Истинные альфы

Когда Хосок понимает, что автобус подъезжает к конечному пункту, то начинает откровенно паниковать. Чимин (который, к слову, и правда уснул) так и продолжает умиротворенно посапывать на его плече, а это значит, что его нужно срочно будить. Но что-то внутри Чона не позволяет оттолкнуть Пака или же грубо, в привычной манере, разбудить его.

«Так нельзя, хоби» — говорит внутренний голос, и альфа едва сдерживает разочарованный стон.

— Эй, просыпайся, — шепчет Чон и совсем слабенько тормошит парня за плечо. — Ну же. Нас могут увидеть, если ты не проснёшься…

Пак нехотя что-то бурчит себе под нос и открывает чуть покрасневшие глаза. Ну вот, голова теперь болит.

— Что такое? — низким голосом хрипит альфа и полностью окидывает растерянного хосока сонным взглядом. У него уходит буквально минута, чтобы осознать происходящее. — О. Понял.

Чимин сам себе кивает и широко зевает, переводя взгляд в окно. Он смотрит на сменяющийся пейзаж и резко подпрыгивает на месте, пугая этим всё ещё растерянного истинного.

— Мы уже приехали! — Пак не может сдержать счастливую улыбку и громкого возгласа. Он почти прилипает к окну, рассматривая природу за ним.

Чимин не замечает, как на них кидают взгляды одноклассники с передних мест, а вот Хосок откровенно не нравится это. Вдруг они подумают, что Чон подружился с этим… Паком. Он и так потерял добрую половину нервов, боясь, что их незначительный контакт заметят (а ещё заметят его возбуждение, но это немного другая история), а теперь Чимин снова всё портит. Что за жизнь такая?

— Ты такой шумный, оказывается, — вздыхает Хосок и треплет волосы, портя этим свою укладку окончательно. — Кто бы мог подумать.

Пак будто током прошибает от слов альфы рядом. Улыбка с лица спадает, и Чимин делает глубокий вдох. Кажется, он немного забылся с этим походом. Обычно парень скуп на проявление положительных эмоций при ком-то, кроме близких людей, а сегодня (да и последнюю неделю тоже)… нехорошо это.

Хосок как-то даже напрягается, когда замечает резкую смену настроения истинного. Он что-то не то сказал? Что не так? А хотя… какая разница? Чону нет дела до этого Чимина. Абсолютно.

Между истинными повисает неприятное напряжение, нарушаемое только восторженными голосами одноклассников. Возможно, всё бы так и продолжилось, вот только автобус вскоре останавливается, а учитель Кан выходит в центр, чтобы его было слышно.

— Минуточку внимания. Дальше дороги нет, поэтому мы пойдём пешком. Это не слишком далеко, но, чтобы не потеряться, вы обязаны идти строго друг за другом. В парах.

— В парах? — Чимин убирает свой плеер и хмурится, только не говорите, что ему придётся идти с Хосоком.

— Повторюсь специально для опоздавших, — вновь подаёт голос Кан и кидает выразительный взгляд на парочку в конце. — Человек, с которым Вы сейчас сидите — Ваша пара, друг и товарищ. На эту поездку уж точно. Вы будете спать в одной палатке, вместе есть и далее по списку.

— Это несправедливо! — возмущается Хосок, в привычной манере хмуря густые брови.

—  чон Хосок, не стоит возмущаться в данной ситуации, — вполне спокойно проговаривает мужчина и пожимает плечами. — Ребята сами выбирали себе пару перед тем, как сесть в автобус. И Вы могли выбрать, если бы не опоздали.

Чон недовольно скалится, но больше ничего не говорит. Всё равно это уже ничего не исправит — он не глупый и понимает это.

Чимин же просто молчит, мысленно пытаясь собрать всё своё терпение и нервы в одну большую кучу. Он не собирается позволить хосоку испортить всё. Только не в этот раз.

Пожалуй, сейчас Хосок как никогда рад, что очень хорошо развит физически. Их класс бродит по лесу около часа, если не больше, и многие уже начинают ныть о боли во всём теле и об усталости. Сам Чон чувствует лишь тяжесть в ногах, на которую и внимания-то особо не обращает. Скорее, он то и дело посматривает на Чимина, идущего с ним рядом. Тот пытается скрыть свои эмоции под маской безразличия, однако всё же время от времени на его лице проскальзывает что-то похожее на улыбку.

