секрет
Влад неспешно зашел в туалет, прекрасно зная, что его ждут.
И он не ошибся — Виолетта стояла у стены, засунув руки в карманы джинсов.
Вид у нее был не самый приветливый. Взгляд исподлобья — тяжелый. Зато плечи расправлены и напряжены.
Влад стал напротив, скрестив на груди руки.
— Какая несдержанная, — иронично заметил он.
— Иди к черту, — отрывисто произнесла Виолетта.
— Нет, серьезно, попробуй помедитировать. Это снижает агрессию. А еще ее снижает качественный секс, — криво улыбнулся Влад.
— Предлагаешь заняться им? — усмехнулась Вита. — Прости, я пас, друг. Мне нравятся девочки.
Влад тихо рассмеялся.
— Я еще никогда ни с кем не встречался возле туалета, — заметил он.
— Рада быть твоей первой, малыш, — отозвалась Виолетта.
— Смотрю, ты уже успокоилась? Я ведь просто хотел сделать вам приятное, — насмешливо глянул на нее Влад.
— Твои комплексы тебя погубят.
— А тебя твои страхи. Впрочем, страхи обоснованные, признаю. Но не бойся, — положил Виолетте руку на плечо Влад. — Я обещал помочь и держу свое слово. А вот ты свое нет.
— Нет? — стряхнула со своего плеча его руку Малышенко. — Ты что, серьезно?
— Абсолютно, — подтвердил Влад. — Ты недостаточно стараешься.
— В смысле?
— В прямом.
— Ты шутишь.
— Я серьезен. Шоу должно быть ярче. Кстати, Виктория потрясающе целуется. — Влад провел кончиками длинных пальцев по губам. — Она заводит одним лишь поцелуем. Очень горячая. У вас с ней что-то было? — с любопытством спросил он. — Хотя, мне кажется, нет.
— Ты же специально провоцируешь меня. — На лице у Виолетты появилась знакомая усмешка. — Надеешься, что я не смогу сдержаться и разобью тебе морду в кровь. Не боишься, что, если я разозлюсь, ты меня не остановишь?
— Нет, я ведь знаю, что ты этого не сделаешь, — улыбнулся Влад. — я твой щит. Звучит поэтично, да?
— Очень. Кажется, после твоих слов я начинаю испытывать катарсис, — хмыкнула Вита.
— Слушай, ты знаешь, что такое катарсис, — протянул Влад. — А ведь поначалу кажется, что ты просто тупая красотка с рельефом. Ладно, мне пора возвращаться к Виктории. А ты работай лучше: я жду. И не веди себя больше так. Раздражает.
— Я же сказала: не провоцируй меня.
— У нас договор. Но если будешь меня раздражать: я его разорву.
Влад направился к двери.
Дойдя до порога, он остановился и бросил через плечо:
— И да, она начинает мне нравиться. Хорошая девочка. Такая ламповая.
Он ушел, оставив Виолетту одну.
— Сука, — тихо прорычала та и врезала кулаком по стене.
* * *
Мы смотрели друг на друга.
Каролина, девушка, которая увела мою девушку. Она даже улыбалась — вроде бы приветливо, но натянуто. И в ее голубых глазах пряталась настороженность.
А я молча разглядывала ее. Сердце заливала холодная ярость, которую я, впрочем, отлично контролировала.
— Привет, — сказала мне Каролина и откинула за спину светлые длинные волосы, как и всегда красиво уложенные.
— Здравствуй, — ответила я. — Что ты хотела?
— Поздороваться, — отозвалась Серебрякова.
Поздоровалась? Ну и проваливай.
Однако я промолчала.
— Кажется, у вас с Ви натянутые отношения? — спросила она: без ехидства или желания уколоть.
— Думала, после того, как она меня бросила, наши отношения будут дружескими? — иронично изогнув бровь, спросила я. — Я должна поздравлять ее с праздниками, а она начнет жаловаться мне на несправедливость этого мира?
И я рассмеялась — не потому, что было весело. А потому, что хотела скрыть горечь в своих словах.
— Да, понимаю, — кивнула Каролина.
— Понимаешь? Странно слышать это от тебя. Ты ведь нынешняя девушка
Клоу... Ви, — не без труда выговорила я ее имя.
