Игра на поражение
Тишину разорвал вопрос Гена, его голос дрожал от адреналина
Г-Каков наш план?!
Сэнку резко повернулся к ним. В его глазах горел тот самый огонь, безумный, гениальный, не оставляющий места для сомнений.
С-Сейчас они остались без связи, а значит...
Он выхватил из кармана передатчик и его пальцы взлетели над кнопками, выстукивая морзянку с такой скоростью, будто это была предсмертная исповедь.
С-Вы должны заставить медузу поглотить всех нас!
Повисла гробовая тишина.
Ген побледнел, будто ему предложили прыгнуть в жерло вулкана. Хром замер с открытым ртом, его пальцы непроизвольно сжали край рубашки.
И только Хината...
Её губы дрогнули. Потом растянулись. И наконец, оскалились в дикой, почти одержимой ухмылке.
Х-Ха!
Её смех прозвучал как выстрел.
Х-Мы и без того все одной ногой в могиле. Почему бы не поставить вторую?
Сэнку резко шагнул вперёд, схватив её за запястье. Его глаза горели.
С-Верно! Это наш единственный шанс. Другого не будет
Он посмотрел на каждого из них, и в этом взгляде не было места страху, только стальная решимость
Х-Офигеть! Запустить окаменяющий луч из Северной Америки?!
Хром вскочил, как ужаленный, глаза сияли восторгом безумного открытия. Его руки дрожали, пальцы чертили в воздухе невидимые схемы.
С-Ага...
Сэнку стоял неподвижно, лишь перекатывая в ладони ампулу с живой водой. Его голос звучал спокойно, почти отрешенно
С-Мы снова уничтожим человечество... чтобы его спасти.
Хром захлопал в ладоши:
Х-А, знаю! Пусть не быстро, но... Мы точно сможем запилить механизм для разбрызгивания чудо-воды на...
Выстрел.
Не громкий хлопок, будто лопнувший воздушный шарик. Но этого хватило, чтобы мир раскололся.
Сэнку дёрнулся, словно кукла на нитке. Алая роза расцвела на его плече, яркая, живая, ужасающе красивая. Его лицо искривилось, глаза расширились, не от страха, нет. От удивления.
Как будто он не мог поверить, что боль, это так реально.
Г-Сэнку!
Ген вскрикнул, бросился вперёд, руки дрожали, пальцы цеплялись за рубашку, будто мог зажать рану просто желанием.
Хром застыл, рот открыт, глаза пустые, мозг отказывался понимать.
А Хината...
Хината не двинулась.
Мир сузился до одной точки.
Кровь.
Алая, густая, растекающаяся по земле, заползающая под её сапоги. Тёплая. Она чувствовала её тепло, даже через подошву.
"Нет."
Мысли рушились, как карточный домик.
"Не он. Не Сэнку. НЕ ЕГО."
Этот безумный гений, этот упрямый идиот, её последняя надежда, теперь лежал на грязной земле, хватаясь за рану, задыхаясь, бледнея...
Умирая.
Воздух не шёл в лёгкие. Сердце билось так бешено, что казалось взорвётся.
Глаза метались:
- Кровь (слишком много, слишком быстро).
- Лицо Сэнку (губы синеют, веки дрожат).
- Оружие (где? КТО?).
Паника сжимала горло. Тошнота подкатила к горлу.
"Дыши. ДЕЙСТВУЙ."
И тогда, осколок.
На земле, рядом с её ногой. Стекло.
Острое. Длинное.
Идеальное.
Она схватила его, даже не почувствовала, как лезвие впивается в ладонь.
И вонзила себе в бедро.
Боль.
Белая. Яркая. Очищающая.
Мир прояснился.
Кровь текла по ноге, смешиваясь с пылью, но сознание стало острым, как этот осколок.
Боль была якорем.
Боль была правдой.
Она вдохнула, глубоко, резко, и подняла голову.
Теперь она знала, что делать
Действовать. Сейчас.
Х-Нужно ещё...
Её шёпот больше походил на рычание. В следующий миг она уже рванула к Гену, схватив его за воротник.
Х-Где ещё есть живая вода?!
