Глава 23. Солнце не всегда бывает нежным🔞
Перевод и редактура: Nam Than
– Ах... Ммм...
Я даже не мог вспомнить, какой сегодня день. Тьма и тусклый свет, пробивавшийся сквозь занавески «Осколка Луны», мягко окутывали наши тела. Рядом, у самого уха, слышалось тяжёлое, прерывистое дыхание хищного Волка. Я чувствовал, как его ладони мягко скользили по моему телу, пока его возбужденное достоинство глубоко вонзалось в меня, лишая возможности ясно мыслить.
Может, ночь с понедельника на вторник? А может, четверг?
Или, что ещё хуже, время могло перескочить вперёд, и уже настала суббота?
– Сегодня среда, малыш.
В сознании осталось лишь чувство переполняющей тесноты, смешанное с наслаждением, которое он дарил мне, проникая в меня всё глубже.
На диване в гостиной, где лунный свет мягко скользил по нашим обнажённым телам, звук соприкосновения обнажённой плоти рождал ритм, идеально сливающийся со скрипом деревянной мебели. Я сжимал рукой позолоченную спинку, выгибаясь навстречу его яростной и дикой сущности и позволяя ему вторгаться в меня всё быстрее – он был подобен тайфуну, переворачивающему всё на своём пути.
– Тон, посмотри на меня.
Он приподнял мой подбородок пальцами, мягко заставляя повернуть лицо навстречу поцелую. Я на секунду замешкался и не успел вовремя откликнуться, а в следующий миг его губы – губы настоящего хищника – уже обрушились на мои, похитив у меня поцелуй прежде, чем я успел осознать происходящее. Всего одного мгновение... и поцелуй превратился в жадное, глубокое слияние двух языков.
Одна его рука скользнула к моей груди, сжимая и лаская её, в то время как другая, которой он до этого удерживал мой подбородок, опустилась ниже и уже расположилась на моих бёдрах. А затем... он яростно задвигался вперёд, будто ведомый целой бурей чувств, не знающей ни меры, ни пощады.
Никогда...
Никогда в жизни я не встречал никого столь жадного и ненасытного, как мой господин Сурия.
– Тон... Тон...
Он звал меня низким голосом, словно огромный тигр, что отчаянно молил охотника о пощаде в мучительном желании выжить. Чем глубже он проникал, тем сильнее я сжимал его внутри себя, и тем настойчивее становился шёпот его мольбы – как будто бы он чувствовал, что ещё немного, и внутри него что-то расколется, рассыплется на части, оставив в моём теле осколки его любви и безумной страсти.
Моё маленькое сердце обжигало нестерпимым жаром. Присмотревшись, я заметил, как на шее и висках моего ненасытного Волка выступили капли пота. И всё же страннее всего было то, что его запах по-прежнему оставался для меня самой чарующей и манящей вещью на свете.
Ещё...
Я безмолвно вызвал к нему в своих мыслях
Ещё глубже...
Я просил его взять меня точно так же, как он умолял меня принять его.
Когда в зеркальной поверхности шкафа для фарфора отразились наши переплетённые силуэты, моё маленькое сердце затрепетало так сильно, что казалось, ещё немного, и оно просто разорвётся на части, не сумев вместить в себя все те чувства, что он мне дарил.
– Мой Тон... ты такой красивый.
Оказалось, господин Сурия тоже смотрел на наше отражение: я стоял на коленях, выгибаясь навстречу своему Волку, а он ритмично вторгался в меня сзади, то и дело прижимаясь ко мне всем телом. Его бёдра двигались в ритме откровенной, необузданной страсти. Мы были словно живые натурщики для Бога, создающего своё новое произведение искусства.
Это похоже на сон...
Когда до моего сознания наконец дошло, что именно сейчас происходило, я просто не поверил своим глазам. Сурия... господин Сурия... тот самый Сурия, которого я знал, занимался со мной любовью посреди настоящего замка волшебников на берегу моря.
Звук волн, бьющихся о берег, смешивался с нашими стонами, создавая совершенно новую мелодию ночи.
Это же просто сон!
Неужели я действительно занимаюсь сексом с этим идеальным мужчиной? Невозможно... как бы мне хотелось взять телефон и запечатлеть этот момент.
– Мой маленький развратник.
– В-вовсе нет! Я не такой. Ах!
Я громко застонал, когда Волк-Волшебник одним резким толчком вошёл в меня и достиг самой чувствительной точки, наказывая развратного мальчишку. Его смуглое лицо прижималось к моей шее, горячее дыхание обжигало кожу. За то время, что мы провели здесь, он отлично изучил моё тело и уже знал, какие точки заставляли фальшивого Апо стонать и вздрагивать от наслаждения.
– Ты очень развратный, – строго произнёс Вожак волчьей стаи.
Он легонько прикусил меня за шею и задвигал бёдрами ещё быстрее. Однако от моего внимания не укрылось, как при этом вспыхнули его уши. Дело в том, что он обожал читать мои мысли во время секса, но это так сильно смущало его, что он не мог совладать с собой. И каждый раз, когда я становился свидетелем этой очевидной реакции, моё сердце начинало сходить с ума не меньше, чем от его прикосновений.
– Если я... слишком развратный... вы м-можете не слушать...
– Как я могу не слушать, когда я внутри тебя?
– Т-тогда наденьте наушники.
Вожак волчьей стаи довольно ухмыльнулся, а затем прошептал мне на ухо моё имя, вызывая у меня новую волну дрожи.
– Тон...
– Хаа...
