Глава 2.
- И на кой черт тебе эта евгеника? - ворчал отец, складывая в сумку сына горячие котлеты в банке. - Её ж буквально вчера придумали.
- Папа, это интересно.
- Не понимаю я этого. Евгеника, господи, ну и название. Её должны изучать Евгении. Вот ты Евгений?
- Нет.
- Отстань от ребёнка! - вмешалась мать. - Это уж лучше, чем сидеть в нашей глуши.
- Да это дурдом. Нет бы семейный бизнес продолжать, в институт он собрался.
- Почему нет? Я хорошо сдал экзамены.
- Я прекрасно знаю все, что происходит в этих институтах! Мы в своё время с друзьями все окна повыбивали, из одного окна в другое перелезали и штаны на люстру забрасывали.
Джо сдал все выпускные экзамены в школе и решился на поступление. Отец поначалу яростно напоминал, что хочет оставить ему свою фабрику, а потом мать не него несколько надавила.
- Ты же помнишь тот случай в 1917?
- Дальше что?
- Я вот что думаю. Пускай едет, куда хочет, хоть в Лондон. Нам спокойнее будет. А фабрику младшему отдадим.
- А мне спокойнее не будет! Если что-то подобное случится в городе, где нет наших знакомых, кто его отмазывать будет?
- Брось, моя родня есть в любом городе. Так что не делай мне мозги, дай ему хотя бы выучиться по профессии.
Джо изрядно вырос, но выше среднего не стал. Он начал нравиться девушкам. Ещё бы - стройный, с длинными на уровне туловища ногами, с мягкими тёмными волосами и большими зелёными глазами. Правда, отталкивала людей его улыбка. Зияющая щель между зубами напоминала трещину на льду над темным омутом, в котором может быть всё, что угодно. И вправду, гадкие слова у него вырывались. А в целом, Джо был неплох собой.
Вступительные экзамены он сдал от волнения плохо, но всё же не на два. Его таки приняли, ну, и авторитет отца вспомнили. Хотя сам старый Карл отказался спонсировать институт и доплачивать за люкс-общежитие.
- Ты хотел социализацию, на тебе, во всех красотах.
- Карманные не дашь?
- Заработай.
- Ну, и не буду приезжать к вам тогда.
- Ты чудовище, деточка.
- Я же пошутил.
- Ну, ладно, не шали тут.
Радостный Джо так спешил на первую в жизни пару, что случайно врезался в какую-то девушку в коридоре. У обоих из рук выпали книги, а сам Джо упал на задницу.
- Простите, я соберу... э... здравствуйте?
Он поднял глаза и внимательно рассмотрел незнакомку. Она была ниже его, с пышными рыжими кудрями и синими, как звёзды, глазами. Черты лица были у неё такие правильные и нежные, что любой художник не медля стал бы писать ее портрет. Девушка удивлённо смотрела на Джо, сидящего на полу в окружении книг.
- Что с вами? Вы не ушиблись?
- Если бы я был Моцартом, - ошарашено выдохнул он. - Я бы нарисовал вас.
Она рассмеялась. Этот смех был подобен звону хрусталя, песен ночного соловья.
- Я что-то не то сказал?
- Моцарт писал музыку.
- Простите.
- Не стоит, мы с вами даже не знакомы, а вы уже два раза извинились. Я Мира! - она подала ему руку, помогая встать.
- Джо! - сказал Джо, улыбнувшись во весь рот. - Ой. Не рассчитал.
- Что такое?
- Не хотел вас напугать.
- Какая прелесть! У вас такие милые зубки!
- С ума сойти. Да, это, это семейное.
- Вы только поступили?
- Да. А вы?
- Тоже. Ой, вам в какую аудиторию?
- В восьмую.
- И мне в восьмую! Врач - генетик?
- Не, блин, слесарь третьего разряда. Извините, пожалуйста.
Профессор смерил их нелестным взглядом.
- Нечего сказать, молодцы, в первый же день опоздали на первую же пару. Проходите, садитесь.
В общем, за день за одной партой с Мирой Джо успел узнать, что она живет со старшими братьями в частном доме, любит играть на пианино, а ее любимые цветы - одуванчики. Вечерами она гуляет по городу, или читает зарубежные книги.
Коллективу Джо решительно понравился. В отличие от школы, здесь никто не знал о его богатом отце со связями, да и его самого все первый раз видели. Девушек было мало, что в группе, что на потоке, и они быстро стали обсуждать необычную персону.
- Вы видели этого парня с челкой, он ещё с этой рыжей ходит?
- Говорят, она странная. Если это та, с Садовой улицы.
- Да. Ну, он красавчик, но улыбка жуткая.
- Бедный мальчик, со внешностью повезло, но не с зубами.
- Он всё время что-то читает. Не похож на остальных.
- Как думаете, он занят?
- Не говори глупостей, Мари. Зачем тебе он, потом дети будут страшненькие. Лучше присмотрись вон к тем высоким, у окна.