Еще один шанс

Джеймс Холл

 — Выходит, Джеймс Холл умеет все? — спросила Алисия, сидя за барной стойкой в помятом платье. Ее щеки все еще имели красный оттенок. Губы припухшие, а глаза опьяненные. Даже не знаю, в этом виноват я или второй стакан виски, который она опустошила. 

— С чего ты взяла? — я хмыкнул и вернул взгляд к белым и черным клавишам, по которым неторопливо прогуливались пальцы.

— Ну, игра на рояле? Серьезно? 

— Это единственная композиция, которую я знаю.

Ударив по последней ноте, самой высокой, я протянул руку к стакану, стоящему на крышке, где всего пятнадцать минут назад находилась Алисия, и, допив остатки, встал с банкетки. 

— А есть что-то, чего ты не умеешь? 

— Конечно, есть, — я чуть кивнул и, примостившись на высокий стул рядом с девушкой, добавил, невозмутимо пожав плечами, — например, танцы вообще не мое.

Алисия усмехнулась и, подперев подбородок ладонью, уставилась на меня своими карими глазами, в которых заплескался азарт.

— А мне кажется, что тебе подвластно все. Например, как ты сюда попал? И как вообще узнал адрес? 

— Почему ты решила узнать об этом именно сейчас? 

— Потому что раньше мы не оставались наедине. Да и сейчас во мне скорее говорит алкоголь.

Она сморщила носик, из-за чего колечко в нем начало поблескивать. 

— Что ж, — глубоко вздохнув, я потянулся к открытой бутылке виски и наполнил стакан Алисии, единственный, стоящий на поверхности стойки. Мой остался стоять на рояле. — Надеюсь, он подавит твой гнев, а не увеличит, когда ты узнаешь правду. 

— Ты хочешь напоить меня перед тем, как признаться, что порешил пару человек ради информации? — она нахмурила брови, подозрительно глядя на бокал. 

Я загадочно улыбнулся и, сделав один глоток из стакана, к которому Алисия так и не притронулась, сказал:  

— Мне пришлось сделать один звонок. 

— Кому ты мог позвонить, чтобы…, — я практически увидел, как в голове девушки закрутился водоворот из мыслей, а затем пришло озарение. — Найт?

— Именно.

— Я бы послушала ваш разговор, — хмыкнув, она вернула свой бокал и хотела было сделать глоток, но ее рука замерла в паре сантиметров от губ, которые продолжали манить своей пухлостью и кровавым оттенком. Удивительно, что после стольких поцелуев, и не только поцелуев, помада все еще осталась на месте. — И как быстро она сдалась? 

— Времени не засекал, но мне пришлось изрядно постараться. Она, наверно, раза четыре назвала меня мудаком. Дважды послала. И даже не сбросила трубку.

Я издал тихий смешок, вспоминая, как начался наш разговор с Найтелин и как закончился. От гневного: «чего тебе надо, утырок?», до изнуренного: «обидишь снова — убью». 

У нее уже должно войти в привычку сливать мне адреса. Интересно, Алисия вообще в курсе, откуда я узнал их местонахождение в Рейкьявике? Хотя не думаю, что это долго оставалось в тайне. К тому же, когда мы покинули тот клуб, где к Алисии приставал какой-то недоумок, Найтелин сама призналась, что позвонила мне. Ее уверенность в том, что она говорила это шепотом своему Эймону, меня почти развеселила. 

— А что насчет ресторана? Только не говори, что ты заплатил, чтобы тебя впустили, — она фыркнула, а я поджал губы, повинуясь ее словам. — Черт, Джей! 

— Я же сказал, что возможно все, главное знать цену, — я отвел взгляд и впервые рассмотрел остальную часть зала, в одном из углов которого сразу обнаружил камеру видеонаблюдения. Красный огонек на нем не был зажжен, а значит, тот менеджер выполнил все мои просьбы. 

— Откуда у тебя шрам? — внезапно спросила Алисия, вынуждая меня резко обернуться. Увидев, куда был направлен ее взгляд, я осознал, что по привычке касался пальцами места на скуле. 

Дерьмо.

— У меня есть право не отвечать? — отдернув руку, я глубоко вздохнул. 

