𝗧𝗛𝗘 𝗙𝗟𝗔𝗥𝗘 𝗖𝗨𝗥𝗘 | Minho

Длинный, стерильно чистый коридор тянулся вперед, скрываясь в приглушенном голубоватом свете. Гладкие стены, разделенные ровными рядами черных колонн, отражали мягкое мерцание ламп, создавая ощущение бесконечности. Пол, покрытый идеально гладкой поверхностью, был настолько блестящим, что в нем словно таилась вторая реальность - перевернутое отражение мрачного пространства.

Неоновые огни на потолке мерцали холодным светом, отбрасывая призрачные блики на стены. Темные дверные проемы тянулись вдоль коридора, зловеще молчаливые, будто давно забытые. Где-то вдалеке, у самого конца этого искусственного лабиринта, свет казался чуть ярче, но дорога до него была пустынной и настораживающей.

Воздух был неподвижным, застывшим, словно пространство хранило в себе что-то невыразимо важное. В этой тишине каждый отблеск света, каждое отражение казалось живым, будто коридор сам наблюдал за тем, кто осмелится в него войти.

Галли стоял рядом, опираясь на холодную стену, его взгляд был усталым, но внимательным. Он наблюдал за мной, словно что-то обдумывал. В руках он лениво крутил мешок из грубой ткани, будто проверял его на прочность.

Галли: Что произошло с Терезой? - его голос был тихим, но в нем слышался скрытый интерес.

Я не сразу ответила. Мои глаза были прикованы к полу, в голове снова и снова прокручивалась та ночь. Запах дыма, крики, разлетающиеся обломки..

-Я ведь уже говорила. - мой голос прозвучал глухо, словно я не хотела вновь касаться этой темы.

Галли: Я понял, что она тупая предательница, - он усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья. - А точнее?

Я медленно подняла глаза, встретившись с его внимательным взглядом.

-Мы пришли к Винсу..Это тот самый мужчина, который забирал иммунов в безопасное место, подальше от ПОРОКа. - Я сделала паузу, собираясь с мыслями. - Все было хорошо..пока я не поняла, что Тереза нас сдала. ПОРОК узнал о лагере, и они прилетели. Разрушили все. Они сбросили бомбы.

Галли слушал молча, но по тому, как он слегка сжал мешок в руках, было понятно - эта новость его не удивила, но разозлила.

Галли: Так ты еще мягко сказала про нее.

Я кивнула, не в силах спорить. Как бы я ни пыталась, гнев все равно поднимался во мне, пульсировал в висках. Я отвела взгляд, снова заглянув за стену, откуда нам предстояло встретить их. Мы ждали Томаса и Терезу. Он должен был отвлечь ее, привести именно сюда.

Вдалеке показался ее силуэт. Что-то внутри меня сжалось. Я почувствовала, как по телу разливается ледяная ненависть, та самая часть меня, которая до последнего надеялась, что это было ошибкой. Но нет. Я встретилась взглядом с Галли, он понял без слов - мы должны быть готовы.

Тереза: Томас..Тебе сюда нельзя. Если Дженсон узнает..

Томас шагнул ближе, его голос был тихим, но полным чего-то болезненного.

Томас: Я знаю. Я просто..Я должен был тебя увидеть.

Я смотрела на него, на его выражение лица. Он был таким же, как и тогда, когда он впервые понял, что любит ее. Я не винила его за это. Он не мог знать что у нее в уме.

Томас: Чтобы спросить кое о чем.. - его голос дрогнул, когда он посмотрел ей прямо в глаза. - Ты жалеешь? О том, что сделала с нами?

Тереза на мгновение задержала дыхание, словно колебалась. Но затем ее взгляд прояснился.

Тереза: Временами.. - ответ был мягким, почти искренним. - Но я верю, что это правильно.

Я увидела, как Томас замер. Его взгляд изменился - сначала едва уловимо, но я заметила. Глубоко внутри он осознал, что она не такая, какой он ее себе рисовал.

