поражение
Какое-то время Каролина стояла в подъезде, пытаясь прийти в себя и до сих пор не веря, что согласилась на это безумие.
Она чувствовала себя грязной, буквально оплеванной.
Тело горело: ее словно заставили искупаться в помоях. А чуть припухшие губы жгло, будто она не целовалась с Владом, а получала по ним удары — один за другим.
Каролина выхватила из сумочки влажную салфетку и стала яростно тереть ею рот, пытаясь стереть следы поцелуя.
Зачем? Зачем?!
Это было отвратительно.
Она сама отвратительна.
Но самым отвратительным было то, что Влад понял: ей понравилось.
— Все ради Ви, — прошептала Каролина едва слышно.
Это было единственным, что ее грело. У нее обязательно все получится.
Она будет ее.
Чем еще она могла себя оправдать? Ничем.
Любовь не нуждается в оправданиях.
Каролина дрожащей рукой достала зеркальце и взглянула в него.
Снова стало противно.
Дешевка. Какая же она дешевка.
А Савицкий... Савицкий просто свинья. Использовал ее, зная, что она не сможет повернуть назад. Сколько же слов было сказано им о любви, а в итоге он просто воспользовался ею.
Девушка сжала кулаки, чувствуя, как идеальные ноготки вшиваются в ладони. Боль отрезвляла.
Сама виновата — не надо было доверять ему.
Но ничего, она все выдержит.
Она сильная. Сильные могут все.
А Савицкий... Савидкий пожалеет.
Каролина стерла размазанную тушь, несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула, пытаясь взять себя в руки, хотя больше всего на свете ей хотелось сейчас догнать Влада и отхлестать по самодовольному лицу — так, чтобы до крови.
Но вместо этого она еще раз посмотрела на себя в зеркальце и медленно стала спускаться.
Ей казалось, что громко стучат не ее каблуки, а сердце.
«Я все смогу, у меня получится, мы будем счастливы», — твердила она сама себе.
Завладеть Ви было для нее не просто давней целью — в мечты Каролина не верила, а казалось некой планкой, только преодолев которую она может стать счастливой.
Сестра, правда, повторяла, что Ви — ее навязчивая идея, но Каролине было все равно, что говорят другие.
Она вскинула голову и вышла вон из проклятого подъезда, чтобы тут же столкнуться с Ви.
Это было неожиданно, но импровизация всегда была сильной стороной девушки — она отлично сыграла свою роль. Делала вид, что хочет поговорить с ней, пыталась увести, разжигая ее любопытство и страх, пускала слезы.
Это подействовало — как актриса она всегда была на высоте. И Ви, заподозрив неладное, кинулась по лестнице наверх, а она бежала следом и мысленно твердила себе: «Еще немножко, еще чуть-чуть, и этот кошмар закончится. Мы будем счастливы».
Когда она добежала до нужного этажа, дверь квартиры Сергеевой была открыта, а на пороге стоял Влад. Каролине вдруг стало нехорошо — не потому, что она боялась провала своего плана, а потому, что вдруг поняла: засосы на его шее оставили ее губы. И они запылали еще сильнее.
Но Каролина снова отлично сыграла.
— Ви, Ви! Давай уйдем! — Она схватила Малышенко за руку. — Ты не должна была видеть этого! Я же сказала: не ходи!
Влад лишь весело рассмеялся.
Все шло так, как Каролина представляла в своей голове.
Ее Ви пришла в бешенство, увидев почти обнаженного Влада на пороге квартиры ее девушки. От нее просто исходили волны агрессии — Каролина всегда находила ее эмоциональность крайне сексуальной, но при этом она видела в ее зеленых глазах и страх.
Страх был главным ключиком из ее набора, открывающим чужие сердца. Страх — это сомнения.
А там, где есть место сомнениям, нет местя настоящей любви.
Той, в которую верит наивная Викуша.
Ви оттолкнула Влада и бросилась в квартиру, отчего Каролине захотелось счастливо смеяться — сейчас она увидит свою подружку в постели без ничего и окончательно поймет, что она развлекалась с Савицким.
Увидит, поймет и уйдет.
Она всегда так делает.
И этот раз не станет исключением.
А она уйдет за ней. И будет рядом до последнего: она все еще ее друг. Примет, утешит, поймет.
Влад подыграл ей — решил потоптаться на чувствах соперницы. Выводил на эмоции. Провоцировал. Это было правильно — чем больше огня в душе, тем хуже работает голова.
Но потом все пошло не так.
На площадке вдруг появилась та, которую Каролина ненавидела всем своим сердцем. Вика Сергеева.
Она снова все испортила.
— Что здесь происходит? Вы с ума сошли?! — закричала она.
И Ви тотчас бросилась к ней и обняла. В ее глазах было столько незнакомого Каролине света, что она отшатнулась.
Только потом она поняла, что Викуша не в квартире без сознания и без одежды, а здесь, на площадке, одетая и злая.
Все потеряно.
— Ты... ты же должна быть в квартире, — прошептала Каролина, перестав владеть собой.
А Влад снова стал смеяться, будто смотрел комедию.