– Если я надену наушники, я не услышу твоих стонов.
Я прикусил губу и протяжно застонал, когда его возбуждённый ствол снова вошёл в меня до самого основания. Было и больно и сладко одновременно. Тесное, переполняющее чувство распирало меня до предела, но в то же время дарило невыразимое блаженство.
Господин Сурия ухмыльнулся, затем ласково провёл кончиком носа по моей шее и заскользил ладонями по моему обнажённому телу, пока я не раскрыл рот и не зажмурился от испытываемого удовольствия. Он всегда так делал, когда хотел, чтобы я смягчился и простил его за излишнюю жёсткость.
Наши любовные утехи постоянно меняли своё место действия. Иногда мы занимались этим на кровати, иногда – на диване, а иногда – у окна. Самым безумным и волнующим для меня, пожалуй, было последнее.
Он подхватил меня на руки и, прижав к стене, начал двигаться так быстро, словно кто-то включил видео на YouTube на скорости 1,5х.
Сила гравитации больше ничего для меня не значила.
Значение имело только одно – неудержимое и безграничное желание моего господина Сурии.
– Аа... Ах!.. господин Сурия!..
Чем громче я стонал, выкрикивая его имя, тем яростнее он вонзался в меня, пока я не начинал сходить с ума от безумного наслаждения.
Я стонал так громко, что мне даже пришлось вцепиться зубами в его плечо – лишь бы приглушить свои постыдные крики, хотя вокруг нас, по сути, никого не было.
Моя грудь вздымалась и опускалась в такт ритму, с которым мой Волк двигался во мне. Когда я прижался к нему ещё сильнее, я почувствовал, как по внутренней стороне моих бёдер начала стекать густая жидкость. В следующий миг меня осенило: наверное, он выплеснул в меня слишком много своей голодной страсти.
– Если бы ты был Омегой, ты бы уже давно забеременел.
– Ха?.. Кажется, вы перечитали слишком много романов!
Чёрт побери! Дурацкие омегаверс-романы!
С моих губ сорвался возмущённый крик, лицо вспыхнуло алым, и я уткнулся лицом в его плечо, стараясь спрятаться от накатившего стыда. Господин Сурия рассмеялся и быстро сменил позу.
Забыл, как её там называют... В общем, он даже не удосужился выйти из меня. Мой прекрасный Архангел аккуратно сел на диван, и теперь я оказался сидящим на нём сверху.
С каждым новым толчком мои стоны становились всё громче и неконтролируемее. Когда он нарочно толкнулся ещё глубже, я громко вскрикнул и, запрокинув голову, изогнулся под его хищным взглядом. Мой голодный Волк сжал мои бёдра обеими руками и начал жадно мять их.
– Подвигайся сам.
Подвигаться? В смысле – прокатиться на нём? Он с ума сошёл?! Да я за всю свою жизнь ничего подобного не делал!
Одна только мысль об этом заставила моё сердце забиться быстрее. Однако во взгляде господина Сурии не было ни малейшего намёка на шутку. Он слегка кивнул, словно бы говоря: «Ну, давай же», и я тут же сжал губы, чувствуя лёгкое раздражение.
Ну почему он вечно находит новые способы меня поддразнить?!
– Не смотри на меня так, иначе я кончу.
Ха?!
Я запустил ему в лицо подушкой, и господин Сурия что-то глухо промычал. Да, наш секс был немного хаотичным, но именно это и делало его таким будоражащим и ярким.
«Осколок Луны» превратился в настоящий мужской бордель, где я был единственным обслуживающим персоналом, а господин Сурия – единственным клиентом.
Уверен, у почтенного господина Чакравата случилась бы остановка сердца, узнай он, что его старший сын притащил сюда парня и предался с ним разврату в этом священном месте, осквернив его до самого основания.
Прощай, грозная слава величественного замка, наводящего на местных жителей благоговейный трепет.
Когда всё закончилось, мы растянулись посреди комнаты, не в силах пошевелиться. Следы нашей безумной страсти были видны повсюду. В воздухе витал тяжёлый и насыщенный запах секса, смешанный с ароматом свечей с лемонграссом.
Мы лежали, освещённые лунным светом, льющимся через окно в потолке, на шкуре какого-то зверя – до сих пор не имею ни малейшего понятия, что это было за животное.
– Панда.
– Какая ещё панда? Мы ведь в провинции Прачауп!
– Может, в твоём мире их здесь и не существует, зато у нас – до навала.
Я замер, медленно переваривая его слова, а затем до меня вдруг дошло: а ведь он был прав. Мир, в котором я оказался, не имел ничего общего с моим собственным. Это был совершенно новый мир, выстроенный по своим собственным порядкам и правилам. Так что существование панд в провинции Прачауп, по большому счёту, вовсе не выглядело чем-то странным.
– Ахахаха!
Когда господин Сурия громко расхохотался, я вновь застыл.
– Аа... Так вы меня разыграли?!
Я замахнулся, собираясь ударить его кулаком в грудь, но он успел перехватить мою руку. В следующую секунду я уже оказался в крепких объятиях этого невозможного Волшебника.
Я лежал на нём сверху, как выброшенный на берег тюлень, и смотрел в его тёмные, как бездонные озёра, глаза, пока он неторопливо поглаживал меня по ягодицам.
Он уже не раз признавался мне, что никогда в жизни не встречал никого, чьи ягодицы были бы такими же нежными и мягкими на ощупь, как мои.
– Значит, вам довелось перещупать немало народа...
– С чего ты взял?