Тереза: Я сделала бы это снова.

Мои пальцы сами собой сжались в кулаки. Я повернулась к Галли, и он тоже уже не отводил взгляда от нее. В его глазах не было ни удивления, ни сожаления. Только пустота.

Томас: Ясно.. - его голос был хриплым, пустым. Он стоял перед ней, но я видела, внутри он развалился на куски.

Я сделала шаг вперед, одновременно с Галли. Он молча надел капюшон, скрывая лицо в тени, оперся на стену, позволив мне выйти первой. Тереза резко подняла голову, когда увидела меня. Но прежде чем она успела что-то сказать, Галли одним быстрым движением сократил расстояние между ними и, не теряя ни секунды, резко натянул мешок ей на голову.

-

Величественный готический собор возвышался над нами, его мрачные стрельчатые своды терялись в темноте, а высокие колонны отбрасывали длинные тени, создавая ощущение неотвратимости. Тусклый свет пробивался сквозь витражные окна, заливая пространство теплыми, почти огненными отблесками. Повсюду мерцали свечи, их пламя отражалось в гладком каменном полу, танцуя в зыбком свете. Здесь было холодно, сыро, и воздух казался застывшим, как будто собор навсегда сохранил в себе все тайны прошлого.

Мы притащили Терезу внутрь, ее дыхание было сбивчивым, но она не сопротивлялась - пока. Галли шагал впереди, его уверенная поступь гулко отдавалась эхом под сводами. В этом месте не было людей, лишь безмолвные фигуры святых, застывших в витражах, и пустота, которая будто впитывала каждый наш шаг.

Мы усадили ее на старый деревянный стул в центре, возле массивного алтаря, и крепко привязали ее ноги толстой веревкой, чтобы она не могла шевельнуться. Я села напротив, рядом с Галли, лениво крутя нож в пальцах, водя кончиком по шершавой поверхности стола. Лезвие сверкнуло в свете свечей, оставляя едва заметные следы на дереве.

Ньют подошел ближе и резко снял мешок с ее головы. Тереза шумно вдохнула, жадно хватая ртом воздух. Ее глаза бегали по комнате, пока она пыталась понять, где находится. Затем взгляд остановился на Галли, в нем вспыхнуло искреннее удивление, почти шок. Ее губы дрогнули, но она ничего не сказала. Потом она перевела глаза на Томаса, на меня, на Ньюта и Бренду, Фрая. В свете свечей наши лица казались безразличными, отстраненными, холодными.

Я мельком взглянула на Томаса. Он сидел неподвижно, его лицо не выражало никаких эмоций. Впервые в жизни он смотрел на Терезу так, будто перед ним была не та, кого он когда-то любил, а просто еще один враг. Я хотела улыбнутся, но знала что я не могу. Я знаю что ему может быть плохо, не смотря на то, кто такая Тереза. Если ему плохо, я никогда не буду радоваться. Но он наконец-то он понял. Я поправила толстовку, которую дал мне Галли. Внутри было прохладно, но его вещь приятно грела.

Тереза: Галли..?

Он даже не дрогнул. Вместо ответа он бросил на стол нож, звук удара лезвия о дерево эхом отразился от стен собора. Затем он скрестил руки на груди, его голос был жестким, отрезающим любые попытки говорить не по делу.

Галли: Вот что сейчас будет, - его взгляд пронзал ее насквозь. - Мы зададим тебе ряд вопросов, и ты расскажешь нам все, что нужно знать. Начнем с простых.

Я посмотрела, как он одной рукой взял стул, передвинул его поближе и сел напротив Терезы, не давая ей ни единого шанса уклониться от его взгляда.

Галли: Где Минхо?

Она дернулась, но быстро взяла себя в руки.

Тереза: Неужели вы всерьез думаете.. - она бросила взгляд на Томаса, словно надеясь, что он вступится.

