14
Юля
Я не верующим взглядом продолжала смотреть в глаза Дани через поток слез, что слегка размывали общий вид. Как он мог? Как чертов засранец посмел похитить моего сына! Неконтролируемая. Животная злость заполняла организм. Как огромная дыра в корабле, где вода заполняет судно за считанные секунду, унося его на дно. Моя злость была такой же стремительной.
- Ты чудовище! - с ненавистью выплюнула я.
Безразличное лицо Дани, заставляло всю кожу покрыться красными пятнами еще больше. Мне хотелось заставить его чувствовать то же самое. Я хотела, чтобы ему тоже было больно. Чтобы он корячился от адской боли на моих глазах, а я стояла с непоколебимым видом.
- Как я вообще могла что-то иметь с тобой? Как! Ненавижу тебя! Сволочь! - словно в приступе орала я, отбивая кулаками ему в грудь. Даня ловко схватил мои руки в замок, дернув меня ближе к себе, из-за чего мы соприкоснулись носами, замирая. -Чертов кретин. Лучше бы ты вообще никогда не появлялся в моей жизни! Знаешь что, Даня, мне противно от одной мысли, что я спала с тобой! - ему в лицо выплюнула я всю эту словесную грязь.
Огоньки злости в миг вспыхнули в его глазах, разжигая огонь ненависти. Даня практически до хруста сжал мои кисти в замке и я громко вскрикнула от резкой боли. Он сжимал мои кисти на протяжении уже десяти секунд. Даня был в несколько сантиметрах от моего лица. Его глаза были спокойно закрыты, губы поджаты в тонкую линию, а ноздри то и дело бешено сужались и расширялись, в попытке ухватить как можно больше кислорода. Боль в кистях стала настолько сильной, что мне с трудом удавалось терпеть. Точно синяки останутся.
- Тимур, мне больно, черт возьми, - не выдержав, взвыла я, а уверенности в моем голосе поубавилось.
Даня тут же распахнул глаза и вместо огня ненависти там полыхало...бессилие!? Он открыл было рот в желании что-то сказать, но тут же осекся замолкая. Желание уйти и не видеть больше этого человека было масштабным. Но понимание того, что только он знает, где мой сын, не давало сдвинуться с мертвой точки. Потому я быстро взяла себя в руки, отбрасывая все эмоции к человеку напротив меня.
- Мой сын. Верни его мне, - решительно сказала я.
Первым порывом было закричать, что я напишу на него заявление в полицию. Но я тут же остыла, понимая что никто даже разбираться в этом деле не станет, учитывая положение Дани. Но ничего, я за эти года тоже не малой частью "друзей" обзавелась. И с уверенностью скажу, что мои "друзья" ничуть не хуже Дани.
- Сначала мы обсудим условия. И только потом я подумаю. Очень хорошо подумаю над тем, чтобы возвращать тебе моего сына.
- МОЕГО сына! Моего, мать твою, сына! Ты и палец о палец не ударил, чтобы называть Давида своим! - и эмоции вновь взяли вверх.
Даня за два шага преодолел расстояние между нами, уверенно хватая меня за затылок. И я начала вырываться, но к сожалению его сила всегда подавляла мою.
- Ты сейчас не в том положение, чтобы вы*бываться. Ты не в том положении, чтобы диктовать что мне делать! Поэтому хватит уже истерить, Юля, мы одинаково виноваты в том, что сейчас происходит. Оба! - и в этом Даня был однозначно прав.
Я обессиленно выдохнула и Даня быстро убрал руку с моего затылка, отдаляясь на пару шагов. Более тупиковой ситуации в моей жизни еще не было. Как быть? Как сказать Давиду, что этот дяденька, что сейчас стоял напротив меня его папа? Как? Все эти вопросы крутились в моей голове, пока мы с Даней на пару проживали друг друга глазами. И мне кажется у меня даже на лбу висела бегущая строка "Что делать?". И пугал меня больше всего факт того, что судя по лицу Дани он уже нашел выход. И чувствует моя задница он мне не понравится. Словно прочитав мои мысли Даня подал голос.
- Я хотел решить все в более... - и он обвел улицу быстрым взглядом, - нормальной обстановке. Но вышло как вышло. Значит обсудим все здесь.
И ком, что образовался в моем горле, не давал возможности нормально сглотнуть. Пульс отчего-то стал отбивать по ушам. Я нервничала. Даня подошел к машине, любезно открывая мне дверь. И по кивку головы я поняла, что он просит меня сесть в салон. На ватных ногах дошла до машины, усаживаясь вглубь салона и хоть я наклонила голову один хрен неловко стукнулась головой о верхушку машины.
В нос сразу же ударил приятный запах и если бы я садилась в машину Дани в другом расположение духа, то тут же бы закатила глаза. В салоне пахло свежестью вперемешку с нотками мускуса, что создавало невероятный шлейф. Нервно поерзала на кожаном сиденье, пока водитель передавал какую-то черную папку Дане. Не к добру это.
- Иди погуляй, - приказал он водителю и тот сразу же удалился, словно его здесь и не было.
Мы остались одни.
- Ознакомься, - сказал Даня, протягивая мне несколько листов, что были скреплены между собой.
Недоверчиво бросила взгляд на черные строчки, вновь возвращая взгляд на Даню.
- Что это?
- Читай, - бросил он, раскинувшись на сиденье еще больше. И если я занимала положенное мне одно место, то одни только его ноги занимали оставшиеся два. Расшиперился здесь!