– Да я всё понимаю. Мой господин Сурия такой красавец – кто вообще сможет устоять перед таким соблазном!
Я наигранно надул губы и нежно ткнул своего Волка пальцем в нос.
Он тут же признался, что в молодости действительно облапал немало чужих ягодиц, и я недовольно прищурился, но ругаться не стал. У каждого из нас было своё прошлое, и назад его уже не отмотать. Так что разумнее отпустить старые истории и просто смотреть в будущее.
Хотя нет... пожалуй, сперва надо начать с настоящего...
– Так с чего бы нам начать?
Вы даже не представляете, как иногда хочется вырубить у него этот «вайфай» с режимом чтения мыслей!
– Я так люблю тебя, Пхоптон.
Я слегка нахмурился, когда господин Сурия внезапно перешёл от вопроса к признанию в любви.
Мой хитрый Волк улыбнулся уголками губ, откинул прядь волос, упавшую мне на лоб, а затем, медленно приблизившись, накрыл мои губы своими. Этот лёгкий поцелуй отличался от поцелуя между братьями, но ещё не дотягивал до поцелуя влюблённых. Господин Сурия задержался всего на долю секунды, затем отстранился и подарил мне новый поцелуй.
– А ты меня любишь?
Мм. У поцелуев господина Сурии всегда была своя цена.
Я не стал отвечать словами. Вместо этого я поддался вперёд и поцеловал его в ответ.
Люблю.
– Скажи это вслух.
Люблю.
– Издеваешься?
Очень-очень люблю.
– Не слышу.
Я очень люблю Пи Я.
Между нами словно пробежал разряд тока.
Господин Сурия вытаращил глаза и спросил:
– Что ты сейчас сказал?
В следующий момент настала моя очередь округлить глаза: не прошло и секунды, как он развернул меня и, прижав к полу, навис надо мной.
Боже мой...
Его широкая, мощная грудь, крепкий плечевой пояс, красивая линия шеи и уши, кончики которых вновь вспыхнули ярко-красным...
Я смотрел на всё это, впитывая в себя совершенный образ господина Сурии, и чувствовал, как с каждой секундой моё сердце грохочет всё сильнее.
– Вы ведь сказали, что на сегодня достаточно... – тихо возмутился я, когда обе мои руки оказались прижаты к полу и зафиксированы за головой.
Не успел я опомниться, как его красивые губы уже прильнули к моим, вновь крадя мой поцелуй со скоростью света.
– Ну а кто меня сейчас возбудил? – грозно спросил Волк-Волшебник и тут же нахмурился, отчего моё сердце снова бросилось в галоп.
Что же было дальше? Конечно же, он приступил к наказанию развратного мальчишки, заявив, что продолжит делать нам детей.
– Я буду заполнять тебя до тех пор, пока ты не забеременеешь.
Да что ж это творится-то?! Если что, я вам не Омега, господин Сурия :(
💎💎💎
Как бы это сказать...
Прошло уже несколько дней с нашего побега, а моя жизнь всё ещё была наполнена таким счастьем, будто я застрял в раю.
«Осколок Луны» был похож на волшебный дворец, который кто-то перенёс с небес на землю. Мы словно бы очутились в своём отдельном мире, вдали от остальных людей. Время здесь жило по своим собственным правилам: иногда оно тянулось так бесконечно долго, что казалось, будто прошло целое столетие, а иногда проносилось буквально за одно мгновение.
Мне нравился «Осколок Луны»... Хотя, нет. Правильнее будет сказать: мне нравился «Осколок Луны», в котором был мой господин Сурия.
Мне нравилось, когда он тихо подходил ко мне и обнимал со спины, когда спрашивал меня шёпотом, не голоден ли я и что хочу поесть, когда интересовался, планирую ли я доводить до завершения свои недавно начатые рисунки.
Он всегда был заботлив и добр ко мне.
Господин Сурия был настолько добр, что иногда мне становилось страшно. Страшно, что однажды я вдруг проснусь, и всё это окажется сном. Мне придётся вернуться к жестокой реальности, забыть об идеальной жизни Апо Юэ и снова стать жалким и ничтожным Пхоптоном.
Мне страшно... страшно, что всё это – всего лишь жестокая шутка, разыгранная самим Сатаной, который продолжает развлекаться, издеваясь над своим глупым и доверчивым слугой.
– Не бойся. Это не сон, – произнёс господин Сурия и одарил меня мягкой улыбкой.
Наступило утро нового дня. Я лежал под большим, тёплым одеялом и в очередной раз предавался своим бесцельным размышлениям, в то время как мой прекрасный Архангел сидел рядом и, прислонившись спиной к изголовью кровати, сосредоточенно читал книгу.
Он вновь был полуобнажён – на нём были только пижамные штаны. Знаете, если раньше господин Сурия хоть как-то старался прикрывать своё тело одеждой, то теперь, после наших многочисленных занятий любовью, он перестал стесняться своей наготы. Иногда он вообще мог ходить передо мной абсолютно голым.
– Голоден? – спросил он меня, хотя его взгляд всё ещё был устремлён к страницам книге.
Это утро отличалось от всех предыдущих. Чем именно?
Этого я вам не расскажу. Хи-хи.
Я протянул руку и аккуратно прикоснулся к очкам-авиаторам, украшающим лицо моего прекрасного, греческого бога. Как же он красив... Почему, чёрт возьми, господин Сурия выглядел так сногсшибательно в образе всезнающего ботаника? Он был настолько прекрасен, что моё сердце было готово разорваться в любую секунду.
