24 глава
Урок истории у десятого класса проходил спокойно. Нелли Алексеевна неторопливо расхаживала по классу, объясняя тему, пока учащиеся записывали информацию к себе в тетради.
Когда учительница прекратила говорить, Ника Полякова облегченно выдохнула, откладывая ручку. Руку неприятно тянуло от количества слов, написанных за эти тридцать минут урока. Девушка перевела взгляд на соседний ряд, засмотревшись на Морозова. В мыслях пронесся их крайний неудачный разговор, после которого они так и не разговаривали, и это сильно тяготило Полякову.
— Ника, сходи, пожалуйста, за мелом, — слышит девушка, отвлекаясь от своих переживаний.
Нелли Каминская с ожиданием смотрит на ученицу, и когда та кивает, поднимаясь со своего места, учительница садится за стол, решая пока заняться журналами, чтобы не терять время.
Стоило Нике выйти из кабинета и закрыть за собой дверь, как девушка сразу же ощутила тысячи мурашек, пробежавших по ее коже от страха. Перед ней вновь стоял погибший Олег Трофимов, смотря будто сквозь Полякову. Девушка попыталась сглотнуть ком в горле — вопреки ожиданиям легче не стало, страх только усиливался.
— Это все глюки, это все глюки, — тихо повторяла себе под нос Ника, зажмурив глаза, надеясь, что после он исчезнет, но это не помогло, перед ней все еще стоял покойный одноклассник. — Да что ты хочешь?
Учащенно задышав, девушка попятилась назад и прижалась к двери. Трофимов все так же неподвижно стоял на месте, не сводя глаз с Поляковой.
— Уходи, хватит, исчезни! — громче говорит Ника.
Из-за своего страха девушка совсем не замечает, как со стороны лестницы за ней наблюдает уже живой человек. Виктор Поляков опешил, заметив испуганную дочь, что стояла одна в коридоре. Он наблюдал, как Ника просит кого-то не приходить к ней, и мысленно ужасался из-за этого. В голову сразу проникли неприятные воспоминания, о которых Виктор Николаевич никогда никому не рассказывал и надеялся, что больше его, а тем более дочери это не коснется.
Когда девушка скрылась в классе, Поляков продолжил стоять на том же месте, пытаясь прийти в себя после увиденного.
Ника облегченно выдохнула, вернувшись в класс, ведь пойти за мелом она так и не решилась. Когда девушка подняла голову, она поймала на себе изучающие взгляды одноклассников, а после и вопросительный взор учительницы.
— Ника, в чем дело? — спрашивает Нелли Алексеевна, но десятиклассница молчит, не зная, что ответить. — Ты мел принесла?
— Нет, — произносит наконец-то девушка, — мне... мне плохо стало, голова закружилась, можно кто-нибудь другой сходит? — придумывает она, надеясь, что учительница поверит в её слова.
— Ты бледная какая-то, — замечает Каминская, — может стоит показаться медсестре?
— Нет! — достаточно резко отвечает Ника, словив непонятливый взгляд от Старковой, что сегодня сидела с ней. — У меня бывает такое, скоро пройдет, просто посидеть нужно.
Нелли Алексеевна не стала настаивать, после чего девушка снова села за свою парту, сразу же получая беспокойный вопрос от подруги, что волновалась о здоровье Ники, ведь, по мнению Дарьи, у Поляковой такого раньше не наблюдалось. Девушка заверила Старкову, что все в порядке, просто перенервничала. Оставшийся урок она только и думала о случившемся в коридоре и о том, почему к ней приходит покойный Олег Трофимов.
Со звонком десятиклассница, как и все её одноклассники, вышла из кабинета в коридор. Ника шла вместе с Дарьей и Викой, с опаской поглядывая по сторонам. Полякова пыталась создавать видимость, что все, как обычно, и поддерживать разговор с подругами, хоть девушка и была погружена в свои тревожные мысли.
Из громкоговорителя послышался голос Виктора Полякова. Он просил Нику зайти в кабинет директора. Девушка переглянулась с одноклассницами, и на их вопрос, почему её вызывают, она удивленно пожала плечами и молча двинулась в сторону массивных дверей.
— Ты звал? — задала вопрос Ника, заходя в кабинет директора, натыкаясь на карий взгляд своего отца.
— Да, заходи, — отвечает Поляков, жестом руки показывая садиться на кожаный диванчик или кресло.