Голос сорвался на хрип, глаза горели лихорадочным блеском.
Ген замер на мгновение, но уже через секунду его взгляд затвердел
Г-У Суйку и Франсуа! В их аптечках!
Хината резко кивнула, оттолкнувшись от него и вдруг замерла.
На земле, в луже крови и пыли, лежал револьвер.
Металл был тёплым, почти живым, будто только что, выпал из чьей-то руки. Палец сам лег на спусковой крючок, найдя идеальное положение, будто это было предначертано.
Хината замерла на мгновение.
Губы её дрогнули в странной, почти неестественной ухмылке.
Х-Идеально...
Прошептала она, и в её глазах вспыхнуло что-то дикое, почти ликующее.
И бросилась вперёд, не целясь, не готовясь к отдаче, а с какой-то безумной, почти радостной решимостью.
Она бежала.
Не к спасению.
Не к отступлению.
Навстречу.
Ноги несли её сквозь дым мимо осколков. Криков раненых. Теней солдат
Каждый шаг отдавался острой, жгучей болью в пронзённом бедре, хорошая боль, ясная, как удар током, приковывающая к реальности. Она пронизывала каждое движение, каждый вдох. Кровь липкая, тёплая, стекала по ноге, пропитывая ткань, смешиваясь с пылью. Хината не обращала внимания.
Впереди, в размытом от адреналина зрении, она увидела Суйку. спотыкающуюся в беге, сжимающую в дрожащих руках драгоценные бутылки с живой водой. А за ней...
За ней шёл Стэнли.
Не спеша. Методично.
Как машина.
Позади него, чуть отставая, Ксено, его холодный, расчётливый взгляд уже заметил Хинату.
Суйка, завидев её, выдохнула от облегчения и рванула быстрее, пока пули Стэнли врезались в землю у её пяток.
Хината не думала.
Она действовала.
Револьвер, холодный, безжалостный, взмыл вверх, направляя дуло прямо в грудь Стэнли.
Мир замер.
Тишина.
Только тяжёлое, прерывистое дыхание Суйки, уже добежавшей до своих.
И стук собственного сердца, глухой, учащённый, будто пытающийся вырваться из грудной клетки.
С-детектив..
Голос Стэнли. Ровный. Без колебаний. Но в нём, едва уловимое напряжение, словно стальная струна, готовая лопнуть.
Хината не отвечала.
Она подняла взгляд.
Её глаза, обычно жёлтые, тусклые, как потухшие угли, теперь пылали.
Она улыбнулась.
Не улыбкой.
Оскалом.
Зубы обнажены. Глаза сужены в щели. Кровь и пороховая сажа на лице.
Х-Так вот, что ты защищаешь...
Шёпот, хриплый, срывающийся.
Ксено не отпрянул. Его губы растянулись в тонкой, почти учёной улыбке, будто он наблюдал за интересным экспериментом.
К-Стэн
Произнёс он мягко, как будто делал пометку в блокноте
К-Ты позволишь ей украсть нашу победу? После всего, что мы сделали?
Резкий взмах руки и ствол теперь направлен в Ксено.
Мир остановился.
Стэнли среагировал мгновенно.
Винтовка, молниеносный взмах и мушка целилась прямо между её глаз
Они застыли.
Два оружия. Два стратега. Две боли.
Ксено, всегда холодный, расчётливый, впервые выглядел неуверенно. Его взгляд метнулся между ними, он понимал.
Один выстрел.
И всё кончено.
Хината чувствовала: Дрожь в пальцах. Кровь, сочащуюся из раны. Головокружение. Долго она не простоит.
Но она не опустит оружие.
Он тоже.
Потому что...
За её спиной Суйка, Ген, Сэнку, Люди, которые стали ей семьёй.
За его спиной Ксено. Единственный, кто дал ему цель. Единственный, кому он верит.
Они оба знали:
Кто-то умрёт сегодня.
Но ни один не сделает шаг назад.
Тишина.
Только хриплое дыхание Хинаты, смешанное с ровным, мертвенным спокойствием Стэнли.
Оружие в руках.
Боль в глазах.
