29 глава. И снова - она.
Сумерки опустились на Глэйд. Воздух стал чуть прохладнее, но не терял в себе жизни - трели птиц, потрескивание костра, чьи-то шаги вдалеке. За длинным деревянным столом у костра вновь собрались они - Теора, Ньют, Томас, Нора, Минхо и... Маркус, чуть в стороне, как будто сам не заметил, как его туда отодвинуло течение событий.
- И вот, - Минхо с ухмылкой наклонился вперёд, нарезая хлеб. - Только представьте: она в отключке, он с каменным лицом, но носит её на руках, как в романах. Я аж прослезился. Хотел было сыграть марш Мендельсона, но не было губной гармошки.
- Минхо... - простонала Теора, пряча лицо в ладонях.
- А я что? Я правду говорю, - пожал плечами тот. - Это уже не просто забота. Это чистая... как там? Любовь? Привязанность? Химия?
- Ну, скорее, физиология, - вмешался Томас, хрустнув яблоком. - Она умирала, чувак.
- Подожди, подожди. Ты видел, как он смотрел на неё? - Минхо ткнул вилкой в сторону Ньюта. - Я тоже так хочу, чтобы на меня смотрели. Ага, Нора?
- Ой, отстань, - отмахнулась Нора, но её лицо тоже сияло от лёгкого румянца.
Ньют лишь криво усмехнулся и бросил взгляд на Теору. Она хотела что-то ответить, но вдруг заметила, что Маркус сидит молча, не притрагиваясь к еде.
Он смотрел не на еду, не на костёр, а прямо перед собой. Его губы были сжаты в линию, брови нахмурены. И хотя он пытался казаться равнодушным, пальцы его плотно сжимали деревянную чашку с супом.
- Маркус, ты чего такой мрачный? - спросил Томас, наклонившись.
- Всё нормально, - резко бросил он. - Просто аппетита нет.
- Может, ты заболел? Или просто не перевариваешь сопливые парочки? - продолжал Минхо, но уже с опаской в голосе.
Маркус вскочил.
- А может, я просто устал от этих шуточек, - резко проговорил он, отодвигая табурет. - От ваших игр, от того, что никто ничего толком не объясняет, но всё при этом продолжается, как будто это нормально.
Все замерли.
Минхо потянулся было к нему, но тот махнул рукой.
- Не надо. Я просто... мне нужно побыть одному
Он развернулся и скрылся в темноте, в сторону леса.
Повисла тишина. Даже костёр будто затих.
- Ну... - начал Томас, - теперь у нас драматичный момент. Спасибо, Минхо.
- Да он всегда такой, - пробормотал Минхо, но глаза его тревожно метнулись туда, где скрылся Маркус.
Теора опустила взгляд. Где-то внутри неё сдавило... чувство вины? Сожаление? Или... страх, что ранит ещё кого-то, даже не желая этого.
Ньют незаметно коснулся её руки под столом.
- Не думай об этом, - прошептал он, - ты не виновата.
Она слабо кивнула. Но сердце от этого тише не стало.
После ужина солнце уже почти скрылось за деревьями, оставив после себя длинные, мягкие тени. В Глэйде становилось тише, но не глухо - стрекотание насекомых, шелест листвы и редкие голоса создавали фон, в котором хотелось говорить шёпотом.
Теора и Томас ушли вглубь леса, подальше от столов, костра и чужих глаз. Они остановились у небольшого поваленного дерева - на него удобно было сесть. Томас плюхнулся первым, хлопнул ладонью по месту рядом.
- Присаживайся, сестрёнка, - слабо улыбнулся он.
Теора уселась рядом, поджав под себя ноги. Несколько мгновений они просто молчали, слушая ночные звуки. Потом Томас посмотрел на неё сбоку, с лёгкой грустью в глазах.
- Скажи мне... - начал он тихо. - Каким я был?
Она чуть удивлённо подняла брови, а он продолжил:
- Я ведь ничего не помню. Вообще. Только то, что мне говорят. И... я знаю, что ты моя сестра, но внутри пусто. Как будто украли не просто воспоминания, а самого меня. Мне кажется... я не тот Томас, с которым ты росла.
Теора молча смотрела на него. В её взгляде была нежность - и боль.
- Ты был... другим, - прошептала она. - Немного более упрямым. Часто спорил со взрослыми. Но ты всегда защищал меня. Даже когда сам был напуган, ты не позволял, чтобы я это видела.
