Глава 21.
I'll try not to starve myself
Just because you're mad at me.
And I'll be in denial for at least a little while,
What about the plans we made?
Billie Eilish (song: TV)
Урок алгебры под конец стал довольно веселым, но только у Морозова, который не упустил возможности подколоть сидящего с ним Рому Павленко. Максим заметил, что его друг целый урок не сводит глаз с их новенькой одноклассницы, и то, как явно палился Роман, его забавляло.
— Ромыч, — Морозов обращается к однокласснику, и тот быстро переводит взгляд на него, — слюнявчик дать тебе, не?
Максим усмехается со своих слов и реакции Павленко, который упорно спорит с другом насчет своих чувств к Юле Самойловой. Сидящая сзади парней Полякова вслушивалась в разговор, пока их вдруг не прервал учитель, делая замечание насчет громких рассуждений.
Каверин предложил десятиклассникам поделиться темой, которая вызвала у них живейший интерес, но, как и следовало ожидать, он ничего от них не услышал, кроме ускользающей отмазки.
После того, как учитель вновь отвернулся к доске, Ника обратила внимание, что Павленко и вправду не упускает возможности взглянуть на соседний ряд, за которым сидела Юля, накручивая волнистый волос на палец. Со звонком все поднялись со своих мест, желая скорее покинуть кабинет математики и отправиться на небольшой перерыв.
Полякова терпеливо стояла возле дверей, дожидаясь, пока Морозов договорит с Авдеевым, но парни не особо торопились. Когда мимо проходит Калинин, что немного задержался, Нике приходит в голову спонтанная мысль.
— Тем, подожди, — просит девушка, выходя вслед за парнем, — можно спросить у тебя?
— Конечно, можно, — лучезарно улыбается Артем, и Ника смотрит по сторонам, чтобы не было лишних ушей.
— А Роме и вправду Юля нравится? — вопрошает Полякова и видит, как улыбка с лица друга спадает.
— Ну, может и нравится, мне-то откуда знать? — отрезает парень, который совсем не ожидал такого вопроса от подруги.
— Вы же с ним лучшие друзья, я думала, ты знаешь, — объясняет Ника, не понимая внезапной смены настроения Калинина.
— И что? Если я дружу с ним, это не делает меня справочным материалом к нему.
— Я просто спросила, зачем сразу огрызаться? — спрашивает Полякова, после очередной грубости друга, — У тебя случилось что-то?
— Ничего не случилось, — бросает парень, но девушка видит, что он врет и не договаривает ей.
— Почему ты тогда себя так ведешь?
Калинин нервно сжимает губы, чуть опустив голову, обдумывая свой ответ.
Полякова чувствует мужские руки, что неожиданно обнимают ее со спины, и быстро поворачивает голову влево, встречаясь с голубыми глазами Морозова.
— И куда ты убежала? — спрашивает Макс, кидая быстрый взгляд на Артема, а после снова переведя его на возлюбленную.
— Я пойду, — кидает Калинин, что сейчас явно почувствовал себя лишним, да и просто хотел уйти от ответа на вопрос Поляковой.
— Тём, мы не договорили, — говорит Ника парню вслед, но тот не обращает внимания.
— Пусть идет человек, может ему надо, — настаивает Максим, и девушка поворачивается лицом к нему.
— Тебе не кажется, что с Тёмой что-то не так? — вопрошает Полякова у Морозова, вызывая у него усмешку.
— Че с ним может быть не так?
— Я и пытаюсь понять, он странный какой-то, а сейчас вообще убежал, хотя мы с ним не договорили, — разъясняет девушка своему парню, но чувство беспокойства за друга у него эти слова не вызывают. Напротив, Максим лишь напрягается от того, что Полякова так яро интересуется их другом.
— Ну, не выспался просто, ворочался всю ночь, сам не спал и другим не давал, — язвительно отвечает парень, пытаясь за смехом скрыть раздражение.
— Макс, не смешно, он наш друг вообще-то.
— Вот именно, если у него что-то случится, он сам расскажет нам, а нет, значит не наше дело.
— А ты часто рассказываешь другим о своих проблемах? — спрашивает Ника, наблюдая, как парень хмурит брови и устремляет взгляд в стену.