Невозможность отступить.
С-Ты не выстрелишь, детектив
Голос Стэнли низкий, как гул далёкого грома, но в нём что-то дрогнуло.
Хината не моргнула
Х-Я сделаю всё, чтобы ты не смог пройти дальше. И ты прекрасно знаешь почему.
Её пальцы сжали рукоять револьвера крепче, но не нажали на спуск.
Стэнли смотрел на неё. Не на дуло. На неё.
С-...Я давно понял, что мы похожи
Хината усмехнулась, но в уголках её глаз что-то блеснуло.
Х-Похожи? Ты и я? Смешно.
С-Ты знаешь, что это правда.
Ксено, до этого момента напряжённо молчавший, медленно отступил, осознавая, это не его битва.
И вот они остались одни.
Два одиночества.
Две преданности.
Две раны, которые никогда не закроются.
Стэнли делает шаг вперёд.
С-Тебе нужен не Ксено.
Ещё шаг.
С-Тебе нужен я.
Хината чувствует, как что-то сжимается в груди.
Х-Заткнись
Её голос срывается, впервые за всё время.
Она не должна это слышать.
Не сейчас.
Не когда между ними десять шагов и два ствола.
Стэнли видит, как её пальцы белеют на рукояти револьвера.
С-Мы могли бы...
Х-Нет.
Она перебивает его резко, почти с болью.
Х-Не говори того, чего не сможешь выполнить.
Они оба знают правду: Он не оставит Ксено. Она не предаст своих.
Значит, кто-то должен умереть.
И это, хуже всего.
Стэнли вдруг улыбнулся, по-настоящему, как тогда, в редкие моменты между ними
С-Жаль.
Хината чувствует, как что-то горячее катится по щеке.
Дождь?
Кровь?
Или то, чего она не признает даже перед собой?
Х- ...Да. Жаль.
Её палец сжимает курок.
Его палец отвечает тем же.
Выстрел грянет сейчас.
И ни один не закроет глаза.
Как вдруг, зелёный свет.
Он вспыхнул внезапно, ядовито-яркий, разорвав тьму между ними. Хината на миг отвлеклась, всего на секунду, на долю дыхания.
Этого хватило.
Грохот выстрела.
Удар.
Боль.
Она даже не сразу поняла, что произошло. Сначала только ощущение жара в груди, будто кто-то вогнал раскалённый гвоздь между рёбер. Потом, волна огня, разливающаяся по всему телу, сжимающая лёгкие, выворачивающая внутренности.
Она падает на колени.
Револьвер выскальзывает из пальцев.
Кровь.
Её много, горячая, заполняющая рот, стекающая по подбородку. Она кашляет, и алая пена оседает на губах.
Темнеет.
Мысли путаются, но одна прорывается сквозь туман "Вот и всё? После всего... так просто?"
Она ожидала больше времени. Но вместо этого... тишина.
Губы дрогнули в последней усмешке
Она поднимает взгляд.
Стэнли.
Его лицо искажённое ужасом, яростью, чем-то ещё, более страшным. Он кричит что-то, но она не слышит, в ушах только звон, глухой, как погребальный колокол.
За его спиной солдат.
Дымок из ствола.
Понимание приходит медленно.
Не Стэнли.
Почему-то это важно.
Боль возвращается, острая, рвущая, немилосердная. Она хватается за рану, но кровь сочится сквозь пальцы, тёплая, неостановимая.
"Я умираю"
Мысль странно спокойная, будто не о ней.
В голове всплывают лица:
Ген, который заплетал ей косички, шутил, смеялся.
Сэнку, достававший её своими вопросами, но всегда слушавший.
Суйка, маленькая, испуганная, но такая сильная.
Рюсуй, который знал, как ей было больно, и молчал, потому что понимал.
Стэнли...
Она снова смотрит на него.
Он бежит к ней.
Странно.
Он же должен был ненавидеть её.
Разве нет?
Темнеет. Зрачки Хинаты уже плохо реагируют на свет, но она цепляется за сознание, пока пальцы медленно холодеют в его руке.
Стэнли глухо, сквозь зубы
С-Держись, детектив...
