Странное утро
– Ты видела Марка? – В понедельник утром я остановилась у шкафчика Ари, хватая ртом воздух. Я добежала от своей машины до шкафчика Марка, а потом до ее меньше чем за пять минут.
– Что? – спросила Ари, разворачиваясь ко мне с книгами в руках.
– Марк. Не знаешь, где он сейчас?
– Его сегодня нет. Футбольная игра – помнишь?
– О, точно.
Я подавила злость, понимая, что пока не могу с ним разобраться.
– А почему ты ищешь Марка?
– Хочу поговорить с ним о произошедшем на пристани. – Я рассказывала Ари в сообщениях о том, что произошло на выходных, но не стала делиться мыслью о том, кто в этом виноват. Возможно, потому что не хотела поднимать эту тему, пока не разберусь с ним. – Когда он уехал?
– Сегодня. Подожди, ты считаешь, это сделал Марк?
– Да.
– На него это не похоже.
– Он повышает ставки в игре.
– Ха. Если это был он, я узнаю.
– Я тоже. Она закрыла шкафчик.
Сегодня на ней была большая серая толстовка, которую я никогда прежде не видела.
– Новая?
Она улыбнулась:
– Это толстовка Тома.
– Серьезно?
– Он отдал мне ее в пятницу вечером, когда мы вышли из твоего дома.
– И ты присоединила ее к своему гардеробу?
Я не понимала, почему меня это беспокоило.
– Я ее верну. Но это правило флирта: парень должен увидеть тебя в его одежде.
– Потому что тогда будет ассоциировать тебя со своей собственностью?
Она покачала головой и толкнула меня в плечо.
– Нет. Потому что подумает, что ты выглядишь мило в его одежде. – Она показала большим пальцем в конец коридора. – Идем. Пора на урок.
Ради разговора с Марком я пришла пораньше, поэтому у нас еще оставалось время до звонка.
– Встретимся в классе. Мне надо к шкафчику.
– Я пойду с тобой.
Мы прошли по коридору и остановились у моего шкафчика. Я порылась в стопке бумаг и взяла учебник по истории.
– Кому вообще нужны на уроках учебники? – раздался за моей спиной голос.
Я вскрикнула, и учебник с грохотом упал на пол. Том улыбнулся, а потом виновато закусил губу:
– Извини, я не знал, что могу кого-то напугать в шумном коридоре.
– Она бывает пугливой, – сказала Ари.
– Принято к сведению.
Ари потянула за рукава толстовки на себе – толстовки Тома, – словно хотела привлечь его внимание.
– Зачем клюшка для гольфа? – спросила она его.
Я даже не заметила эту клюшку, пока она не указала на нее. Он закинул ее на плечо, как бейсбольную биту.
– Ты играешь в гольф? – спросила Ари.
Он убрал ее с плеча и вытянул перед собой, точно оценивая.
– Да и нет.
– Это не ответ, – отметила я.
– Ну, я не играю в гольф, но иногда мне нравится ходить на тренировочное поле. И Гаррет Робетсон держал со мной пари, что я не смогу забить мяч для гольфа в ворота с большого холма за стадионом, поэтому я сделал, что должно быть сделано.
– Что должно быть сделано? – с самым серьезным видом спросила я.
Ари засмеялась:
– Он должен попасть мячом для гольфа в ворота. Как думаешь, это далеко?
– Наверное, почти двести метров… плюс-минус, – сказал он.
– Мне кажется, скорее плюс, чем минус, – отметила я.
Он хмыкнул.
– И ты попал? – спросила я.
– Ого, – сказал он, приложив руку к сердцу. – Ты совсем в меня не веришь.
– Господи, Лотти, – сказала Ари.
– Тебе тоже надо доказывать? – спросил он.
– Я просто знаю, что это нелегко.
Том прищурился, губы его растянулись в ухмылке. Ари сжала мою руку.
– Там Донован. Я должна отдать ему записи по математике. Увидимся в классе.
Она помахала Тому и ушла. Я не понимала, являлось ли это частью ее стратегии. Теперь, сходив с ним на свидание (пусть и ко мне домой) и надев его толстовку, она пыталась показать ему, что у нее были и другие варианты?