Опустила глаза в документ, стараясь не упустить ни строчки. "Договор" большими черными буквами было написано посередине. Там было много чего интересного, но некоторые строчки резали глаза больше всего. Вкрации Даня может видеться с Давидом в любое время, когда он того пожелает. Он имеет на него такие же права, как и я. Иногда Даня будет забирать сына на выходные к себе домой. Также самое важное мы должны записать Даню как биологического отца Давида. С каждой прочитанной строчкой мои глаза лезли на лоб все больше и больше. Это же ахренеть!
Дышать стало невозможно и теперь запах свежести с нотками мускуса стал удушающим. Сердце билось где-то в горле. А моя грудная клетка словно сошла с ума, как бешеная поднимаясь и опускаясь. Как я смогу доверить своего малыша этому животному? Что Даня даст моему ребенку? Чему научит?.
- Ну, что скаж...
- Нет! - тут же выкрикнул я, швыряя в него этот чертов договор. Какой идиот писал этот бред вообще? - Этого не будет. Ничего из этого не будет! - напоследок сказала я, открывая дверь.
- Хорошо. Но если ты выйдешь сейчас, то можешь даже не надеяться на то, что увидишь Давида, - и я резко замерла, громко ахнув.
У меня был шок. Просто шок, что словно парализовал все мое тело. Я словно забыла весь алфавит, а челюсть казалось атрофировалась. Господи, какой же засранец.
- Как ты... - "можешь" хотела сказать я, а потом поняла, что этого и не нужно. Не нужно праведных речей. Не нужно жаловаться. Ведь человек, что сидит напротив меня и не мог испытывать подобных эмоций. Он прекрасно знал, какой тварью сейчас является. - Где гарантии?
Я больше не смотрела на него. Лишь максимально прижалась к двери, прожигая взглядом спинку водительского сиденья.
- Гарантии чего? - непонимающе спросил Даня.
- Гарантии того, что ты будешь выполнять свою часть? Что ты вернешь мне сына. Что Давид будет в основном жить со мной. Что ты не выкинешь больше никаких фокусов. Где все эти гарантии, Даня? - без эмоционально спросила я.
Несколько секунд в салоне повисла гробовая тишина и лишь с улицы слегка доносился шум проезжающих машин.
- Гарантий нет. Ты либо веришь, либо выходишь из машины, - озвучил Даня.
Усмехнулась от абсурдности его слов, поджимая губы. Это выбор без выбора. Либо я соглашаюсь на его условия. Либо мы начинаем с ним войну. В прямом смысле этого слова.
- Дай ручку, - безысходно сказала я, протягивая руку.
Даня протянул мне документ, что я швырнула в него и черную ручку с золотой гравировкой его инициалов. Да ваша самовлюбленность не знает границ, Даниил Вячеславович.
Быстро поставила подпись, возвращая договор Дане. Ненавижу, когда какие-то ситуации неподвластны мне. Терпеть не могу помыкать другим людям. Как чертова марионетка я по щелчку пальца стала зависима от Дани, потому как бы мне не хотелось сбежать я продолжала сидеть в машине с каменным выражением лица.
- Что теперь? - как верный пес спросила я своего хозяина в ожидании нового приказа.
- Теперь тебя отвезу домой и завтра мои люди займутся документами и всем остальным, - как по готовому тексту выдал Даня.
Бросила на него растерянный взгляд, нервно сжимая край пальто.
- Мой сын... Ты обещал, что вернешь его. Где будет Давид? - спросила я, а ужас уже застыл в моих глазах в ожидании его ответа.
Господи, неужели я смогла так оплашаться? Неужели я действительно поверила Дане? И кому? Человеку, что ни раз доказывал насколько он ужасен. Человеку, что ни раз принес в мою жизнь столько боли. Идиотка!
- Давида привезут домой завтра, как только он проснется. Не переживай...это мой сын, - и я резко дернулась от его слов. - С ним все будет в порядке.
Верила ли я в его слова? Десятикратное нет!
- Даня, я не уеду без...
- Юля, ты вроде взрослая уже женщина, а до сих пор не поняла, что здесь условия диктую я, - холодно сказал Даня. - Просто...поверь мне, - уже мягче добавил он, устало выдыхая.
Недовольно поджала губы, с силой сжимая кулаки из-за чего ногти впились в ладошки, но я не почувствовала ни капли боли.
- Не дай Бог завтра моего ребенка не будет дома, Даня... Я приеду к тебе домой с битой и плевал я на твоих амбалов, ясно? - угрожающе сказала я и скажу честно выглядело это очень убедительно. Потому что в случае чего я именно так и сделаю.
- Предельно ясно, - тут же согласился Даня.
Напоследок ненавистно посмотрела в сторону Дани, не хотя вытаскивая свою задницу из машины. А у самой сердце разрывалось на части, пока я шла до припаркованного рядом с машиной Дани внедорожника. Как мой сын сейчас себя чувствует? Что если он напуган? Конечно он напуган! Наверняка. Что если он плачет? Все эти вопросы разрывали мое материнское сердце. И не выдержав я резко развернулась, направляясь обратно к машине Дани. Я не уйду без сына!
Во мне еще никогда не было столько решимости, как сейчас, но меня остановила громкая трель телефона. Продолжая идти, на автомате нащупала смартфон, вытаскивая его из кармана. И не посмотрев на имя звонившего, приложила телефон к уху.
- Да? - раздраженно сказала я.
- Возвращайся к машине, - и я резко замерла от знакомого голоса, который я мечтала стереть из своей памяти. - Иначе вместо одного дня Давид задержится у меня в гостях на неделю.
Быстро сбросила звонок, запихивая телефон в карман пальто, словно он был ядовитой змеей. Хотелось кричать от бессилия отбивая ногами об землю. Хотелось расцарапать морду Дани в кровь. Хотелось продолжать идти, но я не посмела. И обреченно выдохнув, я все таки вернулась в машину.