Иные || Nkeeei

Жизнь не сказка, и, к сожалению, главные герои не всегда остаются вместе, как бы кому-то этого не хотелось. Иногда мы идём на крайние меры, чтобы добиться своих целей. Но что, если вся наша жизнь давно прописана судьбой? Как бы нам ни хотелось от неё убежать, ничего не получится.

Марина не хотела в это верить. Она не могла принять мысль о том, что оказалась одна во всей бескрайней вселенной, и что у неё нет родственной души и не будет.

Никиту она любила, а если быть точнее, то была зависима от него. Ещё тогда, когда перевелась в новую школу и познакомилась со всеми одноклассниками, она считала, что он — её родственная душа, и больше никого, кроме него, нет. В её сердце он занимал особое место, и каждый миг рядом с ним казался волшебным.

Сейчас на её месте была Василиса. Умница и красавица, которая привлекала внимание всех вокруг. Она нравилась его родителям и всем друзьям. Прямо мечта, а не девушка! К ней так не относились. Марина чувствовала себя незаметной тенью, которая лишь наблюдает за счастьем других.

Звезда на ключице жгла с каждым днём всё сильнее и сильнее, напоминая ей о том, где и с кем её место — в одиночестве. Она ощущала физическую боль не только от метки, но и от того, что её сердце разрывалось при каждом взгляде на них. Каждый раз, когда она видела, как Никита цветёт рядом с Васей, её душа погружалась в бездну отчаяния. Особенно мучительно было натыкаться на посты в социальных сетях, где они счастливо целуются, улыбаются друг другу — это было словно нож в сердце.

Иногда, глядя на них, она испытывала страшное чувство — злорадство. Василиса переживала сильную ненависть со стороны фанатов Никиты, и Марина была этому рада. В эти моменты она чувствовала себя немного сильнее, хоть на мгновение обретая утешение в том, что у кого-то тоже есть проблемы.

Почему же она не может быть счастливой? Почему ей не удаётся хоть на мгновение почувствовать себя любимой? Эти мысли терзали её день за днём. Она мечтала о том, чтобы кто-то посмотрел на неё так же, как Никита смотрел на Василису. Она жаждала любви и понимания, но вместо этого оставалась одна со своими страданиями и горечью.

— Папа, привет. Мы можем перенести свадьбу пораньше? Я хочу уехать домой. Не могу больше жить в Москве.

Она почувствует себя счастливой, хоть и не надолго. Рука легла на плоский живот и слегка сжала его.

— Прости.

***

— Почему ты не хочешь быть вместе, если у нас всё взаимно? — пробурчал обидчиво Никита, его голос звучал почти как шёпот недовольства. Он посмотрел на Василису, которая сосредоточенно печатала что-то в ноутбуке, погружённая в свои мысли.

Они находились в квартире девочек. Маша была у своего парня, поэтому Осипова могла спокойно приводить друга. Хотя называть его просто другом было слегка странно. Фанаты и подписчики разных пабликов ловили их на улицах Москвы, фиксируя каждое мгновение их прогулок и мимолётные поцелуи, которых между друзьями не должно быть.

— Потому что у тебя свадьба через месяц, а ещё ты будущий отец. Прости, но я с женатыми не встречаюсь, — проговорила Осипова, отложив ноутбук в сторону и взглянув на Никиту с лёгкой грустью в глазах.

— А давай уедем куда-нибудь вместе? Где нас никто не найдёт? Заведём собаку, как ты хотела в детстве, и будем жить в большом доме, — Никита приблизился к девушке и положил голову на её живот, словно искал утешение. Василиса слабо улыбнулась, но отрицательно покачала головой. Идея ей на самом деле нравилась, но чувство ответственности не покидало её.

— Нет, мы так делать не будем. Никита, куда потерялась твоя совесть? Хотя у тебя её никогда не было, — с лёгким упрёком произнесла она, запуская руку в его блондинистые локоны, которые уже начали темнеть.

— Есть у меня совесть, — уверенно ответил он, хотя в его голосе слышалась нотка сомнения.

— Никогда не замечала, — с лёгкой усмешкой произнесла Василиса.