— Не злись, пожалуйста. У меня тоже были расставания, — отозвалась
Серебрякова. — Да и у тебя уже появился парень.
Наверное, она имела в виду Влада.
Рушить ее иллюзии я не стала и просто промолчала.
Пусть считает, что мы — пара. И что мне не больно от того, что она все-таки одержала победу — не надо мной, а над Малышенко, которую столько лет пыталась завоевать.
— Мы знакомы с Владом, — вдруг сказала Каролина.
Надо же, интересный поворот.
— И что из этого?
— Я хочу тебе сказать... — Серебрякова повернулась в сторону, словно проверяя, не идет ли Виолетта. Или Влад. Кто ее знает? И сказала странную фразу: — Извини, что влезаю. Но Влад Савицкий — не тот человек, который тебе подходит.
А вот это уже ни в какие ворота не лезет!
— Правда? — широко улыбнулась я. — Спасибо за совет, Каролина. Но пожалуй, я обойдусь без него.
— Не обижайся, — попросила она и снова оглянулась.
— И не думаю.
— Просто спроси его, почему он здесь, а не в Москве, — сказала Каролина.
— А ты почему здесь? — поинтересовалась я, чувствуя, как ярость холодными змеями ползет по рукам: прямо к горлу.
— Ты прекрасно знаешь, — отозвалась
Серебрякова. Она тоже почему-то стала злиться. — И вообще. Я просто хотела помочь.
— Ты уже помогла, — хмыкнула я. — Спасибо. Надеюсь, ты будешь с ней счастлива. Хорошего вечера.
И я откинулась на спинку кресла, давая понять, что разговор окончен.
Каролина как-то странно посмотрела на меня и ушла за свой столик.
Спустя полминуты вернулся
Савицкий.
А еще через минуту — Малышенко.
— Мы можем уйти? — спросила я
Влада.
Хотелось немного покоя.
Да и душно вдруг стало.
— Да, конечно. Сейчас попрошу счет.
Он нажал на звонок, и почти тут же к нам подошел официант.
Однако то ли Вита, то ли Каролина мыслили точно так же, как и я: к ним тоже подошел официант, чтобы их рассчитать.
Я хотела как лучше, однако вышло хуже некуда — мы почти одновременно покинули суши-бар.
Разве что мы с Владом совсем чуть-чуть задержались.
Мы уже были в холле, у стойки, за которой стояла хостес, когда Владу кто-то позвонил, и он, извинившись, отошел — видимо, звонок был важным. А я осталась на месте, жалея, что не могу увидеть из окон Малышенко и Серебрякову, и сжимая в руках сумочку.
— Виктория? — вдруг подошла ко мне хостес. — Вы помните меня?
— Мы знакомы? — спросила я, удивленно посмотрев на нее.
Хотя ее лицо еще при входе показалось мне смутно знакомым.
— Меня зовут Маргарита. Мы вместе учились в школе, — с некоторой запинкой ответила она.
Я изумленно захлопала ресницами.
Шляпа. Боже. Это же Шляпа — та самая первая любовь Малышенко, которая ее кинула!
Маргарита Шляпина.
Она очень изменилась: некогда рыжие волосы стали темно-ореховыми, лицо повзрослело, носик стал чуть аккуратнее, а скулы — четче. Только вот глаза оставались все такими же.
Я уже давным-давно забыла Шляпу.
А теперь жизнь столкнула нас вновь. Чудеса.
— Да, я помню... вас, — ответила я удивленно.
Как же все-таки мы повзрослели.
Теперь обращаемся друг к другу на
«вы».
— Я вас сразу узнала. И Виолетту тоже, — улыбнулась Маргарита. — Мы с ней, конечно, расстались не самым лучшим образом, но я часто ее вспоминала. Вы до сих пор общаетесь? — спросила она.
— Нет, — ответила я, не дрогнув лицом.
— Просто так странно, что вы одновременно пришли в наше заведение, — сказала Маргарита. — Да и от общих знакомых я слышала, что вы встречаетесь.
Мое удивление стало еще больше.