Прикрыв за собой дверь, девушка чуть прошла к креслу, стоящему у входа, и удобно села в него.
— Ника, я беспокоюсь за твоё состояние, — начал говорить Виктор, откладывая из рук письменные принадлежности для заполнения журналов. — Что-то случилось? С Максимом поругались?
— Пап, спокойно, — просит Полякова притормозить отца, — все нормально с моим состоянием.
Девушка решила умолчать о небольшой ссоре между ней и Морозовым, считая это временной трудностью с которой они точно справятся самостоятельно.
— Тогда в чем проблема? — переспрашивает мужчина, и Ника входит в ступор, не понимая, что имеет в виду отец.
— Нет никакой проблемы, — уверенно отвечает Ника, но Поляков тяжело выдыхает, не соглашаясь.
— Я видел тебя в коридоре, — произносит Виктор и эти слова, как ледяная вода окатили девушку, — ты разговаривала сама с собой и была напугана.
Десятиклассница напрягалась, стыдливо опуская глаза в пол, рассматривая свои черные школьные балетки.
— Не понимаю, о чем ты, — она ощутила, как к ней ближе подошел отец, опускаясь рядом, но она никак не находила в себе силы посмотреть на Полякова.
— Доченька, я хочу помочь тебе, — слышит Ника, пытаясь подобрать слова, чтобы ответить ему хоть что-то. — Ты видишь кого-то из неживых?
Полякова нервно сглатывает ком в горле от неожиданного вопроса Виктора. Сердце девушки забилось сильнее от внезапного разоблачения, с которым она никак не могла согласиться, боясь, что её посчитает сумасшедшей собственный отец.
— Ты можешь мне доверять, Ника, — произносит Виктор Николаевич, ощутимо сжав руки дочери, что наконец-то посмотрела на отца, сжимая пухлые губы.
Девушка кивнула, а её глаза заслезились.
— Пап, я не понимаю, что со мной, и почему я вижу их, — судорожно объясняет Ника, — они ничего не говорят, просто смотрят, и мне страшно.
— Кого ты видишь? — спрашивает мужчина, сам пытаясь скрыть свою растерянность и страх перед дочерью.
— Маму в частности и... неважно, — быстро отмахивается десятиклассница. — Пап, как ты понял, что я вижу кого-то, и почему ты так спокойно относишься к этому?
— А как я должен был отнестись? — слегка усмехается Виктор, но понимает, что его реакция и впрямь слишком спокойна для Ники. — Твоя мама тоже видела их.
— Мама? — изумлено переспрашивает Полякова, не веря своим ушам.
— Да, — кивает отец, — и, признаться, я до последнего надеялся, что это никак не коснется тебя.
— Почему? — только и вопрошает девушка.
Поляков встает на ноги, проводя рукой по волосам и устремляя взгляд в окно, пытаясь сосредоточиться. Он не мог никак признаться дочери, что они потеряли Аглаю из-за потустороннего. Перед глазами Виктора вновь всплывала та злополучная записка, отставленная его женой, что он нашел незадолго до звонка, уведомляющего о её смерти. Содержимое он смутно помнил, лишь то, что она больше не могла справляться со своей особенностью и жить в постоянном стрессе и хаосе в своей голове. Завуч школы больше всего боялся, что теперь может потерять и дочь.
— Это действительно страшно, — соглашается Виктор, поворачиваясь к девушке.
— Пап, это же не нормально, — произносит она, выжидающе смотря на отца.
— И пусть, — отвечает он, — но я всегда на твоей стороне, что бы ни случилось, помни об этом. Мне ты можешь рассказать абсолютно все, что тревожит тебя.
— Пап, — тянет Ника, мотая головой.
— Просто не закрывайся, не нужно с этим справляться в одиночку, — настаивает Виктор.
— Что было с мамой? — все же спрашивает девушка, чтобы наконец-то разобраться с недостающимися пазлами в голове.
От ответа Полякова спас школьный звонок, что означал начало урока, на который нужно было идти Нике.
— Обсудим это позже, — только и вымолвил Виктор, подходя к дверям. Десятиклассница разочарованно вздохнула, с надеждой взглянув на отца, но тот открыл дверь, пропуская дочь в коридор. Поляков был пока не готов рассказать ей всю правду о смерти Аглаи. По крайней мере, точно не сейчас и не в этом кабинете.