- А ты?
- Я была... я не знаю. Иногда тихой, иногда безумной. Мы прятались с тобой под лабораторным столом, когда не хотели идти на процедуры. Ты не помнишь ту белую комнату с зелёными лампами, но ты говорил, что они делают тебя похожим на монстра.
Томас хмыкнул, глядя в землю.
- Прямо как сейчас.
- Нет, - твёрдо сказала она. - Сейчас ты - не монстр. Ты всё ещё мой брат. Просто... с другими воспоминаниями. Но сердце у тебя такое же. Я это знаю.
Он повернул к ней голову. В глазах его блестело - не от слёз, но от чего-то глубокого, что пронзило его изнутри.
- Я хочу помнить тебя, Теора. Хочу помнить нас. Всё - даже плохое. Потому что... я чувствую, как сильно ты мне дорога, а объяснить это ничем не могу.
Она слабо улыбнулась и дотронулась до его руки.
- Мы ещё вернём эти воспоминания. Или создадим новые. Главное, что мы вместе. А это - уже достаточно.
Томас кивнул, чуть сжав её ладонь в своей.
- Да. Вместе.
И в этой тишине, в этом мраке и мире, полном боли, между ними возникло что-то по-настоящему крепкое - не просто родство по крови, а родство душ.
***
Тёплый, насыщенный вечер медленно растворялся в темноте. В воздухе витал запах трав, сырого дерева и костра, уже начинавшего догорать. Глэйдеры, уставшие после дня, постепенно расходились, зевая, перекидываясь последними словами.
Алби, как всегда строгий и точный, прошёл мимо и громко объявил:
- Час сна. Всем по койкам, чтобы через пять минут здесь никого не было.
Все, как по команде, начали вставать. Теора и её друзья медленно направились к своим гамакам. Лесная опушка, где их расположили, была уютным местом - между деревьями, где ветер почти не чувствовался. Рядом с гамаком Теоры - гамак Ньюта, напротив - Томаса, Норы и Минхо. Маркус спал чуть поодаль, но всё ещё поблизости.
Перед сном все перебрасывались тихими фразами. Минхо, укладываясь, что-то пробормотал про то, как завтра опять придётся бегать. Томас пожелал всем спокойной ночи. Нора зевнула и легла, укрываясь тёплым пледом. Ньют глянул на Теору и чуть улыбнулся - взгляд был тёплый, заботливый, словно хотел сказать: я рядом, всё будет хорошо.
Но Теоре не спалось.
Она лежала, глядя в черноту над собой, чувствуя, как гамак едва покачивается под её телом. Где-то вдалеке кричала ночная птица, а ветер мягко шуршал в кронах. Всё было спокойно - внешне. Но внутри неё бушевал хаос.
Слова отца, его голос, такой уверенный, хищный, насмешливый - снова и снова звучали у неё в голове.
"Ты сорвалась. Ты не справляешься. Без нас ты ничто. Мы - единственные, кто может тебя сдерживать."
Теора зажмурила глаза. Её пальцы сжались в кулак.
Живой разум внутри будто услышал её волнение. Он зашевелился. Словно вены стали пульсировать быстрее, глубже - слабо, едва заметно, но она это чувствовала. Он был в ней. Он ждал. Он рос. Он готовился взять верх.
Она прикусила губу, едва не до крови. Всё её тело напряглось.
"Ты сама чувствуешь, что теряешь контроль." - как будто это был её собственный внутренний голос... или его.
Она с трудом сглотнула. Казалось, если она позволит себе хоть каплю слабости - всё, он выйдет наружу.
Рядом тихо зашевелился Ньют. Он что-то пробормотал во сне и повернулся к ней, но спал. Она смотрела на его лицо, бледное в лунном свете, и сердце защемило.
А если я сорвусь снова? А если... причиню боль им? Ему?
В груди заныло. Она медленно потянулась к себе, обняв себя за плечи, как будто хотела сдержать всё, что рвалось наружу.
Ночь продолжалась. Все вокруг спали. А Теора - лежала с открытыми глазами, в полном мраке. И боролась. Молча, в одиночестве. Со своей собственной тенью.
***
Утро ворвалось резко и без предупреждения.
Солнце только-только пробиралось сквозь кроны деревьев, и утренний воздух был прохладным, свежим, с едва уловимым запахом росы и земли. Теора, измученная бессонной ночью, наконец-то провалилась в дрему - и именно в этот момент чей-то локоть безжалостно ткнул её в бок.