Галли: Не на Томаса. Не смотри на него, смотри на меня. - его голос стал жестче. - Он тебе не поможет. Мы знаем, что Минхо у вас в здании. Где?

Я почувствовала, как внутри вспыхнуло теплое ощущение. Галли был жестким с нами всеми вначале, но изменился. С ней остался таким же, но со мной - другим. Это странное осознание заставило меня незаметно сжать пальцы на рукояти ножа. Тереза медленно вдохнула, понимая, что выхода у нее нет.

Тереза: Их держат всех вместе.. - она говорила тихо, но четко. - Этаж минус три.

Ньют: И сколько их там? - он шагнул вперед, его голос звучал недоверчиво

Тереза: Двадцать восемь.

Бренда: Я могу это провернуть.

Но Тереза покачала головой, ее голос стал настороженным:

Тереза: Нет. Доступ к этажу ограничен. Там на входе распознается отпечаток пальца.

Томас: Поэтому ты пойдешь с нами. - его взгляд на ней был холодным.

Галли: Ну, не знаю..Не так уж она нам и нужна.

Я почувствовала, как по губам скользнула улыбка. Он прямо говорил то, чего не могла сказать я. Галли поднялся со стула, подошел к столу и взял нож. Лезвие снова сверкнуло в свете свечей.

Галли: Нам ведь.. - он на секунду замолчал, а затем с легкой ухмылкой добавил. - Нужен только палец.

Свечи в церкви дрожали от легкого сквозняка, отбрасывая неверные тени на стены, но в этом глухом, пропитанном временем месте их света было достаточно, чтобы увидеть выражение каждого лица. Томас сидел неподвижно, его глаза, еще недавно наполненные сомнением, теперь были холодными и твердыми, словно камень. Галли стоял рядом, играя ножом, его пальцы лениво перебирали рукоять, а взгляд оставался жестким.

Томас: Галли, прекращай. - резко сказал Томас, его голос прозвучал как удар хлыста.

Галли: А что? - его губы изогнулись в усмешке. - Кишка тонка? С Минхо она похуже делала.

Я видела, как мышцы на лице Томаса дернулись, но он не дал эмоциям взять верх. Резким движением он выхватил нож из рук Галли, как будто боялся, что тот и правда пойдет до конца. Тереза наблюдала за этим молча, но в ее взгляде мелькнуло что-то похожее на облегчение. Пусть она и предала нас, но инстинкты самосохранения у нее все еще работали.

Тереза: Через главный вход вам все равно не пройти, - заговорила она, поднимая глаза на Томаса. - Сенсоры засекут вас, как только..

Томас: Знаю. - он перебил ее, его голос прозвучал резко и безразлично. - Мы меченые. Собственность ПОРОКа.

Он тут же присел перед ней на корточки, уперев локти в колени. Когда-то, возможно, он смотрел бы на нее иначе - с доверием, с болью, с сомнениями. Но теперь в его взгляде не осталось ни капли прежней привязанности. Только расчет и оставшаяся боль.

Томас: Ты и с этим нам поможешь. - сказал он, а в его голосе больше не было просьбы.

-

После того как Тереза вынула чипы у остальных, настала очередь меня и Томаса. Он молча посмотрел на меня и, слегка кивнув, уступил первым. Я ничего не сказала в ответ, просто подошла к стулу и села, стараясь не выказывать ни малейшей эмоции. Внутри меня все сжималось, но я не позволяла этому проявиться. Перебросив волосы через плечо, я оголила заднюю часть шеи, готовясь к тому, что Тереза разрежет кожу. Ожидание было мучительным, но я не дрогнула, просто сидела неподвижно, чувствуя, как холодный воздух обжигает оголенную кожу.

Тереза: Что с Ньютом? - раздался тихий голос, почти шепот.

Я вздрогнула, но не повернулась. Ее слова резанули слух, вызвав внутри ледяное раздражение. Тереза спрашивала, но зачем? Ей действительно было не все равно, или это просто любопытство? Я не могла доверять ей. Не теперь, когда знала, кем она стала. Сердце дрогнуло, но я тут же подавила эту слабость, сжав зубы.