Между ними повисла тишина, наполненная невысказанными словами. Никита сел на своё место и внимательно посмотрел на родственную душу. Она выгнула одну бровь вверх, не понимая, что происходит.

— Покажи мне свою метку, — неожиданно спросил он, его голос стал более серьёзным.

— Ты же видел её, — прошептала Василиса, намекая на ту ночь, которая навсегда изменила их отношения.

— Я не сильно разглядывал её… Были места куда интереснее, — его ладонь легла на колено и осторожно полезла выше. Осипова не ожидала такого напора и втянула воздух носом от неожиданности. Она оттянула край кофты, показывая аккуратные буквы. Никита убрал руку с бедра и слегка прикоснулся к надписи. Видеть собственное имя на чужой коже было необыкновенно и волнующе. Василисе шло это украшение, и парню нравилось, что на её теле есть его след.

— Красиво, — произнёс он с лёгкой усмешкой и закрыл надпись. Действия парня раззадорили Васю, она притянула его лицо к себе, вовлекая в поцелуй. Никита удивлённо открыл глаза, но быстро сориентировался и ответил. Не каждый раз она позволяла себе проявлять инициативу.

Женская рука скользнула под футболку, касаясь его торса. Быстро взяв ситуацию в свои руки, она пересела на его колени и прижалась плотнее к разгорячённому телу. Её действия были дразнящими и игривыми, блондин пытался ответить ей, скрывая своё замешательство.

Неожиданно девушка оторвалась от пухлых губ и хитро улыбнулась.

— Ты вроде говорил о какой-то прогулке перед сном? Я пошла собираться! — произнесла она с озорным блеском в глазах и стремительно спрыгнула с колен Никиты, убегая под его возмущённые возгласы.

— Ведьма! — закричал он с улыбкой на губах.

— Сам такой! — ответила она на ходу, смеясь и оставляя его в весьма необычном состоянии. Парень взял подушку с края дивана и прикрылся ей.

— Может всё же отложим прогулку?

В воздухе витали эмоции: нежность, страсть и любовь смешивались в одно целое. Каждый из них понимал: их связь была особенной, но обстоятельства продолжали ставить преграды между ними.

Соулмейты шли по двору недалеко от дома, где их точно не найдут фанаты и не выложат очередное видео в социальные сети. Несмотря на то, что был август, ночью на улице было прохладно, и ветер нежно шевелил листву деревьев.

— Я же предупреждал, что ты замёрзнешь, если не возьмёшь что-то накинуть на себя. Эта тряпка никак тебя не греет, — недовольно сказал Никита, снимая свою толстовку и оставаясь в одной футболке. Он протянул её Василисе с лёгким упрёком в голосе.

— Это не тряпка, а топ! — с вызовом ответила она, расправив плечи и выдвинув грудную клетку вперёд. Никита, не удержавшись, посмотрел по сторонам, а затем застегнул толстовку на её теле, словно защищая от холодного ветра.

— Мне нравится твой топ, как и остальным мужчинам вокруг. Так что давай воздержимся от таких представлений, — на лице Василисы появилась хитрая улыбка, и она подошла ближе, вызывая у Никиты смешанные чувства.

— Ревнуешь? — её руки обвили его шею, а расстояние между их лицами заметно сократилось. Взгляд Василисы был полон игривости.

— А то! — Никита коротко поцеловал девушку в губы и обнял её крепче. — Как ты думаешь, у нас есть шанс быть вместе?

Василиса положила голову на его плечо и крепче схватила парня, словно боялась потерять.

— Бабушка всегда говорила, что несмотря ни на что, родственные души будут вместе. Но мне кажется, что всё в этом мире против нас.

— Людмила Григорьевна всегда была права, — с уверенностью произнёс он. — Не стоит сомневаться в её словах.

Воспоминания о бабушке отозвались тупой болью в сердце девушки. По щекам потекли непрошенные слёзы, словно дождь, который не знал покоя.

— Никит, я так по ней скучаю… — тихо произнесла она, и в её голосе слышалась глубокая печаль.

— Я тоже, ведьмочка, я тоже… — тихо ответил он, перед глазами парня возник заплаканный образ школьницы с длинными косами и светлыми глазами.

