Температура чувст
Зима окончательно взяла своё — снег ложился плотным слоем на улицы, в лицо дул пронзительный ветер, а в квартире Вонен было слишком тихо.
Она проснулась поздно. Голова гудела, всё тело ломило, а в горле царапало, как наждаком. Первым желанием было перевернуться на другой бок и заснуть обратно, но телефон настойчиво завибрировал на тумбочке.
[10:12] Сонхун:
«Кофе в обед? Или, может, повторим каток? ;)»
Она чуть улыбнулась, вспомнив, как пару дней назад впервые стояла на коньках. Как он её ловил, как смеялись, как держали друг друга за руки...
Но сегодня — совсем не до смеха.
[10:14] Вонен:
«Каток отменяется. Я сегодня овощ. С температурой. Под одеялом. Умираю красиво.»
Ответ пришёл почти мгновенно:
[10:15] Сонхун:
«Ты дома? Сейчас зайду. Без споров.»
Она только успела накинуть капюшон толстовки и закутаться в плед, как через двадцать минут в дверь позвонили.
На пороге стоял Сонхун. В пуховике, с немного растрёпанными от ветра волосами и большим бумажным пакетом в руках.
— Боже, ты реально пришёл, — прохрипела Вонен, удивлённо прищурившись.
— Конечно. Я же не просто сосед, — он подмигнул. — Я — сосед с супом и лекарствами. Пустишь?
Она отступила в сторону, впуская его внутрь.
— Надеюсь, ты не принёс что-то суперэкзотическое. Мой желудок пока не готов к приключениям.
— Куриный суп, лимон, мёд, пара апельсинов, жаропонижающее, имбирь и... зефирки. Вдруг тебе станет весело, — перечислял он, раскладывая всё на кухонном столе. — И да, я сам готовил суп.
Она удивлённо подняла бровь:
— Серьёзно? Ты умеешь варить суп?
— Я универсальный, — с ухмылкой сказал он. — Научился ещё в школе. Мама работала допоздна, приходилось самому. А потом втянулся.
— Это официально. Я заболела в нужный момент.
— Заболевать не нужно, чтобы я пришёл. Просто скажи, — его голос стал мягче. Он поднял глаза. — Ты выглядишь ужасно. Но очаровательно.
Она рассмеялась, закашлялась и села на диван, кутаясь в плед.
— Очаровательно ужасно. Новое описание моего состояния.
— Сиди. Я всё сделаю.
⸻
Минут через пятнадцать кухня наполнилась запахом тёплого супа. Сонхун поставил перед ней глубокую тарелку и ложку, потом сел рядом, держа свою.
Она попробовала — мягкий, чуть солоноватый бульон с курицей и лапшой согревал изнутри. Вкус напоминал детство.
— Это неожиданно вкусно, — сказала она, удивлённо глядя на него.
— Я вложил душу, — с гордостью отозвался он. — Ну и немного чеснока.
— Моя душа теперь будет пахнуть чесноком. Но ладно. Я принимаю заботу. Особенно от тебя.
Он оперся локтем на спинку дивана и внимательно посмотрел на неё:
— Ты не привыкла, да? Чтобы кто-то просто приходил и заботился?
— Не особо, — честно ответила она. — Обычно всё на мне. Если болею — болею одна. Если плохо — справляюсь сама. Так проще.
— Но это не правильно. Никто не должен быть один, когда ему плохо.
— Говорит тот, кто сам от всех отдалился после травмы.
Он усмехнулся:
— Тouche. Но, возможно, мне просто не хватало... повода вернуться в людей.
— А я — повод?
Он взглянул на неё серьёзнее, тише:
— Ты — причина.
⸻
Они сидели рядом на диване. На экране телевизора шёл старый зимний фильм: гирлянды, семейные праздники, смех. У Вонен голова лежала на подушке, ноги были поджаты, руки спрятаны в пледе.
Сонхун время от времени поглядывал на неё — не с беспокойством, а как будто... не хотел пропустить что-то важное в её тишине.
Он достал термос.
— Чай с лимоном и мёдом. Пей, пока горячий.
— Серьёзно, ты точно не был в прошлой жизни заботливой бабушкой?
Он рассмеялся:
— Может, я просто скучал по этому. По тишине с кем-то. По теплу.
Она сделала глоток, опустила глаза.
— Я тоже скучала. Даже не зная, по чему.
Молчание снова повисло, но оно было другим — насыщенным, как снежное небо перед ночью.
⸻
Позже, уже ближе к вечеру, она задремала. Он не ушёл. Просто сидел рядом, просматривая что-то на телефоне, иногда поправляя ей плед.
Когда она проснулась, солнце почти село. Комната погрузилась в полумрак. Он был всё там же. Улыбнулся, как только увидел её глаза.
— Привет, соня.
— Ты ещё здесь?..
— Конечно. Кто же тебя оставит одну с температурой?
Она села, чуть шатаясь, и посмотрела прямо на него.
— Сонхун, почему ты так со мной?..
Он понял вопрос глубже, чем она его произнесла. Ответил не сразу.
— Потому что ты — настоящая. Не маска, не образ, не «удобная» или «идеальная». Просто ты. Я чувствую себя живым, когда рядом.
Он встал. Подошёл ближе. Осторожно, чтобы не спугнуть.
— Можно?..
Она кивнула.
Он сел рядом, обнял за плечи. Мягко. Как будто не хотел согреть — хотел стать теплом.
И Вонен позволила себе уткнуться в его грудь.
Не потому что была слабой.
А потому что рядом был тот, кто не требовал силы.
⸻
Позже, когда он всё же ушёл, она снова осталась одна. Но комната больше не казалась пустой.
В кружке остался тёплый чай.
На диване — ощущение чужого пледа.
А за окном...
Снег.
И — звёзды.
Одна упала. Незаметно.
И Вонен, глядя в окно, прошептала:
— А может, и правда... моё желание начинает сбываться?