Откуда ей все известно? Шляпина что, следит за личной жизнью Малышенко? Все никак не может ее забыть? Сомневаюсь.
— Это всего лишь совпадение. Мы не встречаемся, — вернула я улыбку Маргарите.
Кому-кому, а уж ей рассказывать о личной драме не хотелось.
— Да, наверное, кто-то что-то перепутал, — вздохнула она. — Прошу извинить. И не подумай, — вдруг перешла она на ты, — что я лезу в твою жизнь. Просто... Просто я подумала: если вы с ней встречаетесь, нужно сказать тебе, что с этой девушкой Виолетта часто к нам заходит. И они не просто друзья. — Маргарита вздохнула. — Если ты понимаешь, о чем я... Но раз вы не пара, то все в порядке.
— Ты стала более щепетильно относиться к вопросам верности, — покачала головой я.
Шляпа вдруг на мгновение сжала зубы. И что-то вспыхнуло в ее глазах.
Но она тут же снова надела маску дружелюбия.
— Жизнь заставила.
Я не знала, что на это ответить.
— Виолетта всегда относилась к тебе как к сестренке, — вдруг сказала Маргарита. — Очень тепло и нежно: я даже ревновала. Все ее подружки к тебе ужасно ревновали. И были уверены, что рано или поздно вы начнете встречаться.
— Не начали, — отозвалась я равнодушно.
— Наверное, она выбрала ее, потому что она не просто красивая, но и богатая, — вдруг вырвалось у Шляпы. — Стелется перед ней. Смотреть противно.
В это время в холле появился Влад, и Маргарита снова стала заученно улыбаться.
— Всего доброго! — произнесла она официальным тоном, будто и не было между нами этого странного разговора.
— До свидания, — точно так же ответила я.
— Поехали, Виктория, — даже и не глянул в ее сторону Влад. — Хочу погулять с тобой.
Мы вышли из суши-бара и первым делом увидели, как Серебрякова и Малышенко целуются.
Знаю, что это глупо — ревновать того, кто тебя оставил. И глупо на него обижаться.
Но я ничего не могла с собой поделать — ревность и обида захлестнули меня с головой.
И стало так больно, будто из моей Вселенной пропали разом все звезды.
Стало пусто. И до безумия одиноко.
Вита стояла рядом с лестницей, спиной ко мне, обнимая Серебрякову за талию, а руки Каролины покоились на ее плечах.
Я не видела, как губы Виолетты касаются ее губ, не видела, как дрожат ресницы Каролины, не видела, что написано на их лицах: удовольствие, тепло, страсть — я могла лишь предполагать.
Но я понимала, что сейчас Виолетта целует другую девушку, забыв обо мне. Будто меня и не существовало в ее жизни.
Они отстранились друг от друга, и Каролина коснулась ладонью щеки Виолетты. В ее глазах было столько пьяной нежности, что стало окончательно понятно — Серебрякова от нее без ума.
И я даже не могла осуждать ее за это.
Любовь не выбирают.
Это она выбирает нас.
— Идем, — тихо сказал Влад. — Не смотри.
Однако уйти мы не успели — Каролина увидела меня и, чуть закусив губу, опустила взгляд. Виолетта, поняв, что за спиной кто-то стоит, обернулась.
Это был всего лишь короткий взгляд, но в нем я видела такое странное отчаяние, что мне стало совсем не по себе.
В глазах Виолетты и Каролины были совершенно противоположные чувства.
А может, мне просто хотелось, чтобы так было.
— Идем, Виктория, — повторил Влад и, взяв меня за запястье, потянул к своему автомобилю и открыл передо мной дверь.
Я чувствовала, как Малышенко смотрела на меня до тех пор, пока я не спряталась в салоне машины.
Влад завел ее, и мы быстро выехали со стоянки.
— Погуляем по набережной? — предложил Савицкий.
Я согласилась.
И уже когда мы неспешно шли по ярко освещенной дороге вдоль спящей реки, тоскливо спросила:
— Почему мы приехали именно в это заведение?
— Что ты имеешь в виду? — нахмурился Влад.
— Это судьба, да? — Я плотнее закуталась в пальто: от реки веяло прохладой. — Я никогда в нее не верила. Но столько совпадений... Не знаю, что и думать.