Я невольно улыбнулся, любуясь его совершенным лицом, а затем... моё взгляд зацепился за одну строчку на странице книги, которую он читал.
Огромный, набухший член проник в его задний проход. Одного резкого толчка оказалось достаточно, чтобы с губ Омеги сорвался крик, в котором смешались боль и наслаждение. Но кто бы мог подумать, что Вай окажется настолько дерзким, что даже потребует от своего хозяина излить сперму прямо в него.
– Давай, сделай это! Возьми меня и наполни своей спермой, чтобы я мог выносить твоего ребёнка!
Прочитав эти строчки, я тут же смутился и чуть не подавился собственной слюной. Прокашлявшись, я всё же решил уточнить:
– Что вы читаете?..
Господин Сурия оторвал от книги холодный, сосредоточенный взгляд (когда он читал, его взгляд всегда становился невероятно холодным и отстранённым) и посмотрел на меня. Стоило ему это сделать, как его глаза снова засветились теплом и нежностью.
– «Месть соблазнительной Омеги».
– Месть кого?..
– Соблазнительной Омеги.
– Так... вам серьёзно нравится этот жанр?..
– Да, читается очень легко. К тому же иногда встречаются истории с довольно глубоким сюжетом, критикующим современное общество.
– Погодите... только не говорите, что в той огромной сумке, которую вы привезли с собой, были...
– Да, романы в жанре омегаверс.
Да уж. Вот оно – максимальное погружение в мир омегаверса.
Я понимающе кивнул, не испытывая ни капли осуждения к вкусам своего Волшебника. Мне казалось, что такому человеку, как господин Сурия, больше нравилось читать биографии (которые, к слову, действительно присутствовали на его книжной полке) или книги об инвестициях, жизненных стратегиях и мировой истории. Но кто бы мог подумать, что его могли так сильно увлечь фэнтезийные романы вроде омегаверса!
– Ты сказал, что тебе нравится этот жанр, поэтому я тоже решил почитать.
– Мне просто нравится читать разные книги. А вот вы, мне кажется, основательно подсели на эту литературу.
– Да ну?
Господин Сурия многозначительно поднял брови и пожал плечами, словно то, что я говорил, касалось в большей степени меня, чем его. Когда я надул губы, делая вид, что обиделся на его шутку, он тут же рассмеялся и, наклонившись, поцеловал меня в лоб.
– Пойдём в душ. Мне хочется сегодня прогуляться с тобой на свежем воздухе.
– А куда мы пойдём?
Господин Сурия так и не ответил на мой вопрос. Он лишь велел мне перестать вилять своим хвостом и поскорее отправляться в душ.
Жаль, но сегодня я не собирался подчиняться ему. Вместо этого я свернулся калачиком и устроился головой у него на коленях, то и дело вертясь, как маленький, игривый щенок.
Господин Сурия слегка приподнял руку, давай мне возможность улечься поудобнее. Когда я наконец устроился как следует, он мягко провёл ладонью по моим волосам. Знаете, если бы у меня была такая возможность, я бы провёл так целый день. Но тут...
Моё лицо случайно натолкнулось на кое-что...
Что довольно заметно выпирало под его пижамными штанами.
– На что ты смотришь?
– Доброе утро, Сурия-младший.
После моих слов уши господина Сурии мгновенно покраснели. Он схватил книгу, поспешно прикрыл ею «Сурию-младшего», а затем, чуть прищурившись, строго сказал:
– Хватит шалить! Никогда ещё не встречал никого настолько же развратного, как ты.
– А я и не шалю.
– Да? Хочешь, чтобы я озвучил то, о чём ты сейчас думаешь?
Упс...
Я не смог сдержать улыбку.
Стыдно ли мне было? Конечно! Но ведь мне так редко удавалось увидеть господина Сурию в очках-авиаторах, да ещё и полуобнажённого – со всеми этими мускулами, от которых мысли просто разлетались прочь... А тут ещё и «Сурия-младший» пробудился (нужно заметить, что хоть я и звал его «младшим», маленьким он был только на словах)...
Ну как тут удержаться и не подразнить его?
– Вы что, без нижнего белья?
– Пхоптон...
– Вау, и правда без него!
Мои глаза тут же загорелись. Не удержавшись, я приблизил лицо поближе, чтобы повнимательнее рассмотреть совершенный контур, который проступал сквозь ткань штанов.
– Хватит шалить!
– А почему у вас уши красные?
– Потому что ты развратничаешь!
– Так может... мы займёмся этим?..
Стоило мне сделать это предложение, как в его глазах, прикрытых очками, мгновенно вспыхнули огоньки.
Моё сердце тут же сорвалось в галоп. И понятно почему! Ведь я впервые в жизни собирался заняться сексом с господином Сурией в версии застенчивого ботаника. Стоило лишь представить, как этот большой, крепкий парень в авиаторах прижмёт меня к кровати, как будет яростно вторгаться в меня, издавая при этом низкое, хриплое рычание... и моё сердце уже готово было разорваться на куски.
– Чёрт возьми, Пхоптон...
Но моей фантазии не суждено было сбыться – она исчезла почти сразу же, как появилась. Мой застенчивый ботаник вздохнул, легонько оттолкнул моё лицо в сторону и устало произнёс:
– Я больше не разговариваю с тобой.
Затем он вскочил с кровати, и прежде чем я успел что-либо ответить, скрылся в ванной комнате.
Вот и всё...
Безумно жаркая сцена любви между мной и этим горячим ботаником... подошла к концу. :(
💎💎💎
Господин Сурия вывел меня на прогулку ближе к вечеру.
