Эпилог
Эвелин не солгала. Она действительно не пошла на похороны Тео. Не солгала и Эрика. Тео похоронили на самой окраине кладбища.
Когда Эвелин пришла, никого уже не было. Она не хотела, чтобы кто-то видел ее эмоции.
Могила Тео отличалась от остальных. На ней не было крестов или надгробий, не было цепи, заборчика или мраморных плит; это был просто бугорок с табличкой, на которой было написано имя, фамилия и дата рождения-смерти парня.
На теле Эвелин было черное траурное платье, на ногах таких же цветов колготки и кеды, в руках одинокая черная роза.
Девушка подошла к месту захоронения. Ни единого цветочка. Никто не скорбил по его смерти. Скорбила ли она сама? Девушка, которая собственноручно убила его.
— Привет, Тео, — заговорила она, сразу же оглядываясь, убеждаясь что никого поблизости нет. — Буду честна, я не скучаю. И ни о чем не жалею. Вообще. Ни о нашем знакомстве, ни о наших поездках в пикапе, ни о нашей влюбленности — моей влюбленности? — ни о раскрытии истинного тебя, ни о твоей смерти. Ты преподнес мне урок, и я в какой-то степени благодарна.
При перечислении в голове Эвелин проносились все последние месяцы жизни. Потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя и продолжить говорить:
— Скорее всего, я прихожу сюда в первый и последний раз. Точнее, я буду ходить на это кладбище, но только чтобы проведать Айзека.
Пальцы Эвелин прошлись по табличке, а в следующий миг она судорожно их отдернула.
— Если бы ты только знал, сколько боли мне причиняет одно воспоминание о тебе. Хотя, я думаю, ты именно этого и добивался. Что ж, поздравляю, ты ушел из этого мира, забрав с собой частичку меня. Если там, в недрах земли, в аду, ты меня слышишь, то знай, я тебя никогда не прощу. Я тебя ненавижу, Тео Рейкен.
Эвелин положила розу на земляной бугор. Черный цвет лепестков сразу же слился с цветом земли, виден остался только стебель с острыми шипами, об которые девушка не раз поранила руку. Каждая мгновенно заживающая рана была для нее словно напоминанием о том, сколько боли ей причинил Тео.
— Я усвоила урок, — с этим словами Брун развернулась и без оглядки направилась прочь.
Покинув кладбище, она сразу же столкнулась с каким-то парнем. Эвелин даже не обратила внимание, собираясь идти дальше, но тот вдруг поздоровался:
— Привет!
Эвелин обернулась, оглядывая незнакомца с ног до головы, чувствуя что-то странное.
— Привет. Никогда тебя здесь не видела.
— Мы переехали сюда с приемными родителями сегодня.
— И что же ты тогда делаешь на кладбище? — поинтересовалась Эвелин.
— Пришел навестить биологических родителей.
— Оу…я совсем запуталась.
— Мы здесь надолго, так что еще будет время распутаться. Как тебя зовут?
— Эвелин.
— Джексон.
— Приятно познакомиться, Джексон, — улыбнулась Эвелин, чуть глубже нужного втягивая воздух ноздрями.
Теперь она поняла, что странное учуяла еще с самого начала.
— Ты…
— Спокойно, только не нападай, — Джексон поднял руки вверх. — Я сверхъестественное существо.
— Не нравишься ты мне, Джексон-сверхъестественное существо, — нахмурилась Эвелин.
— Поэтому предлагаю узнать друг друга поближе. Ты поймешь, что я и моя семья не представляют вам угрозы.
— Очень на это надеюсь.
— Подвезти домой? — Джексон смотрел куда-то за спину Эвелин.
Та обернулась, обнаруживая новенький черный Порше.
— А почему бы и да? — улыбнулась девушка, следуя к машине.