Холод

  Солнце ослепляло с неба золотистыми лучами, что пролезали сквозь согнутые ветки, отображаясь разнообразием белых бликов по засушливой земле. Ясный небосвод возвышался над  пожелтевшими верхушками деревьев. Но не смотря на всю открытую осенней природой красу, атмосфера в лесу стремительно нагнеталась. С каждым своим новым шагом у Йеджи словно поднималась температура, а когда послышался хруст сломанной ветви, брюнетка и вовсе думала, что сейчас потеряет сознание. Её глаза в ужасе обернулись посмотрев назад и какого же было её удивление, когда сквозь трепещущую листву, та распознала знакомый силуэт. Его длинные, блондинистые локоны были собраны в хвост, который чуть выглядывал изо макушки. Отблеск дневной звезды заливал тёплым светом бархатную кожу лица, на котором  хаотично переливались оттенки бронзы. Чуть загорелый тон кожи подчёркивал полноту губ, что прямо сейчас что-то произнесли.

  Прибывая ещё пару секунд в ступоре, Йеджи ничего так и не услышала кроме узнаваемого тембра голоса. Она лишь заметила движения пунцовых уст, явно задающих какой-то вопрос. На лице парня так же читалось лёгкое замешательство, но если девушка удивлена из-за страха, то он скорее по причине того, что никак не задумывался повстречать её на своём пути. Его светло бурые брови были сближены у переносицы высветляя полукруглые складки на начале мелких волосков. Карие, как ночь, глаза смотрели полные неодобрением в сторону Хван, от чего та невольно сжалась. Одного его лишь взора хватает, чтобы почувствовать себя неуютно.

- Я спрашиваю, что ты здесь делаешь? - задал ещё раз свой вопрос парень, вырывая из немой пучины мыслей брюнетку, для которой этот низкий тон отозвался ударом тока пущенным по извилинам.

  До этого та молча сверлила удивлённо-испуганным взглядом фигуру напротив, а все звуки лесной живности и мужского голоса затерялись на втором плане. В голове было столь же глухо, как в больничной палате. Все те мгновения тишины были отданы Йеджи разумом, чтобы та смогла окончательно перебороть панику и успокоить бешено бьющееся сердце. Второй вопрос она уже расслышала звонко и ясно.

- Я просто гуляла. - поспешила ответить та, чуть повысив голос.

  Юноша явно был чем-то раздражён ещё до прихода сюда, так как это было написано у него на лице, что исказилось в уродливых складках и вопросительной гримасе. Тёмные глаза чуть сузились косо смотря на Хван, которая восприняла совокупность его облика с тоном заданного вопроса, как вызов. А потому и сама поспешила ответить грозно нахмурившись в ответ. Ей стало неприятно, что с ней общаться будто та что-то натворила.

- Снова одна? - проговорил блондин уже успокоив своё раздражение. В этот раз тот скинул одну из бровей наполнив свой лик озадаченностью.

- Мы уже разошлись с подругой. - заметив преображение на чужом лице, Йеджи поспешила утихомирить свой пыл, плотно сжав губы в тонкую полоску.

  Девушка прикрыла глаза, спустив из лёгких спасательный выдох, который помог внутренне начавшейся буре так и не дать загореться. Поняв, что своей остротой в голосе, она погорячилась, Йеджи продолжила с уже совсем умиротворённым голосом:

- А ты что здесь делаешь? - подняв обратно лицо на своего собеседника, та быстро распахнула миндальные глаза взглянув доброжелательно на блондина.

- С раннего утра с отцом на охоте. - тяжелого выдохнув, проговорил тот и девушке показалась, что она расслышала еле заметную усталость в этом монотонном голосе.

  Только сейчас глаза зацепились за кожаный ремешок, который принадлежал ружью находившемуся за спиной. Обычно юноши только радуются, когда их отцы зовут вместе поохотиться, но Хёнджин напротив выглядел подавлено. В его лике не промелькнуло ни капли радости, скорее он был встревожен чем-то и огорчён.