Flashback

— Третий день из комнаты не выходит, в школу не ходит, не ест, не пьёт. Как узнала, что бабушки больше нет, то в призрака превратилась. Лен, я не знаю, что делать… — Анастасия Сергеевна поставила рюмку обратно на стол и устало выдохнула, её голос дрожал от беспокойства.

После смерти Людмилы Григорьевны квартира Осиповых погрузилась в мрак. И если родители хоть как-то пытались держать лицо, то у Василисы на это сил не было. Она словно потеряла часть себя.

— А вы с Колей пытались говорить с ней? Ваша поддержка ей нужна сейчас больше всего, — Елена приобняла подругу, стараясь поддержать её в это трудное время.

— Конечно, она на нас вообще никак не реагирует… — с отчаянием произнесла Анастасия.

— Может, Никита поможет? — спросил Михаил, на что получил косые взгляды женщин и друга.

— Мишань, ты перепил? — Николай отодвинул от друга алкоголь с явным недовольством.

— Вытащит её может из комнаты! Он же может на эмоции Ваську выводить! — после долгих раздумий все согласились с тем, что это довольно хорошее решение.

Никита нехотя поднимался по лестнице к знакомой квартире. В десятом классе нагрузка была слишком велика, а родители ещё сильнее напрягали его.

Идти к Василисе совсем не хотелось, но узнав о её состоянии, он понимал: несмотря на их плохие отношения, он должен помочь.

— Здравствуй, Никита! Как твои дела? — Анастасия Сергеевна тепло улыбнулась парню и пропустила его в квартиру. — Ты после школы? Кушать будешь?

— Здравствуйте… У меня всё хорошо в школе, только без Василисы слишком тихо… — он грустно улыбнулся и прошёл в квартиру. Атмосфера была напряжённой и подавляющей, — а кушать я не буду, спасибо.

— Никита… попробуй что-нибудь сделать с этим. Не могу смотреть, как она издевается над собой… — с горечью произнесла Анастасия.

Парень почувствовал тяжесть на сердце. Он знал: его задача была сложной, но он был готов попробовать сделать всё возможное ради той девочки, которую когда-то знал как яркую и жизнерадостную.

Коробыко опустил ручку двери и слегка приоткрыл её. Несмотря на ясный день и солнечную погоду, в комнате царила полная темнота. Никита набрался смелости и шагнул в детскую. Дышать было нечем — воздух был насыщен неприятным запахом, а вокруг стоял жуткий беспорядок. Он быстро оценил обстановку и наткнулся на кровать. Под одеялом явно кто-то прятался.

Коробыко, не произнося ни слова, подошёл к окну, раздвинул тяжелые шторы и распахнул его. В комнату хлынул морозный воздух, наполняя пространство свежестью и пробуждая чувства.

— Не надо! — хриплый голос прозвучал слишком тихо, сначала Никите показалось, что это проскулила собака, сидящая у чужой кровати. Он подошёл ближе и убрал одеяло.

— Я же сказала, не заходи сюда! — Василиса села, её глаза встретились с чужим взглядом. — Ты что здесь забыл?

— Пришёл посмотреть, как живут современные отшельники, — пародийно произнёс Никита, пытаясь скрыть тревогу за лёгким сарказмом. — Приводи себя в порядок, и когда я вернусь, ты должна быть готова к прогулке. Смотреть противно.

— Так не смотри! И вообще, я никуда с тобой не пойду! — слабо проговорила Василиса и снова спряталась под одеяло.

Никита закатил глаза, чувствуя, как внутри него нарастает раздражение и жалость одновременно. Он снова отобрал одеяло и бросил его в сторону. Осипова разозлилась и встала с кровати.

— Ты что себе позволяешь, придурок? — Василиса подошла ближе, и Никита заметил её заплаканные глаза, полные боли и отчаяния.

— Я пытаюсь помочь тебе вылезти из этого состояния. Так что иди мойся и приводи себя в порядок, а я пойду попью чай, — произнёс он с мягкой настойчивостью и вышел из комнаты.

На удивление, она послушала его и начала собираться.