Его руки сжимают рану, но кровь продолжает сочиться между пальцев, тёплая, живая, уходящая.
Хината шёпотом, с кровавой пеной на губах
Х-Эй, капитан... а ведь могло бы... быть иначе...
Её глаза мутнеют, но в них не страх, а странное удивление, будто она наконец что-то поняла.
Х-И всё же... я рада, что выстрелил не ты.
Стэнли резко, почти зло
С-Замолчи. Ты не имеешь права...
Его голос даёт трещину на последнем слове.
Хината слабо улыбается
Х-Врешь... Ты же знаешь... я всегда... имела право... на последнее слово...
Кашель. Алая струйка стекает по подбородку. Она с трудом поднимает руку, не к ране, а к его лицу, но не хватает сил. Рука падает.
Х-Ты стал.. Моей последней ошибкой..
Стэнли тут же хватает её падающую ладонь, прижимает к своей щеке, впервые за всё время нарушая дистанцию
С-Не смей. Не смей уходить, детектив. Это... Приказ.
Но он понимает. Уже понимает. И от этого его следующая фраза звучит не как приказ, а как мольба
С-..Хотя бы скажи, что ненавидишь меня.
Тишина. Где-то падает камень. Зелёный свет мерцает в её зрачках
Хината уже почти беззвучно, но чётко
Х-Ненавижу... за то... что заставил пожалеть... что не встретились... раньше... По другому..
Глаза Хинаты теряют фокус, мир расплывается в серых разводах, как акварель под дождем. Но губы шевелятся, складываясь в последнюю, едва уловимую улыбку. Не насмешку, не маску, настоящую, ту, что она всегда прятала.
Х-Ещё... увидимся...
Голос не громче шепота, но Стэнли слышит. Слышит, как слышал всегда, даже когда она молчала.
И вдруг, воспоминание, резкое, как удар ножа:
"Умрёшь как собака" - голос отца, ледяной, как сибирская зима.
Но сейчас, в последний миг, она думает не о нём.
"Прости, отец..."
Её пальцы слабеют. Рука разжимается, будто отпуская что-то невидимое, обиду? Злость? Или просто усталость?
"...Умираю как человек."
Тело обмякает. Свет гаснет в её глазах, но не в его.
Стэнли застыл. Его пальцы сжимают её ладонь. Слишком поздно, слишком крепко, будто силой воли может вернуть тепло. Впервые за всю жизнь его лицо, не маска. Широко раскрытые глаза, дрожь в скулах, губы, обнажившие зубы в беззвучном рычании. Не гнев. Не ненависть.
Ужас.
Чистый, детский, незнакомый.
С-...Да. Обязательно.
Его голос разбит. Это не обещание. Это клятва.
Где-то за спиной крик Ксено, яростный, испуганный. Где-то впереди, голоса команды Сэнку, смешавшиеся в хаос.
Но здесь, сейчас, только он.
Она.
И тишина.
Его взгляд упал на револьвер, выскользнувший из её ослабевших пальцев. Машинально, почти против воли, он потянулся к оружию. Пальцы обхватили рукоять и вдруг он замер.
Лёгкость.
Слишком лёгкая.
Стэнли резко раскрыл барабан. Пустые гнёзда. Ни одного патрона.
Губы его дрогнули. Вспышка воспоминания, как она направила револьвер с той странной, почти ликующей улыбкой. Как бросилась вперёд, не целясь...
"Не для выстрела..."
Глаза его расширились. Она знала. Знала с самого начала. И всё равно...
Её последние слова эхом отозвались в сознании "Ещё... увидимся..."
С-Детектив...
Его голос сорвался на шёпот
С-Ты ведь обманывала меня до конца.
Но в этом не было гнева. Только странное, горькое восхищение. Она действительно всегда имела право на последнее слово. И взяла его. Даже теперь.
Зеленоватый свет начал обволакивать их медленной, неумолимой волной. Стэнли почувствовал, как его пальцы начинают неметь, но не ослабил хватку. Напротив сжал её ещё крепче.
Последнее, что он успел, прижать её ближе, когда камень начал сковывать его грудь.
