Глава 21
Джеймс Холл
Неподалеку от ангара все еще стоял Chevrolet Camaro глубокого темно-синего цвета. Я увидел его, когда шасси еще даже не коснулось посадочной полосы.
Покинув частный самолет и попрощавшись с пилотом и одной стюардессой, для чьего имени не было место в моей памяти, я уверенным шагом направился к машине, чувствуя тяжесть от здешнего воздуха, пропитанного проблемами. Забрался внутрь и первым делом убрал кольт в бардачок. Ненавидел таскать его за поясом. Куда удобнее носить его в кобуре, висящей на плече и скрытой под пиджаком.
Телефон снова ожил и уведомил меня о сообщении.
Алисия: Спасибо за цветы и кучу сплетен.
Я невольно улыбнулся, представляя лицо Алисии при виде огромного букета пионов. Я не знал, как они выглядели. Не знал, во что были обернуты. Да и мне было наплевать. Когда я сел в самолет, то сразу позвонил в цветочный салон, выбрав наиболее крупную сеть среди множества сайтов, и заказал пионы. Много пионов. И одну единственную открытку.
Я недолго думал над посланием. Это слово само собой слетело с языка. И не спрашивайте, почему я это сделал.
Просто сделал и все.
Джеймс: Рад помочь.
Как только я отправил сообщение, телефон вырубился. Батарея разрядилась. Я громко выругался и бросил его через плечо на заднее сидение. Завел машину, рычание которой всегда успокаивало меня, и вдавил педаль газа, не заботясь ни о штрафах, ни о безопасности. Я мчал по трассе только для того, чтобы избавить себя от мыслей. Чтобы не думать о том, что произошло. И о том, что может произойти.
Мне, конечно, наоборот, стоило бы поразмышлять над следующими действиями. Сформировать новый план. Но я не мог. Банально не мог сосредоточиться. И когда наступит благоприятное время для этого я не знал.
Добравшись до офиса, расположенного в третьем отеле, и преодолев двенадцать этажей на лифте, я попал в хаос. Я услышал топот, болтовню еще до того, как двери разъехались и предоставили мне обзор на просторный холл. Стоило мне перешагнуть порог, как топот прекратился, а болтовня стихла.
Я молча прошел мимо стойки ресепшн, игнорируя приветствия секретаря, бухгалтера, и еще дюжины человек. Двинулся по единственному коридору, ограниченному с двух сторон стеклянными затемненными панелями, за которыми скрывались небольшие помещения, но не успел добраться до своего кабинета, расположенного в самом конце. Меня нагнала Андреа.
Стук ее каблуков можно было узнать издалека. Торопливый и едва не спотыкающийся.
— Не сейчас, — громко сказал я прежде, чем она возникла рядом.
— Но... сэр, там сеньор Сайдс...
— Знаю, — перебил я, не останавливаясь и не глядя на низкорослую девушку с кудрявыми волосами, которая шагала за моей спиной. — Принеси стакан кофе и новый телефон.
С этими словами я зашел в кабинет, обставленный в современном стиле без лишнего декора и ярких цветов, — если не считать рыжую копну волос Лэстера, выглядывающую из-за спинки кресла, — и захлопнул за собой дверь.
— Я просто идиот, — невозмутимо произнес Лэс, заставив меня остановиться перед гардеробной и медленно повернуться.
— Да ну? Ты это понял после того, как увидел количество попыток до меня дозвониться? — я издевательски изогнул брови.
— Я идиот, что повелся и позволил тебе улететь, — медленно проговорил он, переводя на меня взгляд, ранее направленный в сторону панорамного окна, за которым небо медленно затягивалось тучами, так не свойственными в это время и в этом месте.
— Что-то еще случилось, пока меня не было?
— Слава богу, нет.
— Тогда в чем проблема?
Я произнес это таким тоном, будто проблемы действительно не было, и скрылся в гардеробной.
Выбор одежды в офисе не такой большой, как дома, но и здесь имелось свыше десятка официальных костюмов. Помимо них, несколько спортивных и пара повседневных образов, к которым я даже не притрагивался. Деловой стиль за столько лет уже въелся под кожу, хотя я и привыкал к нему очень долго. В отличие от ношения кобуры, ремней и пистолета, который выудил из-за пояса штанов и положил на полку.