— А я верю, — отрывисто сказал Влад. — Хочешь, расскажу тебе о четвертом июня и совпадениях в моей жизни?
— Расскажи.
Мы шли, засунув руки в карманы, и он говорил — неспешно, тихо, делая большие паузы. Говорил о том, как проходили его дни рождения: как его забрал отец, как не стало мамы, как его отправили в другую страну, как бросила девушка.
Даже странно, что в этот день из года в год с Владом что-то случалось.
Как будто все проблемы и беды специально ждали именно его дня рождения.
— Нужно ли называть это судьбой? — спросил меня Влад, когда мы повернули назад.
— Я думаю, это совпадения. Вот и все, — ответила я.
Его было по-дружески жаль.
— С суши-баром точно так же, Виктория. Эти глупые совпадения преследуют меня, — ответил он. — А Малышенко... просто забудь ее. Вычеркни из своей жизни. Первый раз это сделать сложно. Но потом становится всё проще.
— Постараюсь, — улыбнулась я.
И вдруг поделилась, поддавшись порыву:
— Хостес сказала, что Виолетта и эта девушка часто туда приходят. И ведут себя как пара.
— Она забавная. Наверное, просто играла с тобой. Забудь. Просто забудь.
Я в ответ только вздохнула.
В тот вечер мы еще долго гуляли, и, когда я приехала домой, было уже совсем поздно. Спать сразу я не легла — сначала села делать задания по японскому языку, затем приводила себя в порядок.
И все это время в мысли лезла Малышенко.
Во сколько она вернулась, я не знала. Зато знала, что хочу быть счастливой. Хочу жить без оглядки на прошлое.
И хочу открыть вторую Вселенную.
Наше общение с Владом продолжилось.
Мы часто общались по телефону, иногда куда-нибудь вместе ходили, гуляли, пили кортадо, флэт уайт или необычные рафы.
И если сначала я делала это больше назло Малышенко и Серебряковой (пытаясь доказать то ли им, то ли самой себе, что я в полном порядке), то потом стала постепенно привыкать к Савицкому.
К тому же Таня, Самира и Полина уверяли меня, что это отличный вариант. Только одна Сашка нехорошо морщилась, когда речь заходила о Владе.
«Почему ты общаешься со мной?» — как-то спросила я его в переписке.
«Потому что ты мне нравишься. Разве непонятно?» — ответил он.
«Но ведь ты понимаешь, что я пока не готова к отношениям?» — Мне хотелось быть искренней.
«Понимаю. Я подожду», — пообещал он.
Да, Влад не спешил — понимал, что мне нужно время. И я за это была ему невероятно благодарна.
Он прекрасно знал, что мне нелегко и что я не могу сразу броситься в омут новых отношений. И делал так, чтобы я постепенно привыкала к нему.
Открыть вторую Вселенную безумно хотелось — я все еще помнила те яркие чувства, которые испытывала рядом с Виолеттой.
Однако пока что это получалось плохо, хотя я решила про себя, что буду стараться.
Возможно, любовь — это просто дело привычки?..
Но почему тогда время идет, а я не могу избавиться от привычки думать о Малышенко и приобрести привычку думать о Владе?
Как-то я захотела пойти на новый фильм по вселенной «Марвел», и Влад, словно почувствовав это, пригласил меня на вечерний сеанс в пятницу после учебы.
Естественно, это был ВИП-зал, с удобными креслами, которые можно было откинуть, столиками и официантом.
Вроде бы отличный киносеанс и кино отличное!
Только вот все полтора часа мне то и дело вспоминалось, как мы с Малышенко были на какой-то комедии, сидели где-то почти на последнем ряду и целовались всё то время, пока шло кино, не замечая ничего вокруг.
Зато рядом с Владом я смогла нормально посмотреть фильм.
Правда, в какой-то момент, когда я потянулась за попкорном, наши пальцы соприкоснулись и Влад взял меня за руку. Вырывать ладонь из его прохладных пальцев было как-то неудобно, и я несколько минут просидела в напряжении, не зная, как поступить. А потом извинилась, сказала, что мне нужно в туалет, и вышла, но чувствовала себя неловко.