-Не твое дело, - резко бросила я, не удостоив ее даже взгляда. - Тебе было плевать на нас, когда ты нас предала, так что не делай вид, что тебе вдруг стало не все равно.

Я услышала, как она тяжело выдохнула, но не ответила. Только звук скальпеля, прорезавшего кожу, подтвердил, что ей не было до меня никакого дела. Боль вспыхнула на шее, но я не дернулась. Это было ничто по сравнению с тем, что она уже сделала.

Тереза: Я лишь пытаюсь найти иммуна, который может уничтожить вирус.. - ее голос был напряженным, но дрожь в нем выдала неуверенность. - Минхо почти справляется с инфекцией..Я думала, он иммун.

-Но он не иммун. - сухо отрезала я, сжимая ладони, чтобы ногти впились в кожу, при его имени.

Тереза замерла на мгновение, будто взвешивая, стоит ли говорить дальше.

Тереза: Нет..Почти нет, - пробормотала она, затем запнулась. Ее пальцы сжались вокруг скальпеля, будто она только что поняла, что сказала слишком много. - Ты сильнее по процентам, чем он.

Что-то тяжелое подступило к горлу. Я почувствовала, как холодная волна страха окутала меня, сжала ребра, не давая дышать. Ее слова пробили защитную стену, за которой я прятала свой ужас. Она что-то знала. Что-то важное. И мне это не нравилось. Я медленно повернулась, мои глаза сузились.

-Это была ты.. - сказала я устало, но твердо.

Тереза: О чем ты? - она подняла голову, ее лицо замерло.

-Ты была той, кто использовал меня в своих лабораториях, - я смотрела прямо на нее, ловя малейшие изменения в выражении лица. - Если ты знала, что я не иммун, почему меня не убили, как остальных? Почему оставили на проверки?

Ее рука с скальпелем застыла в воздухе. В глазах промелькнуло что-то - сомнение? Сожаление? Но мне было плевать. Тереза глубоко вдохнула, затем выдохнула, доставая чип у меня из шеи.

Тереза: У вас с ним одна кровь. - ее голос был почти не слышен, но каждое слово било, как удар ножа.

Она кивнула в сторону Томаса и замолчала, будто осознала, что сказала слишком много. Я напряглась.

-Ты врешь. А главное зачем?

Тереза: Твои родители..украли стволовые клетки Томаса и провели переливание, ведь видели что у него больше всех иммуности. Они боялись, что эффект будет временным, как всегда, поэтому отправили тебя в ПОРОК, надеясь, что там тебе будут делать регулярные переливания.

Когда я перевела взгляд на Томаса, Ньюта и Фрая, сердце опустело, как будто кто-то вырвал его из груди.

-Он знает? - я спросила, еле моргнув, чтобы капли в глазах не скатились вниз.

Тереза: Нет.

Я перевела взгляд на Томаса. Он сидел рядом с Ньютом, его глаза были наполнены чем-то таким же, как и у меня - надеждой и страхом. Он был мне братом по крови, и осознание, что его тоже могут забрать, терзало меня. Он меня спас, сам того не зная, но из-за этого погибли многие другие. Стоила ли вообще это жертва?

Я не могла представить свою жизнь без него. Я готова была всегда быть рядом, следовать за ним, и что сейчас? Он стал для меня таким же близким, как Ньют. Но когда я думала о том, что может случиться, если я лишусь их - я почувствовала, как накатывает бездонный страх. Я бы все отдала, чтобы они оба остались живы. Но в глубине души я знала, что делать это будет нелегко.

И Фрай. Он делал все, что в его силах, и больше, но не думал, как это может повлиять на меня. Я видела, как он отчаянно пытается найти решение, но не осознает, что я переживаю не меньше, если не больше. Его желание спасать нас всех, без раздумий и сомнений, заставляло мою грудь сжиматься. Он не знал, как тяжело мне это все дается.