- С отцом пришёл? - бурые брови приподнялись к линии роста волос выражая удивление. Брюнетка начала оглядываться, проникая взором за широкую спину блондинистого парня в поисках второй, более рослой фигуры, но так никого и не найдя вновь обратилась к собеседнику. - А почему возвращаешься один?

- Отец остался ещё ненадолго, - парень отвёл глаза в сторону будто смутился чем-то, но со стороны больше смахивало на то, что девушка задала вопрос, который вновь пробудил в нём раздражение, что накапливалось внутри противным сгустком с каждым новым упоминанием о недалёком прошлом. - думает, ещё что-то может подвернётся. - саркастично ответил тот, прождав пару секунд цепкого взгляда на себе.

  Похоже они поссорились с отцом, иначе парню ни к чему высмеивать действия своего родителя. Одна его рука поднялась разрезая воздух по направлению вверх и остановилась у макушки мелко встряхнув задние пряди, что выбивались из собранной копны коротких волос. Йеджи, заметив эту картину, сразу подметила, что парень был слишком красив чтобы суметь отвести от него взгляд. То как он глядел в сторону при этом будто смущённо потрепав себя за волосы, выстраивало картину прелестного юноши, который мог умилить любого. Теперь он не казался брюнетке столь навязчивым хамом, которым был для неё прежде.

  Удивившись собственным мыслям, Хван поспешила убрать изучающий взгляд и опустила глаза вниз, спрятав за копной распущенных волос румянец загоревшихся щёк. В груди участилось сердцебиение заставив ту почувствовать себя ещё более неудобно перед парнем и самой собой. Никогда бы не пришло в голову, что на неё может так повлиять внешность старого друга.

- И ты его не дождался? - решившая взять себя в руки, та откинула быстро из головы все дурные мысли и поспешила отвлечь себя незамысловатой беседой, думая, что так сможет избежать лишних дум.

- Не слишком ли много вопросов ты задаёшь? - мгновенно тот вновь стал грубым, наградив недобрым взором хрупкую девушку, чьи плечи приподнялись вверх от такой резкой смены настроения.

- Прости.  - Джи вновь робко прибила свой взгляд к земле, почувствовав, что и правда стала слишком назойлива со своими расспросами.

- Ничего страшного, мне даже льстит твой интерес. - Хёнджин, который до этого держался изначально намеченной дистанции, начал приближаться к девушке медленной поступью, словно хищник, который сумел загнать свою жертву в угол и теперь беспрепятственно шёл в наступление.

  Вжавшись головой в собственные плечи, брюнетка начала в ответ каждому шагу в свою сторону отходить на столько же назад. Её глаза с непониманием уставились на приближающийся силуэт, что растворил свои уста в ядовитую ухмылку, а глаза поспешил сузить подстать орлу, который выслеживает с высоты свою добычу. Сердце моментально упало в пятки, как только тот добрался до нежной девушки, обхватив ту ладонями за талию. Он молча вглядывался в эти миндальные крапинки, что блестели на солнце самым чистым золотом. В этих бегающих радужках, что отчаянно пытались найти спасение сквозь охвативший всё юное тело ступор, ему хотелось утонуть. Настолько они прелестны.

- Вчера мы оставили открытым один вопрос. - одна из ладоней поднялась вверх припечатываясь к неровной коре дерева. Вслед за этим движение и само мужское туловище нагнулось на встречу окаменевшему, девичьему строению, фиксируя более тесный контакт. - Может пора разобраться с нашими чувствами? - горячий шёпот опалил мочку уха, заставив Хван поёжиться в чужих руках.

  В голове вновь воцарило мракобесие не разрешая ни одной ответной реакции покинуть границы сознания. Брюнетка размышляла, что ей делать. Как толкнуть юношу так, чтобы отстал? Что сказать, чтобы тот оставил её в покое? Как ей вообще реагировать на неожиданный проявленный интерес к, казалось, уже давно забытой им особе?