Том с безразличным видом взглянул ей вслед. Иногда стратегии Ари вызывали у меня сомнения в своей эффективности. Я повернулась к шкафчику, чтобы взять учебник по истории, но нигде его не нашла.
– Он упал, – подсказал Том.
– Ох, точно.
Я и забыла, что он упал, когда пришел Том. Я наклонилась, чтобы поднять его с пола. А когда вставала, ударилась виском об угол шкафчика. Висок тут же запульсировал от боли. Я вскинула к нему руку и поморщилась.
– Ты в порядке? – спросил Том и подошел ближе.
– Да, в порядке.
– Очень больно?
– Не очень. Просто слегка ударилась.
– Можно посмотреть?
Я держала руку на виске, гадая, не течет ли кровь. Но не чувствовала никакой влаги. Том обхватил мое запястье и убрал руку от лица. Через минуту осмотра он сказал:
– Кажется, жить будешь.
– Спасибо, доктор.
Он посмотрел мне в глаза, пропустив мою шутку мимо ушей. Я пожала плечами, смутившись от его внимания. Он, по-прежнему придерживая мое запястье, свободной рукой нарисовал пальцем на моем виске букву «М».
– Mut. Ты знаешь это слово?
– Да… а что?
– В немецком оно тоже есть. Когда мне было больно, мама вырисовывала это слово на моей руке, голове или спине. Оно произносится немного по-другому. Mut. Храбрость.
Я чуть посмеялась.
– Хочешь сказать, что я храбрая, потому что чудом избежала смерти после инцидента со шкафчиком?
– Это слово – существительное, а не прилагательное. Так что скорее ты набираешься храбрости.
– О, ты имеешь в виду, что во мне нет ни капли ее?
Он улыбнулся и дописал слово на моем виске. Каждая буква будто обжигала мою кожу. Он пожал плечами.
– С семилетками лучше срабатывает.
– А с тобой работает? – спросила я.
– Всегда.
Я могла поклясться, что со мной тоже сработало: голова перестала болеть. Прозвенел звонок. Он отпустил мое запястье.
– Увидимся, Лотти.
– Да, увидимся, – сказала я.
Он ушел, и мне потребовалась минута сообразить, что же я тут делаю. Я посмотрела на учебник по истории, который все еще держала в руках, покачала головой и убрала его в рюкзак.
– Лотти!
Услышав свое имя, я сначала подумала, что это Ари. Она что, видела весь наш «диалог»? Зачем Том сделал это? Но ведь я только что ударилась головой о шкафчик. Том просто хорошо себя повел. Он хороший.
Я осмотрелась, но нигде не увидела Ари. Несколько секунд спустя меня за рюкзак потянула Мия. Она задыхалась и тащила за руку рыжеволосую девушку.
– Лотти. Подожди.
Я застыла на месте.
– Привет, кузина, тебе не хватает общения со мной дома? – спросила я.
– Это Хлоя, – пропыхтела она. – Она хотела с тобой познакомиться.
Подруга Мии широко улыбалась и смотрела на меня так, будто я только что вручила ей сотню долларов.
- Привет, – сказала она.
– Э-э… привет.
Я вопросительно посмотрела на Мию.
– Она твоя фанатка, – пояснила Мия,
но понятнее мне не стало.
– Чего? – спросила я.
– Подкаст, – произнесла Мия, растягивая слово.
– Ты фанатка подкаста? – спросила я Хлою.
– Скорее тебя, – сказала Мия. – Ей кажется, что ты забавная.
– А я по-прежнему буду казаться тебе забавной, если скажу, что не прикладываю для этого никаких усилий?
Хлоя засмеялась.
– Мне очень понравился твой совет о миссис Помрой. Кто-то из одноклассников попросил на уроке методичку, и это помогло.
– Миссис Помрой? О! Это было не про нее, а про мистера… – Я замолчала, осознав, что имя учителя отредактировали.
– Ну, так или иначе, на ее уроке это тоже помогло, – вставила Хлоя.
– Видишь, твой совет помог людям, – произнесла Мия, светясь от гордости.
– Это круто, – сказала я. – Приятно было познакомиться, Хлоя.
Хлоя улыбнулась мне, будто я была настоящей знаменитостью, и девочки убежали. Я смотрела им вслед, затем направилась на урок истории. Да, странное утро.