Что ж, неудивительно – мы ведь встали почти в два часа дня... точнее, ближе к трём. Когда солнце смягчилось и подул приятный ветерок, наш чёрный «Мустанг» наконец получил шанс покинуть территорию волшебного замка.
Дорогу окаймляли рощицы кокосовых пальм. Когда мы проезжали мимо одной из них, я заметил стайку диких обезьян, которые смотрели на нас со смесью любопытства и лёгкой обиды.
Я ведь говорил вам, что «Осколок Луны» словно находился в другой реальности? Поэтому нам понадобилось некоторое время, чтобы пересечь невидимую границу и снова вернуться в человеческий мир.
Господин Сурия вёл себя очень странно. На самом деле началось с того момента, как он ушёл принимать душ.
Что именно было странным? Ну... он начал бросать на меня какие-то непонятные взгляды. Однако стоило мне посмотреть на него в ответ, как он тут же отводил глаза. Кроме того, обычно, когда мы ехали вместе в машине, он всегда брал мою руку в свою. Но сегодня этого не произошло. Так что мне пришлось самому взять его руку. Впрочем, это длилось недолго – не прошло и пары минут, как он разорвал наш близкий контакт.
– Мне нужно вести машину.
Странное оправдание... Раньше ему это никогда не мешало.
Внутри меня начали расти подозрения, что всё это было не просто так. Мне отчаянно хотелось заглянуть в его сердце и понять, о чём он думает. Может, он устал от меня? Или я веду себя слишком навязчиво, из-за чего он теряет терпение? А может, он злится из-за того, что я дразнил его «Сурию-младшего»?
Но что в этом плохого?
Ведь я просто обожаю «Сурию-младшего»... :(
💎💎💎
Мы прибыли на рыбный рынок почти к шести вечера. На господине Сурии была кремовая рубашка, три верхних пуговицы которой были расстёгнуты, чёрные шорты и авиаторские очки, которые мне с таким трудом удалось уговорить его надеть.
Проклятая судьба! Господин Сурия в образе ботаника выглядел так сногсшибательно, что я почти забыл, как дышать. Он казался таким молодым, словно был студентом. Если бы мы с ним учились в одном университете, уверен, он бы точно стал Луной факультета.
Хотя, стоп... В этом мире ведь не проводят подобных конкурсов. А значит, здесь нет ни Лун, ни Звёзд факультета.
– Что будем покупать?
– Ты ведь хотел креветок.
– Ах, да! Вон там – лавка с креветками!
– Осторожно, машина!
Господин Сурия схватил меня за руку и дёрнул в тот самый момент, когда я уже собирался перебежать дорогу. Если бы не мой прекрасный Архангел в образе ботаника в золотой оправе, который вовремя спас меня, я бы уже отправился в мир иной.
От столь резкого рывка я потерял равновесие и врезался спиной в его грудь. В то же мгновение до моего носа донёсся лёгкий аромат трав. Мы стояли так близко друг к другу – это касание было почти как лёгкое полуобъятие. И знаете что? Мне невероятно понравилось это мгновение.
– Извините...
Я повернулся к своему ботанику и послал ему неловкую улыбку. Господин Сурия едва заметно кивнул, снова отвёл взгляд (опять!), после чего аккуратно взял меня за руку, помогая перейти дорогу.
Он был здесь, рядом со мной – такой большой и надёжный. Господин Сурия всегда дарил мне ощущение безопасности. Сколько бы раз я ни видел его, меня всегда охватывало непреодолимое желание прикоснуться к нему, обнять крепко-крепко... даже сейчас... Но я не мог, ведь мы находились посреди оживлённого рынка.
Чёрт возьми... как же мне хочется поскорее вернуться в «Осколок Луны»!
– Мы пришли.
Но стоило нам перейти дорогу, как господин Сурия тут же отпустил мою руку.
Его острый взгляд устремился на бедных обитателей аквариума, в котором пузырьки кислорода весело поднимались вверх.
Я посмотрел на его спокойное лицо в тот момент, когда он естественно и легко заговорил с хозяином магазина, словно они были знакомы целую вечность.
Так почему же... рядом со мной он терял эту лёгкость? Почему он вёл себя так естественно рядом с другими, а со мной становился таким скованным и неловким?
Я любовался лицом своего прекрасного Архангела, не переставая поражаться тому, насколько притягательным он был.
И ещё один момент...
Почему у него продолжают краснеть уши?..
– Вам жарко?
– Немного... – ответил он, неловко почесав щёку.
Жарко? Как может быть жарко, когда на улице такой прохладный ветер?
Странно это.
Я прищурился, пытаясь сложить в голове всё то, что произошло между нами. Вчера всё ещё было в порядке, разве нет? Определённо! Господин Сурия возился со мной почти до самого утра, успев перепробовать больше пяти разных поз из Камасутры, и говорил мне «люблю» бесчисленное количество раз. А потом – раз! – и он вдруг стал другим. Даже не разрешает мне поиграть с «Сурией-младшим»! Почему?! Я ведь просто хотел немного побаловаться... Взять его в рот, например, и немного полизать...
– Пхоптон.
Голос господина Сурии отвлёк меня от размышлений.
– Да?
Он кивнул в сторону машины, давая понять, что пришла пора возвращаться в наш волшебный замок.
В руках у него была целая куча свежих продуктов для сегодняшнего ужина. Я попросил его дать мне половину, чтобы облегчить его ношу, и он без лишних слов передал мне часть покупок.
