведь именно при нём, царевич делался таким. Особенно, когда отец говорил сыну о будущем в роли Царя. Хоть Ваня, никогда вслух об этом не говорил, но по нему видно, что ему отвратительна эта роль!

Ее братишка больше походил на мореплавателя- путешествиника, бороздящий моря и океаны. Ему понравилось бы больше изучать и находить диковины нового мира. Вместо скучных политических собраний и войнушек с врагами.

Но не смотря на всё это царевна знала, как подступится к брату. Не зависимо от того, что он был умён, Ваня бесхитростный, а вот она наоборот.
И проделав многочисленные изворотливые уловок, царевич с комом в горле заговорил.

Всё пространство погрузилось в непроницаемую тишину, и даже птицы не пели. Голос, которым рассказывал парень , не походил на радостный и певучий. Он повествовал всё, что происходило в пещере у Дракона. Поведал о всех своих чувствах к этому неземному существу. Царевич выливал все свои воспоминания, утаивая некоторые не самые хорошие события.
По окончанию истории, он ожидал любой реакции на которую только способен человек, на любые слова...

Но только не такие...

- Любви преграды не почём жабка!

-А?

Всё время, что они с Забавой молчали, Иван сидел с закрытыми глазами.

Но услышав знакомую подколку, мгновенно их открыл.
Увидев довольную рожу своего лучшего друга, Ваня улыбнулся в ответ.
Забава же сидела, как в воду опущенная, не понимая почему ее любимый старший брат нёс какую- то ахинею. В первые минуты его рассказа, она хотела просто взорваться от возмущения. Голос в её голове, который отвечал за разумность, запретил этого делать, повелев дослушать того до конца.
И по окончанию истории собеседника, царевна увидела умиротворённую мордашку парня. И то как у него сверкали глаза, и появлялась счастливая улыбка на моментах, где он говорил о чудовище, Забава начала кое- что понимать.

Душа и тело Ивана теперь едины. Если что-то беспокоит душу, выход может подсказать тело. А сейчас его божественный сосуд полностью расслаблен.

Оцепенение Забавы полностью спало, когда рядом с ним появился её любимый. С Ваней произошло тоже самое. И несмотря на то, что чудовище, которое забрало Ивана, не оказалось таковым. Не он убил маму. Данный факт немного...капельку, успокоило её.

- Странно. Так значит на нём не лежит ответственность за смерть матушки. Знаешь, а ведь раньше любовь между братьями не была под запретом. Думаю с этим мог бы смирится и отец, родив ему конечно внука. Однако из-за его вида и того, что ты сейчас рассказал... Травма детства... Всё это так противоречиво. У меня смешенные чувства... Однако...

- Однако?

- Роль Царя тебе совсем не подходит. Ты вечно летаешь в облаках!- Договорил за царевну, Волк.

Все залились смехом.

- Какой бы ты не выбрал путь, мы тебя поддержим дружище! Верно невестка моя?

- Угу...

- К тому же корона мне больше подходит.- Волк сделал не двусмысленный жест рукой, где он коронует сам себя.
Ваня шутливо полез в драку. Они бесились как два лиса на полянке, какое то время. После Старший гриди продолжил.

- Чтожь, думаю нужно отвести тебя в темницу, чтобы ты поговорил с...ну ты знаешь

Ваня напрыгнул на друга с цепкими объятиями.

- РОДНОЙ ТЫ МОЙ ,ЧЕЛОВЕК!

×××××××××××××××××××××××××××××××××××

Тем же вечером, когда солнце зашло за горы, Волк вырубил одного из стражников крепкой настойкой собственного приготовления. После этой небольшой хитрости, они переодели царевича в одежды стражника и подрисовали усы, чтобы он в точности походил на своего сотоварища.
Темница находилась глубоко под землёй, её отстроил ещё прадед Ивана и до сих пор она являлась самым надежным местом для пыток извечных врагов, дабы ни один детский слух не услышал истошные вопли боли.

- Так смотри, я отвлеку на себя внимание часовых. А ты должен отдать честь и молча пройти мимо них. После найдешь стражника, который охраняет клетку твоего...твоего друга- растянуто проговорил гриди и продолжил- скажешь ему, таким грубым голосом, насколько сумеешь, что пришёл его сменить. Всё понял?

-Д-да... Надеюсь, бог смилостивится и всё пройдёт удачно -Волк ткнул локтём в ребро Ивана, от чего тот крякнул.

-Не дрейф жабка. Всё пройдёт отлично! Только не показывай страх собакам, иначе покусают.