— Других это и не должно касаться, — отвечает Морозов, — в больших случаях — это касается только меня одного и больше никого. С ним все нормально было с утра, сама слышала, какие он анекдоты за завтраком травил, — сквозь зубы произнес Максим, переводя взгляд со стены на девушку.
Ника выдохнула, мысленно соглашаясь с парнем.Настроение Калинина с утра было на высоте и поменялось буквально во время их разговора, но она не понимала причины. Полякова обдумывала слова друга, что он не справочный материал, да и неужели Артема действительно обидел, казалось, обычный вопрос про Рому?
***
Урок физической культуры проходил на улице. Павел Лобанов сказал ученикам разбиться на группки по двое, для выполнения упражнений на ковриках для йоги. Десятиклассники вышли из строя, чтобы взять коврик и приступить к заданию от учителя. Ника повернула голову, смотря на Старкову с которой она хотела встать в пару, но увидела, что к Дарье уже подошла Вика. Девушка повернула в сторону друзей, и уже хотела пойти к ним, чтобы встать в пару с Морозовым, но сделать этого не успела.
— Ника, не стой, к Самойловой становись, будете в паре, — услышала Полякова слова Павла Сергеевича, и перевела взгляд на одноклассницу, сталкиваясь со светлыми глазами блондинки.
Вздохнув, девушка все же послушалась учителя, подходя к Юле. Ника, хоть и недолюбливала новенькую, все же решила не перечить учителю и просто перетерпеть компанию Самойловой, с которой совсем не общалась. Полякова считала, что в некоторых ситуациях ее одноклассница ведет себя крайне вызывающе и помнила все поступки девушки по отношению к ее друзьям и от этого желание как-либо контактировать с ней отпадало.
Первой упражнение на пресс выполняла Ника. Девушка легла на коврик, а Самойлова присела напротив, зафиксировав руками ноги одноклассницы, а затем они поменялись местами. Десятиклассники закончили с групповыми упражнениями, но занятие на этом не закончилось.
Все вновь построились в две шеренги, приступая к выполнению задач, которые давал им Павел Лобанов, внимательно наблюдая за их исполнением. На этот раз Полякова стояла рядом с Морозовым и Авдеевым, которые не упускали возможности поговорить.
— А вот интересно, — начинает говорить Андрей, — а что Панин с дружками задумали?
— Попугать решил, — усмехается Морозов, свято веря в свои слова, — из-за того, что лохонулся с КПК.
— А вдруг нет? Мне кажется, он бы не разбрасывался угрозами просто так, — высказывается Ника, присоединяясь к разговору парней.
— Согласен, они наверняка придумают, чем нас прижать, — сказал Авдеев, делая наклон для видимости, что он чем-то занимается после высказывания учителя, чтобы задние ряды не халтурили.
Морозов, не сдерживая свои эмоции, демонстративно показывает неприличный жест руки, не боясь нарваться на недовольства Лобанова.
— Макс, ну ты совсем что-ли? — возмущается Полякова от действий своего молодого человека, переживая, что учитель мог заметить.
— А я че? Бесит он, а виноват я? — отвечает Морозов.
— Не он тебя жестами посылает, — объясняет девушка. Подобное отношение учитель не заслужил, он ведь просто выполнял свою работу.
— Твоя правильность меня порой до тошноты доводит, честное слово, — бросает Максим.
— А меня твое поведение, но ничего, держусь как-то, — урок физкультуры подошел к концу и Павел Сергеевич разрешил идти десятиклассникам в душ, но Морозов и Полякова продолжили стоять на месте, выясняя отношения.
— Вы только посмотрите на эту героиню, — с насмешкой проговаривает он, — если тебя че-то не устраивает, можешь не терпеть, тебя никто не держит.
— Ты сейчас серьезно? — вопрошает Полякова, проглатывая ком в горле после его слов.
— Вполне, — кратко отвечает парень, чем задевает девушку, так же, как и она его своими доводами.
— Да ради бога, — с обидой кидает Ника, после чего устремляется ко входу школы, чтобы не показывать своих эмоций остальным.
Поднимаясь по лестнице, девушка хлопает глазами, разочарованно выпуская тяжелый воздух из легких. Не обращая внимания на проходящих мимо учеников, она идет к своей комнате, чтобы взять необходимые вещи. Стоило Поляковой оказаться в комнате за закрытой дверью, по лицу девушки скатились слезинки, которые она упорно держала в себе. В голове не укладывалось, как любящий парень может такое сказать своей девушке.