- Ай! - выдохнула она, распахнув глаза, но было уже поздно.
Гамак качнулся, и Теора с приглушённым «Ух!» свалилась на землю, сбив при этом один из рюкзаков у ног. Приземление вышло не самым изящным, но живым.
- Ну спасибо тебе, Нора, - проворчала она, лёжа на спине и глядя в небо с обречённым выражением.
Вокруг неё уже стояли Томас, Минхо и Ньют, хохочущие с утра пораньше.
- Доброе утро, принцесса, - протянул Ньют, склонившись к ней и протягивая руку. - Ты просто паришь грациознее любого мешка с картошкой.
- А ты всё ещё выглядишь как мешок с картошкой, только вертикальный, - буркнула Теора, закатывая глаза, но всё равно ухватилась за его ладонь и встала.
- Ты сама виновата, - невинно произнесла Нора, уже держа её за запястье. - Спишь, как камень. Хоть бы пикнула.
- И ради чего ты меня вообще...
- Побежали! - не дала ей договорить Нора и резко дёрнула её за собой.
Теора даже не успела понять, что происходит - босиком, с растрёпанными волосами, с рубашкой, небрежно заправленной в брюки, она бежала следом, не успевая задать ни единого вопроса.
- Нора! - Теора вскрикнула, стараясь не запнуться. - Куда мы бежим?!
- К Лифту! - отозвалась та через плечо, сверкая глазами от возбуждения. - Сегодня должен появиться зелёный!
- Что?! Почему ты не сказала раньше?! - воскликнула Теора, расправляя волосы на ходу.
- Хотела сделать сюрприз! - весело выкрикнула Нора, прибавляя шаг.
Друзья послышались позади, догоняя их - кто-то смеялся, кто-то зевал, но все уже были вовлечены. Лес дрожал от их шагов и голосов.
А лифт... он уже начинал дрожать под землёй, готовясь вынести наверх нового человека - нового глэйдера, нового секретного игрока в их неравной игре.
Лифт издал знакомый скрежет, вибрация прошлась по земле, будто сама твердь содрогнулась от происходящего. Все замерли. Теора стояла чуть впереди остальных, рядом с ней - Нора, с нетерпением покачивающаяся на носках. Чуть поодаль, Томас, Минхо, Ньют и Галли - последний с перекрещёнными на груди руками и вечно кислым лицом.
Металлическая плита начала медленно раздвигаться, и внутрь врывался свет. Лифт дёрнулся, вздрогнул, и наконец остановился.
Внутри лежала девушка.
Белокожая, темноволосая, хрупкая на вид, с зажмуренными глазами и бледными губами. На ней была простая чёрная одежда, и выглядела она словно мёртвая.
- Да вы издеваетесь! - вскинулся Галли, резко отступая на шаг. - Снова баба?!
- Лучше баба, чем недоумок, похожий на тебя- буркнул Минхо, но Галли продолжал:
- Сколько можно?! Одна девка, вторая, третья - они ж с ума нас сведут! Кто вообще решил, что это хорошая идея? Это Лабиринт, а не девчачий пикник!
- Заткнись, Галли, - резко и холодно бросила Теора.
Он повернулся к ней, сжимающийся от злости, но она не дала ему даже слова вставить. Сделала шаг вперёд, не отрывая от него взгляда, глаза её сверкали:
- Тебя, видимо, ещё не научили, что девушки тут выживают не хуже вас. И если кто-то тут и сведёт с ума - так это ты своим нытьём. Хочешь поныть? - она подошла ближе, почти нос к носу. - Иди в кусты и поплачь, а то из-за тебя воздух тухнет.
- Сж... что?.. - замер он, но Теора уже отвернулась, будто и не заметила его.
Минхо прыснул. Томас сдержанно усмехнулся. Даже Ньют едва заметно покачал головой, улыбнувшись в сторону Теоры.
И в этот момент, будто в ответ на этот короткий миг спокойствия, новенькая распахнула глаза.
В ней не было сознания - только страх. Она резко подалась вперёд, как будто не хватало воздуха, и выкрикнула:
- Теора!
Все разом повернулись к Теоре. Она застыла.
Девушка не успела ничего больше сказать - глаза её закатились, и она беззвучно рухнула обратно на пол лифта.
