ГЛАВА 49. КОГДА НИЧЕГО НЕ ГРОЗИТ - НАЧИНАЕШЬ ЖИТЬ
Утро.
Солнце ещё не поднималось высоко,
но в комнате уже пахло чем-то настоящим.
Свежим. Живым.
Розелла лежала на животе.
Алессо дышал рядом — тихо, глубоко, без тревоги.
А её пальцы скользили по животу.
Он был ещё плоским, але тепер вона знала:
внутри — серцебиття.
⸻
Она встала беззвучно.
Накинула рубашку Алессо, вышла на балкон.
Во дворе было спокойно.
Птицы.
Голоса из кухни.
Двое охранников пили кофе и обсуждали что-то обыденное.
Войны больше не было.
И вдруг это осознание накрыло:
«Ты выжила.
Ты прошла.
Ты не просто победила —
ты не потеряла себя.»
⸻
Через полчаса она спустилась в холл.
Волосы — собраны.
На лице — ни грамма косметики.
Только взгляд, в котором больше не нужно было доказывать, кто она.
Лука поднялся ей навстречу.
— Доброе утро.
— У нас теперь они бывают?
— С сегодняшнего — да.
Он подал ей папку.
— Подтверждение.
Остатки людей Лукреции официально разоружаются.
Некоторые хотят работать под нашим флагом.
— Принимать только тех, кто прошёл проверку.
И пусть знают — я не забуду.
— Да.
И ещё... тебя ждут внизу.
Совет.
— Зачем?
— Не чтобы спросить.
Чтобы услышать.
⸻
В комнате совета она вошла уже не как молодая жена мафиозного лидера.
И не как временный зам.
Она вошла как равная.
Как имя.
Как фигура.
— Мы хотим знать, — сказал один из старейшин, — что будет дальше.
— Будет мир, — сказала она.
— Но только если каждый из вас научится отличать слово «мир» от слова «покорность».
— Ты остаёшься во главе?
— Нет, — улыбнулась она. —
Я остаюсь рядом с тем, кто во главе.
Потому что рядом с ним — моё сердце.
И моё будущее.
И мой ребёнок.
⸻
Когда она вернулась в спальню, Алессо уже ждал.
Он сидел у окна, пил кофе и смотрел, как солнце отражается в её чашке.
— Ты была на совете?
— Да.
— И?
— Я — не лидер.
Я — сила.
Рядом с тобой.
С тем, кого люблю.
И с тем, кто теперь растёт во мне.
Он встал.
Подошёл.
Поцеловал её лоб.
— Тогда пусть это утро
будет первым
в нашей новой жизни.