Я разорвала бумажку в руках, от нервов, прикусывая губу, пытаясь избежать слез. Посмотрела на Ньюта, его лицо, скрывающее усталость, боль, а глаза, полные страха, даже если он и пытался скрыть это. Он был заражен. Я не могла ждать, просто наблюдая. Этот страх, который медленно начинал сжимать грудь, не отпускал. Представить, что его может не стать, было невыносимо. Комок в горле становился все тяжелее, и я чувствовала, как слезы начинают собираться на глазах, но я быстро вытерла их, не желая показывать свою слабость. Я не могла позволить себе сдаться, но в этот момент мне было страшно, так, как я не ощущала это давно.

Ньют рассказал ребятам что с ним, по моей просьбе, хотя считал это не нужным. Но я была удовлетворена, что они осведомлены о его состоянии, и будут делать хотя бы что-то.

Я ощущала, как тревога нарастает в груди, комок в горле становился все тяжелее. И хотя я знала, что нужно действовать, идти вперед, мне было страшно. Мне не хотелось идти туда одной. Это было бы слишком. Но глядя на ребят вместе, на то, как их головы склонены над картой, как каждый из них в какой-то степени переживает за нас всех, я понимала, что у меня нет другого выбора. Было слишком тепло, слишком важно защищать их.

Я бы не смогла жить с собой, если бы что-то случилось с ними, и я не сделала бы все, что в моих силах. Слезы снова застилали мне глаза, но я жестко вытерла их, сдерживая бурю внутри. Я не могла позволить себе сдаться.

Я не хотела жертвовать собой, никогда не понимала таких слов. Но единственное что я хочу, это сделать все возможное, чтобы спасти Ньюта. И мне плевать, что он считает это мелочью. Для меня обрушиться весь мир, если он умрет. Так что он стоит в приоритете, так же как и Минхо.

Тереза: После переливания твоя кровь стала на 98% иммунной, - голос Терезы звучал приглушенно, но мне казалось, что он гремит в ушах. - Тебя не убили, потому что.. - она запнулась. - Ты нужна Томасу.

Внутри меня что-то взорвалось, словно бушующее пламя, долгое время скрытое под слоем пепла. Грусть, разъедающая меня изнутри, вдруг сменилась злостью - настолько жгучей, что мне пришлось стиснуть зубы, чтобы сдержаться. Тереза будто нарочно спровоцировала это, будто знала, куда надавить, чтобы заставить меня сломаться. Как только ее голос снова прозвучал, спокойный, ровный, я больше не смогла терпеть.

Резко повернувшись, я уставилась на нее, мои глаза стали холодными, пустыми, в них не было ни капли сострадания. Мне казалось, что единственное, что я сейчас могу сделать - это просто смотреть на нее, прожигать взглядом, не давая ей ни шанса на оправдания.

-Нет, - в моем голосе звучала сталь, резкая, обжигающая. - Ты просто слишком любила его, чтобы пытать. Поэтому ты решила делать это со мной? Раз уж у нас одинаковая кровь. Всем было жалко Томаса, а на меня плевать?

Я видела, как Тереза напряглась, но не ответила. Ее губы плотно сжались, как будто она пыталась не выдать свои эмоции. Но я не нуждалась в ее словах, не нуждалась в ее объяснениях. Взгляд мой стал тяжелым, ледяным, мертвым. В нем не было ни тепла, ни жизни - только пустота, прорезающая насквозь, оставляя после себя липкое ощущение тревоги. В этом взгляде скрывалась угроза, тихая, но неоспоримая, как бездонная пропасть, в которую страшно заглянуть. Я видела, как Тереза чувствует этот холод, пронизывающий до костей, как ее плечи едва заметно напряглись, а глаза лихорадочно бегают, будто ищут выход. Она сделала шаг назад, но я тут же встала со стула, не позволяя ей отдалиться.

