Глава 13.🎲
Чонин наконец отложил бумаги и посмотрел на Хана, его лицо было серьёзным.
— Ты думаешь, он тебя использует?
— Не знаю. Но мне нужно его поймать, и я не остановлюсь, пока это не сделаю, — решительно сказал Хан.
— Ты уверен, что не идёшь по тому же пути, что и твой отец? — Чонин тихо спросил, и в его словах звучала обеспокоенность.
— Не смей говорить об этом, — грубо перебил Хан. — Мой отец был одним из лучших. Я не собираюсь повторять его ошибок. Но Минхо точно что-то скрывает. Я это чувствую.
Молча Чонин кивнул. Он знал, что Хан не успокоит себя, пока не разберётся в этой игре, но вместе с тем чувствовал, что Джи был на грани.
— Ты думаешь, что он что-то имеет против тебя лично? — Чонин продолжил, но теперь в его голосе был оттенок сочувствия.
— Да, — сказал Хан, качая головой. — Он сказал, чтобы я не повторял ошибку своего отца. Это… слишком личное.
— Тебе нужно быть осторожным. Он манипулирует твоими эмоциями.
— Я знаю. Но я не могу остановиться. Он играет по его правилам, а я… я буду играть по своим.
На следующий день Хан всё равно не мог найти покоя. Он снова пришёл в кофейню, где работал Ли Минхо. Но на этот раз он решил действовать иначе. Хан был готов к любому повороту событий. Он знал, что Минхо был слишком хитрым, чтобы попасться на простую ловушку. Но эта игра должна была закончиться.
Он подошёл к стойке и снова спросил:
— Когда Минхо вернётся?
— Он не выйдет в ближайшие несколько дней. У него действительно высокая температура. Но я могу оставить вам его номер телефона, если хотите, — девушка за стойкой ответила с лёгким удивлением.
Хан внимательно посмотрел на неё, в его глазах было что-то большее, чем просто недовольство. Он знал, что если Минхо и прячется, то его время скоро закончится. Но ему нужно было что-то большее, чем просто задержание. Хан пытался разобрать эту сложную игру, где все были пешками, но никто не был готов сдаться.
Сдерживая гнев, Хан взял телефонный номер и вышел из кофейни, решив, что теперь его ход.
Хан прошёл по улице, держа номер Минхо в руках. Он не знал, что делать с этим, но чувствовал, что это был его шанс. Как бы он ни пытался отбросить мысли о своём отце, они возвращались. Слова Минхо, его уверенность в том, что Хан повторит его ошибки, продолжали звучать в голове. Это был не просто преступник, это был человек, который знал, как играть на слабостях других, как использовать их прошлое, чтобы манипулировать их действиями.
Сев в свою машину, Хан на минуту задумался. Он мог позвонить Минхо прямо сейчас, но что скажет ему этот разговор? Всё, что он получит – это ещё одну загадку. А вот если он подойдёт к делу по-другому... Если он даст Минхо почувствовать, что у того есть шанс на побег, что тот снова будет контролировать ситуацию?
Набрав номер, Хан прикрыл глаза. Внутренний голос подсказывал, что это опасный шаг, но он был готов. Он был готов на всё.
— Алло? — раздался голос Минхо. Хан почувствовал, как напряжение моментально охватывает его. Он знал, что Минхо слышит его дыхание и понимает, кто звонит.
— Минхо, ты даже не представляешь, как долго я тебя искал, — сказал Хан, стараясь удержать голос спокойным.
Минхо посмеялся в ответ.
— О, ты всё-таки решился. Интересно, ты как думаешь, Хан Джисон, ты готов к этой игре?
— Я готов. Я не собираюсь больше бегать за тобой. Это твой последний шанс. Я могу арестовать тебя прямо сейчас, но я предлагаю тебе другой путь.
— А ты так уверен, что сможешь меня поймать? — Минхо снова засмеялся, но в этот раз смех звучал более угрожающе.
— Я найду тебя, Минхо. И ты это знаешь. Так или иначе. Но мне нужно кое-что от тебя, прежде чем мы продолжим эту игру.
— Ты уже попал в её центр, Джи. Но что ты хочешь? — голос Минхо стал более серьёзным, как будто он ощутил, что ситуация начала меняться.
— Я хочу, чтобы ты рассказал мне, кто стоял за всем этим. Что ты скрываешь? Кто ещё в игре?
Минхо замолчал, и Хан почувствовал, как на другой стороне линии тот что-то взвешивает.
— Это не твоя игра, — наконец сказал Минхо. — Ты даже не понимаешь, в каком мире оказался. Всё, что ты видишь – это маленькая часть того, что происходит на самом деле.
— Ты всё-таки собираешься ответить, или продолжишь свои дешёвые загадки? — Хан не выдержал, его терпение иссякло.
Минхо снова усмехнулся.
— Хорошо, — сказал он, голос его стал тихим и угрожающим. — Ты хочешь знать, кто за всем этим стоит? Слушай внимательно, Джи. Твои проблемы только начинаются.