Ее никак не покидала навязчивая мысль, что Морозов совсем не боится ее потерять, если позволяет себе подобное отношение.
Ника понимала, что в любой момент в комнату могут войти ее подруги, поэтому вытерла ладонями мокрое лицо от слез и вздохнула, успокаиваясь. Истерика так и не началась, чему она была несказанно рада.
Вышла Полякова из комнаты с вещами в руках и сразу направилась в сторону женских душевых. Погруженная в свои проблемы, девушка не заметила вылетевшую из-за угла одноклассницу, сталкиваясь с ней.
— Куда ты так несешься? — болезненно шикнула Ника, посмотрев на Юлию.
— Не твое дело, — огрызается Самойлова, оглядываясь назад. Полякова с непониманием смотрит на девушку, которая выглядела довольно напуганной, — а вообще, не советую туда идти, там какой-то ненормальный у душевых ошивается.
— Что за ненормальный? — задается вопросом Ника, и Самойлова толком ничего не отвечает, потому что понятия не имеет, кто это такой, дает лишь понять, что это кто-то из учеников, — пойдем посмотрим, если он еще там, позовем кого-то из учителей.
Юлия согласно кивает, и вместе с Поляковой они осторожно выходят из-за угла, но никого в коридоре не было. Девушки подумали, что у учащегося могло хватить наглости зайти внутрь, поэтому они вместе решили осмотреть помещение.
В кабинках никого не оказалось, точно так же, как и в душевых. Самойлова облегченно выдохнула, предполагая, что этот извращенец просто удрал, пока его не спалили. Нике эта ситуация показалась довольно странной и она даже допустила мысль, что одноклассница могла все это выдумать, да только ее напуганный вид заставлял верить в сказанное Юлией.
Полякова ушла в душ, желая скорее смыть с себя липкое ощущение после физкультуры и осознание произошедшей ссоры с парнем.
***
Подходя к комнате мальчишек, первым девушки заметили Андрея, что выглядывал из комнаты. От глаз десятиклассниц не скрылось беспокойство парня, и они поспешно зашли в комнату, посмотрев на остальных. Морозов пытался разгладить найденные картины, а стоящие рядом Павленко и Калинин наблюдали за действиями друга, принимая попытки образумить парня.
— Вы что, с ума сошли? — громко возмущается Старкова, подходя к Максиму, чтобы забрать картины, — Макс, какого хрена ты делаешь?
— Да тихо! — огрызается парень, не отдавая картины, — у нас есть то, что ищут эти гады. И пора этим воспользоваться.
— Как ты собрался это сделать? — спрашивает Артем, и вместо объяснений присутствующие слышат вопрос Морозова предназначенный для Павленко.
— Ромыч, где фотик?
— У меня в ящике, — растерянно отвечает Роман, и друг торопит, чтобы он нес его сюда, как можно скорее. Парень быстро подходит к комоду и просит стоящую около него Полякову чуть отойти, чтобы он ее не задел выдвижным ящиком.
— Меня задолбала эта ситуация, — слышат ребята недовольства Морозова, — хватит трястись, пора действовать. Пусть они теперь сами потрясутся.
— Ты можешь объяснить нам, что происходит? — вопрошает Виктория, наблюдая, как Максим фотографирует картины.
— Если они хоть пальцем тронут кого-то из нас или наших родственников, мы просто сожжем эти картины и все.
— Макс! — прикрикнул Авдеев, все еще не отходя от двери, и получил встречный вопрос «что?»
— По-моему это... ну, не очень хорошая идея, — высказывается Дарья.
— Макс, это глупейшая идея, — вклинивается в разговор Ника, посмотрев на Морозова, — оставь свои психи при себе!
— Это лучше, чем ничего не делать! — раздраженно спорит парень, закрывая крышку от барабанов, внутри которых они прятали картины.
— Да они же понятия не имеют, что картины у нас, ты нас всех так только подставишь! — разъясняет Полякова, эмоционально жестикулируя руками.
— Реально, они же кучу бабла стоят, завалят нас просто и никакие угрозы нас не спасут! — поддерживает подругу Калинин.
— Это наша страховка на десять миллионов долларов, — заключает Максим и с фотоаппаратом в руках направляется к дверям, игнорируя слова и просьбы друзей одуматься.
— Пусть идет, — бросает Полякова.
