Тайное сообщество

Рождественские каникулы Эдна была вынуждена провести в Хогвартсе. Она должна быть готовой в любой момент пройти новое испытание, отправиться в очередное приключение. И девушка просто боялась за своих родителей. Как высок был шанс того, что приспешники Ранрока, он сам или Руквуд отправятся следом за ней? Эдна не хотела проверять, не хотела, чтобы ее враги нашли рычаги давления на нее, а то и вовсе лишили ее семьи.

Радовало то, что Оминис так же оставался в замке. Эдна понимала, что парень просто не хочет уезжать домой. Их отношения с семьями были полярными. Если девушка любила своих родителей, любила проводить время с ними, то Оминис казалось был как на иголках от одного упоминания дома. Он рассказывал, что предпочитал проводить время в Хогвартсе или в Фелдкрофте с Сэллоу, однако летом, так или иначе, чаще всего приходилось возвращаться домой.

Они с Оминисом все чаще виделись в крипте после уроков, сидели на полу, рассказывая друг другу о своих мирах. За почти полгода Эдна узнала не так много о волшебниках, зато парень мог многое объяснить. Оминиса же интересовали магглы, о которых девушка с радостью ему рассказывала. Эдна любила спокойные вечера в его компании, словно спустя длительное время она снова оказалась дома. На каникулах они могли целые дни проводить в разговорах, но оба понимали, что есть вещи, которые им стоит делать ради своего будущего. Эдна пришла в библиотеку, чтобы прочесть о мракоборцах. Они заинтересовали ее, она думала о том, чтобы стать одной из них после окончания школы. Один из вариантов.

Магический мир давал больше возможностей. Здесь Эдна могла пойти работать в министерство магии или стать преподавателем, ученым, а в маггловском мире девушкам мало что было доступно. К тому же с недавних пор у нее появилась еще одна причина остаться в мире магии.

Возможно она подходила на роль мракоборца: Эдна хорошо знала все необходимые предметы, усиленно училась, не без помощи дополнительных занятий и Оминиса. Парень собирался сдавать трансфигурацию, так же необходимый предмет для мракоборца. Только вот, как говорил сам Оминис, он случайно уничтожал свои записи, когда тренировал заклинание Эванеско. Загвоздка была лишь в одном. Эдна точно не знала насколько сильно она могла противостоять давлению и неблагоприятным обстоятельствам, о которых говорилось в книге. Но ведь она пережила все, куда ее втянул Себастьян или столетние преподаватели с их древней магией...

— Ты снова стала с ним общаться.

Себастьян тоже никуда не уехал. Появившись внезапно, он сел на соседний стул. Эдна едва смогла не вздрогнуть.

— Верно, — девушка кивнула, не отрывая взгляда от книги. Ей все еще было некомфортно находиться рядом с Себастьяном, но уже не так страшно. — Тебя пускают в библиотеку?

— Конечно. Пергамм так просто не может запретить приходить сюда. Зато может ворчать.

— У нее есть на то причины.

Эдна пыталась понять зачем он пришел, бессмысленно продолжая читать одну и ту же строчку. Себастьян молчал до тех пор, пока девушка не оторвала взгляд от книги и не посмотрела на него.

— Если его отец узнает...

— Если его отец узнает, то Оминис это переживет, — прервала его Эдна. — Возможно, я звучу эгоистично, но это не мои слова, а его.

— Так ты ему сказала о нашем разговоре?

— Себастьян, есть много вещей, которых ты не знаешь и не понимаешь, — Эдна вздохнула. — Оминис сам догадался. Зачем ты пришел? Снова сказать мне, что я поступаю плохо?

— Отчасти. Я хотел попросить, — Эдна напряглась. — Дядя Соломон не пускает меня к сестре, — Себастьян нахмурился. — Буквально ждет меня у дверей. Я даже на Рождество не могу увидеть Анну. Скоро это закончится, но боюсь, если я приду и поссорюсь с ним сейчас, Анна может меня возненавидеть.

— Дельная мысль.

— Я хотел попросить тебя отнести ей подарок.

Эдна поджала губы. Она совсем не была близка с Анной, не видела ее с того самого случая в деревне, они говорили лишь при первой встрече. Эдна обещала, что придет, навестит ее еще раз. Возможно это был шанс сдержать обещание и заодно отделаться от приставучего Себастьяна.

— Можешь взять Оминиса с собой, — сказал парень. — Думаю Анна будет рада его видеть. И тебя тоже.