– Хочешь ещё куда-нибудь заглянуть?
– Мне всё равно. Но если вы хотите, я с радостью составлю компанию.
– Ну а сам ты никуда не хочешь?
– Нет. Я просто хочу быть рядом с вами, а где именно – совсем не важно.
Господин Сурия ничего не ответил.
Но вот, что странно... Его уши покраснели ещё сильнее.
Да что с ним такое? Мы ведь даже ещё ничего не сделали... :(
💎💎💎
С каждым днём Пхоптон становился для Сурии всё опаснее.
Этот мальчишка прижимался к окну машины и с сияющими глазами смотрел на проплывающие мимо пейзажи, словно впервые видел этот мир.
– Господин Сурия, море такое красивое!
Чёрт возьми!
Стоило ему лишь услышать эти слова, и его сердце тут же забилось быстрее, а в груди вспыхнуло какое-то странное сияние – такое же яркое и тёплое, словно летнее солнце. И так было каждый раз, когда они оказывались рядом.
Пхоптон заставлял его чувствовать себя особенным.
Особенным...
Особенным...
Настолько особенным, что Сурия уже просто не мог представить себе жизнь без этого мальчишки.
Он вновь украдкой взглянул на любимого, пока чёрный «Мустанг» стремительно мчался по дороге мимо кокосовых пальм.
Тёмно-каштановые волосы Пхоптона мягко колыхались на вечернем ветерке. Его очаровательное лицо, красиво подсвеченное солнцем, улыбка, от которой глаза превращались в узкие щёлочки каждый раз, когда он видел что-то новое и удивительное, а также этот ласковый и одновременно просящий голос – всё это заставляло сердце Сурии биться так неистово, что казалось, оно готово вот-вот взорваться.
Он знал, что за сегодняшний день они с Пхоптоном разговаривали гораздо меньше, чем обычно. Настолько, что их разговор буквально свёлся к коротким вопросам и ответам. На самом деле он не сердился и не таил обиды. Сурия просто боялся... боялся, что если не остановится хотя бы на мгновение, его жадное и ненасытное сердце очень скоро заставит его поступить с Пхоптоном эгоистично и несправедливо.
Чем больше времени они проводили вместе, тем яснее он понимал: он всё сильнее влюблялся в этого странного, нелепого мальчишку. С каждым днём. С каждым часом. И с каждой секундой.
Ну а всё, чего становится слишком много, редко приносит добро.
И эта мысль начала тревожить Сурию. Иногда, особенно в моменты, когда он прикасался к Пхоптону, его способность читать мысли становилась его личным проклятием. Голос любимого, который проникал в его сознание так же легко, как невесомое облако, вдруг превращался в искру, разжигая в Сурии желание, пока оно не вспыхивало всепоглощающим пламенем, готовым испепелить всё дотла. В такие моменты он на самом деле превращался в бомбу замедленного действия, с которой однажды сравнил его Пхоптон.
Бомба замедленного действия, чей отсчёт заставлял его двигаться и тянуться навстречу Пхоптону.
– Господин Сурия, мы можем завтра поехать на тот остров?
– Конечно.
– Правда?! Мы правда можем туда отправиться?!
Желание становилось таким сильным, что почти превращалось в наваждение – в одержимость или в сладкий, но неотступный бред.
Стоило лишь услышать, как Пхоптон звал его «Господин Сурия», «Господин Сурия», «Господин Сурия...», как его грубое и сдержанное сердце тут же начинало порываться к запрещённым мыслям.
Каждый раз, когда он прикасался к Пхоптону, по всему телу пробегали разряды тока. Соблазнительный аромат будоражил сердце, мягкость нежной кожи притягивала как магнит, и в конце концов «Сурия-младший» пробуждался от сна, полностью перехватывая у него контроль над телом и сознанием.
Сурия ненавидел это желание.
Желание, которое не поддавалось никакому контролю.
Хаа...
Он тихо вздохнул, стоя у плиты, и прижал пальцы к вискам, ощущая усталость от собственного безумия.
Ему совсем не хотелось так сильно поддаваться своим прихотям и желаниям по отношению к Пхоптону. Вчерашней ночью он даже не смог остановиться – мучил своего любимого до самого утра. Сурия прекрасно понимал, как тяжело приходится Пхоптону, который должен был подстраиваться под него, подготавливать своё тело и постоянно заботиться о чистоте...
Он совсем не хотелось навязывать любимому свои бесконечные желания. Но, похоже, Пхоптон этого совсем не понимал: когда Сурия делал шаг назад и пытался хотя бы немного сдержаться, Тон становился ещё более навязчивым.
Интересно, догадывался ли он, насколько очаровательным и милым выглядел в такие моменты?
Чёрт побери...
– Хватит уже думать об этих глупостях, Я!
Сурия с силой хлопнул себя по щеке.
Ситуация становилась всё хуже и хуже.
После этой пощёчины Сурия снова тяжело вздохнул. Он дал себе твёрдое обещание: сегодня он не будет поддаваться своим прихотям по отношению к Пхоптону. Слишком уж много всего произошло в последние дни. И сегодня он решил поставить себя в жёсткие рамки – провести день без секса. А это значило только одно: им можно было делать всё что угодно, кроме занятий сексом.
Но проблема была в том, что если бы он позволил себе обнять Пхоптона или даже просто поцеловать его, Сурия мог сорваться. Поэтому он решил, что будет лучше, если он постарается совсем не прикасаться к своему любимому.