- Йеджи. - голос был пропитан азартом излучая приторной сладостью, что обманчиво заставлял конечности обмякнуть.

  Лица находились слишком близко и ужаснувшись, Хван поняла, что уставилась на чужие уста не в силах оторваться. Словно назло, тот облизнулся пройдясь по нижней губе горячим языком, оставив влажной след, что поблёскивал тёплым глянцем. Но Хёнджин и не думал опускать глаза, тот пристально рассматривал открывшийся его взору ряд смоляных ресниц, едва дрожащих над склонённым взглядом.

- Я должен признаться, что.. - не закончив свою речь, тот сделал минутную паузу дотронувшись чуть грубой подушечкой пальца до фарфоровой кожи лица. - ..в моём огороде нет ни одного томата краснее тебя. - ловким движением рука скользнула к носу обхватив его кончик меж два пальца и прытко потянув вниз.

В секунду всё в округе переполнялось заливистым смехом парня, который отошёл чуть назад окольцевав свой живот двумя руками. Колени изогнулись, переместив на себя всю тяжесть тела вниз. Игривости и след не успел простыть в уме девушки, как блондин тут же переметнулся на издевательский лад. Не стыдясь, тот продолжал в открытую смеяться над нелепостью собеседницы.

- Хёнджин.. - девичий голос пропитан дрожью из-за нарастающего в груди раздражения. Закрытый глаз прытко подрагивал задирая вверх изгиб бурой брови. - ..я никогда не встречала никого более отвратительнее тебя! - тон достиг высоких нот и эхо женского крика раздалось по всему лесу громким гомоном, что отпугнул с тонких ветвей певчих птиц.

  К девичьим щекам прилило ещё больше крови, вынуждая тех вспыхнуть гораздо яростнее  адским огнём. Спустив из лёгких выдох полный возмущения, та поспешила обернуться чтобы пойти дальше своей дорогой и как можно быстрее отдалиться от этой невежды. Его поведение было абсурдным для младшей Хван и та сильно сдерживала себя, чтобы не продолжить свою пылкую речь, либо же не отвесить своему соседу пару затрещин, так чтоб тот и знать забыл как это улыбаться. Но здравый смысл всегда держался наверху всех ощущений. Именно поэтому та незамедлительно решила удалиться отсюда гордо вздёрнув кончик носа вверх. Размашистыми шагами, она всё дальше и дальше уходила прочь, оставляя позади развеселившегося хама, чей смех до сих пор терзал девичий слух.

- Остановись. - не унимая насмешливых мотивов в своём голосе, тот побежал следом за разъярённой брюнеткой, чьи локоны прытко извивались в воздухе создавая той каштановую вуаль за ровно идущей спиной. - Да стой же ты. - наконец догнав собеседницу, тот уровнялся с ней походкой.

- Ну что тебе ещё нужно от меня? - не в силах унять в себе дрожь ярости, та резко развернулась лицом к юноше, который вцепился своими пальцами в тонкую кисть не давая ей уйти.

- Ты же не обиделась? - уголки губ держались приподнятыми, хоть парень уже перестал смеяться.

  Задорный тон лишь сильнее вывел из себя брюнетку и та резкими взмахами начали пытаться освободить себя из цепкой хватки. Её глаза никак не хотели встречаться с двумя озорными омутами, что наоборот не отрываясь пытались прочесть на чужом лице что-то, не ясно что. Скорее всего, успокоившись, тот просто захотел утихомирить и девушку над которой минуту назад подшутил тем самым выбив её из колеи.