Эдна задумалась. Ей одновременно хотелось — сидеть круглые сутки в замке быстро надоедало — и не хотелось. По крайней мере, сегодня идея Себастьяна была безобидна. Он мог бы попросить Эдну поговорить с Соломоном, уговорить разрешить ему пустить Себастьяна домой на рождество, но он не стал. Наверное Себастьян все же был не настолько глуп, чтобы посчитать, что его дядя послушает девушку, что видел единожды.

— Ладно, — отвернувшись от щенячьего взгляда парня, сказала Эдна. — Я схожу. Спрошу у Оминиса, хочет ли он пойти со мной.

— Хочет, — улыбнулся Себастьян, поднимаясь. Эдна посмотрела на него, надеясь, что ее взгляд заколет парня. Неужели он специально пытался задеть ее? — Когда пойдете?

— Завтра. Сегодня, как видишь, у меня есть работа.

— Каникулы созданы для того, чтобы отдыхать, Эдна, — Себастьян резко приблизился, едва не столкнувшись с девушкой носами, но в последний момент заглянул в книгу. Эдна отклонилась назад. — Мракоборцы, — он скривился. — Настолько прониклась?

— Возможно.

— Дядя — бывший мракоборец. Если так хочешь, можешь спросить его о них.

— Хорошо. Но сейчас... Ты не мог бы мне не мешать? Пожалуйста.

— Ладно. Раз мне тут не рады, пойду. Вечером я передам тебе подарок для сестры.

Погрузиться в чтение больше не удалось. Этот парень одним своим присутствием умел испортить все настроение. Радовало, что хоть поездка может быть полезной.

Эдна вернулась в гостиную вечером. Было пусто, многие разъехались по домам. Оминис ждал ее на своем привычном месте, где вечерами они, как раньше, могли обсудить что-то или в тишине почитать. Многих здешних книг не было в маггловском мире. Эдна успела собрать рекомендации у своих друзей и знакомых, и теперь часто, в свободное время, погружалась в чтение. Эти книги ей нравились.

Девушка вздохнула, понимая, что ее разговор с Себастьяном не останется незамеченным, и Оминис будет недоволен. Она забрала подарок у Себастьяна и лишь затем подошла к ожидающему ее парню.

— Говорила с Себастьяном? — голос Оминиса был скорее удивленным, чем враждебным.

Несколько раз они обсуждали поведение общего друга. Оминис уговаривал девушку больше никогда не соглашаться на предложения Себастьяна. Эдна не была уверена, что подойди он к ней с очередной просьбой, она сможет отказать. Себастьян умел натворить глупостей, а потому бросать его одного, Эдна просто боялась.

— Его просьба была безобидна. Передать Анне подарок...

Напрягшийся было Оминис, выдохнул.

— Мы можем пойти вместе...

Парень кивнул.

— Как твои поиски? — спросил он.

Беспокойство, росшее внутри Эдны, немного успокоилось. Оминис просто сменил тему, не акцентируя внимания на предстоящей прогулке до Фелдкрофта. Девушка рассказала ему о том, что узнала, поделилась планами. Теперь ей нужно было подойти к профессорам, спросить их о более углубленной подготовке. Вероятно начать стоило с профессора Шарпа, все же он был бывшим мракоборцем. О том, что Себастьян предложил ей поговорить с Соломоном, Эдна не стала говорить.

Утро оказалось тяжелым. Эдна старалась делать вид, что ее ничего не тревожит, старалась вести себя как обычно, но мысли то и дело возвращались к тому, как отреагируют Оминис и Анна друг на друга. До этого она никогда не видела их вместе, парень даже редко говорил о сестре своего друга, но каждый раз его слова почему-то задевали Эдну.

Оба решили, что идти пешком не лучшая идея. Было холодно, несколько часов такой дороги казались не лучшей идеей. Эдна запомнила, как Себастьян находил транспорт, и вскоре они были в нужной деревне. Правда и на этот раз ей не дали заплатить. Оминис без единого слова отдал необходимую сумму возчику.

Эдна замерла перед дверьми дома Сэллоу в нерешительности. Как пройдет эта встреча? Они без предупреждения заявились в чужой дом. Девушку здесь даже не знали, одна встреча еще ни о чем не говорила. Будут ли ей рады? Вряд ли. А как сильно Анна будет рада Оминису? Почему Себастьян вообще был так уверен, что этим двоим стоило встретиться? Голова начинала болеть от переживаний. Оминис, словно почувствовав метания Эдны, осторожно сжал ее пальцы.

Соломон без проблем впустил их внутрь дома, хоть и с легким подозрением поглядывал на друзей Себастьяна. Анна заметив Оминиса едва не кинулась ему на шею, но вовремя остановилась, осторожно взяла парня за руки.