-Вот почему я снова и снова видела это воспоминание, - мое сердце бешено колотилось, но голос оставался твердым. - Чтобы понять, что это была ты. Ты была той, кто делал это со мной.

Гнев накрыл меня с головой, сметая последние остатки самоконтроля. Я резко схватила ее за руку, сжала так сильно, что почувствовала, как под пальцами напряглись ее мышцы. Быстрым, уверенным шагом я потянула ее в сторону, следя, чтобы никто не заметил. Тереза не сопротивлялась, но я чувствовала, как ее дыхание стало тяжелее, как внутри нее зарождается страх.

Мы вошли в темную боковую комнату собора, где царила тишина, нарушаемая лишь нашим прерывистым дыханием. Я толкнула ее вперед, резко прижав к стене, ощущая, как ее спина ударилась о камень. Мой локоть уперся ей в грудь, не давая ей нормально дышать, заставляя чувствовать свою беспомощность.

Тереза: Что с тобой?! - она закашлялась, ее голос дрогнул, но она попыталась вырваться.

Я быстро достала нож, и серебристый блеск клинка заставил ее замереть. Лезвие скользнуло к ее горлу, останавливаясь у самой кожи.

-Из-за тебя это все, - мой голос срывался, но я не позволяла себе дрогнуть. - Не делай вид, что ты пытаешься помочь. Все, что ты сделала с нами..Все из-за тебя. Ньют умирает.

Слова давались мне с трудом, сердце сжималось от осознания этой правды.

-Из-за тебя Минхо пытают! Из-за тебя это все! Тварь!

Злоба всколыхнулась с новой силой. Не сдержавшись, я резко толкнула ее сильнее, ударяя о стену. Она зашипела от боли, закрыв глаза, а я чувствовала, как меня переполняет страх. Не только за себя, но за всех нас. Я больше не могла позволить ей просто стоять здесь и говорить полуправду.

-Давай без твоего обычного бреда, - прошипела я, вновь прислоняя нож к ее горлу. - Как проникнуть в ПОРОК?

Тереза тяжело дышала, ее глаза расширились, но она старалась сохранять хладнокровие.

Тереза: Ада..я ведь уже сказала..

Я сильнее надавила на нож, чувствуя, как кожа под ним натягивается.

-Если ты думаешь, что я не перережу тебе горло, ты ошибаешься. Если из-за тебя с Минхо или Ньютом что-то случится..ты будешь первой.

Она судорожно сглотнула, страх в ее глазах стал явным.

Тереза: Ладно..ладно.. - пробормотала она, ее голос был едва слышен. - Есть один способ..но он рискованный..

-

Я быстро натянула тактический костюм, чувствуя, как прочная, но удивительно гибкая ткань облегает тело, не мешая движениям. Он был плотный, матовый, не отражающий света. На боках эластичные вставки, позволяющие мне двигаться быстрее, выполнять резкие маневры, если придется бежать или драться. Я застегнула ремни на укрепленном жилете сильно, чтобы он держался лучше, проверяя скрытые карманы, в которых уже лежали несколько заряженных магазинов.

Рукава плотно облегали руки, защищая кожу. Я быстро натянула тактические перчатки без пальцев, чувствуя, как прорезиненные вставки на ладонях усиливают хват. Последним штрихом стала черная маска, скрывающая половину лица. Она была легкой, дышащей, не мешала дыханию, но закрывала губы и нос, оставляя только глаза открытыми.

Штаны из плотного, но эластичного материала плотно облегали ноги, не мешая движениям. Накладные карманы, ремни для снаряжения, закрепленные на бедрах кобуры с метательными ножами - каждый элемент экипировки имел свою цель. Коленные вставки защищали от ударов, а высокие тактические ботинки с металлическими пряжками обеспечивали устойчивость даже на скользкой поверхности. Эти ботинки пережили многое и еще больше предстояло.