Вторая рука поднялась к острому подбородку, сжав легонько его между пальцами. Но брюнетка никак не хотела подчиняться и тот не придумал никакого средства лучше, чем просто прильнуть улыбающимся ртом к устам напротив. Его забавляло то, как Хван по детски надувала губы. Уловив момент, когда пухлый пунцовый оттенок вновь вытянулся уткой, тот заманил их в нежное касание прижавшись к ним страстным лабзанием. Хён сдавил даже через чур сильно верхнюю губу и овладел полностью двумя руками осиной талией. Девушка нахмурила брови, но в этот раз не спешила отстраняться, сама не зная почему. Внутренние ощущения заставляли её отвечать на, казалось, нежеланный поцелуй, сминая в ответ манящие уста. Внизу живота начал расцветать огненный бутон, поднимаясь по всему телу лихорадочным жаром. Зудящее ощущение засело и внутри молодого юноши, который с каждой новой секундой их тесного контакта стремился добавить в поцелуй всё больше размашистых нот. Атмосфера вокруг загоралась приобретая более интимный колорит и Хён было уже совсем лишился головы решившись пустить в ход нетерпеливый язык. Насытившись длительными прелюдиями, тот лёгким нажимом разомкнул податливый рот беспрепятственно огибая ряд белоснежных зубов.

- Достаточно, Хёнджин. - растерянно проговорила сквозь сжатую челюсть брюнетка, задыхаясь от переполненных её чувств.

  Аккуратная грудь часто вздымалась свидетельствуя о учащённом сердцебиении. Щёки залились багровым румянцем, чувствуя, как та предстоит перед этим парнем в нелепом виде. Сразу же на темноволосую голову навалились, словно лавина, противоречивые чувства. С одной стороны ей хотелось продолжить и полностью поддаться искушению, но другая всё твердила остановиться, ведь девушка до конца так и не разобралась, что же случается с её сердцем, когда та думает о Хёне. Вчера она ненавидела его за тот поцелуй, но уже сегодня сама отвечала на него. Один лишь взгляд брошенный на юношу поднял в неё волну вожделения, но та быстра прошла столкнувшись с ощущением растерянности. Её эмоции слишком сумбурно переплетались в голове сложившись в адский ком мыслей. Всё что ей оставалось делать это лишь испуганно глядеть в глаза напротив.

- Я тебя снова устрашил своей инициативой? - всё веселье с юношеского лица пропала не оставив за собой и следа.

Тот расстроенно опустил вниз голову заставив их лица соприкаснуть горячие лбы. Прижав плотнее к себе девичье строение, тот не хотел отпускать Йеджи из своих объятий. Он и не думал убирать руки с выразительных изгибах.

  Младшей Хван не понравилось ощущение, которое только что проникло ей в голову. Та внезапно сравнила своё положение со статусом куклы, которую хозяин не хотел выпускать из рук. Ведь блондин даже не соизволил признаться ей в чувства, а уже горюет из-за того, что та не может ответить ему взаимностью. И детский облик парня, который походил больше на расстроенного ребёнка, чем на сурового собственника, совсем не смягчил её отношения.

- Хёнджин! - резко шагнув назад, та попыталась отстраниться от юноши, но его руки так и не расцепились. Он лишь поднял полный непонимания взгляд на девушку, только что крикнувшую его имя. - Как ты можешь меня целовать, если я тебе даже не нравлюсь? - на девичьем лице засияла злость, которая перешла и на Хёнджина, что перенял в себя ту же искру.

- Думаешь я настолько низок, чтобы целовать девушку к которой ничего не испытываю? - в мужском голосе звучал похожий вызов с которым Хван задавала и свой вопрос.

  Брюнетка съёжилась, когда тот повысив голос продолжил:
- Какой же глупой надо быть, чтобы не замечать моих вечных взглядов и попытках сблизиться. - указательный палец уткнулся в девичий лоб, слабо толкнув того назад.

- Да о чём таком ты говоришь? - гнев разжёгся ещё сильнее после этого небрежного касания, которое пусть и не доставил никакую боль, но за то знатно ущемило гордость. - Ты раньше и случайного взгляда на меня не бросал. Проходил мимо даже не здороваясь. - маленькие кулачки несколько раз ударили по твёрдой груди отталкивая ту назад, но парень сам не собирался сдавать позиций.

