ГЛАВА 26. ПЕРЕД ВСЕМИ. НАВСЕГДА
Розелла вышла из душа, завёрнутая в полотенце, и замерла.
На кровати лежало платье.
Шёлк. Тёмно-бордовое. Почти как кровь в полумраке.
Рядом — коробка. Внутри — серьги.
Старинное золото. Фамильные.
И записка:
«Сегодня ты не просто моя жена.
Сегодня ты — моя равная.
Алессо.»
⸻
— Что происходит? — спросила она, спускаясь по лестнице.
Он ждал у подножия, в чёрном костюме, запонки — с символом семьи.
— Сегодня вечер собрания. Но не обычный.
— Ты не сказал...
Он подошёл ближе.
— Потому что ты бы испугалась.
— А я должна?
— Нет.
Ты должна войти со мной.
Потому что ты — не просто женщина, которая пережила ловушки.
Ты — та, кто разоблачил, выстоял, принял меня.
А теперь я — принимаю тебя. Официально.
Перед всеми.
⸻
Зал был полон.
Совет. Старейшины. Близкие союзники. Охрана.
Когда Алессо вошёл, держа её за руку, — многие переглянулись.
Некоторые встали.
Некоторые — напряглись.
— Сегодня не суд. И не война, — начал он.
— Сегодня я не прошу позволения. Я ставлю перед вами факт.
Он взглянул на Розеллу.
Та стояла уверенно. Плечи ровные. Взгляд — прямой.
— Эта женщина — прошла через попытку убийства, измену, ловушку, и не сломалась.
Она не просто пережила — она помогла мне защитить дом.
Я не ставлю под сомнение свою власть.
Но я делюсь ею. С ней.
Пауза.
Сердце билось. Даже у самых хладнокровных.
— С этого дня Розелла Виталье — не просто жена.
Она — носитель имени.
Имеет право голоса.
Имеет право решать.
Имеет право убивать — если это нужно для семьи.
Один из старейшин медленно встал.
— Это не было сделано со времён Винченцо и твоей матери.
— Именно. Но я — не Винченцо.
И она — не Лукреция.
Он протянул Розелле маленький медальон.
Внутри — клеймо: герб семьи Виталье.
Он открыл его, положил в её ладонь.
— Ты готова?
— Я давно готова.
Только ты раньше не спрашивал.
Он прикрыл её ладонь своей.
— Тогда отныне — ты не за моей спиной.
Ты рядом.
⸻
Позже, когда они были вдвоём, Розелла стояла у зеркала.
Медальон поблёскивал на груди. Глаза — светились.
— Ты только что сделал меня равной.
— Нет, — сказал он, подходя. — Я просто признал то, кем ты уже была.
Она повернулась.
— Знаешь, как это называется?
— Как?
— Не власть.
Не статус.
Это называется — любовь.
Он поцеловал её.
Без слов.
Без обещаний.
Потому что всё уже было сказано. Перед всеми. Навсегда.