И что же вышло? Они оба стали чувствовать себя ужасно неловко, находясь рядом друг с другом. Признаться прямо Сурия не мог – ему было слишком стыдно говорить о таком, особенно после прошлой ночи, когда они устроили целый фейерверк разнообразных удовольствий.
– И с чего вдруг вы решили именно сейчас начать заботиться о моём теле?!
Наверняка этот невозможный мальчишка именно так и подумает!
Сурия покачал головой, отгоняя назойливые мысли, и сосредоточился на приготовлении еды. Пхоптон был невероятно неприхотлив в еде – это была несомненная правда. Сурия никогда в жизни не встречал никого в его роде. С ним было куда проще, чем с Дао Нуэ. Проще, чем с настоящим Апо. И даже проще, чем с Чанджаком... С последним даже сравнивать не стоит!
Пхоптон очень легко адаптировался к любой ситуации: он мог жить там, где ему велят, и делать всё, что ему скажут (правда, учтите, что в тишине он вас не оставит, так что придётся с ним разговаривать). Он даже ел всё подряд! Так как же так получилось, что такой замечательный ребёнок не родился в полной и благополучной семье?
Сурия вздохнул в очередной раз, как и положено любящему человеку, чей парень обожал летать в облаках. К счастью, после того как они вернулись с рыбного рынка, ему наконец удалось уговорить Пхоптона ненадолго подняться в спальню. Сначала тот хотел остаться с ним и помочь с приготовлением ужина, но Сурия вновь испугался, что не выдержит такого искушения...
Хаа...
Да, его неугасающее желание было куда опаснее, чем вы можете себе представить.
Предотвратить ошибки всегда лучше, чем потом их исправлять, – особенно когда рядом фальшивый Апо, который так и норовил соблазнить его. Сурия боялся, что если не отправит его в комнату, их жаркая сцена любви разгорится прямо у плиты.
Лучше оставить нетронутой хотя бы кухню...
Когда Сурия закончил с готовкой, до него донеслись звуки тихой музыки. Это была оркестровая мелодия, в которой пронзительные звуки скрипки гармонично переплетались с аккордами фортепиано. Судя по всему, это была пластинка, которую Пхоптон запустил на старинном граммофоне с рупорной трубой, что стоял у окна.
Сурия шумно выдохнул, когда понял, что играла его любимая мелодия. Затем он осознал, что ему предстоит подняться наверх, чтобы позвать Пхоптона на ужин, и это заставило его вздохнуть ещё несколько раз.
Чёрт побери!
Разумеется, он хотел быть рядом с ним. Но... стоило лишь увидеть его лицо, и внутри него тут же разгоралось непреодолимое желание, которое никак нельзя было подавить. И Сурия просто не знал, что с этим делать.
Возможно, он совершил ошибку, решив спрятаться с Пхоптоном в «Осколке Луны»? Ведь здесь они были только вдвоём...
Сурия собрался с духом и, подойдя к двери, позвал любимого вниз:
– Тон, идём ужинать.
Когда ответа не последовало, он позвал ещё раз. Однако и на этот раз ответом была лишь тишина.
Сурия нахмурился: возможно, его малыш просто задремал. Ведь с этим мальчишкой всегда было так: когда он не рисовал, то ел какие-нибудь сладости. Когда не ел сладости – спал. Жизнь маленькой черепашки Сэмми состояла всего из нескольких таких простых радостей.
Однако предположение Сурии оказалось ошибочным.
Как только он вошёл в спальню, его глаза тут же расширились от удивления. Пхоптон неподвижно сидел посреди кровати, прижав колени к груди. Сердце Сурии на мгновение сжалось: ведь он подумал, что его любимый плачет. Но приглядевшись, он понял, что это было не так. Пхоптон просто сидел на кровати и крепко прижимал к себе свёрнутую в клубок одежду.
– Пхоптон, что случилось?
– Ничего. Всё в порядке.
– Ты плачешь?
– Нет.
– Тогда что ты делаешь?
– Занимаюсь гнездованием.
– Что это значит?
Сурия нахмурился ещё сильнее. Немного поколебавшись, он подошёл ближе и сел рядом с любимым. Присмотревшись повнимательнее, он наконец понял, что та одежда, которую Пхоптон так крепко прижимал к себе, принадлежала ему самому: там были его рубашка, брюки и даже полотенце. И чем дольше он на это смотрел, тем сильнее убеждался, что всё это ему не привиделось.
Пхоптон действительно сидел и с нежностью прижимал к себе его вещи.
– Это моя рубашка?
– Да.
– Зачем ты её обнимаешь?
К счастью, Сурия был необычайно умён и обладал отличной памятью. Так что ему хватило пары секунд, чтобы связать воедино те знания, которые он успел получить от мира, с тем, что происходило сейчас.
Одним из любопытных терминов, о которых он узнал при чтении романов в жанре омегаверс, было понятие «гнездование». Едва Сурия вспомнил об этом, как внутри него вспыхнуло странное тепло, а щёки залило ярким румянцем.
– Это уже чересчур...
Сурия погладил мальчишку по голове, однако взгляда от него так и не оторвал.
Если говорить проще, гнездование в романах, написанных в жанре омегаверс, – это инстинктивное поведение омег при создании уютного и безопасного «гнезда» из вещей своего альфы, которые помогали наполнить пространство его запахом. Всё это делалось для того, чтобы облегчить тоску по любимому и создать необходимое чувство безопасности для Омеги в моменты, когда он ощущал себя потерянным. Омеги являлись жёнами, тогда как альфы – мужьями. И очевидно, что прямо сейчас Пхоптон решил взять на себя роль омеги, а Сурии досталась роль предначертанного ему судьбой альфы.
