Узы брака

Год спустя
Аят сидел на полу, скрестив ноги. Перед ним на ковре весело ползала Оливия — пухленькая, солнечная девочка с ясными глазами.
— Итак, оливочка, — мягко произнёс он, склоняясь к ней. — Сегодня мы учимся говорить «папа». Понимаешь меня?
Малышка остановилась, села напротив, уставившись на отца с серьёзным видом.
— Просто скажи «па-па», — улыбнулся Аят, — и он тебе весь мир подарит.
— Ма-ма? — прозвучало в ответ.
— Нет, оливочка, не «мама». Па-па. — Он отчётливо повторил слово, словно надеялся, что сила голоса передаст смысл.
— Ма-ма? — упрямо ответила малышка, качнувшись вперёд.
Аят устало выдохнул и лёг на спину. Оливия, радостно вскрикнув, забралась к нему на грудь и весело запрыгала, хлопая в ладоши.
— Ха-ха! — засмеялся он. — Похоже, нам ещё придётся подождать.
В комнату вошла служанка. Оливия сразу поползла к ней, цепляясь за подол платья.
— Сколько же нам ждать, а? — с улыбкой спросил Аят. — Ну-ка, оливочка, расскажи, кого ты знаешь?
— Ма-ма, ба-ба, ня-ня, ди-да! — радостно перечислила девочка, и служанка восторженно захлопала в ладоши.
Аят тяжело вздохнул и опустился обратно на пол.
— Она называет всех, кроме Талата... Это конец. Он делает вид, что ему всё равно, но я вижу — ему действительно больно, когда она зовёт его дядей.
Оливия, словно чувствуя настроение, подползла ближе и погладила отца по голове.
— Не переживайте, — мягко сказала служанка. — Ещё не время. Мой сын тоже долго не говорил «папа», а потом вдруг заговорил сам.
Аят улыбнулся, чуть кивнув.
— Мама... — тихо пробормотала малышка.
— Оливочка, скажи па-па...
— Ма-ма!
Аят снова громко выдохнул, но улыбка всё равно тронула его губы.
После завтрака они вышли на улицу. Лёгкий ветер колыхал листья, трава переливалась зеленью.
— Ну что ж, — сказал Аят, беря Оливию за руки, — порадуем хотя бы твоего папу первыми шагами.
Он осторожно поднял девочку. Та, держась за его пальцы, сделала первые неуверенные шаги по мягкой траве. Трава щекотала ей ножки, и она звонко засмеялась.
— Ха-ха, молодец, оливочка! С каждым разом всё лучше! — радовался Аят, подбрасывая малышку вверх и ловя в объятия.
Через несколько минут он отпустил её, и та, смешно шатаюсь, снова опустилась на четвереньки, увлечённо изучая травинки.
Ворота скрипнули — во двор въехала машина. Аят взял Оливию на руки.
— Оливочка, давай порадуем папу, — шепнул он. — Скажи «па-па», и он отвезёт нас к морю. Будете вместе прыгать в волнах!
Малышка что-то пробормотала, будто старалась повторить последние слова.
— Правда, правда! Только скажи «па-па».
Из машины вышел Талат — уставший, но довольный.
— Наконец-то достроили последний комплекс. Первый этап завершён, — сказал он с облегчением.
— Ух ты! Хочу посмотреть, — оживился Аят.
Талат поцеловал его в щёку.
— Пока там только бетонные коробки. Но как только всё будет готово — пойдём вместе.
— Хорошо.
— Дяяя! — вдруг радостно закричала Оливия, протянув ручки к нему.
Талат рассмеялся и подхватил дочь.
— Как дела, оливочка? Много игралась сегодня?
Он поцеловал её, а малышка попыталась ответить, но лишь облизывала его щёку.
— Ха-ха, ты пыталась меня поцеловать? — улыбнулся Талат.
— Она только сегодня начала это делать, — засмеялся Аят. — Попыталась и меня поцеловать, но чуть засос не оставила.
Пара рассмеялась, проходя в дом.
— Оливочка сегодня училась говорить «папа».