— Глупая, ты думала, я и правда буду похищать людей? — веселился он, ничуть не смущаясь того, что стоит в одном полотенце.
И Каролина впервые в жизни ударила человека. Хлестко, наотмашь.
— Ну ты и мразь, — сказала она, чувствуя, как подкашиваются ноги, ставшие вдруг ватными. — Просто мразь.
— Ты тоже, крошка, ты тоже. В нас обоих есть что-то от мразей. Ты думала, я настолько отъехавший?
— Ты ведь обещал... ты ведь заставил меня переспать в обмен на это! Урод!
Второй раз ударить Влада не удалось. Он перехватил ее руку и с триумфом заглянул ей в глаза.
«Ты сама выбрала это».
— Тише, Каролина, тише. Я ведь могу ответить.
Слабость разлилась по телу Каролины, и она вдруг поняла, что не чувствует ни рук, ни ног. Просто парит в воздухе.
— Эй, мрази, что вы забыли в моей квартире? — раздался голос Вики.
— Мне тоже интересно. — Взгляд Ви пронзал на сквозь.
Она никогда не смотрела так тяжело.
— Вызывай ментов, — решила подруга Сергеевой.
— Давайте я сначала все объясню, — улыбнулся Влал. — Каролина решила провернуть одно интересное дельце и позвала меня в соучастники: хотела, чтобы я похитил Викторию. Кстати, ты очень вовремя появилась. Это добавило драматизма нашей комедии положений, да, Каро?
— Что ты сказал? — переспросила Ви. — Похитить?
Она снова медленно стала наступать на Влада, явно желая ударить Савицкого, но Вика остановила ее.
Каролина в который раз для себя подметила это: только у этой маленькой крысы получалось останавливать Ви.
Виолетта всегда относилась к ней по-особенному. Всегда!
От переполнявших Каролину ужаса и ненависти ей стало сложно дышать. Она словно не воздух вдыхала, а раскаленный пар.
— При чем здесь я, Малышенко? — повысил голос Влад — Это план Каролины. Дорогая, расскажешь им остальное? Или это сделать мне? Судя по твоему взгляду, рассказывать буду я.
Влад говорил, говорил, говорил, и во взгляде Ви появлялось все больше презрения, которое в какой-то миг переросло в отвращение.
Наверное, в этот момент, под грузом ее взгляда, Каролина поняла, что Ви никогда больше не будет смотреть на нее, как прежде.
И что бы она ни сделала, Ви никогда не встанет на ее сторону.
Было больно и страшно.
Влад не просто попользовался ее телом, он и душу ее использовал. Каролине хотелось потерять сознание, забыться, исчезнуть от ужаса, но этого не происходило.
Она стояла, стараясь держать голову высоко, а плечи — прямо.
И ненавидела их всех — Влада, Викушу, Ви.
Для всех них она вдруг стала мусором.
Влад закончил рассказ, шокировав всех, кроме Каролины.
— Зачем? — только и спросила Ви, глядя на нее все с тем же отвращением, от которого хотелось кричать в голос.
— Ради тебя, — тихо сказала девушка. — Ради любви.
— Нет, Каролина, такие вещи ради любви не делаются.
— А ради чего? — нашла она в себе силы усмехнуться.
— Ради своего эгоизма. Знаешь, я думала, что потеряла друга, — вдруг горячо сказала Ви. — А на самом деле друга у меня никогда и не было. И жалеть теперь не о чем.
Внутри Каролины что-то надломилось. Лучше бы она кричала на нее, лучше бы ее обзывала и посылала ей проклятия. Но ей не стоило говорить этих слов. Не стоило!
Разве она не видит, что ей больно?!
— Ненавижу тебя, — прошипела Каролина, глядя на опешившую Сергееву. — Это ты во всем виновата. Ты всегда стояла между нами. Ты настроила ее против меня. Знаешь, что я лучше всего помню?
Она и сама не понимала, почему подошла к Вике близко — так, что могла учуять запах ее дешевых духов.
— Тот день, когда пришла в класс, а ты сидела у нее на коленях. И все смотрели только на вас.
— Дура ты, Каролина, — устало ответила Вика. — Просто дура. Хотела любви? Тебя безумно любит Савицкий. Вы идеально подходите друг другу. Или ты из тех, кто может быть счастлив только в выдуманной драме?
— Пошла ты.
От пронзительного взгляда Ви ей становилось все хуже.
— Если так, — продолжала Сергеева, — то у меня для тебя хорошие новости. Твоя драма сегодня была безупречной — упивайся собой. И помни: если я увижу тебя рядом с Виолеткой, не буду больше разговаривать — просто волосы тебе выдеру.
— А я помогу, — поддержала ее подруга с фиолетовыми волосами. — Девчонки, может быть, сейчас этой стерве темную устроим? Я ее буду держать, а вы бить.
Вика громко фыркнула:
— Что там бить? Она и так отбитая.
— Ненавижу. Вас всех, — громко сказала Каролина и ушла, все еще пытаясь сохранить свою в клочья растерзанную гордость.
Никто ее не останавливал.