У девушки все еще было подавленное настроение из-за Морозова, и она чувствовала напряжение, пока он находился рядом.
— Ребят, раскодировались файлы КПК, — известила друзей Кузнецова, утыкаясь в экран ноутбука. Десятиклассники сели рядом с подругой, внимательно заглядывая в монитор. Виктория поспешно кликнула на один из документов, раскрывая его, но содержимое заставило всех напрячься. Чувство холодного ужаса, охватило их души в эту минуту.
***
Пустая библиотека, один лишь Морозов остался в ней, пытаясь разобраться с компьютером и постоянно вылезающей ошибкой при печати. Будто сама вселенная ему намекала, что его план с шантажом такая себе идея, но тем не менее сдаваться он не собирался. Услышав, что кто-то вошел в библиотеку, Максим поднял глаза на источник шума и заметив приближающихся Калинина и Павленко, вновь расслабленно уткнулся в монитор.
— Ты не поверишь, что мы нашли в КПК у этого чувака, — с волнением в голосе проговаривает Роман, встав сзади стула Морозова.
— У меня комп завис, карточку твою вообще не читает, — отвечает Максим, без интереса к словам друга.
— Макс, там Ника... — медлит Артем, видя, как поворачивает голову Морозов, окидывая другом вопрошающим взглядом, — там пипец полный, пошли короче.
Парень словно ошпаренный вскочил со своего места, не забыв прихватить фотоаппарат, вылетая из библиотеки. Морозов подавился воздухом, когда Калинин на его расспросы, что случилось с Поляковой, ответил, что она сама не своя после прочитанного файла. Ему отчетливо казалось, будто земля уходит из-под ног.
В комнате Максим сразу уловил опечаленный вид своих друзей, приков взгляд к возлюбленной, что сидела за столом неотрывно смотря на экран монитора. Девушке хотелось разрыдаться от прочитанной информации, как это сделала ранее Даша Старкова. Ника прекрасно понимала и разделяла ее чувства, ведь обе девушки с разницей в несколько минут узнали о своих матерях много нового.
Пока её подругу успокаивал Андрей Авдеев, прижимая в свои объятия, Ника не могла поверить в увиденное, всячески отрицая подобное. Она ощутила, как теплые руки Морозова накрыли ее ладони, а сам он выглядел очень взволнованно.
— Что случилось? — выпаливает он, и Ника тяжело вздыхает, стоит ей лишь подумать об объяснениях.
— Моя мама...— голос предательски дрогнул, — она не случайно погибла.
В уголках зеленых глаз блеснули слезы. Ника не могла толком объяснить, почему поверила в написанное. Внутри что-то сломалось в этот момент. Максим сразу перевел взгляд на монитор, бегло изучая файл, где в строчке о родителях его девушки, а именно о матери была указана причина смерти: разбилась на машине, преднамеренная смерть.
Шевеля губами, Ника не могла издать ни единого звука. Они оба знали, что Аглая Полякова разбилась, но то, что она покончила таким образом жизнь — казалось нереальным.
— Это бред какой-то, — уверяет Морозов, сжимая крепко руки девушки, — бредятина, бред сумасшедшего!
— Все остальное обо мне же правда... — Сердце в ее груди рвалось наружу, подпрыгивая к горлу.
Чувствуя удушье, Полякова жадно ловила воздух ртом. Если это действительно так, то всю жизнь она слышала от отца и родных лишь ложь? С воплем вскочив со стулом, девушка торопливо выбежала из комнаты. Ника пыталась отдышаться и убедить себя в том, что отец мог сам об этом не знать. Максим поднялся на ноги и пошел вслед за ней, догоняя. На его губах играла печальная улыбка. Замерев на месте, девушка глядела на Морозова, не моргая. Он кивнул, из-за чего из глаз Поляковой хлынули слезы. Прикрывая краснеющее лицо обеими ладонями, девушка содрогалась в рыданиях.
— Эй, — с нежностью в голосе протянул брюнет, касаясь плеч Ники.
— Тише, я рядом, слышишь?
Девушка кинулась к нему на шею, разрыдавшись ещё пуще. Руки Морозова притягивали Полякову ближе, практически вдавливая ее в свою грудь. Держась за грудки рубашки, десятиклассница сотрясалась в мелкой дрожи. Она уже совсем позабыла про свою обиду из-за сказанных им слов утром.