- Да потому-что ты меня избегаешь. Каждый раз, когда я собираюсь приблизиться, ты испаряешься в воздухе будто и не было тебя. Я не успеваю приблизиться и на метр, как ты уже бежишь в противоположную сторону. - сжав узкие плечи двумя руками, блондин потряс девушку несколько раз, твердя свои слова суровым ликом. - Могу разве я насильно навязываться человеку, которого люблю? - стальные ноты в голосе немного испугали брюнетку, что уже засомневалась в своей правоте.

- Вчера тебе ничего не мешало ко мне подойти и бесцеремонно поцеловать. - раз подвернулся такой подходящий момент их откровения, та решила воспользоваться им и разузнать всё о странном поведении соседа.

- Да потому-что увидев тебя одну гуляющую поздно вечером я еле сдерживался, чтобы не отругать тебя, либо же обсыпать укоризненными словами. Поцелуй - единственное, что смогло удержать мой пыл, который вырывался наружу. - слова чётко достали до девичьих ушей, впечатывая каждый слог в её губы.

  Грозный вид блондина окончательно приструнил чужую строптивость, полностью убедив Йеджи в подлинности сказанных слов. Конечно ей хотелось бы более спокойного и романтичного признания в любви, но это тоже было не лишено чувственности, а потому её устроило.

- Значит у тебя всё-таки есть ко мне чувства? - тихо, но уверенно переспросила брюнетка.

- Да! - буквально крикнул ей в лицо Хёнджин, но тут же был заткнут неожиданным поцелуем.

  Девушка воспользовалась только что узнавшей информацией и решила остудить чужой пыл соблазном свои сладких губ. Поцелуй не длился долго. Та лишь на секунду сплела их уста наградив юношу кротким касанием. Но оно было не обделено чувственностью, благодаря которой мышцы парня расслабились высвобождая из тисков острые плечи. Закрыв глаза, тот продолжительно держался за мягкие губы, пока те уверенно не решили отпасть. Хёнджин было потянулся следом, чтобы вновь вовлечь ту в тесную близость, но брюнетка не собиралась поддаваться желанию и в этот раз. В конце концов хватит с них поцелуев, надо и вещи пообсуждать. К примеру один субъект волнует её ещё со вчерашнего вечера.

- Хёнджин. - обратилась она к юноше, который всё ещё держал веки опущенными, боясь, что открыв глаза всё окажется сном.

  Неожиданно весь лес заполонил резкий звук выстрела, словно треск сверкающей молниии. Уши заложило гулом спущенного курка, что свидетельствовал о том, что стрелявший находился недалеко от их местонахождения.

- Что это было? - Йеджи испуганно оглянулась по сторонам, совсем позабыв про слова парня, когда он говорил, что ещё с раннего утра ушли с отцом на охоту. - Хёнджин? - внезапно та осознала, что её больше ничто не удерживает и поняла, что никто к ней уже не прикасается.

  Переметнув взор вперёд, та ужаснулась встреченной картине. Парень сжимал в руках собственную голову зарывшись пальцами в блондинистые волосы и стягивая пряди в стороны. Его лицо исказилось в ужасе, высветляя все уродливые складки от широко раскрытого рта. Его потревожил сильный недуг, раз тот продолжал спускать из лёгких протяжные стоны, что больше походили на болезненные рыки.

  Хёнджин ощущал, что находится не в просторном лесу, а маленькой комнатке, чьи стены с каждой секундой сближались лишая его кислорода. Неожиданно послышались крики солдат, плач матерей и чудовищные грохоты взрывающихся бомб. Всё сознание помутнело возвращая назад пережитки прошлого, которые совсем не сулили ничего хорошего.