Судя по тому, как девушка поджала губы, ответ: «нет». Я забрал у нее бокал и, только после того, как опустошил его до последней капли, приступил к бесстрастному откровению.  

— Это та цена, которую я заплатил за попытку побега в шестнадцать лет. В ту ночь я хотел выбраться из дома, дойти до ближайшей трассы и автостопом добраться хотя бы до другого города, но меня поймали сразу после того, как я перелез через забор, — я хмыкнул, вспоминая, как порвал джинсы, практически превратив их в шорты. — Меня притащили к отцу и отдали ему на растерзание. Он был в бешенстве, узнав, что я пытался сбежать. 

— То есть, ты хотел сбежать с концами? Но как он узнал об этом? — Алисия нахмурилась, искренне интересуясь моей жизнью. 

Кажется, это тоже было впервые. 

Впервые девушка хотела узнать историю из прошлого, а не о том, сколько на моем счету средств. И впервые, когда я открывал настолько личную информацию. Даже Камила, которая прожила со мной под одной крышей несколько лет, ни разу не спросила о шраме.

— Ему достаточно было посмотреть на сумку в моей руке. Там были документы, пара вещей и пара тысяч, ну и еще, — я издал смешок, — упаковка домашних чипсов. 

— Ох, конечно, — Алисия рассмеялась, — это самое важное. 

— Да, на тот момент мне казалось это жизненно необходимым, — я фыркнул, а затем резко нахмурился, вспоминая, что произошло дальше. 

— Если это слишком тяжелое воспоминание, можешь не рассказывать, — спокойным тоном проговорила Алисия, и я был благодарен, что в ее голосе не прозвучало ноток жалости. Это последнее, что мне было нужно. 

Перед тем, как все-таки продолжить, я схватил пустой бокал и принялся прокручивать его в руке.

— В порыве ярости он бросил в меня такой же, — хладнокровно выдал я, не отводя глаз от стекла, в котором играли блики ламп, — я так его страшился, что даже не посмел отвернуться. Он был горд тем, что его старший сын, не издав ни звука, принял удар судьбы. 

На последнем слове я медленно перевел взгляд на девушку и разжал пальцы.

Воздух сотрясся от оглушительного звона. 

Осколки с шумом заскользили по паркету. 

Я ожидал, что с губ Алисии сорвется испуганный вздох, но ничего, кроме сердитости, на ее лице не отразилось. 

— Что за человек будет так поступать со своим сыном?

— Беспощадный и безжалостный, Алисия. 

— И несмотря на это, ты все равно сбежал, — она соскочила со стула и, проигнорировав хруст стекла под туфлями, приблизилась ко мне. — Смог уйти от его правил, а сейчас создаешь свои.  Ты сам владеешь своей жизнью, Джеймс, — серьезным тоном заявила она и мне вдруг захотелось раствориться в ней. 

Утонуть в девушке, которая даже не вздрогнула от моего перформанса. 

Я слабо улыбнулся и притянул ее к себе. 

— Уже нет, Алисия…, — прошептал я, мягко заправляя выбившуюся прядь волос и скользя по шее, — у тебя есть полное право, чтобы занять трон в эпицентре моего существования. 

✩✩✩

Уязвимость. Отвратительное чувство, от которого я никак не мог избавиться рядом с Алисией. Я ощущал себя незащищенным и не подготовленным к нападению. И как я должен уберечь ее, если моя непробиваемая броня становилась хрупкой? 

Подобного в моей жизни еще не случалось. Еще не возникало на пути человека, который настолько выбивал бы меня из привычного состояния. Даже рядом с Камилой я не был таким, а у них с Алисией, кстати говоря, есть нечто общее. 

Упрямство и чувство безнаказанности передо мной делало их похожими. Однако есть в Алисии что-то такое, что цепляло и обезоруживало. Нет. Она не делала меня слабее.  Просто… с ней я не притворялся. И я до сих пор был в поиске причины, по которой попросил еще один шанс. 

Вибрация на телефоне заставила остановиться перед столом, где люди уже не замечали не то, что друг друга, но и самих себя. Некоторые испарились из банкетного зала за полтора часа нашего отсутствия, в том числе и та девица с пареньком, которые прохода не давали Алисии. 