— Почему она это сделала? — как в бреду шептала девушка. — Почему?
— Нельзя верить этим уродам, — тут же воспротивился Максим, беря заплаканное лицо Поляковой в свои ладони.
— А кому мне верить, Макс? Им нет никакого смысла врать! — Ника вскинула руки в стороны, не сдерживая слез. Сократив разделяющие их дюймы, Морозов прижал Полякову к себе, пытаясь успокоить нарастающую истерику. Она вырывалась, продолжая рыдать горестно и обречённо. Парень смиренно сносил удары кулаков, которые с каждым разом становились все слабее.
— Смотри на меня, — требовательно произнес Морозов, и она посмотрела.
— Мы совсем разберемся, я тебе обещаю, просто верь мне!
Максим прерывисто дышал, терпеливо дожидаясь ответа на свой вопрос. Загорелые пальцы бережно смахнули с щек Ники влажные дорожки. Сглотнув вставший ком в горле, Полякова чуть приподнялась на носочки, прикасаясь к губам парня. Он ответил моментально. Пальцами правой руки зарывшись в волосы возлюбленной, Морозов сильнее углубил поцелуй. Стоя в пустом коридоре школы, он чувствовал соленые слезы на кончике языка.
— Да, — сдавленно прохрипела девушка, — я верю тебе.
Полякова теснее прижалась к парню, слыша бешеный стук его сердца, а, быть может, это было ее собственное.
Когда Морозов с Поляковой вернулись в комнату к остальным, лица ребят были сильно озадачены. В файле с информацией про них была ещё одна девушка с именем Кристина Панфилова, но на ней стояла пометка «устранена».
Десятиклассники ломали себе голову, пока Виктория Кузнецова не решилась сознаться, что знает её. На девушку сразу посыпались вопросы и Вика старалась увереннее отвечать на каждый. По словам Кузнецовой, они жили в одном дворе и два года назад Кристина пропала. Полиция и родители долго искали девушку, но так и не нашли.
Старкова апатично выдохнула, отмечая, что девушка вовсе не пропала, а по всей видимости её тоже убили, как судью Савкину, Олега Трофимова и их учителя истории.
— Вик, может ты ещё что-то знаешь, ты же жила рядом, по-любому обсуждали хоть какие-то причины ее пропажи, — спрашивает Полякова, удобно устроившись на коленях Морозова. После всего случившегося, ей просто хотелось находиться рядом и чувствовать его.
— Вик, че ты молчишь? — чуть повышает голос Максим, — выкладывай, что ещё знаешь?
— На этих каникулах я была у неё дома, — признается Кузнецова, оперев голову на руку.
— Чего? — изумляется Даша, проворачиваясь на стуле лицом к подруге.
— Я очень хотела понять, что случилось, — проговаривала с трудом каждое слово девушка, — её родители как раз попросили меня посидеть с их младшей дочкой. Впервые за последние два года они решились оставить её с кем-то.
Кузнецова рассказала, что родители Кристины будто ждали, что их дочь вернется. В её комнате все было на своем месте, как и положила Панфилова. Родители не прикасались к вещам дочери, и старались вообще не заходить в её комнату.
Роясь в вещах погибшей девушки, Виктория наткнулась форму их школы, и она вызвала у неё кучу вопросов, а также личную записную книжку.
— Ну, а этот дневник у тебя сейчас? — задал вопрос Авдеев, на что Вика кивнула, говоря, что сейчас принесет его.
Десятиклассники принялись рассуждать о том, что если у погибшей девушки есть форма их школы, значит она когда-то здесь училась, ведь просто так эту форму нигде не достать. Андрей спросил ребят, не помнят ли они Кристину, на что те отрицательно мотали головой. Вскоре вернулась Кузнецова, притащив все связанные с Панфиловой вещи, которые у неё были, начиная от дневника, заканчивая фотографиями и газетными вырезками со статьями о её пропаже.
— Ребят, но это не всё, — выпалила Виктория, — Каверин тоже знал Кристину. Они встречались.
Расширив глаза от удивления, Павленко вопросил, откуда их подруга об этом узнала, а Старкова не довольствовала, почему Кузнецова не сказала им об этом раньше. Виктория пересилила себя, все же решаясь рассказать друзьям правду.
