27||
Проснулся я раньше неё. Первая мысль - тишина. Не давящая, не пугающая, а такая, в которой можно раствориться. Ночная гроза, что будто выворачивала небо наизнанку, отгремела, оставив после себя только лёгкое постукивание капель по подоконнику и серое, мягкое небо за окном. Было что-то особенное в этом утре. Что-то, что не хотелось нарушать ни словом, ни движением. Как будто само время решило остановиться - только бы мы могли ещё немного побыть в этом хрупком моменте.
Она спала, свернувшись калачиком, уткнувшись лбом в подушку. Лоб чуть нахмурен, будто даже во сне её не отпускало тревожное эхо чего-то пережитого. Моя рука всё ещё лежала на её спине, и я с удивлением понял - за всю ночь я ни разу её не убрал. Не потому что боялся разбудить, а потому что... не хотел отпускать. Было ощущение, что стоит мне отпустить - и что-то в ней вновь закроется, отдалится. А я не хотел, чтобы она снова пряталась. Я видел её настоящую, и терять это - было бы почти предательством.
Я приподнялся, опираясь на локоть, и тихо посмотрел на неё. Волосы растрёпаны, как после долгих объятий подушки, щеки слегка припухли - но именно в этом, в этой неидеальности, она казалась особенно красивой. Без масок, без привычных "всё нормально", без отчуждённой силы. Просто Ариша. Та, за которую мне хотелось держаться - не потому что она слабая, а потому что настоящая. Живая. Близкая.
Я осторожно откинул прядь волос с её лица, и она чуть шевельнулась - веки дрогнули, губы приоткрылись, но она не проснулась. А я вдруг поймал себя на том, что не хочу уходить. Впервые за долгое время мне было спокойно. Рядом с ней утихал даже внутренний шум, который обычно не замолкал никогда.
В этот момент завибрировал телефон. Гриша.
"Ну чё там? Живой?"
Я хмыкнул и аккуратно сделал фото - она всё ещё спит, а я прикрываю её своей рукой, будто это какой-то невидимый щит.
"Ты что, уже с ней живёшь?"
"Не беси. Расскажу вечером."
"Жду."
Отключив звук, я положил телефон обратно и снова лёг рядом. И в этот раз даже не стал думать о делах, встречах, работе. Просто позволил себе быть. Здесь. С ней.
Через пару минут она зашевелилась, её голос, хрипловатый и сонный, нарушил тишину - но не разрушил её.
- Ты ещё тут?
- А ты думала - уйду?
Она улыбнулась, не открывая полностью глаза.
- Ну... могла подумать.
- Дурочка ты. Я ж обещал.
- Знаю... - прошептала она и медленно потянулась ко мне, как будто всю ночь этого ждала. Уткнулась в грудь, тёплая, родная.
- Ещё чуть-чуть... - прошептала она, и я обнял её крепче.
Не потому что надо - а потому что хотелось. Потому что я знал: именно в этом моменте она чувствует себя в безопасности. А я - нужен.
- Ещё сколько угодно, малая.
Прошло, может, минут десять. Или двадцать. Я уже сам был на грани сна, когда внезапно почувствовал щекотку где-то сбоку. Я дернулся и засмеялся, а она, заразившись, засмеялась в ответ. Лёгкий, искренний смех - как будто небо над нами стало чуть светлее.
- Ну Ариш, хватит! - сквозь смех просил я, но та только усмехнулась и продолжала.
Я не выдержал, перевалил её под себя и сам стал щекотать, но радость сменилась тревогой - в её глазах мелькнул страх. Слишком резкий. Настоящий.
Я сразу отпрянул, будто обжёгся.
- Прости... - прошептал я.
- Всё хорошо, правда, - быстро сказала она и, сделав глубокий вдох, улыбнулась чуть натянуто. - Пойдём завтракать?
Я кивнул, не задавая лишних вопросов. Мы вместе вышли на кухню.
- Будешь омлет?
- Давай, - кивнул я.
Пока она ловко разбивала яйца и возилась с сковородкой, я занялся напитками - сварил кофе, поставил воду. Минут через восемь мы уже сидели за столом, и впервые за долгое время завтрак казался не просто приёмом пищи, а чем-то... домашним. Спокойным.
Мы говорили о мелочах - как спалось, о погоде, даже о каком-то нелепом сне. Я не торопился, но время поджимало - надо было ехать: сначала в офис, к Лёхе и остальным организаторам по туру, потом к старичку на студию, как и обещал.
Я встал, взял кофту.
- Малая, я полетел. Только ты не сиди целый день за компом.
Она кивнула, глядя на меня чуть грустно.
Ушёл, оглянувшись на неё в дверях - она стояла на пороге кухни, босиком, в своей майке, и в глазах у неё было что-то такое, из-за чего мне захотелось вернуться сразу же, как только уеду.
Дома я переоделся, быстро собрался - и вылетел по делам. Но внутри всё ещё жила та тишина. Тишина, которую подарило мне утро с ней.