– У ваших вещей такой приятный запах...
– Оставь их. Они же нестиранные.
Поборов своё смущение, Сурия попытался забрать у Пхоптона вещи, которые тот разложил вокруг себя на кровати. Но его любимый был не намерен так просто сдаваться.
– Даже нестиранные они всё равно пахнут очень приятно!
– Хватит шутить.
– Особенно вот это...
Эй! Это же нижнее моё бельё!
Вот теперь это уже точно перебор!
Сурия вскочил и бросился в погоню за Пхоптоном, который вёл себя сегодня особенно непослушно. Мальчишка размахивал его нижним бельём, и каждый раз, когда Сурия пытался вернуть пропажу, ловко уворачивался в сторону.
Пхоптону редко удавалось довести Сурию до предела – но сегодня он, кажется, побил все свои рекорды.
– Пхоптон!
– Ой!
Игра в столь странные салки привела к тому, что они оба потеряли равновесие. Сурия рухнул на Пхоптона и, прижав к кровати, зафиксировал его запястья над головой. Его уши снова приобрели ярко-красный оттенок, а щёки непослушного мальчишки залились румянцем.
Ну надо же... Они оба не уступали друг другу в умении как следует смутиться.
– Что с вами сегодня?
Мальчишка наклонил голову и бросил на Сурию удивлённый взгляд. В его больших, как у черепашонка Сэмми, глазах читалась лёгкая грусть. Сурия попытался встать и поскорее сбежать отсюда, но, похоже, сама судьба была против него: этот невозможный сорванец ловко обвил его талию ногами, не давая сдвинуться с места.
Чёрт возьми! Нам нельзя находиться в такой позе! Иначе точно что-нибудь произойдёт!
– Вы сердитесь на Тона?
– Не называй себя так.
– Но ведь вы говорили, что вам это нравится...
– Но не сейчас.
Сурия глубоко вздохнул, пытаясь сдержать те чувства, что с каждой секундой всё больше переполняли его изнутри. Он торопливо прижался лицом к шее любимого – как любил делать – и полной грудью вдохнул этот манящий аромат, отголоски которого улавливал на протяжении всего дня. Стоило ему это сделать, как «Сурия-младший» снова начал пробуждаться ото сна.
Ну вот. Он так и знал...
– Пожалуйста, Тон. Не упрямься.
То, чего он больше всего хотел избежать, всё же случилось.
– Я не упрямлюсь.
– Ты называешь себя Тоном. Это и есть упрямство.
Пхоптон осторожно прикоснулся к его щеке, и румянец на лице Сурии стал ещё ярче. Заметив это, непослушный мальчишка вновь спросил, почему он так странно себя сегодня ведёт, а затем мягко погладил его по голове.
Сурия сжал губы, из последних сил сдерживая себя. Ему безумно нравилось, когда Пхоптон гладил его по голове.
– Я хочу тебя, Тон.
Его голос звучал очень мягко, почти умоляюще. Сурия никогда не задумывался об этом, но так происходило всегда: каждый раз, когда ему хотелось заняться этим с Пхоптоном, он обычно просил об этом именно так – с лёгкой ноткой мольбы в голосе.
То же самое он сделал и сейчас. Вот только было одно отличие: раньше Сурия всегда первым заявлял о своих чувствах и желаниях, сегодня же инициатива исходила вовсе не от него – ведь он просто ответил на вопрос, который задал ему любимый.
– Хочу тебя... целый день.
Стоило ему произнести эти слова, как сердце Пхоптона тут же заколотилось с бешеной скоростью, а в голове вспыхнула настоящая буря мыслей и чувств – точь-в-точь такая же, что уже охватила Сурию.
– Тогда почему... вы так ничего и не сделали?
Вместо ответа он лишь покачал головой и тихо пробормотал:
– Потому что ты устал. Я хотел, чтобы ты немного отдохнул.
– Поэтому вы весь день избегали меня?
– Мм.
– ...
– Прости меня.
Его невозможно милый малыш снова погладил его по голове.
Как же он обожал, когда Пхоптон делал это! Обожал, когда он так ласково прикасался к нему. Обожал зарываться лицом в его шею и вдыхать его соблазнительный аромат, но больше всего ему нравилось, когда от них обоих пахло одним и тем же шампунем.
Он обожал всё, что было связано с этим парнем!
Почему? Почему Пхоптон вызывал в нём такие сильные чувства?
– Господин Сурия...
– Да?
– Давайте сделаем это.
Сурия отрицательно покачал головой.
– Я больше не чувствую себя уставшим.
Сурия снова покачал головой.
– Я серьёзно.
Снова покачивание.
– Вы правда не собираетесь это делать?
Ещё одно.
– Но у меня течка.
Молчание.
– И чем больше я ощущаю ваш запах... тем сильнее меня охватывает жар.
Хаа...
– Тон, ты такой упрямый.
Сурия тяжело вздохнул и, подняв голову, посмотрел на своего любимого. Пхоптон смело встретил его взгляд. Его нежные щёки снова вспыхнули лёгким румянцем – точно так же, как и уши Сурии.
Хозяин спальни сжал губы и, сорвав с себя рубашку, с жадностью сгрёб в объятия своего любимого мальчишку.
Ну, держись.
– Я помогу тебе облегчить твой жар.
Продолжение следует...
Если вам понравилась глава, не забудьте поставить звёздочку✨
❤️❤️❤️