— Я сейчас вернусь, — сказал я девушке, отодвигая ей стул и отвечая на звонок.

— Хорошо.

Она тепло улыбнулась, а я поспешил отойти к окну.

— Что случилось, Джо? — спросил я, прижимая телефон к уху. 

— Ты когда вернешься?

— А в чем дело? Камила рядом? — я нахмурился, не понимая причины звонка. Он никогда просто так не звонил. 

— Нет. Она… спит. Весь день ходила взвинченная, но я с ней не разговаривал. Почти.

— Что значит, почти? 

— Ну, пока она крутилась на кухне… кстати, она приготовила обалденный фахитос. Правда, с перцем переборщила, но получилось все равно вкусно. Я даже не знал, что она так готовить уме…

— Джо, забываешься, — я закатил глаза.

— А, ну так вот. Пока она кормила меня, спрашивала о тебе. И о том, где ты сейчас.

— Надеюсь, ты не настолько глуп, чтобы отвечать ей.

Я шумно выдохнул и потер двумя пальцами переносицу. Усталость неторопливо подбиралась ко мне и почти достигла конечной станции. 

— Нет. Я же и сам не знаю, куда ты свалил. Я вообще не понимаю, что происходит. Ты же нихрена мне не сказал, — я услышал в голосе Джо раздражение. Оно передалось и мне.

— Значит так было необходимо, — прорычал я в трубку, а затем добавил, — вообще поменьше с ней контактируй. Надеюсь, она дом не покидала?

— А я откуда знаю?

— Черт, Джо, ты должен смотреть за ней! — вспылил я и резко обернулся, чтобы убедить в том, что меня никто не услышал. К счастью, до моей персоны никому не было никакого дела. Алисия общалась с коротко стриженной девушкой, держащейся за живот, а остальные слишком увлеклись последней выпивкой и собственными разговорами.

— Как я должен смотреть за ней и при этом не общаться?!

— Придумай, черт возьми, — прошипел я, возвращаясь к окну и замечая свое отражение.

«Твою ж мать», — выругался я, принимаясь поправлять волосы, пребывающие в полном беспорядке. Пока я разглаживал не только взъерошенные пряди, но и рубашку, Джо что-то болтал в трубку. Я особо не вслушивался в слова, пока в его голосе не просквозили нотки похоти, моментально привлекающие внимание.

—... платья у нее отменные, конечно. Так и хочется заглянуть, что под ними.

— Слушай, ты, озабоченный придурок, член удержи в штанах, окей? Это все-таки моя бывшая, — процедил я сквозь зубы, едва ли не перейдя на испанский.

— Ладно. Ладно. Только с одним условием, — вдруг заявил он, заставив меня озадачиться, — разреши мне трахать Нинель. 

— Идиот, — я закатил глаза и, сбросив трубку, поплелся обратно к Алисии, при этом задумавшись о Камиле. 

На кой черт она так заинтересована моим отсутствием? Неужели она беспокоилась обо мне из-за происходящей ситуации? 

Нет, точно нет. Камила Ривас не способна переживать за кого-то другого. Ее волновала лишь собственная смуглая шкурка. 

Не успел я дойти до девушки, как телефон снова издал вибрацию. 

Берд: Только что получил отчет от последнего наблюдателя. Все девушки в порядке. 

Отлично. Это радует.

— Джеймс, все в порядке? — ласково глядя на меня, поинтересовалась Алисия, стоя рядом с… как там зовут ее подругу? В общем, которая на парня была похожа. — Кстати, я вас так и не познакомила. Джей, это Аполлинария Лоу, моя подруга и теперь невеста Луиса.

На лицах девушек возникла счастливая улыбка, на моем же отразилось замешательство.

— Теперь? — переспросил я. 

— Да, перед тем, как мы…, — Алисия запнулась, вмиг покраснев, и я подавил игривую ухмылку, — в общем, перед этим Луис сделал предложение Полли, а она объявила о беременности.

Так вот почему в зале было так шумно, когда я вернулся с террасы. Что ж, мои поздравления. 

— Это было неожиданно для нас обоих, — эта Полли, которая вблизи оказалась очень даже симпатичной, пожала плечами и протянула мне ладонь. — Приятно познакомиться, Джеймс. Я многое о вас слышала.