— Правда? Тогда я надеюсь услышать это сам, — с улыбкой ответил Талат, ставя малышку в детский стульчик.
— Дядя! — заявила Оливия и стукнула ладошкой по столику.
— Ну вот, не сегодня, — хмыкнул Талат и сел за стол.
Аят опустил голову на руки.
— Ха-ха, ты и вправду расстроился? — поддразнил Талат. — Она знает, что я её папа, просто ещё не может сказать.
— Но ведь всех остальных называет! — с отчаянием ответил Аят.
— Ну-ну, не переживай. Ей всего годик. Да, малышка? — Талат подхватил её и закружил в воздухе.
Оливия радостно захохотала.
— Наконец-то я добрался до своей булочки! — смеясь, сказал он. — Я голоден, и, кажется, съем тебя целиком!
Он играл с дочкой, щекоча её живот, а Аят наблюдал, чувствуя, как от сердца оттаивает усталость.
— Всё ведь хорошо, — тихо сказала служанка, ставя еду на стол. — Господин не сердится, что пока остаётся дядей.
— Думаю, вы правы, — ответил Аят с лёгкой грустью.
Вскоре вся семья ужинала, потом вместе смотрела кино, а Оливия забавно лепетала между ними, хватая то одного, то другого за руки.
— Кажется, нам стоит немного отдохнуть, — предложил Талат, подбрасывая малышку. — Завтра оставим Оливию со служанкой и сходим в ресторан. Как тебе идея?
— Даже не знаю, — Аят задумчиво покачал головой. — В прошлый раз она так плакала, я не хочу снова оставлять её одну.
— Тогда она просто хотела спать, — улыбнулся Талат. — Правда, оливочка?
Малышка посмотрела на него широко распахнутыми глазами.
— Дашь маме и папе немного отдохнуть?
Оливия тут же начала хныкать.
— О нет, — засмеялся Аят, прижимая дочь к груди. — Мама никуда не пойдёт без тебя. Папа просто шутит, правда, папа?
— Конечно, — рассмеялся Талат, целуя обоих. — Но всё же... мы давно не выбирались вдвоём.
— То, что было три дня назад, не считается? — строго взглянул Аят.
— Ну... это было три дня назад, — виновато пробормотал Талат.
— Пожалей меня, — вздохнул Аят. — После твоего «отдыха» я потом полдня ребёнка на руки взять не мог.
— Служанка поможет. Прошу, Аят... — прошептал Талат, обняв его сзади и коснувшись губами плеча.
Оливия, недовольно заметив это, шлёпнула отца по голове.
— Видишь, — засмеялся Аят, — даже она не хочет, чтобы мама страдала.
— Оливочка, не будь такой строгой, — засмеялся Талат. Девочка прижалась к шее Аята, обняв его крепче.
Талат увидел служанку в коридоре:
— Подойди. Завтра мы с Аятом хотим немного отдохнуть, посидишь с Оливией.
— Конечно, господин, — вежливо кивнула она.
— Так нельзя!, — возразил Аят. — У неё и без того полно дел!.
— Ничего, — ответил Талат. — Ей не тяжело, а нам полезно. К тому же Оливочка её обожает. Постоянно ползает за ней.
Он рассмеялся и хлопнул ладонями.
— Вот и решено! Завтра отдыхаем по полной! Вспомним те времена, когда ничего не мешало нам развлекаться по пару дней без перерыва!
Аят только закатил глаза и тихо пробормотал:
— О нет...

Вечер. Аят покупал ребёнка и надел чистую пижаму.
-Вот так маленькая оливочка. Мы должны засыпать.
Аят взял её на руки укачивая. Та играясь с волосами, начала медленно засыпать. Вскоре полностью расслабилась и уснула.
-Хороших тебе снов маленькая.
Аят поцеловал в щёчку и аккуратно положил в кроватку. Он включил ночник и тихо закрыл дверь.
Талат вышел из душа.
-Как хорошо что она начала спать всю ночь. Аят устало лёг в кровать.
-Значит и у нас появилось больше времени для отдыха. Этот год был для нас тяжёлый.
Талат протянул руки под футболку ведя от живота с соскам.