-Постараюсь. Знаешь, ни капельки не обнадёжил!- Вскипел как бабушкин старый самовар, Иоанн. На что друг только ехидно усмехнулся.
На их счастье, операция проходит гладко. Однако Ване пришлось выкручиваться на моменте, где он должен сменить стражника охраняющего Василия.

-А не рановато ли сменяться?

-Нет, что ты! Ты уже похрапываешь дружище. Давай собирайка свои старые, дряхлые косточки и неси их на пуховую перину.

-Эх да... Ты прав. В самом деле пора ложится на боковую. Удачи в ночном карауле. Если тварюга начнёт брыкаться, ты знаешь, что делать.

Старый стражник указал на печь в котором горит обжигающий до красна огонь. А рядом с печью лежит, раскалённая до красна, кочерга.
Ваня ужаснулся от мысли, что творили эти нелюди с его другом. Проводив долгим и злым взглядом старика, царевич подскочил к решетке. От увиденного, внутри всё сжалось до боли в животе. Всё съеденное днём обратно рвалось наружу. Усилием воли ему удалось подавить рвотные порывы.

Представляющая картина, выглядела трагично. На секунду можно ощутить фантомную боль всех мук, которые перенес его любимый.
Ваня тихо окликивал Василия. Ноль реакции. Тогда он окрикнул его чуть громче. И вновь ничего. В груди разливались импульсы тревоги. Дыхание спирало, а руки тряслись, как тысяча жужжащих пчёл. Царевич всё таки решился дотронуться до дракона.

Он дотянулся до грязных, спутанных в клочья волос, и гладил по ним. При всей вакханалии он еле как, сдерживал накатывающие слёзы.

- Прости... Я не хотел такого исхода.

Рука соскользнула по лицу, прикасаясь к губам. Резкая боль. Царевич отдергивает ладонь.

-Убирайся мерзкий червяк!

-Больно! Ты меня укусил!... Как себя чувствуешь?

Дракон злостно оскалил клыки, и зарычал, как настоящий горный зверь. Глаза способные вспыхивать от восторга, сейчас в них тлела некая эмоция, с трудом поддающаяся определению.

-Ты действительно выглядишь неважно.

-Стараниями людей, которые привязали меня к цепи, как СОБАКУ! Убирайся! Я не хочу тебя ни видеть, ни слышать, ни знать. Чёрт- самая моя большая ошибка, когда вновь подумал, что могу доверять человеку, которого люблю.

Одно слово и откуда ни возьмись налетел тёплый порыв весеннего ветра. Задевая при этом некие струны души, которые превращались в романтическую песню.

-Но я тебя тоже люблю! И хочу остаться до конца своих дней! Мне никогда не было так хорошо, как рядом с тобой. Я перестал чувствовать одиночество!

Опущенная до этого момента голова Василия поднялась. На лице проскочила мнимая улыбка.

-Ложь.

-Нет!- Ваня упал на колени, схватился обеими руками за решётку. Дав себе пару секунд для того чтобы собраться, он продолжил.

-Я умру за тебя. Готов пойти против своего деспота- отца, на смертную казнь. Я клянусь, что сделаю всёвозможное, чтобы помочь освободится.
С лица Дракона исчезли всякие эмоции. Из последних сил он выдержал взгляд человека напротив. В голове пронеслась лишь одна фраза:,, Надо же, такой мелкий, а такой говнючий. В принципе я бы смог выдержать его выкрутасы до конца".

Вдохнув воздуха, по сломанным ребрам прошёлся жгучий электрический ток.

На выдохе он выкинул:

-Сначала докажи! Вы людишки только обещаниями и можете кидаться и...

Царевич заткнул его говорливый рот поцелуем, которого они оба страстно желали. Дракон и опомнится не успел, когда Ваня отстранился от него. После, в ответ на укус Василия, царевич также со всей злостью укусил мягкое место за ухом Дракона.

Оное действие, заставило Дракона покраснеть, ведь на их языке, данный жест означает ,, теперь ты моя жена!".

- Обязательно докажу! Я вовсе не слабый и не хрупкий, как ты думаешь. Теперь я не загнанный страхом мальчишка... А расплывающийся в любви и дружбе, мужчина. Мужчина, который ради своей половинки посланной богом, готов свернуть горы. Так что готовься... Я приду за тобой!
После Ваня оставляет Дракона, и также тихо, словно мышка покинул царскую темницу, возвращаясь к своему другу.

Волк похлопал друга по плечу и предложил провести ночь за весёлой, дружеской посиделкой, с его фирменной настойкой на кедровых орешках.