Вокруг все переодевались, готовясь к этой ночи, в более удобную одежду. Никто не обращал внимания на мою спешку. Это было к лучшему. Если бы кто-то начал задавать вопросы, мне пришлось бы врать. Я мельком глянула на ребят. Может, не стоит этого делать? Что, если мой поступок принесет им еще больше проблем? Что, если у меня не выйдет? Ведь что вообще может сделать семнадцатилетняя девочка?

Я глубоко вздохнула, облокотившись на стол, и сжала глаза. Воспоминания нахлынули, теплые, болезненные. Мягкие руки, что когда-то нежно обнимали меня сзади, заверяя, что все будет хорошо. Нежные поцелуи, осыпающие меня, словно я была тем самым, чего он ждал всю свою жизнь. Но все это осталось в прошлом. Сейчас - только мрак, только неизвестность.

Это то, ради чего я иду. Ради него. Ради ребят. Ради Ньюта. Ради его улыбки, которую я хочу увидеть хотя бы еще раз. Но что, если я не успею? Что, если мой план провалится? Если это последний раз, когда я его вижу? Если, убегая, я лишаю себя последней возможности?

"Ты не одна в этом аду. Мы все семья. Если идешь - иди с нами. Но не так. Не ночью, как вор, сбегая от нас же, Ада.

Слова Ньюта эхом отдались в моей голове, тяжелым грузом ложась на сердце. Его голос был таким ясным, таким живым, будто он стоял прямо за моей спиной, готовый схватить меня за руку и остановить. Он читал что его жизнь не так важна, словно уже смирился с ней. Его взгляд, полный упрека и беспокойства, всплыл в памяти. Он всегда видел меня насквозь. Всегда знал, когда я собираюсь сделать что-то глупое. Но на этот раз он не сможет остановить меня.

-"Прости меня, Ньют. Я нарушу твою просьбу."

Я зажмурила глаза, задерживая дыхание, как перед прыжком в ледяную воду. В груди сжалось от ужаса перед тем, что меня ждет. Если я не успею..Если это окажется ошибкой..Если я вернусь слишком поздно..

Мой взгляд скользнул к нему - к Ньюту, сидящему за столом, уже переодетого в форму охраны ПОРОКа. Его плечи напряжены, лицо бледное, на губах застывшая тень улыбки, но даже сквозь эту улыбку пробивается усталость. Он кашляет, и это выворачивает меня наизнанку. Он заражен. Ему плохо. И станет только хуже.

"Потому что я хотел, чтобы ты не боялась нас. Знала что мы всегда будем рядом, и ты не чужая. Показать тебе то, чего я не понял в первый день, чтобы ты не боялась.."

В горле встал ком.

Я посмотрела на себя в мутное отражение стеклянной стены у алтаря - холодный взгляд упал на икону, словно она готовила идти вперед, несмотря на страх. Боже, прошу..пусть не зря. Пусть я не предам его. Пусть я не вернусь слишком поздно. Пусть я не увижу его бездыханное тело в этом проклятом мире, полном смерти и отчаяния.

Я сжала кулаки, в последний раз окинула взглядом друзей, запоминая их лица. А потом, собрав всю решимость, развернулась и шагнула в темноту.

Как только я пообещала себе не заплакать, не показать слабость, быть холодной и сосредоточенной, чтобы достичь своей цели, передо мной внезапно вырос Томас. Он стоял прямо на моем пути, словно ожидал этого момента. Он не пытался схватить меня или заблокировать выход, просто стоял, наблюдая. В его глазах не было злости, только невыразимое напряжение и усталость.

Томас: Почему уходишь? - его голос был тихим, мягким, без обвинений, без попытки удержать силой.

Лишь осторожность и понимание. И я поняла - он знал. Догадывался. Просто ждал, когда я отойду от всех, чтобы спросить. Он не спрашивал, куда я иду, не пытался выяснить, зачем, не пытался уловить ложь в моих словах. Нет, его вопрос был другим. Почему я ухожу? Я напряглась, стиснула пальцы, заставляя себя не дрожать, не показывать слабость.