Их тела застывали вместе, его пальцы впились в её спину, её голова склонилась к его плечу. Камень сохранил этот миг, воин, прикрывший собой детектива, в последнем объятии.
Статуя получилась странно живой, в складках её одежды ещё читалось движение, в его позе, яростное сопротивление.
Так и остались они, два сердца, превращённые в камень, два взгляда, застывшие в вечном диалоге.
А между ними пустой револьвер, последнее доказательство, её победы.
-----
Тьма расступилась.
Сначала, только мягкий свет, золотистый, как утро после долгой ночи. Потом звуки: смех, шум волн, крики чаек.
Хината моргает.
Она стоит на берегу.
Песок тёплый под босыми ногами, солнце ласкает кожу, а ветер играет с её распущенными волосами. Перед ней море, бескрайнее, синее, живое.
И голоса.
Те самые.
Они все здесь.
Не просто живы, сияющие
Ген бежит к воде, брызги сверкают вокруг него, как алмазы. Он кричит что-то бессвязное, смеётся, и его голос не дрожит от страха, а звенит, как колокольчик.
Сэнку стоит по колено в воде, закатав рукава, и что-то яростно доказывает Хрому, который, вместо того чтобы паниковать, ухмыляется и бросает ему в лицо горсть воды.
Р-Эй, предатель!
Кричит Рюсуй, и это не проклятие, а шутка, он несётся вдоль берега, а за ним, визжа, гонится Суйка, её волосы развеваются.
И...
Стэнли.
Он не прячется в тени. Не сжимает винтовку. Он здесь, по-настоящему.
Его плащ сброшен на песок, рубашка расстегнута на груди, и он смеётся, громко, без оглядки, как будто никогда не знал слова «война».
С-Детектив!
Зовёт он её, и в его голосе нет ни капли привычной жесткости, только тепло, только радость.
Хината бежит к нему.
Бежит.
Не потому что надо спасаться. Не потому что позади погоня.
Потому что может.
Песок летит из-под её босых ног, ветер бьёт в лицо, и она чувствует, как сердце колотится, не от адреналина, не от боли, а просто потому что, оно может.
С-Ты опоздала
Говорит Стэнли, когда она врезается в него, и его руки крепко обнимают её, прижимая к груди.
Х-Зато ты дождался
Огрызается она, но в её голосе нет злости, только счастье, только лёгкость, которой не было никогда.
Он наклоняется и целует её.
Не в последний момент. Не украдкой.
При всех.
И никто не кричит. Никто не стреляет.
Ген свистит, Сэнку закатывает глаза, Суйка визжит от восторга, а Рюсуй бросает в них мокрой водорослью, но Хинате всё равно.
Потому что Стэнли здесь.
Потому что его губы тёплые, а руки крепко держат её, и он не отпустит.
Никогда.
---
Они сидят у костра, когда темнеет.
Плечом к плечу. Без оружия между ними.
Ген что-то громко рассказывает, размахивая едой, Сэнку спорит с Хромом о науке, Суйка дремлет, уткнувшись в плечо Рюсуя, а Стэнли тихо смеётся, его пальцы переплетаются с её.
Х-Я же говорила, что ты романтик
Шепчет Хината.
С-А я не отрицал
Отвечает он, и его глаза не пустые, не холодные, они живые, в них отражается огонь, море, она..
Хината прижимается к нему.
Так сильно, как не могла раньше.
Она чувствовала тепло Стэнли рядом, его руку на своей талии, его дыхание на своей шее.
"Так реально"
Но где-то очень далеко, сквозь шум прибоя, прорывался звук, металлический, ритмичный.
Она обернулась, но море было безмятежным.
С-Всё в порядке?
Стэнли приподнял бровь.
Хината лишь улыбнулась, впервые без сарказма, без боли.
Х-Да. Просто... показалось.
Она закрывает глаза.
Это сон?
Или мир, который мог бы быть?
Неважно.
Потому что сейчас, они вместе.
И этого достаточно.
---
Где-то далеко, в реальности, её каменеющее тело лежит в лучах зелёного света. Но здесь, в этом сне, Хината наконец-то свободна.