Пак постоянно осматривает всё, что их окружает, и периодически делает фотографии на свой телефон. Пусть те получаются не очень качественными из-за откровенно плохой камеры, но даже так альфа остаётся довольным. Он умеет радоваться любым вещам, даже самым мелочам.

— Зачем фотографируешь? Отвратные фотки, — подаёт голос Хосок. Всё равно они идут в самом конце (не считая сопровождающего), так что можно не бояться того, что кто-то заметит то, что они разговаривают.

— На память, — просто отвечает Чимин. Он не хочет вступать в диалоги с истинным, а уж тем более ссориться с ним.

— Такая себе память, знаешь? — Хосок ожидает ответа, но так и не получает его — Пак делает фотографию неба, не обращая внимание на заданный вопрос. Чон фыркает, но всё же замолкает. Он не собирается вытягивать из Чимина что-либо. Ещё чего.

Старший достаёт свой телефон с новенькими беспроводными наушниками и включает любимый плейлист, погружаясь в свои мысли.

Чимин мельком осматривает истинного и вздыхает. Несмотря на неприятные мелочи, связанные с Чоном, и на боль в спине, Пак искренне наслаждается происходящим. Погода прекрасная, свежий тёплый ветерок приятно обдувает со всех сторон, а сама природа проявляется во всей своей красе. Если прислушаться, то можно даже услышать пение каких-то диких птичек. Что ещё нужно для счастья? Возможно, отсутствие Чон Хосока под боком, но этот пункт лучше опустим.

Смотря на чистое небо, Чимин задумывается. А вдруг этот поход что-то изменит? Что-то между ним и Чоном. Вдруг они смогут стать… хотя бы друзьями? Тогда бы жить стало намного проще.

Пак  трясёт головой и позволяет грустной улыбке появиться на своих губах. Нет, не смогут. Хосок  много раз давал это понять. Да и ничего не отменит того факта, что Чимин — никому не нужный изгой. Никто не хочет иметь с ним что-то общее.

Настроение падает, но Пак пытается вновь возвратить себе хорошие мысли. Никакого негатива. Только не сейчас.

— Выбирайте себе место и устанавливайте палатку. Отдохните немного, и через час начнём готовить ужин, пока не стемнело, — просит учитель, получая усталые и не особо радостные согласия.

Хосок окидывает местность взглядом, что-то обдумывая в своей голове, так что не сразу замечает, что Пак уже куда-то ушёл. Чон был бы и рад не видеть младшего, вот только именно у него сейчас находится их палатка. Альфа лениво бредёт между одноклассниками, пытаясь всё же отыскать Чимин. И находит.

Пак, видимо, решил самостоятельно выбрать место для ночлега. Из всего возможного он решил поставить палатку на краю лагеря, серьёзно?

— Почему здесь? — не сдерживает вопроса хосок. Он хмурится, когда Чимин продолжает молчать, и, вместо ответа, начинает разбирать палатку. — Эй.

— Если что-то не нравится, то ищи себе другое место, — пожимает плечами, продолжая своё дело. — Уверен, что омеги с радостью позволят тебе переночевать с ними.

Хосок даже задумывается на секунду, но тут же передёргивает плечами. Сладких омежьих ароматов чувствовать хочется меньше, чем находиться сейчас с Паком — он хотя бы пахнет приятно, а ещё не пытается вечно угодить. Вау, всё не так плохо, что ли?

— Ещё чего, — фыркает Чон и сверлит невозмутимого младшего острым взглядом.

— Так и будешь просто смотреть? — бурчит Чимин себе под нос. Ему не очень удобно устанавливать двухспальную палатку в одиночку.

— Что? — альфа переспрашивает растерянно. Он и правда не услышал Пака, но тому так не кажется.

— Помоги, говорю, — Чимин наконец-то смотрит на истинного и вздыхает. — Пожалуйста. Мне тяжело.