— В комнате Каверина я нашла фотку, где он с Кристиной в обнимку, — сказала Вика, подходя к кровати Калинина, оставаясь спиной к ребятам, — и я взяла эту фотку вместе с контрольной.
Признание подруги больше всех ошарашило Морозова, ведь именно его тогда обвинили в краже контрольной, наказывая и оставляя на всех каникулах в школе.
— Я не понял, то есть, это была ты? —переспрашивает Максим, а Кузнецова никак не решается посмотреть в сторону парня, перед которым она была виновата.
— Да, — выдыхает девушка и со стороны Павленко слышится изумленный свист.
— Нормально, да? — ещё держится Морозов, но Ника чувствует, как парень вмиг напрягся, — Сюрпризы нашего городка, да?!
—Макс, извини, пожалуйста, — просит прощения Вика, — я не хотела тебя подставлять.
— Не хотела? — восклицает Максим. Полякова пытается остудить нарастающую злость парня, опустив руки ему на плечи, поглаживая и словно придерживая, чтобы он не вскочил со своего места,
— Ну, конечно, не хотела. А че ж ты тогда молчала, когда они на меня наехали? Этот гребанный кубик-рубик чуть меня не пришиб из-за этой фотки!
— Еще раз, извини! — вновь говорит Кузнецова, уже поворачиваясь лицом к другу, — мне правда очень жаль.
— Подождите, — прерывает Авдеев выяснение отношений друзей, встав со своего места, — эта фотка — это улика! Вот почему Каверин так психовал, когда она пропала.
— Может он сам взял и убил Кристину? — выдвигает Артем, посмотрев на одноклассников.
— Он сказал, что она утонула! — отрицает Вика, активно всплескивая руками, — типо — это несчастный случай.
— Что? — уточняет Ника, — ты у него спрашивала?
— Не я, а Юля! — объясняет Виктория, рукой прикрыв лицо от усталости.
— Зашибись, а она тут с какого боку? — не понимает Дарья, точно так же, как и остальные.
— Она увидела фотку, и мне пришлось ей все рассказать! — оправдывается Кузнецова, останавливаясь по середине комнаты.
— А мы с дашкой гадали, че это вы в один момент вместе начали ходить, — вспомнила Полякова, посмотрев на подругу.
— Ну, а щас фотография где, у тебя? — узнает Андрей, но Вика разочарованно выдыхает, говоря, что фотка пропала.
— Как впрочем и все остальные улики, — констатирует факт Роман.
Авдеев пришел к выводу, что если Кристину устранили, значит, она, как и они что-то знала об этой школе. От осознания этого факта становилось не по себе, ведь десятиклассники тоже знали многое и в любой момент что-то страшное может произойти и с ними, а эти убийцы подстроят их смерти под видом самоубийства или пропажи.
***
Ночью Ника плохо спала, из-за мучащего её кошмара. Все утро она с особой тревожностью вспоминала свой сон, из-за которого у неё шли мурашки до сих пор.
Старое, и кажется совсем не жилое помещение. Мрачная и местами сырая комната, с дешевым ремонтом была перед глазами Ники и нагоняла неприятное чувство брезгливости от увиденного. Из приоткрытого деревянного окна дул ветер, разгоняя холодный воздух по комнате, заставляя Полякову вздрогнуть из-за низкой температуры. Глаза девушки зацепились за старинный комод с фотографиями в рамках и Ника сделала пару шагов в его сторону, желая всё рассмотреть. Первым делом она обратила внимание на самую большую фотографию. Девушка тяжело выдохнула, стоило ей увидеть на снимках счастливых родителей и ещё совсем крохотную себя. Ника хорошо помнила эту фотографию из их семейного альбома, она была сделана в день выписки из родильного дома. Это было единственное фото, где они были втроем. Поставив на место пластиковую рамку, она взяла другую, на которой было портретное фото Аглаи Поляковой. Девушка с особым трепетом рассматривала фотографию матери, ведь раньше никогда не видела этот снимок. Ника рассматривала маму и отмечала их схожесть, о которой твердит отец и от этого глаза девушки невольно заблестели от слез. Взгляд зацепился за кулон на шее матери, и девушку сразу озарила мысль.
Не произнося ни слова, Полякова потянулась к вороту футболки, вытаскивая кулон с лунным камнем. С этой фотографией она ринулась к загрязненному плесенью зеркалу, сравнивая отданный ей отцом кулон с тем, что был на фотографии. Она убедилась в их схожести, понимая, что это тот самый кулон, который ей достался от мамы.