К ним я приноровился за считанные дни.
— Проблема в том, что мы в полной жопе, друг, — громко проговорил Лэс.
Я не стал с ним спорить и принялся избавляться от спортивной одежды, пахнущей порошком с цветочным ароматом. Он всю дорогу напоминал о том, что я действительно был у нее.
И был в ней.
Раздался стук в дверь и Лэстер разрешил войти, хотя, на минуточку, это мой кабинет. Цоканье каблуков и тихий голос дал понять, что это пришел мой кофе и телефон.
Точнее, Андреа. Это была Андреа с кофе и телефоном.
Послышалось какое-то шуршание, шорох, а затем невнятное бормотание. Я выглянул из гардеробной уже в брюках и рубашке, пуговицы которой не хотели застегиваться и постоянно слетали с пальцев, и недовольно уставился на ассистентку, которая, какого-то хрена, строила глазки Лэстеру.
— Может, все-таки кофе? — ласково проронила она, стоя по правую руку от моего друга и не замечая меня.
— Нет, спасибо.
Голос Лэса прозвучал сухо, отстраненно. Боже, до чего забавно наблюдать как человек, который во время университета ни одной юбки не пропускал, сейчас был равнодушен к миниатюрной, сексуальной девчонке, которой нет и двадцати пяти.
— Андреа, — грозно проговорил я, привлекая внимание обоих, — свободна.
— Да, сэр.
Она прижала к груди какой-то блокнот и помчалась прочь из кабинета, снова стуча каблуками. Что-что, а этот звук мне никогда не надоест.
Я уставился на Лэстера, когда дверь захлопнулась.
— Что? — огрызнулся он, и я заметил, насколько его глаза потухли.
Теперь они не были голубыми, скорее напоминали загрязненное озеро, к которому даже подходить не хотелось. На лице двухдневная щетина, волосы цвета выгоревших листьев в неком хаосе, местами запутаны, словно он несколько дней провел за изнурительной работой.
Думаю, я выглядел примерно так же, просто не обращал на это внимание. Последние недели нам обоим дались с трудом.
— Ни-че-го, — медленно проговорил я, возвращаясь в гардеробную и избегая своего отражения.
Мне потребовалось около минуты, чтобы пристегнуть кобуру и надеть пиджак. Перед тем, как выйти, я все-таки посмотрел в зеркало.
Да, я был прав.
Выглядел я не лучше Лэстера. Синяки под глазами, проявившаяся щетина, только темная, и взгляд... Нет, он не был тусклым, потухшим. В нем читалась злоба. Ненависть.
В эту секунду я напоминал себе отца. Черт...
— Так и что, вы потрахались? — спросил Лэстер, когда я уселся за стол и глотнул кофе, которым чуть не подавился.
— Тебя действительно только это интересует? — я подавил приступ кашля и медленно поднял глаза на друга. На его уставшем лице возникла слабая улыбка.
— Да, интересует. Иначе я не понимаю, почему ты решил там задержаться. Неужели ее вагина стоила того, чтобы так рисковать, сваливая из города?
— Дело вовсе не в этом, — прорычал я, вмиг взбесившись от его слов.
— А в чем тогда, черт возьми?! — моментально вспылил Лэс и кабинет за секунду помрачнел.
Во мне начал закипать гнев. То же самое я увидел в глазах Лэстера. Только я остался сидеть на месте, стараясь сохранить невозмутимый вид, а он вскочил на ноги и, подойдя к столу, навис надо мной.
Исходящая от него злость была мне знакома. В этот момент он был мной. Был чертовым отражением моего внутреннего состояния.