***

  В ту ночь их класс оповестили о троих сбежавшись врагов из плена и отправили поздно ночью в соседний лес, чтобы те отыскали преступников и вернули их назад. Юноши шли с бодрой улыбкой совсем не задумываясь, что их поджидало впереди. Каждый в уме приуменьшал важность их миссии, ведь до этого им давалась лишь теория, а гранаты они пускали разве что в одиночные поля. Им выдали оружие. Они знали как им пользоваться, но опять же, те ни разу не стреляли в людей, они лишь тренировались на деревянных мишенях, которые не чувствовали боль при попадании в них пуль. Стрелять в дерево не то же самое, что в реального человека. Поэтому все были даже через чур воодушевлены. Пока они не встретились с теми самыми "преступниками".

  Хёнджин помнит этот момент во всех прекрасах. Помнит как они с остальными застали в темноте три силуэта бежавшие через гущу деревьев. Тогда они показались ему слишком низкими, да и не особо было похоже даже отдалённо на рослые фигуры, которые и правда могли сулить какую-либо опасность. Тогда он бросил всё на слишком длинное расстояние, что препятствовало им разглядеть отчётливо врагов. Дальше была погоня. Им пригодилось от силы десять минут, чтобы догнать тех и окружить не давая возможность убежать. Тогда уж тот и смог лучше присмотреться и осознать, что это были совсем юные дети, младше самого его на года четыре, не меньше. Им всем от силы можно дать тринадцать лет. И какое зло могут причинить такие ещё совсем юные дети?

Тот помнит, как впал в ступор рассматривая испуг на их лицах. Дальше всё как в тумане. Один из них кажется попытался убежать, но его напарник быстро приструнил того пустив пулю ему в грудь. Хёнджин не сдержался. Он ударил своего товарища, что тот потерял равновесие падая на колени перед пристреленный им ребёнком, что лежал на земле насыщая почву ароматом своей крови. Хён немедля бросился к нему. Руки дрожали пока тот доставал из собственной аптечки бинт, которым завязывал кровоточащую рану. Из его глаз предательски текли слёзы. Он впал в истерику нажимая всё сильнее и сильнее на слабое тело из которого уже выходили последние отголоски жизни.

  В его голове навсегда впечатались те слова, что произнёс напоследок умирающий мальчик. На ломанном корейском тот прошептал глядя в красные глаза своего врага:

" Спасибо, друг. "

  После этого последний вздох спустился с окровавленных уст, а блондин только тогда осознал, кем его на самом деле учат быть в том месте. Тем, кем ему ни за что не хотелось становиться.

  С тех пор он больше не мог слышать звуки стрельбы, а ещё хуже грохот взрывающихся бомб. Его выгнали из академии за нетрудоспособность и избиение своего товарища. Теперь, каждый звук войны воспринимался им ужасающей болью, как высасывание насильно воздуха из лёгких. Его выворачивало наизнанку и тот не мог никак справиться с нарастающей апатией.

***

  Йеджи испуганно наблюдала за искажённым лицом юноши, который никак не успокаивался уже минут пять. Только сейчас до карего взгляда достала упавшая фляга с водой, которая видимо была зафиксирована у блондина за пазухой. Когда тот упал в молитвенной позе она упала и скатилась в сторону. Не задумываясь, брюнетка подбежала к ней и подняв ту с земли поспешила открыть, чтобы вылить всё содержимое парню в лицо. Она опустилась на колени прямо перед искривлённым ликом и со скоростью брызнула ледяной водой по безобразной гримасе, что воцарилась на прекрасных чертах.

  Парень чуть прикрикнув отпустил свою голову из цепкости ладоней, падая в нежные объятья брюнетки. Та почувствовала, как сильные руки сжимают её плечи до хруста. Мокрое лицо юноши прикоснулось к горячей шеи, остужая температуру взволнованного тела. Хёнджин перестал кричать и извиваться в разные стороны, словно умалишённый перекатываясь с одной стороны на другую. Тяжело дыша, тот удерживал в сильной хватке девушку, медленно приходя в норму.

- Похоже отцу наконец подвернулась удача. - сквозь сбившееся дыхание проговорил тот, пропустив в голосе шутливые ноты.