Когда Ника вновь подняла взгляд, то в отражении зеркала она увидела покойную Аглаю, с испуганным криком она обернулась.
Девушка невольно выронила рамку из рук, когда попятилась назад и вздрогнула, услышав звук разбивающегося стекла. Сжавшись в стену, Полякова неотрывно смотрела на маму, сжимаясь всем телом. Она не знала причины прихода Аглаи. Но всё равно хотела плакать от страха и паники, глядя на неё.
— Мама? — Сердце девушки пропустило несколько болезненных ударов, как птица в позолоченной клетке. Потом зачастило, гулкими ударами отдаваясь в ушах. Ника разглядела мокрую дорожку на щеках Аглаи, что ясно отражал лунный свет, не понимая, что происходит.
— Почему ты плачешь? — тяжело спрашивает Полякова, все ещё не отходя от стены. Она видит лишь грустные глаза матери и то, как она отводит их в сторону, болезненно сжимая губы.
Ответа не последовало.
— Это просто сон, да? Это все не правда, — прерывисто бормочет Ника, закрывая глаза. Слезы непроизвольно текли из её глаз, а чувство страха накрыло с головой, стоило ей почувствовать, как кто-то начал трясти ее за плечи и звать. Полякова не решалась открыть глаза, боясь увидеть перед собой кого-то из мертвых, но настойчивый голос не унимался и девушке пришлось это сделать.
Ее разбудила Даша Старкова, которая проснулась ранним утром из-за плача и жалобных стонов Поляковой. Ника так и не решилась рассказать подруге о своем сне в подробностях, но Дарья и так знала, что сон подруги был связан с погибшей матерью, ведь она плакала и говорила во сне именно про неё.
Старковой потребовалось несколько минут, чтобы вновь провалиться в сон на пару часов, а вот Ника проворочалась все это время, так и не сомкнув глаз.
Подходя к лестнице, что вела на первый этаж, Полякова вдруг остановилась, услышав голос отца и Елены Сергеевны.
— Давай попробуем договориться с попечительским советом, чтобы они выдали Наде и Андрею гранты на обучение? — Слышит девушка, просьбу своего отца.
— Ты прекрасно знаешь, что деньги на этот год уже распределены. И мы не можем лишать гранта кого-то другого, ради Андрея и Нади! — Резко объясняет Крылова,
— Сегодня заседание нового совета, я обязана отчитаться совету обо всех расходах. Мне очень жаль, но Наде и Андрею придется перейти в другую школу.
Глаза девушки округлились от слов директрисы, и от осознания, что Авдеевым, которые, казалось, только прикипели к школе и одноклассникам придется проходить все тоже самое по второму кругу.
— Если тебе так жаль, согласись продать участок, — просит Виктор и Полякова вспоминает, про какой участок идет речь.
— Обязательно, как только ты уйдешь из школы вместе с Андреем, Никой и Надей, — от услышанного девушка обомлела ещё больше, ведь теперь это касалось не только её друга и его младшей сестры, а и её с отцом.
Полякова попятилась назад, замечая из-за угла, что отец и Елена чуть поднялись по ступенькам вверх.
— Тебе до сих пор не терпится избавиться от меня? — спрашивает Виктор Николаевич, и Ники ждет ответа от директрисы вместе с ним.
— Мне не терпится начать жить спокойно, — отвечает Елена, — ты даже представить не можешь, чего мне стоит каждый день видеть тебя и делать вид, что все хорошо. Видеть Нику с Андреем на уроках и не срываться на детях из-за тебя!
— Лена, — говорит Поляков, но директриса его перебивает.
— Это ты можешь запросто вычеркнуть десять лет, а я так не могу.
Ника понимает, что их разговор постепенно подходит к концу и чтобы не спалиться перед отцом и директрисой, девушка решает уйти прямо сейчас, не дослушивая диалог до конца. Скоро звонок, а ей ещё предстоит обходить всю школу через другой коридор, чтобы попасть вниз на урок биологии к Константину Викторовичу, который не терпит опозданий.
***
На перемене после первого урока, ребята проводили время за библиотечным компьютером, изучая и распаковывая другие файлы из телефона Панина. Виктория в шутку говорила, что у юриста Авдеевых не телефон, а банк данных.