— Она задурила тебе голову! Ты забил на работу, пока она была здесь со своими подруженциями. Сорвалось несколько встреч по объекту из-за того, что ты таскался за ней на остров, возил в чертов сенот. Потом еще и в гребанную Исландию свалил! Ты помнишь, чем обернулся твой отъезд?! А после ситуации с Эстель, вместо того, чтобы остаться и разгребать дерьмо, ты сразу помчался к ней, наплевав на мои предупреждения и вынудив, сука, отпустить тебя. Эта девица заставляет тебя отклоняться от планов, — Лэстер рывком оттолкнулся от стола и, сделав пару шагов назад, снова продолжил, — тебя! Человека, который ненавидит, когда все идет наперекосяк! Мы летим в самую бездну, а ты даже не замечаешь этого!
Он резко выдохнул и, уперев руки в бока, опустил голову, чтобы отдышаться. Через пару секунд тишины я спокойным тоном произнес:
— Выговорился? Если да, то слушай меня внимательно, — я встал из-за стола и, убрав руки в карманы, которые дико желали врезаться во что-то твердое, продолжил уверенным тоном. — Не мы, а я. Только я лечу, как ты выразился, в бездну. Все, что случилось за последний месяц тебя никак не касается. Ни тебя, ни Рейны. Так что перестань вести себя так, словно имеешь право меня отчитывать. Это мои решения, и мне за них отвечать. Это мои ошибки, и мне их исправлять. Не тебе.
Мой голос звучал бесстрастно, непоколебимо. Настолько, что Лэстер сначала нахмурился, а затем я заметил, как его плечи поникли. Я не знал, что происходило у него в голове, но надеялся, что он все поймет. Что ему не стоило переживать за мою задницу. По крайней мере не в таком формате.
— Тебе надо было свалить из Хьюстона сразу после того, как только ты ее увидел, — отчаянно проговорил он, рухнув обратно в кресло.
Теперь я возвышался над ним, продолжая стоять на месте. Пусть между нами и находился стол и еще полтора метра, но я чувствовал, что контроль над ситуацией перешел в мои руки.
Так и должно было быть с самого начала.
— Возможно.
— Возможно? — он поднял на меня голубые глаза, ставшие еще темнее, — нет, друг. Нет. Ты должен был это сделать.
— Ты прекрасно знаешь, что я должен был убедиться, что с ней все в порядке.
— Но теперь с ней может быть не все в порядке, — он едва заметно покачал головой. — Как она вообще тебя подпустила к себе?
— Я рассказал про Джо. И его кому, — прямо ответил я, присаживаясь на место, но продолжая чувствовать господство. — Этого хватило, чтобы ее злость из-за моего отсутствия поубавилась. Правда, пришлось немного приврать.
Я пожал плечами, а Лэстер озадаченно поднял на меня глаза.
— Приврать? Как это?
— Я приплел мудака Грега с его идиотами, которые якобы избили Джо практически до летального исхода, — невозмутимо заявил я, едва слышно постукивая кончиками пальцев по поверхности стола.
— И что, она поверила?
Я кивнул.
— Забавно, — он невесело хмыкнул. — А ведь этот мудак после вашей встречи даже из своей норы ни разу не вышел. Но идея все равно бредовая. Она, как и любая другая девушка, будет рвать и метать, когда узнает всю правду.
Лэстер глянул на наручные часы с металлическим ремешком и нехотя поднялся с кресла. Не сказав больше ни слова, он поплелся к двери.
— Она видела статью, — сам того не ожидая, проговорил я, когда другу оставался последний шаг. Он медленно развернулся и я увидел недопонимание в его глазах, поэтому пояснил. — Видимо, все подчистить нам не удалось.
— Fuck, — протяжно выругался Лэс на английском и провел пальцами по волосам, сжимая их в кулак с такой силой, будто надеялся содрать кожу с головы. — И что ты ей сказал? Что это фейк?
— Нет. Здесь врать не стал. Сказал правду про пьянку и про встречу с Эстель, — бесстрастно ответил я, хотя внутри ощутил жжение, словно мне в грудь всадили горящий факел.
Он прорвал плоть, раздробил ребра и не смел потухнуть даже под брызжущей кровью.
— Но это не вся правда, — тихо пробормотал Лэс и вышел из кабинета, оставляя меня одного наедине с собственными мыслями.
С собственным мраком, давно образовавшемся в самой глубине души, который значительно увеличился с того дня, когда все пошло наперекосяк.