- Что?.. - выдохнул Томас.
Ньют машинально шагнул ближе, но Теора уже опередила всех - в два шага оказалась у края , а после спрыгнула в лифт, встав на колени. Она заглянула в лицо девушке - бледное, потное, испуганное. И тут взгляд Теоры метнулся к её запястью.
- Нет... - еле слышно прошептала она.
На руке незнакомки поблёскивал браслет. Такой же, как был когда-то у неё. Серый, металлический, чужой.
Что-то в груди Теоры сжалось. Рефлекторно она потянулась назад - и её пальцы вцепились в ладонь Ньюта, который успел спуститься за ней. Он сразу крепко сжал её руку в ответ, даже не задавая вопросов. Просто знал.
- Теора?.. - осторожно спросила Нора, подойдя ближе. - Что происходит?
Но Теора не отвечала. Она смотрела на браслет. А потом - на лицо той, кто пришла, звав её по имени.
И внутри неё, в глубине сознания, тихо, но очень отчётливо, ожил голос Живого Разума.
«Ты думала, ты одна...»
Теора всё ещё стояла на коленях рядом с новой девушкой, когда неожиданно её резко повело. Словно вспышка - боль пронзила висок, скатилась волной по затылку и ударила в затылок. Она едва не упала вперёд, но вовремя оперлась на край лифта.
- А-а... - прошипела она, схватившись за голову. Пальцы вцепились в волосы, ногти впились в кожу - настолько сильной была боль. Перед глазами всё поплыло, как будто реальность на мгновение смазалась в один сплошной шум и свет.
- Теока?! - сразу вскрикнул Ньют и бросился к ней, подхватывая за плечи. - Эй, ты в порядке?!
Она не слышала его.
Теора молча поднялась на ноги, тяжело дыша. Ладонь всё ещё вцеплена в голову, ногти оставили красные следы на коже. Боль не утихала, но она словно притупилась, вытесненная нахлынувшими образами.
Все вокруг говорили, суетились, но звуки стали глухими, будто её затянуло под воду.
Мир вокруг дрожал - размытые силуэты друзей, голоса, ветер, листья - всё стало второстепенным, как затухающий фон позади одной, оглушающей мысли.
"Тереза."
И в ту же секунду воспоминание хлынуло в её сознание, как кипяток, обжигая изнутри.
Маленькая девочка с белоснежной кожей и светлыми глазами, хохочущая на бегу.
Зал, наполненный белым светом. Голоса. Рука, тянущаяся к ней.
- Ты обещала, Теора, - мягкий, тёплый голос в её голове. - Не забывай.
***
Белая лаборатория. Холодный металлический стол под спиной. Запах антисептика, гул ламп над головой.
И рядом - Тереза.
Та стоит с планшетом, в белом халате, её голос мягкий, почти ласковый:
- Прости, Теора. Это ради науки. Ради будущего. Потерпи, ладно?
Она нажимает на кнопку, и в вену Теоры впивается игла.
Теора вскрикивает. Тело скручивает судорогой. Пелена перед глазами. Тереза продолжает что-то говорить, как будто ей самой страшно... но она не останавливается.
"Ты обещала, что больше не будешь сопротивляться," - всплывает голос Терезы.
"Ты же особенная. Мы вместе спасём мир."
Щелчок. Память исчезает.
Теора резко распахнула глаза.
Воздух казался густым, как мед. Она чувствовала, как сдавливает руку Ньюта, неосознанно, будто он - единственный якорь в этом дрожащем мире.
- Всё в порядке? - тихо спросил он, подойдя ближе.
Она лишь едва заметно кивнула. Рука слегка дрожала.
- Болит?
- Немного, - прошептала. - Не волнуйся.
Никто, кроме Ньюта, не заметил, как её взгляд зацепился за запястье девушки в лифте. Браслет. Такой же, как был у неё. Она опустила голову, чтобы скрыть, как в глазах снова вспыхнул страх.
"Это Тереза. Но... что она делает здесь? Почему она помнит моё имя? Она... снова с ПОРОКом?"
Мысли гудели в голове, как рой ос.
Но Теора не сказала ни слова. Не здесь. Не при всех. Она знала - этот разговор нужно будет вести наедине. И не со всеми. Только с теми, кому она действительно доверяет.
Она сжала руку Ньюта чуть сильнее, словно прося его молча: Будь рядом. Я снова иду по краю.