— Надеюсь, только хорошее, — я усмехнулся, сказав дежурную фразу, но когда они одновременно отвели глаза, нахмурился. — Не понял.

— Не бери в голову, — отмахнулась Алисия, но я уже осознал, что между девушками не существовало такого понятия как «секрет» или «тайна». Вероятность того, что она в курсе всего, была очень высока. 

— А можно… я украду свою Поппи Поу? — поинтересовался внезапно появившийся Луис.

— Оу, Луис, тебе пора сделать перерыв между стопками, — смеясь, проговорила Полли  и принялась поправлять его костюм. Я тут же отвлекся от парочки и, наклонившись к Алисии, спросил:

— Почему Поппи?

— Он вечно коверкает чьи-то имена, — не глядя на меня, ответила она.

Я же смотрел только на нее. Меня не интересовал Луис со своей беременной невестой. Не интересовал организатор, который ни с того ни с сего объявил медленный танец. Для меня в данную минуту существовала только Алисия Коул, роковая воительница, облаченная в кроваво-красное одеяние. 

— Потанцуем? — неожиданно для самого себя спросил я, смахнув каштановые локоны за спину девушки. Я вдруг расплылся в улыбке, заметив ее растерянность.

— Ты же не танцуешь… да и я, если честно, не…

— Знаю. Пойдем. 

Я потянул ее в центр зала и резко дернул к себе, чтобы принять начальную позу. Пара мгновений и мы уже, не особо умело, влились в поток остальных танцующих, среди которых был и Луис с Полли. Легкие покачивания и несмелые шаги. Тихий смех и завороженный взгляд. Кому что принадлежало, догадайтесь сами. 

— И как же Луис называет тебя? — чуть наклонив голову, будто верный пес, поинтересовался я.

— Никак, — Алисия пожала плечами. — Всегда зовет коротко Эл или Элис. И все.

— Интересно, а как он изменит мое имя…

— Не думаю, что на тебя это распространится, — она сморщила носик, и это показалось мне жутко милым. Настолько, что я потянулся ближе, чтобы оставить невесомый поцелуй на его кончике. — К тому же, сомневаюсь, что ты позволишь, — добавила она, прикрыв глаза.

— Это верно, —  я согласно кивнул и, сделав шаг назад, покружил Алисию под рукой. 

Юбка ее платья разлетелась в стороны, создавая подобие бутона. В эту секунду она безумно напоминала раскрывшийся тюльпан, который никто не посмел бы срезать. Я бы вечно ухаживал за ним в саду и…

Стоп. С каких пор в моих мыслях рождается что-то подобное? Я никогда не был романтиком. Никогда не отличался сентиментальностью и эмоциональностью. Так откуда же это взялось? 

— Если честно, — шепотом начала Алисия, потянувшись к моей шее. От звука ее голоса, прозвучавшего около уха, и жаркого дыхания мои руки крепче сжали ее ладонь и талию. Кровь моментально закипела в жилах и прилила к паху. — У меня сейчас ноги отвалятся. Туфли сплошной ад.

«Черт», — мысленно хмыкнул я, прикусив губу и мельком опустив взгляд. Надеялся на что-то более эротичное.  

— Тогда уходим, — я кивнул и, на мгновение задумавшись и приподняв одну бровь, спросил. — Если я возьму тебя на руки, ты будешь сопротивляться? 

— А с каких пор тебе нужно разрешение? 

— Ты плохо на меня влияешь.

Я закинул ее на плечо и, придерживая за бедра, двинулся к выходу, не обращая внимания на ошарашенные взгляды присутствующих. Мы почти добрались до двери, когда перед нами возник француз.

— Ребята? Вы куда? Весь вечер пропадаете где-то. А теперь собрались сбежать? — обиженным тоном спросил Луис, покачиваясь из стороны в сторону. 

— Появились срочные дела, не требующие отлагательств, — серьезным тоном произнес я и, дважды шлепнув Алисию по заднице, покинул зал. 

Я жаждал добраться до квартиры, до укромного места, где смог бы вновь ощутить вкус любимой девушки и насладиться звуками удовольствия, срывающимися с этих пухлых, сладких губ.