25 часть. Мягкий вечер и екай на свободе
Солнце уже клонилось к закату, окрасив небо в нежный оранжево-розовый, когда Танджиро сидел в мастерской, сгорбившись над резной дощечкой и сложенными свитками.
Перед ним — маленькие банки с порошками, мешочки с травами, крохотные ступки.
Рядом — папирус с формулами.
Он сосредоточенно считывал знаки, время от времени прикусывая губу.
— Если объединить лист имбиря с лепестком аниса... — пробормотал он. — ...нужно проверить на устойчивость при нагревании...
Полная концентрация.
Абсолютная тишина.
Никакого Гию.
...
Тем временем сам Гию сидел в кухне, разглядывая потолок.
Минут десять.
Потом — пятнадцать.
Потом — тронул нож на столе.
Потом — дунул на занавеску.
— Скучно. — заявил он воздуху. — Мирное сожительство губит мою демоническую сущность.
Он встал.
Расправил рукава.
Посмотрел на дверь.
— Ну... пора выходить в свет. Расшевелить смертных.
⸻
Когда екай вышел в деревню, на улице было ещё оживлённо.
Кто-то торговал бататами, кто-то вешал фонари, кто-то варил суп прямо у лавки.
Гию молча шёл по улице.
Неспешно.
Как осенний ветер — безмолвный и зловеще уверенный.
Первым на него обернулся торговец:
— О... кхм, добрый вечер! Хо-хо... хо...
Гию не сказал ни слова.
Просто посмотрел.
Холодно.
Пронзительно.
Слегка наклонив голову.
Торговец тут же убрал лапшу со стола и сказал:
— ...Угощаю! Всё бесплатно! Хе-хе...
Следом за ним — стирщица, которая уронила ведро, едва Гию прошёл мимо.
— А! А! Г-господин! П-простите, не наступите, я, я тут не специально!!
Гию посмотрел на неё.
Сделал шаг.
Внезапно... наклонился.
Женщина закрыла глаза.
...И тут он просто поднял выпавшее бельё и молча передал ей.
— О... спасибо?.. — сказала она уже вполголоса.
Он кивнул. Один раз.
И пошёл дальше.
Но тишина за его спиной говорила ясно: никто не понял, испугались ли они, или только что получили благословение демона.
Дальше он зашёл в лавку сладостей.
Сел в углу.
Ничего не сказал.
Продавец — вспотел.
— Г-господин... вы будете...?
Гию вытянул палец.
На витрину.
Точно, быстро, как военный приказ.
— Вот то.
— Ах! Да, конечно! Три моти с медом и клубникой!
Через полчаса, довольный, Гию вернулся домой.
На столе — пакет сладостей.
На лице — удовлетворение, как будто он только что усмирил сотню духов и получил зарплату моти.
В мастерской Танджиро наконец вышел с закрученным свитком, морщась от усталости:
— Фу... закончил. Ты где был?
Гию не поднял глаз от миски с моти:
— Спасал деревню от скуки.
— ...Что ты наделал?
— Ничего. Я просто смотрел.
— ...А они?
— Боялись.
— ...
— И кормили.
— Гию!!
— Что? Я ничего не сломал.
Танджиро уставился на него.
— И ты ещё сладости принёс...
— Хочешь?
— ...Да.
— Вот.
— ...Гию.
— М?
— Ты невозможный.
— Но вкусный.
— Это ты о моти или о себе?
— Ты решай.