Глава 19 : Слишком близко к свету
После того вечера я не мог найти себе места.
Куда бы ни шёл, что бы ни делал — поцелуй возвращался снова. Словно огонь, оставшийся под кожей. И чем сильнее я пытался его забыть, тем ярче он пылал.
Рома вёл себя так, будто ничего особенного не произошло. Мы по-прежнему сидели на облаках, тренировались, шептались о том, что нашли в Архиве. Только иногда, когда наши взгляды случайно встречались, я замечал в его глазах то самое — то, чего боялся.
И что сильнее всего жаждал.
Но глубоко внутри жила тревога. Я знал: где-то там, в будущем, ждёт Давид. Его образ приходил в сны — силуэт с тёмными волосами, карими глазами, протягивающий мне руку. Я чувствовал, что он будет моей судьбой. Не Рома. Давид.
И от этого каждое прикосновение Ромы резало сильнее. Он становился чем-то большим, чем другом, а я понимал — он преграда. И всё же не мог оттолкнуть.
***
— Никит, — он позвал меня тихо, когда мы спускались по мраморным ступеням в сад. — Ты… злишься?
Я опустил глаза, притворяясь, что рассматриваю резные перила.
— С чего бы?
— С того вечера. Я… — он запнулся, провёл рукой по волосам. — Я не должен был. Наверное.
Моё сердце сжалось. Хотелось сказать: «Нет, должен был. Я этого ждал». Но слова застряли в горле.
— Забудь, — выдохнул я, делая шаг вперёд. — Будто и не было.
Но в ту же секунду почувствовал, как ложь режет изнутри.
***
Днём всё стало хуже.
Гавриил снова нашёл повод издеваться. На этот раз он стоял с друзьями у входа в тренировочный зал и, заметив меня, громко сказал:
— Смотрите, наш тёмный Берг идёт. А где его новый щенок?
Смех эхом прокатился по залу.
— Вечно рядом с ним. Может, они и правда… — он многозначительно прищурился, оставив недосказанное в воздухе.
Смех взорвался громче. Кто-то даже изобразил поцелуй — нарочито, мерзко.
Я почувствовал, как кровь прилила к лицу. Хотелось ударить, закричать, но я только сжал кулаки.
Рома, появившийся сзади, резко шагнул вперёд:
— Повтори это ещё раз.
Гавриил усмехнулся:
— Что, попал в точку?
Я схватил Рому за руку, пока он не сделал глупость. Его ладонь горела в моей. Он посмотрел на меня — и в этом взгляде было больше, чем он успел сказать.
И я испугался. Не за себя. За него.
Ты не должен быть рядом. Это не твой путь. Не моя судьба. Но почему я всё равно держу тебя за руку?
***
Ночью я не мог уснуть.
Сидел у окна, глядя на мерцающие звёзды, и чувствовал, что всё уходит из-под контроля. Я привык быть чужим. Привык, что меня ненавидят. Но теперь — я боялся.
Не того, что обо мне подумают. А того, что, если позволю себе чувствовать — отниму у Ромы то, что ему не принадлежит. Потому что где-то уже ждёт другой. Давид. Судьба.
И вдруг — тихий стук. Рома стоял у двери.
— Ты опять не спишь? — спросил он, заходя без разрешения.
— А ты сам-то что здесь делаешь? — я попытался усмехнуться.
Он сел рядом, слишком близко. Его плечо коснулось моего — и я снова вспыхнул внутри, как тогда.
— Просто хотел убедиться, что с тобой всё в порядке.
Я закрыл глаза.
— Со мной никогда не будет всё в порядке, Ром.
Он молчал долго, а потом прошептал:
— Тогда я останусь, пока не станет.
И обнял меня. Без слов, без лишних движений — просто прижал к себе.
Я впервые за долгое время позволил себе расслабиться и уснул прямо в его руках.
Но даже во сне я знал: между мной и Ромой всегда будет стоять тень. Образ того, кого я ещё не встретил. Давида.
И всё же сердце упрямо тянулось к нему — к тому, кто сидел рядом.