-Ха-а...ты принял ингибиторы?
Аят лег на спину.
-Конечно.
Талат стянул к него футболку. Губы коснулись груди.
-Нх! О-они все ещё...ха-а...чувствительны...Ноги сжались от приятного чувства.
-Кажется ты должен отучать её от груди.
Талат сказал снимая штаны.
-Знаю, но иногда приходиться дать если очень сильно плачет.
-Это только манипуляции.
Пальцы коснулись ягодиц. Аят поднял ноги.
-Ты тоже мной манипулируешь.
Аят ответил. Его дыхание дрожало от возбуждения.
-Мне можно. Альфа здесь я.
Талат ухмыльнулся и укусил за бедро.
-М!
Аят дрогнул.
-Расставь ноги шире.
Аят послушался.
Талат присунул его ближе к краю кровати и коснулся членом между ягодицами, сильнее надавливая внутрь.
Резкий толчок.
-Ах!
Аята пронзила приятная молния по всему телу. Ноги задрожали, руки сильнее сжали простынь под собой.
-Ты даже не стал более узким с прошлого раза.
-Мы слишком часто это делаем!
Аят ответил. Талат навис над ним. Ноги Аята прижались к его талии.
-Как я могу спать с тобой в одной кровати и не трахнуть?
Талат улыбнулся. Аят крепко держался руками за его шею. Руки альфы крепко держали талию и спину Аята прижимая стильнее к своему телу. Жестко и резко входя в него.
-М! Талат! Медленее! Ах!
Тело напрягалось каждый раз когда пенис входил в него. Жар от большого и крепкого тела ещё больше делал чувствительным Аята. Кажется он сгорал изнутри.
Талат резко поставил его раком. Аят схватился за простынь, зная привычки Талата.
-Только не куса...АХ!
Он не успел сказать как первый кровавый след остался на спине Аята.
Член резко проник в него.
-Как внутри все дрожит. Я просто блять готов кончить только от этого.
Талат шлепнул его по заднице. На простынь капала сперма со смазкой. Из члена Аята тоже сочилась белая смазка.
Ещё один укус, Аят вытянулся от боли и наполненности внутри.
-АХГ! Ммм...
Пенис Аята дрожал от оргазма.
-Как хорошо ты меня сжал...
Талат замер на секунду. Аят почувствовал как сперма разливалась внутри него.

Вдруг на радио няни раздалось сообщение — ребёнок заплакал.
— О нет! Я, наверное, был слишком громким! — воскликнул Аят. Он торопливо накинул халат и побежал в комнату.
Открыв дверь, он увидел, как маленькая Оливия беспокойно извивается в кроватке, её крошечные ручки дрожат, а лицо покраснело от слёз.
— Тише, Оливочка... мама здесь, — мягко прошептал он, прижимая малышку к груди. — Мама рядом, не бойся.
Он осторожно покачивал её, но плач становился только громче.
— Уаааа! Пааа! Пааапааа! — вскрикнула она, будто зовя кого-то.
В этот момент в комнату вошёл Талат.
— Папаааа! — девочка, всё ещё сонно плача, протянула к нему руки.
Аят молча передал Оливию.
— Ты меня звала, Оливочка? — тихо спросил Талат, осторожно укачивая ребёнка.
Малышка постепенно успокоилась, её дыхание стало ровным, и через несколько секунд она уже спала.
Аят улыбнулся:
— Теперь ты стал папой.
Он аккуратно уложил девочку обратно в кроватку.
Они тихо вышли из комнаты, стараясь не разбудить её снова.
— Наконец-то! Я папа! — радостно прошептал Талат, вскинув руки вверх, едва сдерживая смех.
— Ха-ха, теперь у нас есть повод завтра сходить в ресторан, — ответил Аят, улыбаясь.
— Нет, ты слышал!? Она звала меня!
— Надеюсь, это был не сон, и завтра она так же будет тебя звать папой.
— Конечно! Вот увидишь! — с сияющими глазами произнёс Талат.
Они тихо засмеялись и, всё ещё улыбаясь, вернулись в комнату, где царила тёплая, мирная тишина.
Конец 💖