Внезапно связь прервалась. Хан попытался перезвонить, но линия была занята.
— Чёрт, — ругнулся он, бросая телефон на сиденье. Он был готов к этому, но что теперь? Минхо снова манипулировал им. Играл с его эмоциями, вызывал его на ошибку.
Он остановился возле перекрёстка, где повёрнутая в темноту улица казалась пустой и безжизненной. Хан снова вспомнил слова Минхо: «Ты уже в ловушке». Возможно, это была правда. Он мог чувствовать, как эти слова начинают наполнять его сознание, и что бы он ни делал, его мучила мысль, что Минхо всё-таки может быть прав.
Он должен был действовать быстрее. Он не мог позволить себе быть на шаг позади, как раньше. Следующим утром он снова обратился к генералу-полковнику, не зная, что тот скажет, но чувствуя, что им нужно сделать решающий шаг.
— Мы на грани, — сказал Хан, в его голосе звучала не только решимость, но и отчаяние. — Минхо продолжает нас обводить вокруг пальца, и нам нужно вывести его на чистую воду.
— Я это понимаю, Хан. Но ты должен понять, что игра с ним – это не просто расследование. Это игра на выживание. — Генерал-полковник на мгновение помолчал. — Ты готов к тому, чтобы потерять всё ради этого?
Хан встретил его взгляд и не моргнул.
— Да, я готов.
После этих слов генерал не сказал ничего. Хан понимал, что они с коллегами теперь будут действовать на пределе, потому что Минхо уже знал их шаги и мог предугадать каждое их действие. Теперь всё решалось не только в законах и доказательствах, но и в том, кто из них первым сделает ход, чтобы выиграть эту игру.
И Хан был готов пойти на всё, чтобы вырваться из тени своего прошлого и поймать того, кто сыграл с ним в эту смертельную игру.
На следующий день, когда Хан проснулся, ему сразу стало ясно, что всё будет решаться сегодня. Он не мог больше позволить себе колебаться. Минхо манипулировал им, играл с его разумом и эмоциями, но теперь Хан был решительно настроен. Он знал, что если он не разгадает, что скрывает Минхо, то окажется в ещё более сложной ситуации, и, возможно, эта игра закончится не в его пользу.
В голове Хана была одна мысль: «Действовать». Он не мог больше позволить себе быть на шаг позади. Он знал, что Минхо наверняка ожидал его очередной ход, но не знал, насколько его враг был готов к такому развитию событий. Хан чувствовал, что наступил момент, когда он должен сыграть свою самую решительную карту.
Он вышел из квартиры, направившись в штаб. Его шаги были уверены и быстры, а в голове всё прояснялось. Хан уже не просто расследовал дело – теперь это был его личный вызов, его борьба с тем, что осталось от его отца. Минхо, возможно, хотел заставить его столкнуться с этим прошлым, но Хан знал, что не должен уступить.
Как только он вошёл в кабинет генерала, тот сразу же поднял взгляд от документов.
— Ты готов? — спросил генерал. Его лицо было серьёзным, но в глазах Хана мелькнуло что-то другое – твердость, которая исходила от самого решения, которое Хан принял.
— Да, — сказал Хан, подходя к столу. — Мы должны выйти на него. Он будет ожидать, что мы продолжим действовать по его правилам. Но я буду делать всё иначе. Я поймаю его в его же ловушке.
Генерал задумался, но в его глазах не было сомнений. Он знал, с кем имеет дело, и понимал, что Хан готов взять на себя риски.
— Хорошо, — сказал он, вставая. — Мы будем следить за каждым шагом. Но помни, Хан, Минхо – это не просто враг. Он тоже человек, с особыми убеждениями, которые ему не позволят отступить.
Джисон кивнул, понимая. Минхо не был просто манипулятором. Он был тем, кто не шёл на компромиссы, кто не боялся играть с другими, используя их слабости. И Хан знал, что чтобы победить его, ему нужно было стать таким же.
— Мы выйдем на него сегодня, — решительно сказал Хан.
Парень и его команда начали действовать. Они использовали все возможные ресурсы, чтобы отслеживать движения Минхо, но всё время оставались на шаг позади. Хан чувствовал, как в его душе растёт напряжение. Он знал, что Минхо может наблюдать за ними, предсказывать каждый их шаг, но именно это и было его уязвимостью. Минхо слишком уверен в себе, слишком уверен, что контролирует всё.
Минхо был слишком опасен. Он манипулировал им, заставляя Хана действовать под его диктовку, но теперь настал момент, когда Джи должен был вырваться из этого плена и повернуть игру в свою сторону.
Вечером того же дня Хан решил провести рискованную операцию. Он знал, что Минхо скрывается в одном из районов города, и понимал, что это может быть его последний шанс поймать его. Но для этого нужно было сделать всё идеально.