— Я рада, что вы пришли, — улыбалась она. — Спасибо.

Эдне Анна лишь улыбнулась. Одной короткой встречи недостаточно, чтобы стать друзьями.

— Себастьян просил передать это тебе.

Эдна протянула сверток девушке, с опаской глянула на Соломона. Мужчина остался стоять в стороне, выглядел недовольным. Эдна понимала его. Будучи мракоборцем, пусть и бывшим, он не мог поверить и смириться с тем, что его племянник связался с темной магией.

Анна пригласила сесть к столу. Им с Оминисом было что обсудить. Друзья давно не виделись, и неизвестно сколько бы еще не встретились, если не стечение обстоятельств. В их компании Эдна чувствовала себя лишней. Она молчала, смотрела в стол, сидя будто чуть отдельно. Девушка практически не слышала, что они обсуждали, пыталась заглушить боль где-то в груди.

Не выдержав, она встала, прошла мимо друзей, направляясь к Соломону, что сидел отдельно от компании, недалеко от входной двери. Эдна слышала, как разговор сзади затих.

— Мисстер Сэллоу, — неуверенна начала она.

— Да? — мужчина поднялся, нахмурился. Возможно он ожидал, что девушка начнет говорить что-то о его племяннике.

— Вы ведь бывший мракоборец...

Мужчина усмехнулся. Его лицо смягчилось.

— Хотите пойти в мракоборцы? — весело спросил он. — Пятый курс, конечно. Нужно решать.

— Я хочу попытаться, верно. Я попала в мир магии недавно, все волшебное далеко для меня. Я изучала мракоборцев по книгам в библиотеке и тому, что мне могли сказать другие, но я еще не разговаривала об этом с теми, кто не понаслышке знает о них.

— Что ж, я понимаю ваши опасения. Наверняка вы знаете, какие экзамены необходимо сдавать. Могу лишь сказать, что это не все, что вам нужно. Есть и другие экзамены, что направлены, например, на проверку ваших способностей к скрытности. Нужно быть крепким не только в плане силы, но и внутреннего духа.

— Я сомневаюсь в этом выборе, меня ведь совсем не обучали до этого.

— Здесь мне нечего сказать, лишь то, что мракоборцы — одна из самых великих и опасных профессий в магическом мире. Вам придется столкнуться с опасностями, что не имеют ничего общего с чем вы сталкиваетесь на уроках. Я уважаю ваш выбор, — он улыбнулся. — Вы решили бороться за правые цели...

Его взгляд потускнел. Наверняка он каждый день вспоминал о том, что сделал его племянник. Мужчина не хотел такого для своей семьи. Себастьян коснулся темного и вряд ли теперь уже сможет выбраться из этой ямы. Соломон видел темных волшебников ни раз, Эдна была уверена в этом, знал, чем подобное увлечение заканчивалось. Мужчина устало сел на свой стул.

— Спасибо, — девушка неловко улыбнулась.

— Удачи.

Эдна нехотя вернулась за стол. Стоило девушке сесть на свое место, как Оминис посмотрел в ее сторону. Он не мог увидеть Эдну, но будто чувствовал ее настроение. Парень понимал, что это практически не связано с муками выбора будущей профессии. Они обсуждали это ни раз, подобной меланхолии и отстраненности раньше он не наблюдал. Вероятно Оминис понимал, что дело было в месте и компании, где они находились.

— Как Себастьян? — негромко спросила Анна.

— Я не общаюсь с ним, — раздраженно ответил Оминис. — Он натворил много глупостей, даже тех... Неважно. Я больше не могу закрывать на это глаза.

— А ты, Эдна? Может быть ты что-то знаешь?

Девушка качнула головой, нервно улыбнувшись.

— Я впервые за этот месяц говорила с ним лишь вчера, когда он попросил меня отдать тебе подарок на Рождество.

— Что ж, — Анна неровно выдохнула, — полагаю, он виноват в том, что натворил, но... Себастьян сбился с пути, ему просто нужно помочь найти свет, — она с надеждой посмотрела на Эдну, будто просила ее сделать это. — Он сможет с этим справиться.

— Он...

Эдна предостерегающе схватила Оминиса за руку, не давая наговорить острых слов, как он обычно делал в гневе. Эдна смотрела на его профиль, ждала, когда парень успокоится. Как бы ей не было больно от того, что казалось Оминис с Анной были близки, Эдна вовсе не хотела, чтобы он ссорился еще и с ней. Парень глубоко вдохнул, едва ощутимо сжимая ее пальцы.