— Я готова, — тихо произнесла Василиса, когда вошла на кухню. Там Никита с мамой пили чай и о чём-то разговаривали. Они сразу же обратили на неё внимание. На лице Анастасии Сергеевны появилась довольная улыбка, а Никита просто одобрительно кивнул.

— Отлично, пошли, — сказал он с лёгким энтузиазмом.

— Куда мы идём? — спросила Василиса с недоумением.

— Увидишь, — загадочно ответил Никита, беря её за руку и выводя на улицу. Холодный воздух обнял их, он помогал немного развеять мрак, окутывающий скорбящую душу.

Они шли по тропинке парка, где стояли голые деревья. Никита чувствовал, как напряжение в воздухе постепенно рассеивается.

— Знаешь, — начал он осторожно, — иногда нам нужно просто выйти из тени. Я понимаю, что тебе тяжело… Но бабушка бы не хотела видеть тебя такой.

Василиса остановилась и посмотрела на него с недоумением.

— Как ты можешь это знать? Ты не знаешь, каково это — потерять близкого человека…

— Да, может быть, я этого не знаю. Но я знаю, что горе — это не то место, где стоит оставаться навсегда.

Она опустила голову, и слёзы снова накатывались на её глаза.

— Я просто не знаю, как…

— Сделай первый шаг. Позволь себе почувствовать радость снова. Это не предательство памяти. Это значит помнить её так, как она этого хотела бы.

Василиса вздохнула глубоко и медленно подняла взгляд.

— Ты действительно так думаешь?

— Да. Твоя бабушка не любила, когда тебе было плохо и я уверен, что она видит, как ты себя изводишь и ругает тебя.

Она кивнула и почувствовала легкость в груди. Возможно, это был первый шаг к исцелению. Они продолжили прогулку по парку, и каждый шаг приближал её к пониманию того, что жизнь продолжается, даже после потерь. Василиса обязательно отпустит её и будет жить полной жизнью. Но не забудет, как её не смогли спасти и найдёт себя в медицине.

Настоящее время

— Поедешь к себе? — спросила Василиса, когда пара подошла к подъезду. Она отпустила ладонь Никиты и посмотрела по сторонам. В последнее время к её персоне было слишком пристальное внимание, и, увы, это внимание не приносило ей радости.

— Да, завтра нужно поехать с Мариной в больницу, — ответил Никита, тяжело вздыхая. Мысль о том, что он скоро станет отцом, давила на него, как груз. У него будет ребёнок, и это осознание одновременно пугало и волновало его.

— Ладно, папаша, — поддразнила она с лёгкой усмешкой, похлопав парня по плечу. Она хотела уйти, но вдруг почувствовала, как его рука схватила её за запястье и потянула обратно. Расставаться совсем не хотелось. Хотелось больше быть вместе, забыть о всех проблемах и просто наслаждаться друг другом.

— Подожди, — произнёс Никита, его голос звучал более серьёзно. — Я найду выход из ситуации и придумаю, как нам быть вместе.

Василиса слабо кивнула и улыбнулась, в её глазах светилась искренность и доверие. Она верила в него, верила в их любовь и в то, что всё наладится.

Парень проследил за тем, чтобы в её квартире загорелся свет, и направился к машине. Но вдруг его телефон зазвонил.

Он взглянул на экран: «Андрей Геннадьевич». Словно предчувствуя неприятности, Никита ответил:

— Здравствуйте, Андрей Геннадьевич. Чем обязан в такой поздний час?

С каждым новым словом мужчины его рука сжималась всё сильнее. Злость наполняла душу Никиты, заставляя забыть обо всём. Внутри него разгоралась буря.

— Ты понял меня, Никита? — произнёс Андрей с холодом в голосе.

Коробыко без слов сбросил звонок. Его сердце колотилось в груди, а взгляд устремился в сторону окна Осиповой. Она беспокойно смотрела на него, и в этот момент он почувствовал, как всё внутри него сжалось от тревоги.

Он слабо улыбнулся ей и послал воздушный поцелуй — жест, который должен был сказать: «Всё будет хорошо». Но внутри него росло ощущение безысходности.

У него появилась очередная проблема. Как же сложно было держаться на плаву среди всех этих бурь!