Взгляд из теней.
С самого утра Ивлин чувствовала, что за ней наблюдают. Шрам под рубашкой едва заметно покалывал, будто реагируя на присутствие невидимых глаз. Она шла по коридорам, улыбаясь друзьям, но краем сознания всё время ощущала холодное дыхание теней Люциуса за спиной.
На уроке зельеварения всё началось вновь. Класс был заполнен тихим шелестом страниц, звоном склянок и запахом трав. Учитель что-то объяснял у доски, а Ивлин, сидя за своей партой, делала пометки. Но до её слуха отчётливо долетели знакомые, едва слышные шёпоты теней.
— Вчера... — один из них словно усмехался, — ты видел, как она отреагировала?
— Видел, — второй хрипло засмеялся. — Её фигура... слишком совершенна, чтобы остаться равнодушным.
— И глаза... но особенно то, как рубашка подчёркивает её грудь, — третий голос замер на последнем слове, будто смакуя его.
Ивлин остановилась, ручка замерла в пальцах. Она глубоко вдохнула, поднялась и, словно случайно, пошла мимо их парты. Замедлив шаг, она наклонилась вперёд, облокотилась руками о стол теней и прищурилась.
— Если вы и дальше будете меня обсуждать, — сказала она тихим, но звонким голосом, — я подумаю, что вы влюбились в меня. Или... что вы просто хотите меня.
Она подмигнула им — дерзко, играючи.
Рубашка слегка разошлась, и линии её груди оказались прямо перед их глазами. Тени, которые редко показывали хоть какие-то человеческие эмоции, теперь замерли. Их силуэты будто дрогнули, словно они впервые столкнулись с чем-то, что заставило их потерять самообладание. Они все разом «покраснели» — не цветом, а вибрацией, энергией, которая исходила от них. Их взгляды метались: то на её лицо с дерзкой улыбкой, то вниз, туда, что она так откровенно демонстрировала.
Ивлин, довольно усмехнувшись, медленно оттолкнулась от парты и направилась к своему месту.
В этот момент дверь в класс распахнулась, и внутрь вошли Люциус, Эдгар, Серафина, Феликс, Джулиан и Лидия. Ивлин, не смутившись, на ходу снова бросила подмигивание теням. Это увидели все её друзья и сам Люциус.
Серафина нахмурилась, тихо шепнув Лидии:
— Ты это видела? Она только что... подмигнула теням?
— Видела... — Лидия выглядела озадаченной.
Эдгар напрягся, словно не веря своим глазам, а Феликс с Джулианом переглянулись, явно недоумевая.
Люциус остановился на пороге. Его глаза метнули острый взгляд сначала на Ивлин, затем — в сторону собственных теней. Лёд и ревность в его взгляде смешались.
Ивлин же села за свою парту, улыбнувшись уголками губ.
— О чём это вы болтали с тенями? — спросил Феликс, когда они все расселись.
Ивлин, не теряя спокойствия, легко пожала плечами:
— Да просто болтали, ничего особенного.
Серафина прищурилась, но промолчала. Лидия лишь покосилась на подругу с лёгкой усмешкой.
А вот Люциус молчал дольше всех. Он так и не отвёл взгляда от своих теней. Его руки сжались на столе, и голос, когда он заговорил, был тихим, но стальным:
— О чём это вы с ней разговаривали?
Тени замерли. Их силуэты дрогнули, но ответ прозвучал уверенно:
— Мы просто язвили, лорд Малфой. Ничего большего.
Люциус сузил глаза. Его лицо оставалось каменным, но внутри ревность и раздражение закипали. Ему совсем не нравилось то, как легко Ивлин обращалась с его тенями, и то, что они смели обсуждать её.
Ивлин же почувствовала это напряжение. Она знала, что Люциус ревнует, и в душе ей это даже нравилось.
Дальнейший урок прошёл в странной атмосфере. Тени молчали, слишком занятые своими мыслями. Люциус украдкой смотрел на Ивлин, а она в ответ лишь слегка улыбалась и иногда задерживала взгляд на нём чуть дольше, чем обычно.
Вечером, когда все расходились по коридорам, Ивлин поймала отражение в окне. Её собственные янтарные глаза сияли огнём, а шрам под рубашкой едва заметно светился. Она понимала: игра только началась. И в этой игре участвуют не только её друзья, но и сами тени.