— Я тоже надеюсь, — в конце концов сказал он.

Себастьян нанес Оминису глубокую рану, что никак не могла затянуться. Эдна прекрасно понимала его чувства. Однажды Себастьян едва не прямо сказал ей, что у Оминиса он планировал научиться темным искусствам, вероятно понимая из семьи каких волшебников был его друг. Парень, казалось, восхищался Мраксами, был согласен с их взглядами на темную магию. Вот только Оминис очевидно ожиданий не оправдал. Дорожил ли Себастьян дружбой с ним? Жалел ли о том, что натворил? Или ему было все равно, так же как и на то, что он сделал с Эдной? Возможно раньше Себастьян был другим, и именно темная магия сделала его жестоким...

— Думаю, нам пора, — сказал Оминис после непродолжительного молчания.

— Уже? — Анна выглядела опечаленной. Парень лишь кивнул, предпочтя не искать предлогов. — Спасибо, что пришли, — Анна слабо улыбнулась.

Казалось, что на улице стало теплее за время проведенное в доме Сэллоу, а потому было принято решение возвращаться пешком. До заката было несколько часов, до отбоя и то больше. Они успевали вернуться, даже идя неспешным шагом.

— Что тебя беспокоит? — вдруг спросил Оминис, когда они были на краю деревни.

— Ничего такого, — соврала девушка. Оказалось, что провести парня было не так просто.

— Ты можешь поделиться со мной. Не нужно притворяться будто с тобой все в порядке. Я знаю, что что-то не так.

Эдна глубоко вздохнула. Оминис остановился, когда услышал, как снег под ногами девушки перестал хрустеть.

— Ты что-то чувствуешь к ней? Может быть раньше был влюблен в нее? — тихо спросила Эдна и сразу после задержала дыхание. Она не должна была так в лоб спрашивать об этом, но он сам просил быть с ним откровенной.

— Нет, — Оминис мягко улыбнулся. — Анна мне как младшая сестра. Не более.

— Мне показалось...

— Показалось.

Парень шагнул ближе. Наклонившись, он оставил легкий поцелуй на щеке девушки. Эдна тяжело вздохнула, опустила голову, уткнувшись макушкой ему в грудь. Почему она вообще допускала мысль об этом, после того как Оминис признался ей в любви?

— Прости, — протянула Эдна.

— Перестань постоянно извиняться, — усмехнулся Оминис. Он обнял ее, крепко прижимая к себе. — Мне тоже по началу казалось, что ты не просто так проводишь время с Себастьяном.

— Нет, — Эдна замотала головой, вызывая у парня смех.

Она осторожно обняла его в ответ, мягко коснувшись спины. Девушка закрыла глаза. Мысли успокоились. Рядом с ним царил покой, будто Оминис оберегал ее от всего на свете, пусть даже не мог в полной мере увидеть опасность. Он чувствовал ее.

Возможно ей показалось, что между ним и Анной могло что-то быть по тому, как тепло девушка отзывалась об Оминисе. Эдна не могла точно сказать в чем была причина: в том, что Анна просто была дружелюбной и нежной, а потому относилась так ко всем, или же она была влюблена в парня... Эдна зажмурилась, стараясь отогнать эти мысли. Это ведь было неважно, потому что она доверяла Оминису. Всецело доверяла.

— Нам надо идти, — тихо сказал парень. — Тут не настолько тепло.

— Да, — Эдна отстранилась. — Мы можем зайти в одно место? Оно в замке.

— Конечно.

Эдна вела его к выручай-комнате. Однажды она обещала познакомить парня с нюхлером, и раз сейчас у них было много свободного времени, то это был самый подходящий момент. К тому же, так ей казалось, она делится с парнем чем-то личным, показывает доверие. Эдне все еще было стыдно за то, что она могла усомниться в его чувствах.

— У тебя есть тайное место, — девушка улыбнулась. — У меня тоже.

— Выручай-комната? Как ты ее нашла?

— Мне показала профессор Уизли, — девушка толкнула появившиеся двери, перешла на шепот. — Надеюсь, она примет привычный вид.

В основном Эдна бывала в выручай-комнате лишь из-за спасенных животных. После того как Оминис разрешил ей приходить в крипту, и сам часто бывал с ней, девушка предпочитала проводить время и тренироваться там, нежели здесь. Раньше крипта казалась мрачным и страшным местом, теперь же она была уютной и будто родной. У этого была лишь одна причина.