Пока друзья внимательно следили за махинациями своей подруги в компьютере, Ника сидела с опущенным взглядом, все ещё думая о том случайно услышанном разговоре отца и директрисы. Что случилось такого в их отношениях, что Крылова так враждебно относится к Полякову, идя на все, чтобы выжить его и всех их из этой школы. Главное, Ника не понимала, как поступит её отец в этой сложной ситуации. Эта школа очень важна для него, она знала, что он буквально живет ею и старается делать все ради блага Логоса, и девушке не верилось, что он просто все бросит и им придется переходить в другую школу. Полякова вдруг чувствует, как рука Морозова сжимает её ладонь, и девушка поднимает глаза на парня.
— С тобой всё хорошо? — интересуется Максим, на что Ника кивает головой,
— а если честно? Че случилось?
— Потом расскажу, — Полякова не решается сказать об услышанном разговоре при всех. Морозов соглашается, не отпуская руку девушки. От осознания, что она слишком привязалась к парню и с каждым днем влюбляется в него все больше и больше, становится очень тепло и одновременно неимоверно грустно на душе. Если ей все-таки придется перейти в другую школу вместе с отцом и Авдеевыми, то перенести разлуку с Максимом ей будет очень тяжело. Отношения на расстоянии для неё были чем-то похожим на сказку, ведь девушка считала, что быть рядом это необходимость, и так легче поддерживать отношения и любовь к человеку.
— Если Кристина училась в Логосе, мы должны были её знать, — убирая волосы назад, озвучивает свои мысли Старкова.
— Ну, вообще странно, что вы не помните её, она всего на пару лет вас старше, — отвечает Авдеев, облокачиваясь руками на стул, за которым сидела Кузнецова,
— Ром, может ты её помнишь?
Павленко бегло взглянул на Андрея, вновь зарываясь в учебнике. Парень был раздражен, стараясь не показывать этого друзьям, но повторная попытка друга выяснить у него знаком ли он с Панфиловой, вывела Романа из себя.
— Как же меня достали ваши файлы! — захлопнув книгу и откинув ту на стол, проговорил Павленко, — сами не учитесь, и другим не даете!
Старкова прерывает усмешки Морозова из-за истеричного поведения Ромы, говоря, что она обнаружила в обложке дневника Кристины Панфиловой записку. Развернув её, ребята обнаружили набор цифр и букв, напоминающий какой-то шифр или пароль.
— Как же нам узнать, училась ли Кристина в нашей школе или нет, — риторически задается вопросом Дарья, откидывая голову назад.
— Вообще, если она и вправду училась в этой школе, то должны были остаться какие-то учетные записи её личных дел, — додумывается Андрей, смотря на друзей.
— Точно! Как мы раньше не догадались? — обрадовалась Старкова.
— Да ничего не выйдет! Архив в учительской, ключи только у преподов! — заявляет Виктория, не поддерживая идею друзей.
В библиотеку вошла учительница начальных классов, подзывая к себе Авдеева. Парень быстро кинул друзьям, что скоро вернется и отошел переговорить с Анной Ольшанской, которая наверняка пришла поделиться тем, как обстоят дела у Нади Авдеевой. Стоило Андрею вернуться обратно, как он сразу ощутил на себе взгляды друзей, вопрошая, почему они так не него смотрят.
— Ну, чувак, не догадываешься? — не выдержал Калинин, намекая другу на вышедшую пару секунд назад из библиотеки учительницу.
Андрей сразу отрицательно среагировал на предложение ребят взять ключи у Анны Михайловны, говоря, что он не хочет впутывать сюда преподавательницу своей младшей сестры.
— Я думаю, мы найдем другой вариант, — уверяет Авдеев, — вот, даже у Виктора одолжить ненадолго можно, с этим проблем вообще не должно быть.
— Капец, — выпаливает Ника, — у Анны Михайловны нельзя, а у моего отца раз плюнуть! Ты по каким критериям отбираешь?
— Перестаньте, — просит Виктория, когда замечает, что на них уже косятся их одноклассники, а после тихо добавляет, — раз с ключами проблема, мы найдем другое решение.
Кузнецова вновь утыкается в экран компьютера, продолжая изучать файлы. Все остальные следуют её примеру, попутно обдумывая, что же им делать, чтобы попасть в учительскую.