–Томас.. - я подняла на него глаза, полные немой мольбы.

Я не просила понимания. Я не просила поддержки. Единственное, чего я хотела - чтобы он отпустил меня. Чтобы не заставил усомниться в своем решении.

Томас: Я не могу отпустить тебя.. - он покачал головой, и его взгляд вдруг стал жалобным.

Такой взгляд бывает у людей, которые понимают, что теряют что-то важное, но не могут это остановить.

-Томас, я прошу тебя.. - мой голос дрогнул, я нарушала свое обещание сохранять холодную серьезность. - Я не смогу собраться, если ты продолжишь расспрашивать.

Он не сводил с меня глаз, будто пытался проникнуть в мой разум, прочитать мысли, найти там хоть что-то, что позволило бы ему меня остановить.

Томас: Подожди нас. Пойдем вместе.. - его голос был таким искренним, таким чертовски теплым, что я почувствовала, как сердце сжимается от боли.

-Томас, пожалуйста.. - слезы навернулись на глаза, угрожая сорваться. - Томми, пожалуйста..Дай мне возможность понять, что ты спас меня не просто так..

Я видела, как в его взгляде мелькнула тень тревоги.

Томас: О чем ты?

Я покачала головой. Объяснять сейчас - значит еще больше увязнуть в эмоциях. Я не могла этого допустить. Если я начну говорить, я останусь. А я не могла остаться.

–У Терезы спроси.

Томас: Я не спрошу у нее ничего про тебя. Я не доверяю ей как тебе.

Он нахмурился. Я не дала ему времени на вопросы. Он тут же резко шагнул вперед и я прижалась к нему, схватив за жилет. В этот момент я поняла, насколько мне страшно. Он был теплым, живым. А мой Минхо, где-то там, наверняка холодный.

А что если это последний раз? Что если мы все умрем, а я так и не узнаю, что с нами случилось в прошлом?

Томас не отстранился. Наоборот. Он обнял меня крепче, чем когда-либо прежде. Это было не просто объятие. В нем было что-то большее. Словно он пытался запомнить меня.

Томас: Я не знаю, что ты задумала, но пообещай..пообещай, что найдешь нас внутри. - его голос дрожал. Это пугало меня еще сильнее.

Я не смогла ответить. Лишь кивнула. Медленно, почти незаметно. Если я открою рот - я сломаюсь. И тут я увидела Терезу. Она стояла в стороне, в тени, наблюдая за нами. На ее лице не было злорадства или презрения. Только понимание. Она знала, что Томас не сможет меня остановить.

Я медленно отпустила его и шагнула назад. Он понял. В этот момент он словно окончательно сдался. Потянулся к поясу и вынул небольшую рацию.

Томас: Будь быстрой, - его голос стал почти шепотом. - Пока Ньют не заметил, что тебя нет.

Я взяла рацию, стиснув ее в пальцах.

-Спасибо..Томми.. - голос почти сорвался, но я сжала зубы и быстро спрятала рацию в один из ремешков.

Я заставила себя оглянуться в последний раз. Вот они - мои друзья. Моя семья. Ньют сидит за столом, что-то говорит Фраю, его лицо сосредоточено. Пока Фрай, даже уставший, ухмыляется над чем-то, поддразнивая остальных. Хорхе, который собирался уходить, разговаривал с Брендой. И даже Галли, который когда-то меня бесил, возможно стал так же дорог как и они.

Это последние секунды, когда я вижу их такими. Дальше - либо мы все умрем или потеряем дорогих людей, либо сможем побороть всех, сквозь боль в душе и жить в тишине.

Заставляя сердце заглушить все эмоции, я резко развернулась и пошла прочь. Я не бежала. Я шла быстро, твердо, как человек, который выбрал свой путь. И шаг за шагом я уходила в темноту.