***
В спальне мальчишек витала весьма напряженная атмосфера. Десятиклассники расположились по комнате, ожидая пока Виктория Кузнецова разберется с ноутбуком и сможет сказать им, что из доказательств у них уцелело после внезапной вирусной атаки от Панина. Рома Павленко уже несколько раз прошелся возле Виктории, заглядывая в монитор, из-за чего Андрей Авдеев не выдержал, вопрошая у подруги, как обстоят дела.
Кузнецовой было нечем порадовать ребят. Из скаченных файлов толком ничего не сохранилось, а фотографии Кристины были удалены без шанса на восстановление.
Десятиклассники решили посмотреть на то, что у них осталось, и думать, что им делать дальше, ведь просто отчаяться и сдаться было не их вариантом, когда в школе происходит всякая ересь и ходят убийцы под видом учителей.
Всматриваясь в экран ноутбука, Ника вдруг обнаружила ещё одну скрытую папку, аккуратно показывая её друзья указательным пальчиком. Виктория поспешила открыть скрытый документ, обнаруживая что-то похожее на переписку Панина с неизвестной личностью.
20.12.2010
— Ждать больше нельзя - И. И. знает слишком много
25.12.2010
— Яхта готова. Убедись, что они не передумали. Все остальное сделаем сами.
— Андрюх, когда пропали твои родители? — вопрошает Артём, посмотрев на даты в переписке.
— 4 января, — сухо отвечает Андрей.
— Они целый день постоянно переписывались и созванивались. Вот, смотрите, — проговаривает Виктория, открывая следующий документ.
04.01.2011.
— Дело сделано. Все хорошо.
Андрей с тяжестью и болью в сердце осознал, что эти люди убили его родителей и теперь он и его друзья точно знали, что крушение яхты не было несчастным случаем.
***
В обед в школьной столовой собралось достаточно много учеников. В помещении стоял гул из детского смеха и разговоров учащихся, что было уже обыденностью для школы. И даже тишина казалась здесь лишней.
— А я вот думаю, — жуя ароматную булочку, произносит Ромам — а как с телефонного автомата можно отправить смс?
— Скорее всего этот умник, поставил переадресацию со своего мобильного на номер школы, — неторопливо объяснила Кузнецова, очищая мандарин.
— Это мог быть кто угодно, — хмуро произносит Морозов, елозя вилкой в своей тарелке, совсем не поднимая глаз.
Десятиклассники направили свои взгляды на учительский стол, рассматривая каждого из преподавателей. Когда глаза Ники остановились на её отце, девушка невольно вспомнила об их разговоре, забывая про то, что тема была совсем другая.
— Стопудово это кубик! — заявляет Калинин, повернув голову обратно к ребятам. — Он убил Кристину и угрожал нам своим Пифагором.
— Темыч прав, — соглашается Максим, после чего сталкивается глазами с Поляковой, но не спешит их отводить, — это единственный кандидат, на которого у нас хоть что-то есть.
— Да, но Каверин не работал здесь, когда погибли родители Андрея, — сказала Дарья, посмотрев в сторону поникшего парня.
— Он знаком с ними, тебе этого мало? — довольно грубо отрезает Морозов.
— Ладно, нужно просто обыскать комнату Каверина, вот и всё, — предлагает Авдеев, пытаясь остановить разборки между друзьями.
— Я с тобой, — не колеблясь, отвечает Максим, смотря на одноклассника. Андрей кивает, ведь идти одному стремно, а вдвоем уже не так страшно, если поймают.
***
Отстав от класса, Авдеев и Морозов заметили в окне Дмитрия Валерьевича, что спокойно, как и было ему положено, вел урок математики. В головы к десятиклассниками пробралась коварная мысль, что сейчас самое время обыскать преподавательскую комнату и остаться незамеченными. Пока все, включая учителя физкультуры, отвлеклись на повредившую ногу одноклассницу, парни незаметно ускользнули с урока, уходя в школу.
Шли по коридору тихо, стараясь не издавать лишних звуков. Десятиклассникам повезло пробраться в комнату Каверина, не встретив никого из преподавателей. Морозов и Авдеев разделились по разным углам комнаты, чтобы было быстрее и эффективнее. Максим обыскивал полки с многочисленными книгами и вещами, а Андрей учительский стол, просматривая каждый ящик.
— Макс! — позвал парень друга, наткнувшись на интересную фотографию. — Смотри, Кристина Панфилова.
— Это из-за этой фотки он меня чуть не придушил тогда, — вспомнил Морозов весьма неприятное событие.