Хосок стоит пару мгновений в ступоре, но всё же настороженно кивает. И действительно помогает истинному. Вдвоём они справляются достаточно быстро, опережая в этом многих других одноклассников.

Чимин оставляет свой огромный рюкзак в палатке, а после, ничего не говоря, направляется куда-то в сторону густой чащи.

— Эй, ты куда?

— Прогуляюсь, — небрежно бросает Пак.

— А не потеряешься? — настаивает на своём Чон, зачем-то следуя за парнем. Он спрашивает это только потому, что ему же может влететь, если его пара потеряется.

— Нет. Вернусь к нужному времени, так что тебе не сделают выговор из-за меня, не волнуйся.

От слов младшего Хосок растерянно (в который раз!) замирает на месте. Пак что, мысли читать умеет? Чёртова истинность. Парень фыркает и забирается в палатку — хочет просто полежать немного, пока есть время.

— Хосок, просыпайся.

Названный недовольно хмурит брови и бурчит что-то вроде «не сейчас», но просьба вновь повторяется и к ней добавляется несильное похлопывание по плечу. Чувствительный нос улавливает нелюбимый аромат, и Чон всё же распахивает глаза, замечая нависшего над ним Чимина.

Подобная поза отчего-то пугает сонный мозг, так что хосок быстро принимает сидячее положение, больно стукаясь лбом о лоб Пака.

— Что ты делаешь? — недовольно шипит младший и валится на свой зад.

— Это ты что делаешь? — сглатывает Чон, тяжело дыша. Знатно он напугался однако.

— Тебя бужу. Время ужина, — Чимин отводит взгляд и, не дожидаясь какого-либо ответа, покидает палатку.

Хосок непонимающе смотрит вслед. В смысле «время ужина»? Разве они сначала не должны приготовить этот самый ужин, а потом уже есть? Альфа ищет свой телефон, а когда находит и смотрит время, то ужасается. Он проспал около двух часов, и его даже никто не разбудил. Что за фигня?

Хосок идёт к импровизированной столовой и занимает очередь за едой, замечая, что Чимин стоит уже где-то дальше.

— Как ты, Хосок? — неожиданно спрашивает Тэхен, который, как оказалось, стоит прямо спереди от него. Чон и забыл, что этот коротышка тоже поехал в поход. — Что-то болит?

— Эм. Всё нормально? К чему вопросы?

— Ну, Чимин сказал, что тебе стало нехорошо, поэтому ты спишь в палатке, 

— Ким пожимает плечами, не сводя внимательного взгляда с альфы.

— Он даже вызвался выполнить работу за тебя, свою пару. Вы теперь друзья или типа того?

— Нет, — выдыхает как-то резко и рвано. — В любом случае, кажется, что с тобой теперь всё хорошо, — кивает Тэхен и широко улыбается.

— Приятного аппетита. Ким забирает свою порцию и уходит. Хосок берёт свою порцию риса с мясом и овощами тоже и, стиснув зубы, направляется искать одного единственного человека.

Чимина альфа находит почти сразу. Он, в отличие от всех остальных, сидит где-то в стороне, совсем один. Но даже так он выглядит обычно, будто его совершенно не задевает одиночество.

— Почему? — спрашивает Чимин, стоя напротив сидящего Пака. Тот поднимает взгляд со своей тарелки и непонимающе приподнимает бровь.

— Что «почему»? — альфа говорит как-то устало. Кажется, он не настроен на какие-либо конфликты. Он просто хочет покушать и подышать свежим вечерним воздухом.

— Какого хрена ты меня не разбудил, а сделал мою работу? Хочешь сделать меня своим должником? Так вот нихрена у тебя не полу…

— Нет, — Пак просто перебивает истинного и снова возвращает взгляд в свою тарелку. — Ты и правда выглядел уставшим, так что я подумал, что тебе лучше поспать немного. А насчёт работы… что ж, для подобного я сюда и приехал, мне было несложно.

Хосок молча пялится на младшего, не зная, что сказать. Почему сейчас ему так неприятно внутри? Это совесть наконец-то появилась или что?

Однако, вопреки внутренним ощущениям, Чон лишь цокает и уходит к другим одноклассникам, оставляя Чимина одного.

Чёрт.