— Идем, — Эдна потянула Оминиса за руку ко входу на бескрайнюю поляну. — Здесь живут животные, которых я спасла от браконьеров. Деек сказал, что это называет виварий.

— Ты борешься еще и с браконьерами? — Оминис осторожно перешагнул порог.

— Кто-то же должен, — неловко улыбнулась девушка. — В общем, я хотела, чтобы ты знал об этом месте. К тому же, я кое-что обещала.

Эдна убежала вперед, оставив парня в одиночестве. К тому моменту, как она поймала нюхлера, Оминис уже был рядом.

— Вот, — она протянула ему белошерстного зверька.

— Нюхлер? — лицо парня вытянулось от удивления.

— Ее зовут Андромеда. Я нашла ее после урока астрономии.

Он несмело взял животное на руки. Андромеда с подозрением смотрела на нового человека, обнюхивала его. Ее друг, Птолемей, поставил лапки на ногу Оминиса, принялся изучать его. Это был нюхлер побольше, рыжего окраса.

— Не обчистят мои карманы?

— Просто не подпускай их к ним, — улыбнулась Эдна. — Честно говоря, до того, как я нашла их в одной из ловушек, я мало что знала о нюхлерах. Но у этих двоих оказалось действительно много монет. Думаю, что они обворовали своих же похитителей.

Оминис усмехнулся.

— Эти зверьки такие.

— Повезло, что у меня есть блестящие вещи. Они им нравятся.

— Тут ведь не только нюхлеры. Я видел еще и других.

— Здесь много кто есть...

— И что с ними всеми будет дальше?

— Я не знаю, — Эдна пожала плечами. — Я надеюсь на помощь профессора Уизли в поиске заповедника, куда их можно было бы отправить. Отдавать каким-то торговцам, обещающих найти для них новый дом, не хочется. Так же как и отпускать их назад в лес. Я не уверена, что если эти звери попались браконьерам раз, то во второй такого не случится.

— Тебе стоит стать магозоологом, а не маркоборцем, — улыбнулся парень, погладив нюхлера. Андромеда теперь спокойно сидела в его руках, с блестящей монетой в лапках, которую ей дал Оминис. — Это не так опасно.

— Возможно, — вздохнула девушка. — Я не уверена, что подхожу на роль мракоборца. И не уверена, что хочу именно туда.

Эдна села на траву. Животные, обрадованные ее возвращением, окружили девушку, желая получить свою порцию ласки. Оминис дождавшись, когда несколько лунтелят оставят девушку, опустился рядом.

За пределами Хогвартса царила зима, но в виварии всегда было лето. Солнце грело их своими лучами, лёгкий ветерок обдувал шею и плечи. Эдна оставила пальто на входе в выручай-комнату, попросила Оминиса сделать то же самое. Ей нравилось это место, оно было особенным, невероятно красивым. Эдне очень хотелось, чтобы парень тоже мог увидеть эту красоту, но говорить в слух об этом она не стала.

— Я тоже не знаю, куда пойти, — произнес Оминис. — Если тебя это успокоит. Не уверен, где бы пригодился слепой волшебник. Я так же, как и ты, думал о мракоборцах — это было бы прекрасным протестом против моей семьи, но, как бы хорошо я не умел сражаться на дуэлях, эта работа требует куда большего.

— В таком случае ты тоже можешь стать магозоологом, — улыбнулась девушка.

— У нас еще два года, чтобы решить, — хмыкнул Оминис. — Есть множество профессий, где все же можно испытать себя. А СОВ — лишь проверка способностей учеников.

— Ты говоришь не так как профессора.

— Просто я знаю, что ты справишься.

Эдна продолжая улыбаться, подвинулась к нему ближе, положила голову на плечо парня. Оминис, наклонившись, коснулся ухом ее макушки. Он переплел их пальцы между собой.

— Пожалуйста, не переживай за меня. И из-за меня, — парень усмехнулся. Эдна подняла голову, едва не уткнувшись носом в его подбородок. Она сразу же поняла на что он намекал. Щеки тронул румянец. — Не думаю, что я испытывал что-то подобное раньше, и что когда-то испытаю снова.

— Я тоже...

Возможно эти слова так легко произносились лишь потому, что они были еще недостаточно взрослыми, чтобы потерять веру в любовь, или верить в то, что любовь не может быть единственной на свете. Но взрослые теряли веру из-за обстоятельств и рутины, потому что все в их жизни было сложно. Жизни Эдны и Оминиса легкими назвать было нельзя. Любовь была спасением для них. Она давала силы, помогала в трудные времена. Мысль о том, что эта любовь навсегда, была тем самым светом.