Десятиклассники услышали, как открывается дверь с другой стороны, в панике переглянувшись между собой. Максим отошел к стене, затаившись, а Андрей остался стоять посередине комнаты, не успев никуда спрятаться.
— Какого черта ты здесь делаешь? — вопрошает учитель, встречаясь с растерянными глазами ученика. Замечая в его руках фотографию, Каверин грубо вырывает её из рук Авдеева, после чего набрасывается на парня, прижимая рукой за горло к стене.
Воздуха стало катастрофически мало, отчего Андрей издавал невнятные звуки, смотря на своего друга, что был позади учителя, пытаясь понять, что ему сделать, чтобы помочь однокласснику.
Морозов беззвучно ухватил покрепче медную статуэтку, смирно стоявшую у камина, а после с немалой силой приложился ею по голове Дмитрия Валерьевича.
Каверин с грохотом упал на пол, а Андрей наконец-то вздохнул полной грудью, ведь сейчас ему никто не перекрывал доступ к кислороду.
— Нифигасе, — выдыхает Максим, переводя взгляд с друга на упавшего учителя.
Авдеев с опаской осматривает тело, опускаясь к нему. Рука парня тянется к голове преподавателя, ведь на полу уже образовалась лужа крови.
— Чувак, ты ему походу череп проломил, — констатирует факт парень, смотря на Морозова, что сейчас пытался осознать факт ещё одной смерти человека от его рук.
Морозов скатился на пол, опираясь спиной на дверцу шкафа. Голова шла кругом, а вид крови вызывал отвращение.
— Макс, пульс есть, — говорит Авдеев, нащупывая пульсацию в руке учителя.
— Че делать? — заикаясь, вопрошает парень, смотря на Андрея, что снова встал на ноги, пытаясь придумать как избавить их от проблемы.
Возня за дверью заставила поторопиться ребят в принятии решения, ведь неизвестно, кто стоял прямо сейчас за дверью. Десятиклассники подхватили Каверина с обеих сторон, затащив учителя в шкаф, чтобы спрятаться на чердаке.
Когда в комнату вошла уборщица, чтобы положить чистые полотенца, она совсем не заметила лужу крови, что оставили ребята, не успевая замести следы.
Наверху десятиклассники посадили Каверина на стул, решаясь привязать учителя, чтобы тот не сбежал. Оставлять его так было глупо, ведь он должен был скоро очнуться, а молчать Дмитрий Валерьевич точно не станет, так и наступит конец для жизней Авдеева и Морозова.
— И что теперь? — с дрожащим голосом уточняет Андрей, завязав рот учителю. — Макс, ты же понимаешь, отпустим мы его или нет, мы же в любом случае попали!
— Главное, в классе не спалиться, что нас нет, — сказал Морозов, — если узнают, то нам, — жестом руки парень создает хлопок, обозначающий, что им будет очень несладко при раскрытии их тайны.
Когда Дмитрий Валерьевич начал приходить в сознание, ребят уже не было на чердаке. Они поспешно вышли из комнаты преподавателя, стараясь не подавать виду от череды событий произошедших с ними.
***
Десятиклассники сидели в кабинете математики, ожидая предстоящий урок алгебры.
Калинин, что сидел на задней парте с Поляковой, рассказывал веселые истории из своего детства, а Ника и Кузнецова со Старковой внимательно слушали, смеясь с глупых поступков своего друга. В класс, весь запыхавшийся, ворвался Рома Павленко, глазами ища своих друзей.
— А Макс с Андреем где? — спрашивает парень, подходя к партам.
— Не пришли ещё, — спокойно отвечает Ника, замечая тревожность друга.
— Я вам щас такое расскажу, — начинает говорить Рома, но отвлекается на Харитонова, что только что вошел в класс.
— Ну, Ромыч? — не сдерживается Калинин.
— Потом, — бросает Павленко, проходя к последней парте.
Компания переглянулась между собой, не понимая, что только что произошло, и почему их друг так странно ведет себя.
В кабинет вошла учительница начальных классов Анна Михайловна. Она уведомила десятиклассников, что Дмитрия Валерьевича сегодня не будет, поэтому его подменяет она.
Ника отвлеклась на вошедшего в класс Морозова, вновь встречаясь взглядами с парнем. Они словно оба понимали, что это молчание между ними слишком затянулось, но никто из влюбленных пока не решался сделать первый шаг к примирению. Максима все еще злило постоянное присутствие Калинина рядом с его девушкой, а Ника понимала, что в очередной раз доказывать что-то парню напрасно, пока он сам в это не захочет поверить.