Джисон и его команда выехали на место, где, по их данным, Минхо мог скрываться. Улицы были темными, и единственным источником света были фонари, бросающие тусклый свет на мокрые асфальтовые дорожки. Хан знал, что он рискует, но по-другому уже не получалось.
Когда они приблизились к зданию, парень почувствовал, как его сердце начинает биться быстрее. Он не знал, что его ждёт, но он был готов к любому повороту событий. Он вёл команду, шаг за шагом, начиная с того места, где, как ему казалось, Минхо мог укрыться. Процесс был медленным и напряжённым.
Вдруг один из полицейских замер и тихо указал на дверь, чуть приоткрытую в одном из зданий.
— Он здесь, — сказал Хан, сжимая кулаки. — Мы идём.
Они быстро проникли в здание, внимательно следя за каждым звуком. Обычный бар с людьми. Но как только они зашли, то все резко замолчали и смотрели на них.
— Проходите, вас, кажется, ждут.
И вот двери открылись, они зашли. Перед ними за большим столом сидел Минхо в расслабленной позе.
— Ты всё-таки пришёл, Хан, — сказал он спокойно, как будто ничего не произошло. — Я знал, что ты не можешь уйти.
Хан молча подошёл к нему. Он был близок к тому, чтобы схватить его, но в этот момент понял, что эта игра ещё не закончена.
— Ты проиграл, Минхо, — сказал Хан. — Твои игры закончены.
Минхо усмехнулся, и в его глазах отразился тот же холодный расчёт, с которым он манипулировал всеми.
— Ты не понимаешь, Джисон, — произнёс он, и в его голосе звучала горечь. — Ты всё равно окажешься в моей ловушке. Потому что ты слишком похож на своего отца.
Хан замер. Минхо снова использовал его слабость. Но на этот раз парень был готов.
Джисон не отвёл взгляда. Он смотрел прямо в глаза Минхо, и на этот раз – без страха, без сомнений.
— Нет, — тихо сказал он. — Я не такой, как он. Я сам выбираю, кем быть.
Минхо улыбнулся. Медленно, как будто наслаждаясь каждым мгновением напряжения между ними.
— Ты так думаешь. Но всё это уже было, Хан. Ты пришёл сюда не за правдой. Ты пришёл за ответом, который уже знаешь. Ты просто хочешь, чтобы я подтвердил его… Чтобы кто-то сказал это вслух.
Хан медленно поднял руку, показывая команде оставаться на месте. Он подошёл ближе.
— Тогда скажи. Скажи это. Кто стоял за моим отцом?
Минхо на секунду отвёл взгляд, будто решал, стоит ли говорить. А потом тихо сказал:
— Его друг. Твой наставник. Генерал-полковник. Будто ты не догадываешься.
Мир Хана на мгновение замер. Он чувствовал, как всё внутри него будто замёрзло. Он пытался найти в этих словах ложь, ловушку, но в голосе Минхо не было ни нотки фальши.
— Ты лжёшь, — сказал Хан, но даже сам себе не поверил.
Минхо лишь покачал головой.
— Думаешь, почему он всегда знал, где я? Почему он позволил тебе продолжать это дело, зная, что ты выйдешь на меня? Он хотел, чтобы ты поймал меня. Ты – пешка. Как и твой отец.
Хан шагнул назад. Его дыхание стало резким. Всё, во что он верил, начало рассыпаться. В голове крутились обрывки воспоминаний: странные приказы, молчание генерала в критические моменты, защита «нужных людей», когда всё указывало на их виновность.
— Если ты врёшь… — начал Хан.
— Тогда убей меня, — сказал Минхо спокойно. — Ты ведь не полицейский сейчас, правда? Ты – сын того, кто тоже думал, что сражается за справедливость… пока его не сдали.
Хан вытащил наручники. Рука дрожала.
— Это закончится не здесь. Но ты пойдёшь со мной. И если ты врёшь – я это докажу. А если нет… — он сжал челюсти. — То тогда вся система рухнет, Минхо. И ты будешь её началом.
Минхо кивнул, позволяя защёлкнуться металлу на запястьях. Он был спокойным, почти удовлетворённым.
— Вот теперь начинается настоящая игра, Джисон.
В участке Хан отвёл Минхо в изолятор. Он не сказал никому ни слова, даже генералу. Только один раз встретился с ним взглядом в коридоре. И тогда в глазах генерала промелькнуло не удивление, а раздражение.
Это было подтверждением.
Ночью Хан стоял один в архивной комнате. Перед ним лежали старые дела – те, которые когда-то вёл его отец. Некоторые страницы были удалены. Другие – подчищены. Но теперь Хан знал, где искать.
Он больше не был просто офицером. Он стал тем, кто начал вскрывать ложь, на которой стояла система.
А это значило только одно:
Он был следующей мишенью.
И всё же, несмотря на это, он чувствовал впервые за долгое время не страх, а ясность.
И именно ему нужно было закончить эту игру, которую долгие годы пытался выиграть отец.