— Максим, не стой в дверях, проходи и доставай листочек для самостоятельной, — говорит Анна Михайловна, на что парень кивает.
Самостоятельная работа прошла успешно, удалось даже что-то списать, ведь Ольшанская не особо следила за этим, иногда даже закрывая глаза на неудавшиеся попытки учащихся.
После звонка Рома Павленко попросил друзей задержаться, чтобы наконец-то рассказать ребятам о том, что ему удалось увидеть в лесу во время урока физкультуры.
— Короче, — говорит Павленко, когда учительница выходит из класса, — вы не поверите, но, походу, Харитонов вместе с ними!
— А, Ромыч! — устало тянет Морозов. — Ты задолбал со своими приколами.
— Что за шутки детские? — не понимает Вика, хмуря брови.
— Я сам слышал во время физры!
— Че ты слышал? «Пал Петрович, это я убиваю всех в школе», — издевается Максим, после чего слышится смех со стороны ребят.
— Да я серьезно! — доказывает Роман, и Авдеев успокаивает друзей, спрашивая у него, что же он всё таки слышал. — Пока мы были на физкультуре, Харитонов по-тихому свалил в лес. Я побежал за ним, и там он встречался с каким-то стремным типом. Этот стремный тип передал ему папку с бумагами. И потом они начали перетирать про какие-то убийства, похищения.
— Слушай, Ром, — сомневается Даша, — ну, если честно, то это ничего не доказывает. Какая разница с кем Славка мог встретиться?
— Больше похоже на сюжет супергеройского комикса, — замечает Ника, усмехаясь.
— Если бы он был с ними, мы бы точно заметили, — сказала Вика, смотря на друга.
— Да? — переспрашивает Роман. — А что ж мы тогда Каверина не заметили?
— Ну вообще да, — поддержал Артём, — если бы не вся эта история с Кристиной, мы б до сих пор думали, что он просто добрый дядька математик.
— Я вам не сказал самого главного, — проговорил Рома, словно пытаясь создать интригу, — эта папка у меня.
— В смысле? — переспрашивает Полякова, переглядываясь с ребятами.
— Я спер ее из комнаты Харитонова.
— Ромыч, да ты Штирлиц, — усмехается Максим, поражаясь своему другу.
— А папка-то где щас? — уточняет Виктория, и Павленко отвечает, что она у них в комнате.
— Ну и че мы тогда стоим? — риторически вопрошает Авдеев. — Давайте тогда быстрее, пока звонка нет.
Десятиклассники рванули на второй этаж к спальне мальчишек, чтобы удостовериться в словах друга. Роман отыскал у себя под матрасом нужную папку, протягивая её с геройским видом.
— 12 подвигов Геракла? — читает название доклада Андрей, поднимая глаза на остальных, что прыснули от смеха, как и сам парень. — Ребят, походу Славка просто реферат купил.
— Ну, а как же убийства, похищения, я сам слышал! — твердит Рома, вырывая из рук Авдеева листки бумаги.
— Ну ты прав, — соглашается Максим, — там есть и убийства и похищения, но не Харитонова, а твоих любимых древних греков.
— Ну да, они там похищали яблоки, убивали гидру, — рассказывает Ника, пытаясь сдержать смех.
— Ром, ты главное не отчаивайся, — сказала Старкова.
— И самое главное: верни вовремя реферат, а то Харитонов расстроится, — шутит Калинин, после чего все уже не пытаются сдерживать смех, начиная ржать.
— Я же слышал! — заявляет Роман, обижаясь на то, что друзья сейчас подшучивают над ним и не верят.
— Не парься, будут и у тебя подвиги, — говорит Максим, после чего Роман поник, опуская голову.
— Ладно, ребят, пойдёмте на урок, — просит Кузнецова, ведь до звонка осталось несколько минут.
Компания соглашается, поднимаясь с мягких кроватей и направляется к выходу. У дверей Полякова чувствует чье-то быстрое прикосновение к своей руке. Сначала девушка думает, что это была случайность, но после видит хитрую улыбку Морозова и то, как он подмигивает ей одним глазом, понимая, что это был он. Вместе с этим к девушке приходит осознание о скором разговоре между ними и надежде, что все обязательно будет хорошо.